Один за всех и все на одного

Комната тонула в приглушённом полумраке. Тэхён лежал, раскинувшись на своей кровати, закинув одну руку за голову. Рубашка, выброшенная вредным шкафом, валялась на полу — видимо, этот день решил добить его окончательно. Он хмуро разглядывал потолок, когда дверь закрылась за Чимином. Его светлые волосы были в беспорядке, на спине и коленях подсохла грязь. — Ты вообще в своём уме?! — голос Чимина дрожал. — Ушёл в лес один. И даже мне не сказал! — Я? Это ты сегодня забыл про запрет покидать академию! Во что ты играешь? И что? Ты бы что, разрешил мне сделать призыв? И чего ты так долго тянул кота за яйца? — огрызнулся Тэхён, поворачивая голову. — Ты был слишком занят? Я что, ребёнок? Или мне теперь каждый вдох с тобой согласовывать? Тэхён видел, как фейри задрожал и качнулся на пятках. Его крылья тускло светились. — Ты мог погибнуть! — Чимин сжал губы. — И не переводи тему. — А я и не перевожу, — Тэхён криво усмехнулся. — Ты в последнее время вообще на меня забиваешь. — Он приподнялся на локтях. — Где ты был, Чимин? Почему вернулся так поздно? Чимин замер. — Я… — он осёкся, щёки вспыхнули ярким румянцем. Мысли фейри унеслись к пруду в тёмном лесу. Туда, где прохладные пальцы вампира сжимались на запястьях, а холодные губы скользили по коже. Он вспомнил, как они прошлись по его щеке, по линии челюсти и спустились к шее. Вспомнил, как жар разливался под кожей, от которого кружилась голова и колени предательски дрожали. «Зайди ко мне сегодня в гости», — шептал в самое ухо вампир. Чимин тогда отказал. А Сокджин усмехнулся, прижавшись щекой к плечу феи. — Чимин. — Тэхён щёлкнул пальцами у него перед лицом. — Ты сейчас где вообще? Ага, — Тэхён прищурился. — Понятно. Помешался ты на этом вампире. Скоро оставишь меня одного. — Это не так, — резко ответил Чимин, но его голос дрогнул. Он даже не заметил, когда друг успел подойти к нему так близко. — Ну, да. Не так... Тэхён фыркнул и вернулся к своей кровати. Он потянулся к прикроватной тумбочке. Пальцы сомкнулись вокруг зеркала-артефакта и скользнули по холодной оправе. Поверхность потемнела, а вместо отражения появилось другое место. В отражении, за столом, склонившись над блокнотом, сидел глава академии. Его перо двигалось медленно, выводя строки красивым почерком: Испытание первое… Испытание второе… Тэхён похолодел. — Чимин, — его голос стал тише. — Посмотри. Чимин подошёл ближе, забыв о ссоре. Его глаза потемнели и расширились. — Это… — он сглотнул, — это же те задания, которые нам предстоит выполнить. Зеркало померкло, оставив лишь их отражения на поверхности. Чимин медленно выдохнул. Он взял пергамент и перо, быстро записал то, что успел запомнить: Создание сильнейшего зелья защиты от тёмной магии. Он немного задумался и ниже дописал: Всего три испытания. — Ну, — Тэхён упал на кровать и усмехнулся, глядя в потолок. — Первое задание за мной. Тут даже спорить не о чем. Лучше меня зелья никто не варит. — Я и не спорю. — Чимин подошёл к своей кровати и сел. — Жаль остальные не успели прочесть. Тэхён хотел ответить, но вместо этого широко зевнул. Ресницы его дрогнули, веки налились тяжестью, слова застряли где-то между мыслью и губами. Он повернулся на бок, подтянув колени, и уже через мгновение его дыхание стало ровным и глубоким. Чимин поднялся и подошёл к спящей ведьме. Он тихо, почти не дыша, опустился на колени у кровати, осторожно снял лакированные туфли, поставив их рядом на пол. Затем аккуратно подтянул одеяло, укрывая Тэхёна до плеч, и замер на секунду. «Чего ты с ним так нянчишься? » Чимин выпустил из рук одеяло. « А разве я могу оставить его? » *** Дверь закрылась за ним беззвучно. Чимин шёл по коридору на носочках, постоянно оглядываясь. Каждый шорох заставлял его вздрагивать. Магические светильники мерцали, создавая живые тени, от которых сердце в испуге пропускало удары. Наконец он остановился у нужной двери, наклонился и тихо поскрёб короткими ногтями по тёмному дереву. Один раз. Тишина. Ещё раз — и дверь резко распахнулась. Чимин даже не успел вдохнуть, как рука Сокджина вынырнула из темноты, ухватила его за запястье и с силой втянула внутрь. Дверь глухо захлопнулась, а мир тут же сократился до каменной стены за спиной феи и высокой фигуры вампира перед ним. Сокджин нависал сверху, упираясь ладонью в стену рядом с его головой, откровенно разглядывая, как Чимин краснеет: сначала ушами, потом щеками, потом и вся шея окрасилась в розовый. Чимин упёрся маленькими ладонями в твёрдую, словно высеченную из камня, грудь вампира. — Ты сказал, что расскажешь про двоих, кто следит за Тэхёном, — возмутился он, стараясь звучать строго. — Отодвинься. — Чимин попытался оттолкнуть Сокджина, но безрезультатно. — А я разве обещал что-то ещё? — лениво протянул вампир. — Не припоминаю, чтобы говорил, что не буду к тебе приставать. Он прижался к Чимину сильнее. Ладони легли на талию фейри, затем нагло скользнули ниже и уверенно сжали мягкие ягодицы. Чимин пискнул от неожиданности. Никто и никогда не касался его так, как этот наглый упырь. Сокджин будто не заметив наклонился, он уткнулся носом в золотистые волосы и глубоко вдохнул. — У тебя совесть есть? — внутри Чимина просыпалась буря. Он хотел вырваться из его рук. Хотел узнать о чëм он говорил в лесу. Хотел вытрясти из него правду. Но ноги подкашивались, а тело совсем не слушалось. Он выдохнул и сжал ладони в кулаки. — Я пришёл за ответами. А не стать твоей закуской на сон грядущий! — Я просто совмещаю полезное с приятным, — мурлыкнул Сокджин. Но увидев, как в глазах феи начинает сгущаться темнота, поднял руки в извиняющемся жесте. - Ладно, ладно. За твоим драгоценным Тэхёном присматривают наставник и Чонгук. И вообще, — он усмехнулся, и белые клыки показались между пухлых губ. — Я ведь могу и приревновать. Он нагло прижался губами к шее Чимина, оставляя медленные, дразнящие поцелуи. — Чонгук? — Чимин пытался сосредоточиться. — Зачем ему это? Наставник — это понятно, но эльф… Тэхён его раздражает. — Я тебя тоже раздражал, — тихо заметил Сокджин. — Ты меня и сейчас бесишь! — Врунишка, — усмехнулся вампир. — У тебя сердце сейчас из груди выпрыгнет от моих поцелуев. — Замолчи. — Так мне молчать или рассказывать? — пальцы Сокджина продолжали изучать тело замершего в его руках Чимина. — Чонгук следит за ведьмой по просьбе ректора, — наконец сказал он серьёзнее. — После того инцидента они об этом говорили в кабинете. Эльф хорошо чувствует запретную магию. Он предупредит, если что-то пойдёт не так. — Хватит меня слюнявить! — Тебе разве не нравится? — Я ... я не знаю! Я ни разу..— выпалил Чимин и тут же осëкся смутившись.— Ещё никто не делал так… Не пытался... — А что и кто пытался? — шёпотом спросил вампир. — Никто и ничего! — Ммм… — Сокджин усмехнулся. — Значит, только моя феечка. Чимин упёрся в его грудь сильнее. — Да отстань ты! Есть серьёзный разговор. Мы узнали о заданиях для групп. Сокджин наконец оторвался и посмотрел прямо в золотистые глаза — сосредоточенно и внимательно. — И откуда? — Зеркало. Не знаю, что это за артефакт, —быстро затараторил Чимин. — Оно показало ректора: он записывал задания. На первом надо сварить зелье защиты от тёмной магии. Я не уверен, но второе, возможно, будет под водой. Есть ещё третье, но изображение слишком быстро исчезло. Справишься? — мысли путались, и очень хотелось сбежать подальше от прохладных ладоней, которые забрались под рубашку. — Да. — А вода? Сокджин усмехнулся и наклонился, накрывая губы Чимина долгим, сладким поцелуем. Когда он отстранился, Чимин жадно со свистом вдохнул. — Феечка моя, — Сокджин мягко коснулся большим пальцем раскрасневшихся губ напротив. — В отличии от большинства в этом здании, мне не нужен воздух. — Вам вампирам ни воздух, ни сон не нужны. А я вот спать люблю. — Ммм. Какое манящее слово… спать. Может, останешься и покажешь как это? Вдруг и я спать полюблю... с тобой. Чимин стукнул кулаком в твёрдую грудь вампира. — Извращенец! — Ты даже не представляешь, насколько ты прав. — Он наконец отпустил фейри из крепких объятий. Чимин выскользнул из комнаты — смущенный и растрёпанный. — Сладких снов, светлячок, — донеслось ему вслед. — Я приду к тебе во сне. — Изыди! — пискнул Чимин и убежал. Сокджин остался один. Он коснулся пальцами своих губ и усмехнулся. — Какой же он вкусный и милый. *** Утро в Академии встретило учеников объявлением на дверях аудиторий: «Первое совместное задание. Изготовление зелья защиты от тёмной магии. Работа в группах. Количество баллов зависит от качества и силы зелий». — Ну всё, — довольно протянул Тэхён, поправляя рукава своей рубашки. — Это мой выход. Можете сразу записывать победу на мой счёт. — Не зазнавайся, — буркнул Чимин, но уголки губ у него дрогнули в лёгкой улыбке. В зельеварении Тэхён действительно был пугающе хорош. Аудитория, где проходило испытание, быстро наполнилась запахами трав, корней и магией. Котлы тихо булькали, ученики мешали друг другу у полок с ингридентами. Тэхён двигался танцуя между столами, отмеряя на глаз каждый компонент, бормоча заклинания под нос. Котёл вспыхнул мягким фиолетовым светом. — Ещё вот это и зелье будет идеальным, — пробормотал он, добавляя последнюю каплю. Зелье зашипело и изменило свой цвет. — Тэхён? — Чимин отвлекся от своего зелья и настороженно посмотрел в котёл друга. — Почему оно розовое? Ты уверен что всё правильно положил? — Странно, — ведьмак наклонился ближе, вдохнул пар и замер. А потом мир вокруг него поплыл, и стал ярче, а его взгляд зацепился за Чонгука. Эльф расправил широкие плечи, в руках у него была колба с тёмным маслом. Он казался самым прекрасным существом во вселенной. — О-о, — выдохнул Тэхён, глаза его стали огромными и блестящими. — Ты… ты вообще видел себя сегодня? Он сделал пару шагов и повис на шее эльфа, обхватив её руками. — Тэхён, отцепись, — глухо сказал Чонгук, перехватывая его за талию, чтобы тот не рухнул на пол. — Какие у тебя гла-а-аза… — протянул Тэхён, хлопая ресницами, вплетая свои длинные пальцы в тёмные жёсткие волосы эльфа. — Такие… красивые… И губы… м-м-м… они выглядят такими мягкими, что я просто обязан их поцеловать. — Всеми богами клянусь, я ничего не делал, — пробормотал Чонгук, закатывая глаза. — Это не смешно. Тэхён прижался сильнее и уткнулся носом в его шею. — И ушки-и, — он благоговейно коснулся длинного уха. — Я в них влюблён. Я вообще в тебя влюблён. Ты такой… сильный… мускулистый… сияешь весь. — Уберите его от меня, — сквозь зубы прошипел эльф, удерживая ведьмака, который уже пытался дотянуться до его губ. — Не-е-ет, — захныкал Тэхён. — Обними меня крепче… ещё… поцелуй меня везде… я хороший… — Я сейчас с ума сойду, — простонал Чонгук. — Кто знает, как сделать отворот?! Сокджин, наблюдавший эту сцену с откровенным весельем, приподнял бровь. — Сильный приворот. Молодец, ведьма, — усмехнулся он. — Кажется, у меня в комнате есть нужное зелье. —Он посмотрел на Чимина. — Сходишь со мной, светлячок? Или подождём лекарей? Чимин уже кипел от злости, глядя, как Тэхён виснет на эльфе. — Пойдём быстрее. Они вылетели из аудитории, а остальные остались. — Я умоляю, снимите его с меня кто-нибудь, — Чонгук поднял глаза к потолку, всё ещё удерживая Тэхёна, который тёрся о него и бормотал признания. — Пусть они вернутся быстрее. Я не выдержу. — Выдержишь, — хмыкнул Хосок. — Это ещё не худшее, что могло случиться. Хорошо что это не яд. — Если он останется таким, — мрачно добавил Чонгук, — я сам себя убью. *** В комнате Сокджина Чимин метался взглядом по полкам, а вампир был абсолютно спокоен. Он лениво опёрся о стол руками и наблюдал, как фея злится. — Вот. — Сокджин протянул руку и снял с верхней полки узкую склянку с прозрачной жидкостью. — Отворот. Он наклонился слишком близко к уху Чимина, и уголок его губ дрогнул. — Ты такой милый сейчас. Так бы и съел Чимин резко развернулся. Метнул в вампира возмущённый взгляд, который совершенно не смутил Сокджина. — Как на счёт поцелуя? — вампир подался вперёд в попытке коснуттся манящих его губ. — Ты охренел?! — вспыхнул Чимин, выхватывая баночку. — Оставь на потом свои игры! И, не дав вампиру сказать ни слова, вылетел за дверь, едва не выбив её. — Эх, — Сокджин усмехнулся, глядя ему вслед. — Спасатель. Отворот подействовал мгновенно. Тэхён отскочил от Чонгука так резко, будто его ошпарили, моргнул и застонал. — Почему у меня лицо горит? — Тэхён, подойди. — Чимин протягивал другу зеркало. В поверхности отразилось лицо, усыпанное крупными красными прыщами. — … — повисла гробовая тишина. — НЕТ! — выдохнул Тэхён. — Нет-нет-нет-нет-нет. — Может, это побочный эффект? — затараторил Чимин. — И он, наверное, временный. — Может? Наверное!? — Тэхён схватил мантию с ближайшего стула. — Ты посмотри на меня! Я...я... Я — УРОД! — Тэхён.. — Всё. Он натянул на голову капюшон и, прежде чем кто-либо смог его остановить сбежал. *** К вечеру Чонгук нашёл его в чулане рядом с корпусом первогодок. Тэхён сидел на старом пыльном ящике, закутанный в тёмную мантию. Лицо он скрыл капюшоном и тихо всхлипывал. — Ты, — Чонгук кашлянул, — собираешься тут жить? — Уйди, — глухо донеслось из-под ткани. Эльф молча присел рядом и протянул небольшую баночку. — Мазь. Лечит кожные реакции на магию. Тэхён осторожно одним глазом посмотрел на банку, а потом недоверчиво — на Чонгука. — Зачем тебе это? — Потому что это моя вина, — пожал плечами эльф. — Если бы мы дождались учителя... Тэхён почувствовал странное тепло в груди и быстро отвёл взгляд. — Это… — пробормотал он. — Спасибо. Чонгук кивнул и поднялся. — Не сиди здесь долго. Тэхён уставился ему вслед, прижимая мазь к груди, и тихо прошептал: — Какая муха его укусила? *** Тэхён влетел в комнату, хлопнув дверью так, что ткань балдахина на кровати качнулась. — Чимин, — простонал он, — мажь. Срочно. Чимин вздохнул, но подошёл, усадил друга на край кровати и осторожно взял его лицо в ладони. — Сиди спокойно, катастрофа ты моя. Мазь была прохладной, пахла травами и чем-то сладким. Чимин наносил её аккуратно, кончиками пальцев, сосредоточенно и нежно. Тэхён сначала хмурился, потом расслабился, прикрыв глаза. — Всё, — спустя минуту сказал Чимин. — Можешь открывать. — Только не ври мне. Они ещё там? — Тэхён приоткрыл один глаз. — Тэхён, — фейри тепло улыбнулся. — Всё исчезло. Кожа чистая и гладкая. — Что? Тэхён рывком схватил зеркало с тумбочки. Впервые за всё это время поверхность была послушной. Она отразила его самого. Медовая кожа снова была ровной и безупречной. — Я прекрасен, — выдохнул Тэхён. Чимин фыркнул и уже собирался что-то сказать, но ведьмак его уже не слушал. Зеркало в его руках дрогнуло. Отражение поплыло, будто по воде прошла рябь. Тэхён внимательно всмотрелся в изображение. Теперь там был Чонгук. Он лежал на своей кровати, как и в первый раз, руки закинуты за голову, рубашка полностью расстёгнута. Антрацитовая кожа мягко сияла в полумраке, грудь медленно поднималась от дыхания. Тэхён невольно задержал взгляд, скользя по мускулистому торсу, по ключицам, по напряжённой линии шеи. — Тэхён? — окликнул Чимин. Чонгук в зеркале лениво провёл пальцами по своей нижней губе, словно задумавшись, и Тэхён замер, сильнее сжимая ручку артефакта. А потом эльф поднял взгляд и посмотрел прямо в глаза ведьмаку. Так, будто он его видел. — К чёрту это, — выдохнул Тэхён и швырнул зеркало на кровать. Он резко обернулся к Чимину. — Скажи, приворот может не до конца уйти после его отмены? Чимин нахмурился. — Нет. Если отворот правильный, ничего не остаётся. А что? Тэхён отмахнулся и схватил тёмную прядь своих волос. Длинный палец почти спрятался, когда он накрутил на него локон. — Да ничего. Просто… — он фыркнул, отворачиваясь. — Моё зелье было слишком сильное. Вот и всё. Не до конца проходит — и точка. Чимин прищурился, но промолчал. А Тэхён тем временем прижал ладонь к груди. Сердце бешено колотилось. *** Чонгук громко застонал. Он сжал пальцами виски и надавил. В ушах звенели слова ведьмака. «Ты такой сильный… я в тебя влюблён…» Слова приворота. Пустые. Не настоящие. Но сердце всё равно тревожно билось, когда он вспоминал, как Тэхён прижимался к нему — такой тёплый и беззащитный. — Это приворот, — тихо сказал Чонгук в пустоту. — Ничего больше. Но сердце продолжало сбиваться с ритма. Тук-тук, тук, тук-тук-тук. *** Кабинет главы академии был погружён в полумрак, нарушаемый лишь мягким светом магических светлячков и тлеющим камином. Тени от высоких шкафов с древними фолиантами ложились на пол. Люциар сидел неподвижно, опершись локтем на подлокотник кресла. Его взгляд был сосредоточен на портрете, что висел на стене. Женщина, чьи черты художник запечатлел, была благородна. Высокие скулы, жёсткая линия губ, в которых пряталась полуулыбка. Её глаза были тёмными и глубокими, с тёплым янтарным отливом, будто в них навсегда поселился огонь закатного солнца. Длинные густые волосы спускались ниже талии. Красное платье обнимало фигуру с выверенной точностью. Тёмный бархат, расшитый тончайшими узорами. Талия подчёркнута жёстким корсетом, плечи открыты. На её шее висело ожерелье с древним амулетом, напитанным проклятиями. Крупный изумруд, зажатый в лапах медного кота. Демон глубоко вздохнул и вернул внимание к шахматной партии. Он медленно протянул руку и взял ферзя. Чёрный камень отражал языки пламени. Ректор задумчиво покрутил фигуру между пальцами, наблюдая, как свет скользит по граням. — Домовой был слишком жадным, — тихо произнёс он, скорее для себя. Ферзь вернулся на доску. Глава поставил его рядом с королём. — Король остался на доске благодаря королеве. Но кто из них тебе нужен?