Время перемен. Kyle Alessandro/JJ

Кайлу, конечно, было неловко общаться с людьми, которые старше его на 10+ лет. Но постепенно Кайл начал понимать, что с ним в правду хотят познакомиться, а не просто посмеяться над его видом, внешностью или возрастом. — Кстати, Кайл, а вы с Йоханнесом поругались? — вдруг Кайла осенило: может быть, он послал этих двоих к нему, чтобы узнать, что на душе у Алессандро. «А почему он сам не может подойти?» — это единственное, что смущало Алессандро сейчас. — Вроде нет. Сейчас оба заняты, времени нет — мы постоянно уставшие. Я и сам этим недоволен, но порой бывает такое ощущение, будто Джей отдаляется от меня специально. — Когда Кайл это сказал, ему будто стало легче на душе. Может быть, он узнает причину резкого холода со стороны старшего? Одна из девушек только понимающе взглянула в его карие глаза и будто хотела что-то сказать, но промолчала. Кайл заметил в этом неладное, но озвучивать свои мысли не стал. Далее диалог развивался как по накатанной. Кайлу даже стало легче. Хоть что-то смогло его порадовать за три дня. Каким бы интровертным ни был Алессандро, ему всё равно было важно коммуницировать хоть с кем-то. Иногда это удавалось норвежцу с трудом: он ощущал себя немного не таким, как все. Нет, это не было синдромом "Нетакуси", так было на самом деле. Из его окружения просто не было людей, с которыми можно было бы поговорить по душам, открыться и довериться — того, чего так хотел Кайл. Наверное, можно даже сказать, что это его сексуальная мечта под номером один — и она воплотилась в реальность. Но пока с этим человеком они играют в горячо-холодно. До выступления оставалось всего ничего — какие-то несчастные четыре дня — а Кайл с Питчем так и не заговорили. Алессандро сблизился с близнецами и Марко. В них он видел какую-то отдушину: будто теперь они скрашивали вечера Кайла. Но такого ощущения комфорта, безопасности и уюта от них не исходило. Хотя Кайла даже в моменте чем-то зацепил Бошняк — и Алессандро подумал, что отпускает Джея — но старший опять ворвался в его жизнь без стука и предупреждений. Йоханнес сам решил отдаляться от Кайла. Он любил его, но в этот момент это нежное чувство превратилось в страх: страх быть отвергнутым, нелюбимым, непонятым и непринимаемым? Нет; Питч этого не боялся: он уже пережил всё это и был знаком с этими чувствами. Йоханнес боялся навредить младшему и перетянуть его на другую сторону. Он видел, как Кайл без него страдает и как резко потускнел его взгляд. Но Йоханнес никуда от него не отходил; он был ближе, чем думал Алессандро. Он видел, как младшенький общается с другими — и Питч даже радовался этому. Но что-то не давало ему отпустить Кайла: внутри разгорался конфликт — чувства, которые ранее были приятными, теперь становились пугающими и опасными. Йоханнес ходил по лезвию ножа и сам не был этим доволен: он не знал, как себя контролировать рядом с ним. Вроде бы мы не животные и у нас нет ингстингтов, но Питч боялся накинуться на Алессандро с объятиями и поцелуями; а думать о том, что это могло зайти за грань дозволенного — нагоняло ужас. Но всё же он пришёл к решению: отступать нельзя; нужно как-нибудь поговорить с Алессандро — просто поговорить без алкоголя и всего остального. После очередной репетиции он чуть ли не гнался за Кайлом: тот стремительно шёл куда-то вдаль, не обращая внимания на внешние факторы. — Привет! Ты как? — Йоханнес всё-таки догнал его и поздоровался со спины. Увидев глаза обернувшегося Кайла, он нашёл в них что-то родное — но всё равно чего-то не хватало: искры в этих глазах будто бы не было. Глаза, которые пару недель назад светились ярко и живо; теперь будто погасли: исчезла та искра, которая зажгла чувства Питча к нему. Взгляд казался тусклым и безжизненным — словно в них больше не было огня или желания. Кайл смотрел будто сквозь Йоханнеса куда-то дальше — явно не на него. — Привет! Да пойдёт… — Кайл был удивлён тому факту: что старший после паузы в общении подошёл к нему; даже улыбка появилась у него на лице — хоть ненадолго зажглись мёртвые глаза. Но страх повторения был сильнее и он словно пожарный затушил этот маленький и без того безжизненный огонёк. Беседа шла как обычно — жизнерадостно, с шутками, но иногда Кайл выдавал настолько сухие ответы, что становилось неловко говорить после них. Наконец, Джею хватило смелости спросить его об этом: — Кайли, ты в порядке? Ты как-то странно иногда отвечаешь. Может, я тебе чем-то могу помочь? Кайл вздохнул и начал говорить: — Знаешь, я... — в голове у него мелькнули мысли: «Давай, скажи ему, что он тебе небезразличен. Скажи, скажи!» — но он так и не решился прыгнуть с обрыва второй раз, хоть первого прыжка он и не помнил. — Я просто очень устал. И ты вдруг резко пропал, не сказав ни слова и даже не здоровался. Всё это давит на меня. После этих слов Питч почувствовал ощущение гадкости на душе. Он не понимал, что делает младшему хуже и заставляет его страдать. Йоханнес так лицемерно создал свой мир со своими убеждениями и верил в него так сильно, что не замечал чувств других. Он сразу виновато посмотрел Кайлу в глаза. — Я хочу искренне извиниться за тот холод, который я проявлял к тебе. Мне очень жаль, если мои поступки ранили тебя или заставили почувствовать себя ненужным. Иногда я сам не понимаю, почему закрываюсь и становлюсь таким отстранённым может быть даже холодным. Ты для меня очень важен, и я бы хотел продолжать нашу дружбу. Нахлынувшие эмоции взяли верх — Питч закрыл глаза рукой и тихо заплакал. Как запуганный ребёнок, которого раньше ругали за слёзы. Его рот скривился, а глаза наполнились слезами — первые слёзы покатились по щекам. На душе стало чуть легче, но чувство вины всё равно не покидало его. Кайл без лишних слов подошёл ближе к Йоханнесу и обнял его. Прошептал что-то ласковое, по типу: «Всё хорошо, я рядом», — и продолжил держать его в объятиях. Тот почувствовал, как вина постепенно отпускает его и даёт расслабиться. В обычной жизни Кайл бы послал человека после такого холода прочь, но Питч был особенным — ему было можно обращаться с ним как угодно, и тот бы простил всё. Йоханнес начал успокаиваться и бросил короткое: «Извини» в адрес Кайла. — Не за что извиняться. Главное — что ты понял свою вину и извинился,— ответил Алессандро с игривой искрой в глазах — словно снова зажёгся внутренний огонёк. Джей был как зажигалка для Алессандро. Даже в этой ситуации парни смогли спокойно поговорить друг с другом и провести оставшийся день. До выхода на сцену оставалось всего ничего — максимум три часа. Неужели всё действительно случится? Сегодня на них будет смотреть вся Европа. Сегодня всё должно быть идеально: декорации, костюмы, номер и вокал — всё на 100%. Конкуренция очень сильная, пробиться будет гораздо сложнее. Каждая клетка тела сжималась от переживаний; отвлечься было невозможно: нельзя было выйти покурить или затянуться где-нибудь в тихоря и единственным спасением для Кайла был снюс. Никотин проникал в тело и забирал все тревоги прочь — это было блаженно как бальзам на душу. Всё равно что-то могло сейчас порадовать Кайла или отвлечь от мысли о том, что у него перед выступлением началась аллергия. Он переживал за это больше всего; его выступление казалось идеальным под пачкой валерьянки. А вот кожа сегодня чувствует себя не так уж и хорошо. Йоханнес сидел с таким спокойным лицом — наверное, никто никогда не видел его таким спокойным. А внутри всё сжималось так сильно: сердце болело; мышцы сводило судорогами; волосы вставали дыбом… Казалось, что это конкурс вселенского масштаба — потому что именно так оно и было: конкуренты выходили один за другим; очередь приближалась всё ближе. Парни решили немного скрасить эту суету и начали говорить друг другу самые приятные слова. Они могли бы так общаться ещё около часа… пока их не позвали: — Norway! — объявила ведущая. Кайл побежал на сцену. Он вышел на неё с бездушным взглядом — будто замораживал все вокруг своей холодной волной. Но музыка начала играть — настроение изменилось мгновенно: взгляд стал уверенным и страстным; весь зал охватило ощущение силы и энергии. Его голос звучал мощно и уверенно; ноты он брал чисто и без фальши или каких-либо ошибок. В этот момент он почувствовал себя на вершине мира. И только благодаря этому чувству он смог идеально раскрыть эмоции и передать смысл песни. После выступления весь зал аплодировал и кричал название страны, откуда был родом Кайл. Заходя обратно за кулисы, он увидел Йоханнеса, который чуть ли не подлетел к нему. Он начал его расспрашивать о выступлении, о чувствах Кайла после него, о его состоянии. Его допрос не нервировал Кайла — он понимал, что Йоханнес просто переживает за него. Алессандро же только следил за этим всем и переживал за самого Питча. Прошло около десяти минут, и тут ведущий уже выкрикивает: — Austria! Глаза Йоханнеса округлились — казалось, сейчас они у него выпадут. Он боялся облажаться. Всё-таки по вокалу он выбрал непростую песню: много высоких нот, игра между низкими и высокими октавами. Всё это нагоняло ужас на парня. Но выйдя на сцену, он понял: назад дороги нет — все волнения отпустили его. Он выступал как в последний раз, словно завтра его не станет и это был его последний шанс прославиться и стать звездой. Он закрывал глаза во время пения, работал мимикой и вытягивал ноты на максимум. Да, были моменты, когда он фальшивил — но главное было не подавать виду. И это очень хорошо скрывало ошибки: даже жюри не заметили лажи. А он продолжал выступать. Сердце сжималось и разжималось от волнения и энергии. Йоханнес отдал всю силу, все эмоции этому выступлению. Он даже сам не поверил, что всё закончилось когда услышал громкие аплодисменты. По привычке он поблагодарил за ритмичные хлопки и поспешил со сцены. Там его встретили Кайл, Сисал и Мериана. Все налетели на него с объятиями, говоря приятные слова и восхваляя его выступление. Постепенно они увели Джея в «Грин зону», где вчетвером стали смотреть выступления других участников. Да, Кайл смог подружиться с двумя девушками — поняв, что они никак не связаны с холодом Питча. Оказалось, это были очень интересные девушки с увлекательными историями, слушать которые было так приятно.