Солнце встает над мертвыми

Едва солнце показалось на горизонте, Даллас поднялся первым. — Хорошие новости, — сказал он, протирая сонные глаза. — Мне удалось связаться с Дэррилом. Они ждут нас. Сейчас перекусим и двинемся в путь. Думаю, через час будем на месте. Пока остальные собирали вещи, я решил перевязать рану Нэллы. — Не болит? — спросил я, аккуратно затягивая бинт. Она слабо улыбнулась: — Спасибо обезболивающему. Гораздо лучше. Хорошо, что нам удалось его раздобыть. Мы быстро перекусили, собрали снаряжение и тронулись в путь. Утро было тихим, лишь лёгкий ветерок шевелил листву, а птицы, будто не замечая апокалипсиса, продолжали петь свои беспечные песни. По дороге нам попалось несколько ходячих. Даллас расправился с ними быстро и без лишнего шума — несколько точных ударов ножом, и тела безжизненно падали на землю. Его движения были отточенными, почти механическими. "Неплохо бы научиться у него такому", — подумал я. Вскоре впереди показалась старая церковь, а рядом — военный грузовик, возле которого копошился мужчина. Рэй Корин. 35 лет. Механик. Руки в масляных пятнах и татуировках, на нём — потрёпанный синий комбинезон и фартук, набитый инструментами. Знает о машинах всё — из ржавого ведра может сделать бронированную тачку. Заметив нас, он снял перчатки и направился к Далласу. — Рад, что добрались, — ухмыльнулся Рэй, протягивая руку. — Я тоже рад, что вы все здесь, — Даллас пожал её, затем окинул взглядом грузовик. — Надеюсь, это корыто ещё на ходу? Рэй достал сигарету, прикурил и выдохнул дым: — Тормоза подводят, но покатить должна. А где твоя машина? И, кстати, где Кайл? Даллас на секунду замер, затем тихо ответил: — Кайл... погиб. — Чёрт... — Рэй сжал кулаки. — Почему лучшие уходят первыми? Помолчав, он махнул рукой: — Ладно, не буду задерживать. Дэррил ждёт тебя внутри. Вам есть о чём поговорить. Остальные — оставайтесь снаружи. Войдя внутрь заброшенной церкви, Даллас замер на мгновение. Пыльные лучи света пробивались через разбитые витражи, освещая фигуру Дэррила, склонившегося над старым радио. Его пальцы нервно перебирали ручки настройки, словно он пытался поймать не только сигнал, но и ускользающую надежду. В ответ — лишь треск, шипение и мертвая тишина эфира. — Дэррил, — осторожно позвал Даллас, не желая пугать друга. Тот не обернулся, но его плечи напряглись. Он ждал этого разговора. Даллас сделал шаг вперед. Голос его дрогнул: — Кайл… его больше нет. Слова упали между ними, как камень в бездонный колодец. Дэррил резко обернулся. Глаза горели яростью, губы дрожали. — Как это, блять, произошло?! — его крик эхом разнесся под сводами церкви, спугнув стаю голубей у алтаря. — Маркус предал нас. Кайл прикрыл Нэллу… но его укусили, — голос Далласа звучал приглушенно, словно он боялся, что слова снова разожгут пламя гнева. Дэррил стиснул кулаки, ногти впились в ладони. Лицо исказилось — сначала ярость, потом боль, потом пустота. — Ублюдок… Я знал, что на него нельзя полагаться. Но не так… Не ценой Кайла. Тишина. Только их дыхание и далекий скрежет ветра в разбитых окнах. Наконец Дэррил глубоко вдохнул, сминая в кулаке сигаретную пачку. — Надо двигаться вперед. Вчера по радио говорили о городе Z. Там… содружество. Принимают всех. Даллас всмотрелся в друга: — Содружество? Звучит как сказка. — Но если это правда… — Дэррил подошел ближе, голос твердый, но глаза — усталые. — Это шанс. Начало. Без потерь. Даллас отвернулся, глядя на распятие над алтарем. — Мы не забудем Кайла. Его жертва — не напрасна. — Он бы этого хотел, — просто сказал Дэррил. Пауза. Затем Даллас кивнул: — Ладно. Сообщим остальным. Кстати… у нас пополнение. Хирург, студент… но лучше, чем ничего. Дэррил усмехнулся: — Интересно. Через 20 минут соберем всех. Я… мне нужно перевести дух. Заодно глянем на новичка. Даллас вышел, оставив друга наедине с мыслями. Дэррил закурил, дым клубился в луче света. — Черт… — прошептал он, глядя в пустоту. — Всегда лез первым. Рисковал. Спасал. А теперь… Он сжал кулак. — Пока я жив… «Кардиналы» тебя не забудут. Пока Даллас отошёл к Дэррилу, я решил познакомиться с остальными выжившими. Утреннее солнце мягко освещало церковный двор, создавая странный контраст с нашей мрачной реальностью. Дэвид Мэйн, 26 лет, охотник - высокий парень с густой бородой и заметным шрамом через левую бровь. Он сидел на ступеньках, методично чистил свою винтовку, но его зоркие глаза постоянно сканировали окрестности. Каждое его движение было выверенным, словно он и сейчас выслеживал добычу. Рашель Майер, 25 лет, медсестра - её каштановые волосы, заплетённые в тугую косу, поблёскивали на солнце. Медицинский крест на рукаве её куртки выглядел почти иронично в нашем новом мире. Она уже осматривала рану Нэллы, её пальцы двигались быстро и уверенно, несмотря на усталость. Рэйн Корин, 35 лет, механик - его татуированные руки и поношенный синий комбинезон выглядели как часть личности. Вместе с Оскаром они копались в двигателе старого грузовика, перебрасываясь техническими терминами и крепкими выражениями. Даллас вернулся из церкви с каменным лицом. Утренний свет подчёркивал морщины на его лбу и твёрдый угол челюсти. Дэррилу нужно время, - пробурчал он, избегая глаз. Видимо, разговор о Кайле дался ему нелегко. Я не услышал, как он подошёл. Его тяжёлая рука опустилась мне на плечо, заставив вздрогнуть. Эй, пацан, - его голос прозвучал неожиданно близко. Прогуляемся? Мы пошли вдоль заросшей дороги, огибая церковь. Утренний воздух был свеж, пахло травой и чем-то цветущим - странно, что природа продолжала жить, когда наш мир рухнул. Даллас достал помятую пачку сигарет, предложил мне. Я взял одну - в этом новом мире такие маленькие удовольствия стали редкой роскошью. Пламя зажигалки на мгновение осветило его грубоватое, но не лишённое доброты лицо. Нэлла, наверное, уже рассказала про блокпост, - он затянулся, выпуская дым в утренний воздух. Я людям не особо доверяю... Но ты вроде нормальный. Дэррил, думаю, тебя одобрит. Я молча кивнул, ожидая продолжения. Видишь ли, Сэм, - Даллас остановился, повернувшись ко мне. Утреннее солнце освещало его лицо, подчёркивая морщины у глаз. В этом пиздеце важно знать, кто за твоей спиной. Кайл был мне братом... не по крови, но по духу. А теперь его нет. Его глаза на мгновение потемнели. Так что если идёшь с нами - запомни: мы держимся вместе. Предателей не терпим. Он швырнул окурок на землю, раздавил его каблуком с такой силой, будто это была голова врага. Но если ты свой, - его лицо неожиданно смягчилось, то у тебя теперь есть семья. Мой взгляд сам собой потянулся к церкви, где в утренних лучах виднелась Нэлла. Я понял, - тихо ответил я. Даллас хлопнул меня по плечу так, что я едва устоял на ногах. Ладно, хватит нытья. Пора собирать народ. Будем решать что делать дальше. И мы пошли обратно - к людям, к новому дню, к следующей главе нашей жестокой, но всё ещё продолжающейся истории. Утреннее солнце слепило глаза, но впервые за долгое время это не казалось мне таким уж плохим знаком.