Кровь Шадарии

Ли Минхо, 25 лет. С самого детства я не знал, что такое семья. Я был результатом нежелательной беременности. Ссоры, крики, побои — вот всё, что окружало меня с первых дней жизни. А потом… они просто исчезли. Навсегда. Без следа. Я выживал как мог. Крал. Прятался. Иногда по несколько дней голодал, потому что еды не было вовсе. Я рано понял: в этом мире ты либо берёшь, либо остаёшься ни с чем. А потом, в день моего пятнадцатилетия, он нашёл меня. Чон Чонгук, имя которого было известно каждому. Наследный принц. Альфа. Он протянул мне руку тогда, когда все остальные отвернулись. Забрал с улицы. Оберегал. Учил. И я стал его — преданным, сильным, незаменимым. Его правой рукой. Теперь мне 25. Я тоже альфа. И я навсегда останусь на его стороне. ⸻ 793 год н.э., 12:00. Дом Совета. Песочного цвета стены, панорамные окна, пропускающие солнечный свет. По углам — живые цветы, запах которых едва чувствуется в воздухе, очень даже освежающе. Я стою у центра зала. Напротив — Ким Тэхён, омега, не старше шестнадцати. Смазливое личико, слишком юное для власти. Он — законный наследник трона Империи Саларион. По законам нашего мира омеги должны подчиняться, быть ниже, повиноваться альфам… а не управлять целыми империями. Но что поделать — законы Салариона абсурдны. Дверь резко распахнулась. В зал вошли представители старших династий Чон. Во главе — Чон Чонгук. Он сел рядом, лицо его было напряжено — ему явно не по вкусу решение отца, оно и не странно, учитывая его характер. — Рад приветствовать всех на Сенате Дюжины, — начал представитель Салариона. — Сегодня мы рассматриваем вопрос об официальном браке между Ким Тэхёном и Чон Чонгуком. Это необходимо для укрепления союза между нашими империями. Первым высказался глава дома Чон — Чон Джихун, альфа, которому далеко за пятьдесят. — Мы согласны на союз. Но при одном условии — вы гарантируете нашу безопасность. Слова его прозвучали твёрдо, уверенно. Зал замер. В ответ встал правитель Салариона — Ким Минсу. Голос его был холоден, расчётлив. — Наши условия: четверть ваших территорий, две тысячи солдат и половина всех ресурсов. У меня потемнело в глазах. Четверть территорий?! Две тысячи воинов?! Половина всего, что мы добывали потом и кровью?! Эти омеги совсем обнаглели. Джихун, едва сдерживая гнев, поднялся, чтобы возразить. Дальше всё будто утонуло в тумане. Споры. Крики. Лицо Тэхёна — спокойное, даже немного насмешливое. Дебаты длились почти два часа. Когда всё наконец закончилось, и делегация Салариона покинула зал, Чон Джихун сорвался. Я стоял молча, стиснув зубы. Война? Предательство? Или это только начало чего-то большего?..