Полынь и гарь

Вернувшись в замок, Огей понесла первым делом свою находку повитухе. Та была старой и мудрой женщиной. Она внимательно осмотрела младенца. Ее пальцы, загрубевшие от времени и множества принятых родов, нежно ощупывали крошечные косточки, проверяя здоровье. -Ребенок здоров, госпожа, но слаб. Видно, недолго его кормили. Нужна кормилица. И чем скорее, тем лучше. Иначе долго не протянет. -Ясно... Присмотри за ним пока. Я мигом. Одна нога здесь, другая там. Огей быстро вышла из покоев повитухи и направилась прямиком к кухне. Там царил обычный хаос: повара ругались, служанки бегали туда сюда с подносами, а в огромных котлах варилась еда. Чародейка окинула взглядом помещение, выискивая подходящую кандидатуру. Ее взгляд остановился на молодой женщине, сидящей в углу и кормящей грудью младенца. Она подошла к ней. -Как зовут? Та вздрогнула от неожиданности и подняла взгляд. -Марта, госпожа. -А ребенка? -Томаш. Огей присела рядом на скамью. -Марта, мне нужна твоя помощь. Я нашла младенца. Ему нужна кормилица. Марта недоверчиво посмотрела. -Я… Я не знаю. Боюсь, молока на двоих не хватит. -Хватит. Поверь мне. За помощь я отблагодарю сполна. Твой муж сможет больше не работать на кухне. Поставлю его конюхом. Дам денег на дом. Что скажешь? Глаза той загорелись. Посмотрела на сына, потом на Огей. -Я согласна. Магичка улыбнулась. -Вот и отлично. Пойдем. Ребенок ждет. Марта с волнением шла за чародейкой, прижимая к себе Томаша. В голове мелькали мысли о будущем, о новом доме, о спокойной жизни для ее семьи. Королевский двор – это место интриг и опасностей, но перспектива лучшей жизни перевешивала все страхи. Повитуха бережно держала на руках найденного младенца, успокаивая его тихим напевом. Увидев Огей и Марту, она облегченно выдохнула. Марта подошла и, смущаясь, присела на край кровати. Повитуха помогла ей удобно устроиться и приложила младенца к груди. Малыш жадно присосался, словно боялся что еду отнимут. Огей наблюдала за этой сценой с непонятным ей самой чувством. Чародейки были вечно прекрасны и жили прилично, если не лезли сильно в битвы. Но такая жизнь имела свои минусы: смотришь как умирают близкие люди, а сама ни капли не меняешься. Настоящей матерью тоже никогда не станешь. Сжала руками ткань на груди, чуть ли не рвя ее ногтями. Вуаль скрывала все те эмоции, что отражались на лице. Слезы предательски накатились на глаза. Впервые за долгое время почувствовала себя не всемогущей чародейкой, а просто женщиной, лишенной чего то важного. Повитуха обеспокоилась, увидя такое. -Госпожа, вы в порядке? -Все хорошо. Просто устала. Дорога дальняя была. Женщина покачала головой, но спорить не стала. Огей ближе подошла, наблюдая за тем как дите жадно ело. Надо дать ему имя... Может как отца назвать? -Ватиальд… Ты будешь носить имя моего отца, подкидыш. - Прошептала, боясь нарушить покой, что царил в покоях. Повитуха улыбнулась, наблюдая за умиротворенным лицом младенца. Марта, казалось, тоже немного успокоилась. -Марта, будешь присматривать за ним, пока я занята. - Сказала чародейка после раздумий. - Повитуха поможет тебе во всем. Я обеспечу всем необходимым. -Слушаюсь, госпожа. - Тихо ответила та, боясь нарушить идиллию момента. Мдаа... Иорвет по голове не погладит за такую новость. Но оставить ребенка не могла. Пока тот сыт и спит, могла вернуться к делам. Круг подозреваемых был невелик, но каждый должен был быть тщательно проверен. Не могла позволить себе допустить ошибку. Предатель должен быть найден и наказан! Допросила каждого по отдельности, наблюдая за их реакцией. Некоторые трепетали от страха, другие пытались сохранить невозмутимый вид, но ни один не выдал себя напрямую. Затем она перешла к более тонким методам. Подстраивала ситуации, в которых подозреваемые оказывались в неудобном положении, сталкивала их лбами, наблюдая, кто первым дрогнет. В ход шли сплетни, провокации, даже подкуп. Медленно, но верно, круг сужался. Вскоре остался только один человек, чья вина казалась наиболее вероятной — мальчишка, с которым передавала иногда письма. Тот мог легко прогнуться, если Роше за него взялся. Осталось только выяснить так ли это... Решив не полагаться на случай, Огей отправила с подозреваемым послание в котором содержалась ложная информация о готовящейся диверсии с местом и временем. Не прошло и суток, как до чародейки дошли слухи о том что Роше повел свой отряд для внезапной атаки на указанное в послании место. Вот тебе и хитроумный план, пес. Воспользоваться юнцом! Огей задумалась. Интересно, Вернон его запугал или подкупил? Зная его, скорее первое. Этот ублюдок ничего не чурался, чтобы добиться цели. Теперь оставалось решить что делать с провинившимся. Убивать не хотелось. Все же тот был лишь пешкой в чужой игре. Но и оставлять в живых было опасно. Если Роше вдруг решит сыграть в благородство и вытащить из передряги. Решение пришло неожиданно. Отправит его к скоя'таэлям. Пусть поработает на благо, искупая свою вину. А там, глядишь, и человеком станет. План был прост: подстроить так, чтобы его поймали Белки, как раз когда он будет нести очередное послание Роше. А дальше — дело техники. Вояки разберутся. Все должно было пройти гладко. Без лишнего шума и жертв. Мальчишку нужно было доставить к Белкам живым, но так, чтобы у него не было возможности сбежать. Этим занялся второй человек, который чаще носил письма. Тот был проверен годами, так что точно не станет задавать лишних вопросов. И в случае чего сможет приструнить юнца, если тот попытается выкинуть что то. Роше, конечно, будет взбешен, но вряд ли догадается кто стоит за этим. А даже если и догадается, то доказать ничего не сможет. Огей тяжело вздохнула, усаживаясь рядом с колыбелью. Поколебавшись, вуаль сняла. После аккуратно взяла ребенка. Вати потянулся ручками, норовя схватится за украшения. Марта ахнула. Чародейка все это время скрывала под вуалью такое красивое лицо! Почему? -Чтобы не сглазили. - Усмехнулась та, будто мысли ее прочитав. - Знаешь, Марта, я ведь совсем не хотела становиться чародейкой. Мечтала о тихой жизни, о семье. Но судьба распорядилась иначе... Марта молчала, зачарованная картиной. Никогда не видела госпожу такой мягкой и беззащитной. Та всегда была резкой и боевой. Скорее солдат, чем девушка, а тут так бережно держала малыша. -Судьба редко спрашивает чего мы хотим. Но иногда она дает нам то, что мы и не мечтали получить. Огей посмотрела на нее с улыбкой. -Хотела бы я сама выносить ребенка. Но боюсь за прошедшие годы у меня там все отсохло. Да и тот, от кого хотела бы ребенка, тоже не смог бы просто его получить. Та покраснела, не зная что ответить на столь личное признание. Не думала что за маской неприступности скрывается такая ранимая душа. -Только никому не слова о том. Договорились? Служанка покивала. -Я никому о нашем разговоре не скажу. Это слишком личное. Чародейка усмехнулась. -Женская солидарность? -Можно и так сказать. Вы всегда вызывали у меня восхищение, госпожа. Ваша сила, ум, то, как вы справляетесь со всем… Это невероятно. Белокурая усмехнулась. -Большинство обо мне другого мнения. Я все же творю прилично хаоса. -Пусть так. Но вы делаете это ради благой цели. И, к тому же, вы не обязаны нравиться всем. Важно лишь то что вы сами о себе думаете. Огей задумчиво посмотрела на Марту, а затем снова перевела взгляд на сына. Маленький Вати уже засопел, прижимаясь щекой к ее груди. Она нежно поцеловала его в макушку. -Ты права. Я не обязана никому нравиться. Главное, чтобы мои цели были достигнуты. А как... Уже другой вопрос. Она поднялась с места, бережно перекладывая спящего младенца в колыбель. Марта приблизилась, чтобы поправить одеяло, заботливо укрывая Вати. Чародейка благодарно кивнула. Впервые за долгое время почувствовала себя по настоящему счастливой. Пусть мир вокруг был жесток и несправедлив, у нее было то, ради чего стоило бороться. **** -Теперь ясно куда пропала. Я уже переживал что что-то случилось. -Не переживай. Я прекрасно совмещаю работу и заботу о сыне. Хотя, теперь кажется что я еще реже буду являться... Аваллак'х кивнул. -Понимаю. Ребенок — это большая ответственность. Не до гулянки по другим мирам с таким. -Именно так! Но я с этим всем не забыла про свои последние исследования, связанные с влиянием фаз луны на магию. Успела его закончить. Чародей ушами шевельнул. -Поделишься? -Еще бы. Огей бахнула на стол несколько свитков. Аваллак'х приподнял бровь, с любопытством рассматривая работу коллеги. -Звучит многообещающе. - Сказал, беря первый из них. - Надеюсь, ты учла все переменные? -Более чем. Я провела бесчисленные часы, наблюдая за магическими потоками в разные фазы луны. И знаешь, результаты превзошли все мои ожидания. Оказывается, луна оказывает гораздо большее влияние, чем мы все предполагали! Особенно на определенные виды магии. Знающий развернул свиток, углубившись в чтение. Он хмыкнул, удивленно подняв голову. -Ты действительно обнаружила новые закономерности. Это может перевернуть представление о магии. Он снова опустил взгляд на свиток, поглощенный деталями. -Особенно меня заинтересовал раздел о влиянии лунного света на создание артефактов. Ты утверждаешь что можно создавать артефакты с более мощными свойствами, если их зачаровывать в определенную лунную фазу? -Именно так! И я даже разработала специальную формулу, позволяющую рассчитать оптимальное время для зачарования. Так что теперь мы сможем создавать артефакты не просто мощные, а идеально сбалансированные и максимально эффективные! Аваллак'х отложил свиток и посмотрел на Огей с искренним восхищением. -Не могу дождаться, чтобы испытать твои теории на практике. У меня как раз есть несколько дел, которые выиграют от такого подхода. Огей улыбнулась. -Я рада это слышать. К тому же, у меня уже есть идеи для новых исследований. Например, влияние лунных затмений на магические способности. Эльф почесал щеку, задумавшись. -Это звучит многообещающе. Но будь осторожна. Лунные затмения — время непредсказуемое. Магия в этот период становится нестабильной и может привести к нежелательным последствиям. Та отмахнулась. -Я все учла. Теперь надо соблюдать меры предосторожности. -Но все же не забывай что даже самые гениальные умы порой ошибаются. И в магии, как нигде, цена ошибки может быть непомерно высока. Он снова взял в руки свиток, углубляясь в чтение. Огей присела на край стола, с удовольствием наблюдая за ним. -Кстати, о детях. - Неожиданно произнес Аваллак'х, отрываясь от чтения. - Как назвала маленькое чудо? -Ватиальд. В честь отца. -Не боишься что повторит чужую судьбу? -Нет. Отец был достойным человеком. Если сын пойдет в него, то я буду рада. Эльф задумчиво кивнул, вновь погружаясь в чтение. Тишина прерывалась лишь шелестом пергамента и тихим бормотанием, что то вычисляющего в уме. В какой то момент Аваллак'х оторвался от чтения и посмотрел на нее с серьезным выражением лица. -Огей, ты вообще понимаешь какие возможности открываются благодаря твоим исследованиям? Это может изменить ход истории магии. Но вместе с тем это огромная ответственность. Твои знания могут быть использованы как во благо, так и во вред. Огей плечами пожала. -Поэтому я и притащила все это добро тебе. Ведь доверяю и уверена, что ты используешь эти знания во благо. И потом, я и так слишком занята. Следить за тем, чтобы эти знания не попали в плохие руки у меня просто не будет времени. -Спасибо, Огей. За доверие и за этот бесценный дар. Я обещаю, что сделаю все возможное, чтобы твои исследования принесли пользу. -Ага. Они отвлеклись на то, что в библиотеку проскользнула служанка, робко постучав в полуоткрытую дверь. -Господин Аваллак'х, вас просит к себе король Ауберон. Аваллак'х вздохнул, откладывая свиток. -Раз король зовет, нельзя заставлять его ждать. Огей, я должен идти. Но обещаю что вернусь к твоим исследованиям как можно скорее. Чародейка кивнула, понимающе улыбаясь. -Иди иди. Я пока тут посижу, полюбуюсь твоей прекрасной библиотекой. Тот тепло улыбнулся в ответ, собираясь уходить. Но, обернувшись в дверях, добавил: -И все же, будь осторожна. Магия — Сила великая, но коварная. Особенно в руках тех, кто не понимает ее истинной природы. С этими словами он вышел, оставив Огей одну в библиотеке. -Чего хватаешь, жук?! -А ты испугалась, магичка? Огей фыркнула. Вышла, называется, воздухом подышать. Аваллак'х до сих пор не вернулся, так что решила размяться пройтись. А тут этот дурак хватает под локти. -Если бы испугалась, то уже сожгла тебе лицо. Эридин усмехнулся. -Я тоже соскучился. Где пропадала, маленькая beanne? -Где надо. Если не забыл, я не ваша эльфийская магичка, чтобы вечно торчать в Тир на Лиа. И вообще, убери руки. Мне не нравится, когда меня трогают без разрешения. -Не шипи. Ты на всех мужиков так бросаешься или только я отличился? -Не льсти себе. Я кусаю всех тех, кто пытается лезть слишком сильно. -Что ж. Справедливо. Он взял ее уже более аккуратно. Чародейка дернулась, пытаясь вырваться, но ее держали крепко, хоть и без грубости. -Отпусти, ушастый. Не усложняй ситуацию. -Какую ситуацию? Я всего лишь рад тебя видеть. Или ты предпочитаешь, чтобы я стоял в сторонке и смотрел, как ты с кем-то другим гуляешь? -Я гуляю одна. И ты мне мешаешь! -Тишина — это скучно. Разве ты не согласна? Он наклонился ближе. Огей почувствовала горячее дыхание через вуаль. Глаза закатила и отвернула его голову от себя. -Отлипни. -Какая же ты колючая. Даже немного жаль. Думал, хоть толика нежности есть в тебе. -У меня уже есть мужчина и другие меня не интересуют. По крайней мере среди Ольхов точно. Противные, ых... Эридин отстранился, но руку не убрал. В его глазах мелькнуло что то похожее на удивление, смешанное с нескрываемым раздражением. ​​​​​​​-Мужчина? Ты об Аваллак'хе что ли? Не смеши меня! Он же как старый ворон только и знает что сидеть в своей башне и бормотать заклинания. Где в нем страсть? Где желание? -Нет. Не он. Я с Иорветом. Тот чуть нахмурился. Это имя ему ничего не говорило. Но стало интересно что там за мужчина такой, которому подчинилась эта строптивая девка. -Иорвет? И кто же это? Не припомню такого имени среди знатных родов. Неужели тебе интересны какие-то дворняги? ​​​​​​​Огей фыркнула. -Тебе то какое дело? -Нельзя бросаться собой на первого встречного. Особенно если это какой-то плебей. -Меня не волнует родословная. Я тоже не сильно знатная девка. И вообще, тебя не учили не лезть в чужие дела? Ты явно последний с кем буду советоваться по такому поводу. -Как грубо. И все же, мне небезразлично, с кем ты тратишь свое время. Ты ведь могла бы найти кого-то достойнее. Огей резко выдернула руку. На этот раз Эридин не стал удерживать. -Достойнее по-твоему это кто-то вроде тебя? Высокомерный, эгоистичный эльф, который смотрит на меня с нисхождением? Спасибо не надо! Тот руки поднял в примирительном жесте. -Я не хотел обидеть. Просто переживаю. И не смотрю с снисхождением. Скорее... С любопытством. Ты для меня как что-то неизведанное. Девушка фыркнула. -Изведай что-нибудь другое! Например, как перестать быть таким навязчивым. -Боюсь, это не в моей природе. - Усмехнулся. - Я привык добиваться того что меня интересует. А ты очень интересна. Иорвет видимо знает как заинтересовать диких магичек. -Тот ценит меня, уважает и не пытается лезть в мою жизнь без спроса. В отличие от некоторых... Эльф на мгновение замолчал, словно обдумывая ее слова. После плечами пожал. ​​​​​​​-Что ж... Раз ты так счастлива, не буду больше смущать. Но если он тебе наскучит, то всегда буду к твоим услугам. Девушка смешок издала. Он действительно на что то рассчитывает? -Ну удачи тебе в ожидании. У вас, Ольхов, времени достаточно. Огей развернулась, собираясь уйти, но Эридин вдруг окликнул ее: -Один вопрос, прежде чем ты уйдешь. Этот твой мужчина домашний пес? Та усмехнулась, пригладив волосы. -Он командир скоя'таэлей. Сказала и скрылась из виду. Ольх в ушах раскраснелся от злости. Командир скоя'таэлей… Вот оно что! Значит, выбрала себе бунтаря. Вольного стрелка, презирающего законы и правила. В этом была своя логика, конечно. У нее явно была тяга к чему то дикому. А Иорвет, судя по всему, и был воплощением этой дикости. Но факт того что предпочла какого то полукровного ублюдка высокородному эльфу просто поразил. В голове мелькнула мысль что это может быть лишь уловкой. Что та намеренно солгала, чтобы отвязаться от него. Но что то подсказывало что в ее словах была правда. Во взгляде сквозила искренность. Огей определенно его заинтересовала. Ее независимость, ее сила, ее дерзость… Все это манило, как огонь мотылька. И теперь, узнав что она принадлежит другому, желание заполучить ее лишь усилилось. **** -Говори! Огей молчала, стиснув зубы. Гребаный Роше! Его желание докопаться и доказать что связана с Белками оказалась намного сильнее, чем казалось. Тот воспользовался тем, что Фольтест отлучился по делам, и затащил ее в допросную. Он действительно думает что испугает полутемнрй камерой? Глупец! Видела места и похуже. Переживала вещи, которые сломали бы его жалкий разум. Какие то сырые стены и грубые вопросы не заставят ее дрожать. Вернон ухмыльнулся, заметив ее невозмутимость. Рассчитывал на страх, но увидел лишь ледяное презрение. Был уверен что та буравит его взглядом под вуалью. Это забавляло, но и раздражало одновременно. Хотя, чего еще ждать от магички? -Молчишь? Что ж, твое право. Но знай, чародейка, у меня достаточно времени, чтобы разговорить тебя. Мы можем начать с малого. Вспомним о твоих связях, о твоих друзьях. -Потащишься на другой конец света, чтобы перевернуть Каэн Морхен? - Усмехнулась девушка, руки на груди сложив. -Думаешь я боюсь гнезда ведьмаков? Они лишь мутанты изгои. К тому же, насколько мне известно от былой славы Каэр Морхена остались лишь руины и горстка стариков. Огей прищурилась. Как он вообще наглость имеет с презрением говорить о них?! -Ты ничего не знаешь о ведьмаках. И тебе никогда не понять их. -О, я знаю достаточно. Знаю, что они бесчувственные машины для убийства, готовые продать свой меч за горсть монет. А ты якшаешься с ними, чародейка. Та промолчала, стараясь сдержать гнев. Этот урод бил по больному, намеренно провоцируя. Но не собиралась поддаваться. -Продолжай, Роше. Ты лишь тратишь свое время. Я ничего тебе не скажу. Тот нахмурился. Надо надавить. Мальчишка, который письма передавал, назвал конкретное имя одного из тех, кому эта сучка помогала. -Эльдайн, знакомое имя? Та плечами пожала. -Кто ж не слышал о нем в близи Синявой пущи? Говорят, ему попался однажды бард. Тот думал что сможет его задобрить музыкой. Эльдайн послушал, улыбнулся. Ему песня понравилась. Только вот сразу после похвалы он приказал содрать с барда кожу живьем. Вернон фыркнул. Сказала даже глазам не моргнула поди. -Хорошо, допустим тебя не волнуют страдания невинных. Но что насчет твоих собственных интересов? Ты уверена что Белки отплатят тебе за помощь? Или ты просто пешка в их грязной игре? Подумай, чародейка. Они используют тебя, а потом выбросят. Ты останешься одна. С клеймом предательницы и без союзников. -Союзники приходят и уходят. Интересы меняются. Но принципы остаются. В отличие от тебя, я не продаю свою совесть за королевское золото. -Белки не борются за свободу. Они сеют хаос и разрушение! И ты их соучастница. Подумай, Огей. Что ты получишь в итоге? Разрушенную страну? Войну между людьми и эльфами? Этого ты хочешь? Или все же готова признать свою ошибку и помочь порядку? У тебя есть шанс искупить вину. Просто скажи мне где они прячутся. -Это ты то порядок? Убийца женщин и детей! Глаза Роше налились кровью. Он вскочил со стула, с грохотом опрокинув его, и приблизился к Огей, нависая над ней. Его лицо исказила гримаса ярости. -Заткнись! Ты понятия не имеешь о чем говоришь! Я делаю то что должен! Защищаю людей! А ты… Ты помогаешь этим отбросам! Огей даже не дрогнула. Подняла голову от чего вуаль чуть съехала, обнажая бледный подбородок. -Ты защищаешь свою шкуру. Готов на все, чтобы угодить королю. Даже убивать невинных. Ты хуже, чем Белки. Они хотя бы верят в то за что борются. А ты просто цепной пес! Вернон схватил ее за волосы, с силой сжав пальцы. -Я покажу тебе, кто здесь пес! Ты расскажешь мне все. По-хорошему или по-плохому? У тебя есть выбор. -Что? Будешь меня пытать? Это в твоем стиле. Думаешь, что я боюсь тебя? Думаешь, что сломаешь меня? Ты ошибаешься, Роше. Я видела таких, как ты, сотнями. Вы все одинаковы. Трусливые мужики, готовые на все ради власти. Тот зарычал, еще сильнее сдавив ее волосы. Боль стала острее, но Огей не издала ни звука. -Упрямая сука! - Прошипел, отпуская ее волосы. Он отвернулся, прохаживаясь по камере. - По-твоему я блефую? Ты ошибаешься. Я сделаю все, что потребуется, чтобы защитить Темерию. Даже если для этого придется запачкать руки. -Я заметила это. Не переживай, синяя полоска. Можешь меня пытать или убить. Только вот к тебе потом будут вопросы. И вряд ли Фольтест примет оправдание в стиле "мне показалось что эта девка связана со скоя'таэлями". Роше зыркнул на нее. Не был уверен что Фольтест одобрит его методы. Король хоть и был жесток, но имел свои представления о справедливости. И пытки чародеек в них точно не входили... Та усмехнулась, видя его замешательство. -Я живу уже слишком долго. Меня не запугать такими фокусами. Она с места поднялась. Руку в бок уперла. -Знаешь что такое настоящий Ад? Я тебе сейчас расскажу, милый пес. Это когда ты видишь как гибнут те, кто тебе дорог. Когда ты наблюдаешь как мир, который ты пытался защитить, рушится у тебя на глазах. Когда ты понимаешь что все твои усилия были тщетны, а жертвы напрасны! Вот это, Роше, настоящий Ад. И я в нем бывала. Не раз и не два. Она сорвала вуаль и сделала шаг вперед, оказавшись почти вплотную к нему. Заглянула прямо в глаза. -Ты думаешь что твоя маленькая тюремная камера – это Ад? О нет! Ад – это жизнь. И я в нем застряла на долгие века! Роше отшатнулся, словно от удара. В ее глазах плескалась такая бездна тоски и боли, что невольно ощутил себя ничтожным. -Я прошла столько войн, что хватит на несколько жизней. Потеряла столько товарищей, что тебе и не снилось. Видела падение королевств и рождение новых. - Глазами сверкнула непереводимо. - И ты, жалкий вояка, надеешься что сможешь меня сломить? Что заставишь меня заговорить, загнав иголки под ногти? Не смеши меня! Вернон сглотнул, почувствовав горечь поражения. Привык побеждать, выбивать правду. Ломать волю. Но с этой женщиной его методы не работали. Она пережила слишком много, чтобы ее можно было сломить грубой силой. Нехотя признал что проиграл этот раунд. Но война только начиналась! И не собирался сдаваться. -Ты свободная. Пока… Не надейся, что я так просто оставлю тебя. Я докажу твою связь со скоя'таэлями. Я выверну тебя наизнанку, но докажу. И тогда ты пожалеешь что вообще родилась на этот свет! -О Боги. Как страшно... Она оказалась совсем вплотную к нему и коснулась щеки. -Ты даже не представляешь, насколько мне плевать на твои угрозы. Ты – псина на коротком поводке у короля, а я – дикая кошка, гуляющая сама по себе. Ты можешь пытаться меня поймать, но я всегда найду способ выскользнуть из твоих лап. И если попытаешься причинить вред моим друзьям, то я лично вырву тебе глотку. Никакая королевская гвардия тебя не спасет. С этими словами она развернулась и направилась к выходу, оставив его стоять в оцепенении. Роше смотрел ей вслед, чувствуя как внутри разгорается гнев и бессилие. Проклятая чародейка! Играет с ним, как кошка с мышкой. Но ничего. Еще покажет ей кто в доме хозяин... **** -Нихрена себе. Пиздюк! Сама родила как мамка Геральта? Огей глаза закатила от таких комментариев. -Ага. Конечно. Создала магией. Эскель с явным интересом наблюдал как этот маленький разбойник пытается пожевать его медальон. Было бы еще чем. Зубов не имел пока. Невольно улыбнулся от такого. Ламберт, тоже заинтересованный, перестал огрызаться и просто наблюдал за дитем, почесывая подбородок. Темноволосый ведьмак осторожно отнял медальон у юного исследователя. Вати, недовольный такой наглостью, тут же попытался ухватить его за палец ручкой. Эскель рассмеялся. Подхватил кроху на руки и подкинул вверх. Ребенок залился счастливым смехом, протягивая ручки к сверкающему потолку Каэр Морхена. -Вырастим из него ведьмака? -Ламберт, ну ты дурак совсем иль на половину? -А что? У нас тут давно никто не мутировал. Надо исправляться. -Ему даже года нет. Какие мутации? К ним Весемир зашел. Удивился, увидя что эта троица не за очередной пьянкой была. -Чем вы тут заняты? -Огей притащила пиздюка. Говорит, что ее. -Мой подкидыш. Он был никому не нужен я и забрала. -Э вон оно как. Ну ка дайте погляжу. Давно младенцев не видал. Он бережно взял ребенка на руки, рассматривая его с отеческой нежностью. Малыш, словно чувствуя теплоту, доверчиво прижался к нему щекой. Старый ведьмак покачал головой, вспоминая времена, когда Каэр Морхен был полон смеха и детских голосов. -Крепкий малый. И глаза смышленые. Похоже, Огей, ты нашла себе достойного наследника. Огей усмехнулась. -Наследника чего? Моих долгов? Или умения находить неприятности на свою задницу? -Может, чего-то большего. У каждого из нас есть свой путь. Кто знает, куда приведет этого мальца судьба? Ламберт фыркнул. -Ничему хорошему. Расти при дворе в Темерии то еще удовольствие. Весемир проигнорировал колкость, продолжая любоваться ребенком. -Как назвала? -Ватиальд. -Хорошее имя. Весемир передал Вати обратно Огей, но продолжал задумчиво смотреть на нее. В его взгляде читалась какая то грусть и ностальгия. Теперь вот и воинственная чародейка матерью стала. Эскель подошел к нему и тихо спросил: -Что-то не так? -Все так. Просто вспомнилось, как мы сами были такими же. Беззаботными, полными надежд. А потом… Потом все изменилось. Ламберт скривился. -Да брось ты, дед! Нечего сопли размазывать. Было и прошло. Надо жить дальше. Тот вздохнул. -Ты прав. Надо жить дальше. Но не стоит забывать прошлое. Оно учит нас, кто мы есть. Чародейка улыбнулась. Ей предстояло воспитать ребенка. Защитить его от опасностей и научить выживать. Но была готова на все ради своего маленького Вати. -Я тут думала над тем, чтобы просить у Фольтеста вольную. Отвоевала уже свое. -Вольная? А что, неплохая идея! - Поддержал Эскель. - Устала небось от дворцовых интриг и вечных политических игр. А тут тишина, покой… Почти. Та пожала плечами. -Не знаю что из этого выйдет. Но я должна попробовать. Вати нужен дом, где он будет в безопасности. А в Темерии… Там слишком много всего, что может навредить. Еще и этот Роше. Благо, не успел прознать о ребенке. Пока. Да и дела с Ольхами тоже подождут. И правда устала от вечной борьбы. Хотелось простого человеческого счастья, а не в очередной раз кому то что то доказывать. Ламберт хмыкнул, но ничего не сказал. Любой двор – змеиное гнездо, где каждый плетет свои интриги и готов на все ради власти. Воспитывать там ребенка, значит подвергать его постоянной опасности. Весемир кивнул. -Это мудрое решение. Если тебе нужна будет помощь — Каэр Морхен всегда открыт для тебя. -Спасибо, Весемир. Я это ценю. -Если вдруг не отпустят, то мы поможем тебе сбежать. - Подмигнул ей Эскель. Девушка усмехнулась. У нее был еще товарищ, который такое предлагал. Только вот тот еще не знал что решила сделать. Иорвет мог отреагировать как угодно. От части, боялась что не поймет и решит, что предала. Но легке узнать, чем гадать. Так что это сделает сразу как получит вольную. Фольтест удивился, услышав с какой просьбой к нему явилась чародейка. Отпустить со службы, чтобы посвятила себя воспитанию ребенка? Нахмурился, обдумывая услышанное. Карлудд Езе была ценным активом, сильной и преданной чародейкой. Отпустить ее означало лишиться важной фигуры в политических играх и военной мощи. Но понимал что переубедить ее будет невозможно. -Ты долго служила мне верой и правдой, Огей. Я ценю твою службу. Но понимаю что материнство — это серьезное решение. Я дам тебе вольную. Только помни, если Темерии понадобится твоя помощь, я рассчитываю на тебя. Огей склонила голову в знак благодарности. -Благодарю вас, ваше величество. Я всегда буду готова помочь Темерии, если это будет в моих силах. По залу прокатился удивленный шепот. Никто не ожидал что чародейка вдруг в матери подастся. Да и откуда у той ребенок? Фольтест жестом приказал замолчать. Новость о ребенке вызовет немало пересудов и домыслов. Но ему было все равно откуда он. Главное, что чародейка осталась верна ему и мог рассчитывать на ее помощь в будущем. Огей поклонилась и вышла из тронного зала. В коридоре ту поймала Трисс. -Это правда? -Смотря что. -Что у тебя ребенок! Чародейка кивнула, не скрывая улыбки. -Да. Подкидыш у меня. -Вот как... Я рада за тебя. Надеюсь, у вас все будет хорошо. -Спасибо, Трисс. Я тоже на это надеюсь. - Хмыкнув. - Ты не видела Йоне? Мне нужно ей кое-что сказать, пока не уехала. -Ее с братом сейчас нет при дворе. Они по делам отлучились. -Хм... -Могу передать. -Да. Передай им, чтобы были осторожны. И не отпускайте Рема в Нильфгаард с посольством. У меня было видение. Ничего хорошего из этого не выйдет для него. -О Боги... Обязательно передам! А ты куда теперь? -На родину. Как закончу одно дело... -Тогда счастливого пути. И пусть тебе сопутствует удача. Только сначала даш полюбоваться таким чудом? Белокурая чуть расслабилась. -Ага. Пошли. Трисс шла следом за Огей, сияя от любопытства. Ей не терпелось увидеть ребенка, внезапно появившегося в жизни подруги. Мысль о материнстве казалась такой чуждой для чародеек, посвятивших себя магии и политическим интригам. Но в тоже время понимала, что в жизни возможно все. Они пришли в покои Огей, где в колыбели сладко спал Вати. Меригольд заглянула в колыбель и ахнула. Маленький рыжеволосый мальчик был невероятно милым! Такие щечки. -Какой он хорошенький... Как ты его назвала? -Ватиальд. -Он просто чудо. - Руки на щеки положив. - Ему повезло что попал в твои руки. Я уверена, из тебя выйдет хорошая мама. -Спасибо. Я постараюсь его увезти подальше от всех этих интриг и войн. С меня хватило. Больше века уже с ними вожусь. Огей нежно погладила Вати по щеке. В его лице видела надежду на мирную жизнь о которой давно мечтала. Вырастит его в любящей обстановке, чтобы познал радости простых вещей, не омраченные страхом и опасностью. А там кто знает что будет дальше? Может и ведьмаком захочет стать. Или воином. Одному Богу известно как жизнь обернется. Трисс стояла над колыбелью, не в силах оторвать взгляд от спящего малыша. В голове мелькали обрывки воспоминаний о собственных мечтах про жизнь, которую могла бы прожить, если бы не магия. Чувствовала легкую зависть к Огей, нашедшей в материнстве новый смысл существования. Подруга всегда говорила что семья кровь не заканчивается. **** Иорвет застыл, ошарашенный новостью. Огей что? -Решила завязать с политикой и посвятить себя ребенку? Не может быть! - Проговорил сам себе, словно не веря услышанному. Знал Сову как сильную и независимую чародейку, а тут это! Но в то же время в глубине души понимал ее. Сам тоже устал от бесконечной борьбы и кровопролития. Огей вздохнула. -Можешь обижаться. Я все пойму. -Было бы на что. Такие неожиданности в твоем духе, Сова. Что ж... Твое право решать куда идти. Я не могу насильно держать тебя рядом. -Спасибо за понимание, Иор. Мне это правда важно. Все же какой боевой не была, я все еще женщина. -Укатишь в ривийскую глушь? -Угу. На родине спокойнее будет. Хотя, там вряд ли хоть кто-то помнит мой род. Но оно и к лучшему. -О, ты заставила греметь славу о нем далеко за пределами этого захолустья своими похождениями. -Слава штука переменчивая. Сегодня ты герой, а завтра — изменник. Мне не нужны ни слава, ни почести. Главное, чтобы Роше на хвост не сел. Он меня и в Аду бы нашел, чтобы второй раз прикончить. -Не переживай. Его внимание я перетяну на себя. Развлечемся с ним хорошенько. -Ха! Если что, жду в своей глуши в гости. Вдруг решишь мимо проезжать. -Обязательно случайно проеду мимо. Чисто чтобы поглядеть что за мелочь ты там подобрала. Усмехнулся, представив магичку, нянчащую младенца где то в глухой ривийской деревушке. Картина казалась настолько нереальной. Но с другой стороны, кто знал что творится в голове у этой непредсказуемой девки? ​​​​​​​-Главное, чтобы этот детеныш не унаследовал твой взрывной характер и любовь к приключениям. Иначе глуши придется несладко. Огей улыбнулась. -Постараюсь воспитать его иначе. Пусть живет в мире и спокойствии, чего мне так и не удалось познать. Иорвет кивнул. Свое уже отвоевала Сова. Оно и к лучшему что живой вышла из этого порочного круга. Было бы хуже, если вынесли бездыханной с поря боя. Себе бы такое не простил. -Тогда не говорю прощай. А до встречи. Береги себя и своего малыша. Если понадобится помощь, знаешь где меня найти. Они крепко обнялись. Эльф поцеловал ее в макушку. Когда Огей ушла, еще долго смотрел ей в след, пока ее силуэт постепенно не растворялась в тумане. В голове крутились обрывки воспоминаний: дерзкая улыбка, меткий выстрел из лука, жаркие споры у костра. Магичка была такой привычной частью его жизни и его борьбы. И вот та уходит, чтобы создать что то новое. Что то светлое. ​​​​​​​Оставшись один, почувствовал легкую грусть. Но это была светлая грусть. Понимал, что каждый имеет право на свой путь. И если счастье Огей в тихой ривийской деревне, значит, так тому и быть. Поглядит как долго она там продержится, зная ее неугомонный характер.