Всему виной вино

- Ты закончил? - Цинсюань наконец поднял голову и посмотрел на "Мин И". - Ага... "Ну как ты, чудо моё?" - устало подумал Хэ Сюань, пытаясь по лицу небожителя определить, как тот себя чувствует. - Мин-сюн, можно вопрос? - Валяй. - Во что ты был одет в... ту ночь... когда мы... ну... - Цинсюань неловко потупился. - Как и всегда. А что? - Мне кажется... ладно, ничего - "наверное показалось... Черно-желтое ханьфу... Откуда у меня в голове вообще это сочетание цветов?" Цинсюань внезапно вздрогнул и поднял пальцы к виску. "Слушаю" "Что это за тон, Цинсюань? Я твой старший брат, разговаривай почтительно" "Есть какое-то правило, запрещающее мне разговаривать так, как я хочу?" - Цинсюань нахмурился. "Ты уже ни во что меня не ставишь, да? Не забывай, с кем говоришь!" "Дагэ, что тебе нужно от меня? Я не хочу разговаривать с тобой!" "Тебя не спрашивали. Черт, все из-за этого твоего Мин-сюна! Он и сейчас с тобой? Что вы делаете вместе целыми днями? Может тогда просто поженитесь, какая разница, все равно всегда вместе" - голос Ши Уду звучал раздраженно и с досадой. Цинсюань поперхнулся услышав его. Он не понимал, почему брат так обозлился именно на его лучшего друга. "Выбирай выражения, дагэ! Это уже не смешно. Что-то нужно было, так говори! Извиняться я не буду, ты сам виноват. Всегда я должен сглаживать углы и разбираться в наших конфликтах! А ты только и делаешь, что ругаешь меня без причины! Ещё и Мин-сюна приплетаешь раз за разом. Он то вообще при чем?" - Цинсюань стукнул кулаком по столу и убрал руку от виска, прерывая контакт. Хэ Сюань вздрогнул от неожиданности. Повелитель Ветров раскраснелся от злости. Кажется, он готов был разрыдаться от обиды и вместе с тем хотел избить кого-то. - Что случилось? - осторожно спросил Хэ Сюань. - Ай, да там... Черт, вот ведь. Дагэ совсем меня не понимает. Всегда ругает за каждый мой шаг, который хоть немного не соответствует сценарию, написанному у него в голове. Ты не представляешь, как это бесит! - Наверное... - Хэ Сюань сочувствующе покивал. - И снова он говорил какие-то глупости про тебя. Мне кажется, дагэ тебя ненавидит. Наверное потому, что я больше времени провожу с тобой, чем с ним. А может он переживает, что ты можешь как-то навредить мне. Но я ведь знаю, что ты ничего плохого не сделаешь. Я так долго тебя знаю, почему он все никак не доверится моему выбору. "Хреново конечно ты выбираешь друзей, Ветерок" - с каким-то даже унынием подумал демон - "как же неприятно признавать, но Ши Уду прав. Ведь я здесь только ради мести и когда-нибудь непременно причиню вред и ему и Цинсюаню" - Мин-сюн, может попробуешь поладить с ним? - почти не надеясь спросил небожитель. - Ещё чего! Этот горделивый поганец на всех смотрит свысока - Хэ Сюань упрямо сложил руки на груди. - Оох - Цинсюань бессильно провел рукой по лицу. Небожитель поднес руку к виску, привычно проверяя общую духовную сеть. Он делал это независимо от обстоятельств хотя бы раз в час. Внезапно выражение его лица изменилось. Хэ Сюаню вовсе не хотелось снова заходить в духовную сеть и слышать голоса опротивевших небожителей, поэтому он решил подождать, пока Цинсюань сам ему не расскажет, что там случилось. - Мин-сюн, Собиратель цветов под кровавым дождем похитил Его Высочество! - Чего? - Ну, просто похитил. Прямо из дворца. "Вот дурак. Нашел, блять, выход. Надеюсь у него хотя бы есть план" - Мин-сюн, я ведь тоже виноват в этом! Это же я спалил резиденцию господина Хуа Чэна. Что мне делать? - в глазах Повелителя Ветров плескалась паника. - Успокойся для начала. Поверь мне. Ничего плохого с Наследным принцем он не сделает. Разве ты не заметил, как они сдружились? - А ведь точно... Я как-то об этом забыл. Но я все равно хочу помочь Его Высочеству. - Да что ж тебя все время тянет ему помогать - с унынием протянул Хэ Сюань, но поднялся на ноги, уже не надеясь его отговорить. - Нет! Куда это ты намылился? Ты ещё не до конца восстановился, поэтому останешься здесь, а я посмотрю, чем можно помочь Его Высочеству. - С чего мне оставаться, если ты идёшь? - Не спорь, Мин-сюн. Сам же всегда ворчишь, что я тащу тебя с собой. Вот и наслаждайся отдыхом, пока можешь. В общем, я пошёл, а ты можешь остаться у меня во дворце. Попроси слуг принести ещё еды, если проголодаешься. Всё, я ухожу - с этими словами Цинсюань выбежал из комнаты. Хэ Сюань немного недоуменно посмотрел ему вслед. "С каких пор он стал таким заботливым? Или может он всегда таким был, а я просто не замечал?" Демон не стал долго раздумывать и с удовольствием воспользовался предложением Цинсюаня, попросив слуг принести всю еду, что только можно было получить прямо сейчас. Закончив трапезу Хэ Сюань подошёл к кровати Цинсюаня. "Это ведь не странно, что я лягу на его кровать? Звучит как-то неоднозначно, но он ведь сам разрешил остаться в его дворце" Оправдав себя Хэ Сюань повалился на кровать и тут же поднял пальцы к виску. "Чего тебе?" "Тц, хоть бы поздоровался что-ли... Где вы с Его Высочеством сейчас?" "В логове Лазурного фонаря, а что? Тебя то это почему сейчас ебёт?" "Да так, знаешь ли. Я все равно уже втянут в твою личную жизнь. Но на самом деле сейчас я связался с тобой не для этого. В общем, скоро Цинсюань появится где-то рядом с вами. Просто хотел напомнить тебе, что его убивать нельзя" "С чего мне убивать твоего ВОЗЛЮ-" "Замолчи!" - Хэ Сюань резко перебил демона, не давая произнести это странное и вовсе не подходящее слово - "я просто подумал, что после того, как он спалил Дом Блаженства твой разум мог немного помутиться. Просто напоминание" "Да плевал я на Дом Блаженства. Как я вообще мог думать о чем-то кроме того, что ранил гэгэ?" "Кстати об этом... вы поговорили? Что он сказал?" "Не хочется признавать, но ты оказался прав. Гэгэ почему-то тоже считал себя виноватым. И все из-за этого ёбанного Дома Блаженства." "Ещё бы я был не прав" - проворчал Хэ Сюань вполголоса. "Ладно, у нас дела. Не буду я трогать твоего Цинсюаня, об этом можешь не переживать" Хуа Чэн отключился. Черновод вздохнул с облегчением. Немного полежав, Хэ Сюань от скуки начал рассматривать лежащие рядом с кроватью свитки. Это оказались рисунки, наброски и даже очень неплохие картины, автором которых очевидно являлся Цинсюань. Демон знал, что Повелитель Ветров увлекается рисованием. Часто небожитель мог часами сидеть, делая наброски и раскрашивая свитки красками. И Хэ Сюаню всегда необъяснимо нравилось смотреть на Цинсюаня, пока тот занимался этим. Хэ Сюань видел почти все работы небожителя, но от нечего делать решил пересмотреть их все. Он разглядывал довольно искусно и в тоже время чрезвычайно просто нарисованные дворцы, деревья, цветы. Иногда на тонкой бумаге были изображены люди. Пару раз даже попался ненавистный Ши Уду и Хэ Сюань с презрением отбросил эти свитки в сторону. Внезапно демон застыл. Не в силах поверить в то, что увидел. На полотне был изображён... он сам. Вот только не в облике Мин И, а в его, Хэ Сюаня, истинном воплощении. На рисунке был изображён юноша с яркими золотыми глазами, в черно-желтом ханьфу. Его волосы были заплетены в высокий хвост, закрепленный золотой коронкой и всего одна прядь выбивалась спереди. Юноша держал в руке бутылочку вина и слегка улыбался. Рисунок был явно создан рукой Цинсюаня, вот только, кажется, сам небожитель был немного не в себе, когда рисовал. Иногда краски выходили за линии, растекались, а некоторые участки и вовсе были не закончены. Создавалось впечатление, что художник был сильно взволнован или... пьян. Хэ Сюань пару минут не мог отвести взгляд. "Что это значит? Что это твою мать значит? Откуда... как?!" Сердце демона повисло в воздухе. Он перевел взгляд чуть ниже и увидел надпись, сделанную нетвердой рукой. "Черно-желые одеяния, в которые я когда-то влюбился. Глаза, глядящие на меня с холодным спокойствием. Руки и губы, которые я бесконечно хочу поцеловать. Ты всегда лучше и прекраснее, чем я помню. Ты заставил меня влюбиться сотню раз, но почему ты не позволяешь рассказать тебе об этом?" Хэ Сюань окаменел. Пять минут он неотрывно смотрел на строки этого своеобразного стихотворения или может просто записки. Эти строки были признанием в любви. И написаны они были под портретом Хэ Сюаня в его истинном облике. - Твою мать... - тихо выдохнул демон и наконец смог пошевелиться. Как только оцепенение спало он вскочил с кровати со скоростью света и отбросил свиток в сторону. "Какого... Какого черта это всё блять значит?! Здесь явно есть какая-то ошибка! Цинсюань не мог видеть меня в истинном обличье. А даже если мог, что значат эти дурацкие строки?! Что ещё за "заставил влюбиться сотню раз"? С какого хуя Цинсюаню писать подобное под моим портретом? Твою мать, твою мать. Да твою ж мать!!!" Хэ Сюаня сел на пол, обхватив голову руками. Он ненавидел терять самообладание, но сейчас не мог даже контролировать выражение лица. Несколько минут показались долгими, как целая вечность. Прежде чем Хэ Сюань смог успокоится в его голове промелькнули миллионы возможных объяснений ситуации, но все они были слишком притянуты за уши. И единственный вариант, который был похож на правду, вызывал у демона страшное головокружение. Судя по почерку Цинсюань был пьян, когда писал и рисовал это. А значит, в пьяном виде небожитель видел истинный облик Хэ Сюаня. И ещё... он влюбился в него именно в этом облике. Демон сжал рукой одежды на груди, ощущая как сердце начинает заходиться в неописуемом волнении. "Цинсюань... Нет. Не может быть..." Хэ Сюань взял свиток и снова перечитал запись. Если мыслить логически... то все идеально сходится, стоит только предположить, что Цинсюань по-пьяне испытывает к нему романтические чувства. То, что он говорил о своей "избраннице", хотя никогда не общался ни с кем особо близко. То, что он всегда пытался сказать что-то важное. То, что он хотел обниматься и целоваться, будучи пьяным. Всё легко объяснялось фактом того, что Цинсюань влюблён в Мин И. Нет... Вовсе не в Мин И. А в Хэ Сюаня. В настоящего Хэ Сюаня, не скрытого под чьей-либо маской. Демон уронил голову на руки. Он не мог понять, что чувствует в первую очередь. Страх, потому что его личность может быть раскрыта? Смятение и смущение из-за того, что Цинсюань влюблен в него? Желание, чтобы все оказалось именно так или напротив нашлось какое-то другое объяснение? Он не знал и это понемногу сводило его с ума. "Нужно срочно что-то сделать... Или может наоборот оставить все как есть? Так, Цинсюань, кажется, сам не помнит о том, что чувствует ко мне, когда пьян. Значит надо скрыть этот свиток как можно скорее" Хэ Сюань поднялся с пола и схватил бумагу. Сначала он хотел сжечь рисунок, но что-то остановило его и демон просто спрятал бумагу в рукаве. "Теперь... теперь... что теперь? Блять, почему сердце никак не успокоится? Почему так жарко? Должно быть прохладно, ведь я во дворце. Тогда какого черта у меня лицо горит?" Хэ Сюань в отчаянии лег на пол. Все его тело ослабло и демон не придумал ничего лучше, кроме как просто лечь на пол и дожидаться неизвестно чего. Прошло около часа, а Хэ Сюань все смотрел в потолок пустым взглядом. "Цинсюань в меня влюблен" Сколько бы демон не повторял эту фразу у себя в голове сердце все равно с каждым разом обдавало жаром. "Да что со мной... Никак не могу успокоиться. Почему гораздо больше, чем раскрытие моей личности, меня волнуют чувства Цинсюаня ко мне? Это неправильно. Так быть не должно. И все же... Дерьмо, я так запутался, что кажется уже никогда не смогу выпутаться. Цинсюань, всё из-за тебя, милый ты паршивец" Размышления Хэ Сюаня прервал звук шагов приближающихся к двери комнаты. Видимо Повелитель Ветров закончил свои дела и вернулся во дворец.