Глава 64 "Непрошенные Гости"
20 января 2026 г., 03:20
Прошла неделя в мгновение ока, и, прежде чем кто-либо осознал, пятница уже стучала в дверь, возвещая о том, что выходные уже не за горами и вот-вот начнутся.
Воздух был наполнен запахом свежесваренного кофе. Утренний свет проникал через широкое кухонное окно, танцуя по мраморным столешницам и отражаясь золотыми фрагментами на тёмных деревянных шкафах.
Тишина была комфортной.
Кадзуя сидел один за центральной стойкой, одетый в облегающую чёрную толстовку и чёрные футбольные шорты. Стеклянная чашка в его пальцах была тёплой, и чёрный кофе казался единственным достойным спутником этого ленивого утра. Он медленно отпивал. Не торопясь. Пар поднимался тонкими спиралями, рассеиваясь в воздухе, как мысли, которые он решил не доводить до конца. Его глаза, пронзительно-голубые, блуждали по открытому окну к озеру, мерцающему вдалеке.
Последние несколько дней, свободные от каких-либо школьных обязанностей, были на удивление мирными. Большую часть времени он проводил в подземном пространстве, которое он создал, чтобы оно служило его «мастерской волшебника». Он чувствовал, что пришло время иметь специальное место для своих экспериментов и исследований, поэтому он посвятил несколько дней, начиная с воскресенья, созданию этого места, которое было завершено только прошлой ночью.
Для кого-то, кто способен использовать алхимию для манипулирования материей с помощью магической энергии, почти неделя на создание простой мастерской может показаться медленным прогрессом. Но правда заключалась в том, что он создал что-то невероятно сложное — подземную структуру, которая простиралась по всей его территории, настолько детализированную и сложную, что потраченное время казалось почти недостаточным.
Естественно, он работал над несколькими проектами там, внизу. С достаточным количеством времени и данных не было «буквально» ничего, чего он не мог бы достичь, ибо с [Первопроходец Звёзд: EX] всё становилось возможным.
Один из примеров заключался в том, что он буквально создал Искусственный Интеллект, настолько продвинутый, что в будущем это было несколько ужасающе. Он установил его в своей мастерской, чтобы он помогал в его проектах. Как он его создал? Ну, с его высокоуровневыми навыками программирования из его прошлой жизни, в сочетании со всеми его текущими знаниями и мозгом, запрограммированным с помощью [Разделение Памяти] и [Ускорение Мысли], всё стало легко — не говоря уже о его личном навыке.
Его крупнейшим текущим проектом было подключение его ИИ, который он назвал [Минерва], к глобальной системе сбора информации: микро-муравьи-големы, которых он создал в количестве, достаточном для распространения по всему миру, необнаружимые магией или любой технологией, которую он считал примитивной. Те, кого он назвал [Королевы], могли размножаться, поглощая любой тип энергии. Он создал их для развёртывания в местах за пределами планеты, таких как Подземный Мир и Небеса, с целью, чтобы его информационная сеть достигла каждого уголка мира, включая мерные царства, предназначенные для обитания различных сверхъестественных фракций.
Но, отложив свои проекты в сторону, он также посвятил значительное время тренировке своего [Лонгина] и освоению своего состояния [Сбалансированное Сокрушение]. Кроме того, он углубился в изучение Магии и контроль своего Мрамора Реальности, достигнув поистине ужасающего уровня мастерства в каждой из этих областей.
Он также попытался принять свою [Драконью Форму], как для того, чтобы ознакомиться с ней, так и для того, чтобы тренировать свои физические и магические способности в этом состоянии. Параллельно он начал эксперименты по манипулированию своей собственной душой, стремясь развить новые формы через неё и достигая приемлемого уровня контроля. К счастью, его «мастерская волшебника» была достаточно просторной, чтобы выдержать такие опасные и нестабильные эксперименты.
В качестве естественного следствия этой интенсивной тренировки он непреднамеренно раскрыл полный объём своих боевых способностей своим Слугам. Они были искренне шокированы, увидев, на что он был способен в этой новой жизни, далеко за пределами того, что они помнили со времён его пребывания в качестве Мастера Халдеи. К счастью, быстрое, импровизированное объяснение было достаточным. Он приписал часть своей силы влиянию Корня, а остальное — строгим тренировкам, которым он подвергся с момента реинкарнации. Было бы сложно объяснить всё убедительно, когда, в конце концов, они получат доступ к его воспоминаниям через цикл снов, но это был мост, который он пересечёт, когда придёт время.
Не то чтобы он не был в ужасе от возможности, которая начала формироваться в его сознании за последние несколько дней, когда он наконец-то логически, а не эмоционально, как это было в первые дни этой жизни, когда он поддался своим заблуждениям и вёл себя так, что это было глубоко стыдно. На самом деле, он молча благодарил свои звёзды каждое утро, когда понимал, что никто из них не смотрит на него странно. Он был почти уверен, что если бы они увидели его первую жизнь — совершенно обыденную, лишённую какой-либо силы или значимости — их реакция была бы одной из отвращения. Увидели бы они в нём по-настоящему бесполезного? Одна только мысль беспокоила его больше, чем он хотел бы признать... и он абсолютно не хотел выносить их разочарованные взгляды.
Отбросив эти внутренние тревоги, было что-то, что стоило отпраздновать: последние несколько дней со своими Слугами были просто чудесными. Это была жизнь, которую он никогда не мог себе представить в своём жалком первом существовании, настоящая мечта, которая теперь стала реальностью. И более того, мечта, которую он хотел защитить любой ценой.
Именно поэтому он был так полон решимости стать сильнее.
Во всех отношениях.
Во всех возможных формах.
К счастью, его [Судьба Гача] была большой помощью на прошлой неделе. Несмотря на то, что его удача всё ещё была такой же ужасной, как всегда, [Ранг: E] как всегда, ему удалось приобрести несколько ценных навыков.
Во-первых, он получил два Классовых Навыка. Первым был [Верховая Езда: EX], обозначающий исключительную способность ездить практически на любом ездовом животном или транспортном средстве. Слуги класса Всадник обычно обладают этим навыком на высоком уровне, но классификация [Ранг: EX] указывала на нечто за пределами нормальных границ. Даже ездовые животные типа Дракон, которые обычно требовали отдельного навыка, подпадали под его мастерство благодаря этому необычайному рангу.
Вторым навыком было [Присутствие Скрытности: A+], что делало его исключительно подходящим для шпионажа и инфильтрации. Этот навык позволял ему полностью исчезнуть, становясь почти невозможным для обнаружения, даже кем-то с повышенным восприятием Слуги. Однако его эффективность уменьшалась в тот момент, когда начинались приготовления к атаке, ненадолго раскрывая его позицию.
Переходя к более «личным» навыкам, он приобрёл устрашающий [Трёхступенчатый Удар Без Света] от Окиты Судзи. Эта техника состояла из трёх движений — Первого Удара, Второго Удара и Третьего Удара — исходящих из стойки Хира-Сэйган, где клинок наклонен вбок, направленный прямо в глаз противника. Однако истинный ужас техники заключался не в её форме, а в её исполнении.
В отличие от «почти одновременной» атаки, все удары происходили в одно и то же время. На мгновение Первый, Второй и Третий Удары просто существовали вместе, в одном и том же пространстве и моменте. Даже если первый был заблокирован, два других всё равно были бы там, занимая ту же позицию, неизбежно прорываясь через защиту. Это противоречие, это невозможное наложение, вызывало локальное нарушение причинности на кончике меча.
Результат? Техника, от которой было практически невозможно защититься. Атака, которая выходила за рамки физического разрушения, разрушая саму логику причины и следствия в точке удара.
Кроме того, было [Защита Бога Солнца: A+], благословение, дарованное Ра Озимандии. По сути, это была прямая милость египетского Бога Солнца, хотя он ещё не полностью обнаружил её предназначение. Он также получил [Бог-Король Горящих Песков: EX], уникальный навык, который ещё больше усиливал его Харизму. И, наконец, [Имперская Привилегия: EX], навык, который, благодаря одному лишь упорству его обладателя, позволял ему временно приобретать способности, которыми в противном случае было бы невозможно обладать в нормальных условиях. На Ранге A или выше этот навык достигал почти абсурдного уровня: даже физические нагрузки, такие как те, что требуются божествам, могли быть временно приняты.
Это были единственные навыки, которые ему удалось приобрести после восемнадцати бросков, включая сегодняшний.
Ему также посчастливилось получить два Благородных Фантазма.
Одним был [Рамессеум Тентирис: Сияющий Великий Храмовый Комплекс], а другим — [Абу эль-Холь Сфинкс]. Оба были от Озимандии, что оставило его ошеломлённым, потому что он думал, что его удача покинула его, но, казалось, его удача всё ещё была довольно хаотичной, так как ему удалось получить два абсурдно мощных Благородных Фантазма.
Кроме того, он приобрёл только обычные, мирские предметы, ничего примечательного. За исключением, конечно, нескольких Слуг, которых ему посчастливилось призвать... которые теперь жили с ним под одной крышей. Реальность, которая, какой бы абсурдной она ни казалась, становилась странно естественной на данный момент.
Кстати говоря.
Мягкий звук босых шагов по полу вывел его из транса.
Кадзуя медленно поднял глаза, всё ещё держа чашку с кофе. В поле зрения появилась девушка. Молодая женщина с нежными чертами лица, в расцвете своей юности. У неё были большие, вытянутые глаза, которые меняли оттенки между фиолетовым и синим в зависимости от света. Её длинные, прямые светлые волосы были заплетены в большую косу, её кожа была светлой, а у неё было миниатюрное телосложение с хорошо очерченными изгибами. На ней была очаровательно старомодная пижама, напоминающая белую хлопковую ночную рубашку со светло-голубыми вышитыми деталями, длинными рукавами и маленьким бантом-лентой под воротником, тонкая ткань скромно покоилась на её бёдрах.
Жанна д'Арк.
Одна из Слуг, которых он призвал в течение недели. Как и другие, она помнила его прошлую жизнь как Рицуку Фудзимару, а также роман, который расцвёл между ними, чувство, которое началось в Сингулярности Орлеана и созрело со временем в Халдее. Естественно, все воспоминания, отличающиеся от оригинальной истории, были тщательно созданы программированием его первой жизни.
В последнее время он думал, что его жизнь как [Рицука Фудзимару] была искусственной временной шкалой, но эмоционально реальной... как будто она действительно произошла, как мир, обрезанный [Корнем]. Возможно, это был ответ на его способность? За последние несколько дней он выдвинул теорию, что мир, который он создал, обрезанный от Насуверса, стал его уникальной способностью в форме гачи.
— Доброе утро, Кадзуя... — сказала Жанна, её голос был мягким и полным жизни, как ветерок перед рассветом. Её фиолетовые глаза, глубокие, как небо над Луарой, встретились с его, и на мгновение мир, казалось, замедлился. Она улыбнулась, такая же искренняя, как всегда, с нежностью, которая исходила из её души.
Выйдя из своих мыслей, Кадзуя поднял бровь, всё ещё держа чашку с кофе в пальцах.
— Доброе утро, Жанна... А я-то думал, что только праведники просыпаются в таком хорошем настроении. — Он сделал глоток и поставил чашку на стойку. — Хорошо спалось, моя личная святая?
Жанна медленно подошла, и с лёгкой улыбкой ответила: — Бог благословляет тех, кто просыпается с лёгким сердцем... И да, я спала спокойно... Спасибо тебе за это.
Сказав это, она села рядом с ним за стойкой и на мгновение выглянула в окно, как будто наслаждаясь не только пейзажем.
— Была ли твоя тренировка со Скатах продуктивной? — спросила она, снова повернув глаза к нему. — Или ты сегодня нарушил свой распорядок и решил отдохнуть?
— Конечно, нет, ты же знаешь, что я не могу отдыхать. Бог помогает тем, кто рано встаёт, верно? Кроме того, тренировка поддерживает моё тело в форме, так что, я думаю, это приятный бонус, и она была очень продуктивной, как всегда... — сказал Кадзуя с той полуциничной, полу-очаровательной улыбкой, которую Жанна привыкла считать квинтэссенцией Кадзуи: та, которая скрывала правду за шутками.
Она тихо рассмеялась, её глаза светились нежным теплом.
— Тщеславие — не грех... пока оно не затмевает веру... — прокомментировала она, издавая вздох, хотя её улыбка оставалась. — Я всё равно тебя уговорю взять полный выходной, знаешь? День без тренировок, без призывов, без абсурдных планов.
Он изогнул бровь, глядя на неё с тем же провокационным видом, который он всегда носил.
— И упустить шанс быть утащенным в постель тобой, когда ты решишь заставить меня спать весь день? Ни за что.
Она слегка покраснела, но не отвела взгляд.
— Ну... отложив мою тренировочную рутину в сторону, хочешь кофе? — предложил Кадзуя, наконец двигаясь, чтобы взять вторую кружку.
Она посмотрела на него, её глаза сверкали, как отражение света на ручье. — Да, пожалуйста... Но это жестоко — так менять тему, Кадзуя...
— Это не совсем смена темы. Я просто подумал, что ты хотела бы выпить кофе со мной. Разве нет?
— Н-нет, я этого не говорила, теперь ты мне приписываешь слова... — проворчала Жанна, слегка надув губы, глядя на него своими глазами.
Кадзуя издал тихий смешок, уже легко наливая кофе. Аромат стал сильнее, более утешительным. Он подвинул кружку к ней, и она приняла её обеими руками, осторожно подув на пар, прежде чем сделать маленький глоток.
На мгновение вернулась тишина — не неловкая, пустая, а та, которая существует только между двумя людьми, которые делят что-то истинное.
— Ты изменился, знаешь? — сказала она внезапно, уставившись на тёмную поверхность своего кофе, как будто она могла найти там ответы. — Со времён Халдеи.
Прошло три дня с тех пор, как она была призвана, вместе со своей мстительной копией, которую она стала считать сестрой после всего, что они пережили в Халдее. За это короткое время Жанна заметила нечто, что она не могла игнорировать: Кадзуя изменился.
Он больше не был просто человеком, который когда-то был брошен в экстремальные, неблагоприятные ситуации, неся бремя спасения мира в одиночку. Теперь было что-то другое, не только в его осанке или силе, но и в его взгляде, в том, как он говорил и действовал. Тонкие изменения, но заметные.
И всё же, это не было плохо. Эти маленькие трансформации показывали, что в этом мире он жил. Не просто выживал или сражался, а по-настоящему жил. И для неё это было то, что действительно имело значение.
Кадзуя не ответил сразу. Он просто положил локти на стойку, поддерживая свой вес руками, и молча смотрел на неё несколько секунд.
— Ты тоже изменилась, — сказал он наконец, более низким, почти задумчивым тоном. — С тех пор, как мы начали встречаться в Халдее... Я помню, как ты краснела каждый раз, когда меня видела.
На его губах появилась лёгкая улыбка, окрашенная ностальгией.
— Но это же хорошо, не так ли? Перемены означают, что мы всё ещё живы. Что мы всё ещё движемся вперёд.
Жанна слегка покраснела, отводя глаза с нежной улыбкой. В её взгляде была нежность, когда она снова посмотрела на него, как будто его слова затронули что-то глубоко внутри неё. Её пальцы коснулись тёплой керамики кружки, но её мысли явно были в другом месте. Возможно, во Франции, которую она больше никогда не увидит. Возможно, в огне. Возможно, в нём.
— Да... — пробормотала она. — Иногда, я задаюсь вопросом, действительно ли всё это реально. За последние два утра я просыпалась, думая, что ты можешь исчезнуть в любой момент.
Её слова поразили его, как тонкий, безмолвный клинок. Тонкое сжатие охватило его грудь. Он слегка наклонился к ней, его взгляд был серьёзным, но спокойным.
— Я больше не исчезну, Жанна.
Она снова посмотрела на него. В её глазах было что-то, та настойчивая искорка веры. Вера в Бога, да, но также... вера в него.
— Обещаешь? — спросила она. Не как ребёнок, ищущий утешения, а как уставший воин, нуждающийся в якоре.
— Я буду обещать столько раз, сколько потребуется, чтобы облегчить твои беспокойства по этому поводу, — ответил он без колебаний. — Даже Корень не смог бы стереть меня из тебя.
Она улыбнулась, одной из тех мягких улыбок, которые заставляли его сердце замедляться и учащаться одновременно. Улыбка, которая говорила, что она верит ему, даже если весь мир кричал об обратном.
Кадзуя протянул руку и, ничего не говоря, легко коснулся кончиков её пальцев.
— Знаешь... Я, возможно, не тот же идиот из Халдеи, но... Я всё ещё я, — сказал он, его голос был низким. — Может быть, сильнее, более решительный... но я всё ещё забочусь. О тебе. Обо всех вас. И это никогда не изменится.
Жанна на мгновение закрыла глаза, как будто вытравливая его слова в свою душу. Когда она открыла их, она крепко держала его руку, нежно сжимая.
— Я знаю. Я это чувствую, — сказала она, её голос вибрировал от смеси сладости и уверенности. — Даже если всё вокруг нас изменится, даже если этот мир бросит нас в другую войну... я останусь на твоей стороне. Как я делала это раньше.
Она встала со стула и, прежде чем он успел сказать что-то саркастическое — что, давайте будем честны, было ожидаемо — она наклонилась и нежно поцеловала его в губы.
Кадзуя встал со стула, на котором он сидел, подошёл к Жанне и нежно прижал её к краю мраморной стойки, углубляя поцелуй, скользя языком по её белым зубам и захватывая её ароматный язык. Его руки скользнули к её талии, в то время как Жанна, с почти неслышным вздохом, позволила себе быть окутанной, её руки обняли его шею и притянули его ближе...
Но, как будто у судьбы было чувство юмора, такое же острое, как у Кадзуи, эти двое были прерваны.
— Ну, ну, какая трогательная сцена, чтобы наблюдать так рано утром... — раздался резкий голос, пропитанный сарказмом, но с неоспоримым намёком на плохо скрытую ревность.
Жанна Альтер, или Джалтер, как её называл Кадзуя, вошла в кухню намеренными шагами, звук её пушистых тапочек эхом отдавался по полированному полу.
Жанна, всё ещё покрасневшая от поцелуя, слегка отстранилась от Кадзуи, её фиолетовые глаза моргали от смеси удивления и смущения.
Кадзуя, с другой стороны, просто повернул голову, циничная улыбка уже сформировалась, когда он встретился лицом к лицу с новичком.
Джалтер стояла у входа, скрестив руки под грудью, её выражение лица разрывалось между раздражением и чем-то, что она никогда бы не признала вслух. Её внешний вид был, как всегда, поразительным. Её светло-русые волосы, короче, чем у Жанны, спадали слегка растрёпанными прядями, с характерным ахогэ, торчащим вверх, как упрямая антенна. Её бледная кожа контрастировала с её жёлтыми глазами, которые сверкали с яростной интенсивностью, как угли, готовые поджечь всё на своём пути. Пижама, которую она носила, была любопытно очаровательным выбором для кого-то, кто так связан с местью: чёрный хлопковый комплект с тёмно-красными деталями, с узором из маленьких, стилизованных драконов, которые выглядели скорее милыми, чем угрожающими. Слегка свободная рубашка соскользнула с одного плеча, открывая бледную кривизну её ключицы, в то время как штаны заканчивались эластичными манжетами, которые обхватывали её лодыжки. Это был резкий контраст с её обычной аурой «сжечь мир», но почему-то идеально подходил её цундере-манере, смешивая неохотное очарование с ноткой бунта.
— Жоана... — поприветствовал Кадзуя, его тон был пропитан провокацией, когда он откинулся на стойку, небрежно скрестив руки, как будто его только что не застали в интимный момент. — Хорошо спалось?
Он призвал Джалтер вместе с Жанной и некой Сейбер Альтер в одном и том же ежедневном броске три дня назад, и он был удивлён, что она помнила события в Синдзюку, которые он создал, где его версия [Рицуки Фудзимару] в конечном итоге вступила в роман с обеими Сальтер и Джалтер — чудо, которое сработало, учитывая, что эти двое ненавидели и любили друг друга? Было трудно определить их отношения...
Джалтер фыркнула, её глаза сузились, когда она подошла к кухонному островку, взяв яблоко из вазы с фруктами с почти агрессивным движением.
— Не меняй тему, ты самодовольный идиот, — огрызнулась она, кусая яблоко с большей силой, чем это было необходимо.
— Я вхожу сюда и нахожу тебя всего такого нежного с ней, — Джалтер дёрнула подбородком в сторону Жанны, которая теперь снова сидела, её щёки всё ещё были слегка розовыми. — Что случилось с «Доброе утро, Жоана, моя дорогая»? Или это применимо только тогда, когда святая не монополизирует тебя?
Жанна, всегда воплощение спокойствия, подняла глаза на Джалтер с нежной улыбкой.
— Доброе утро, Джалтер, — сказала она, её голос был мягким, как весенний ветерок. — Не нужно так расстраиваться. Здесь достаточно места для всех нас, ты же знаешь.
— Я не расстроена! — тут же огрызнулась Джалтер, её тон поднялся на октаву, когда она откинула волосы назад, ахогэ покачивалось вместе с движением.
— Я просто думаю, что это... нелепо! Да, нелепо, что он весь такой милый с тобой с самого утра, как будто меня здесь даже нет. Хмф. — Она отвернула лицо, снова кусая яблоко, но её глаза выдавали ревность, кипящую под её фасадом безразличия.
Кадзуя рассмеялся, низким, искренним звуком, когда он подошёл к Джалтер с тем же беззаботным доверием, которое он использовал, чтобы разрядить любую ситуацию.
— Хочешь тоже кофе, или ты предпочтёшь, чтобы я уделил тебе эксклюзивное внимание, чтобы компенсировать «монополию» Жанны? — Он слегка наклонился, улыбка играла на его губах. — Потому что, знаешь, я отлично справляюсь с многозадачностью.
Джалтер покраснела, её бледные щёки приобрели розоватый оттенок, который она пыталась скрыть, отворачивая лицо дальше.
— Тц, мне не нужна твоя жалость, — пробормотала она, но не отступила, когда Кадзуя подошёл ближе, стоя всего в нескольких дюймах от неё. — И даже не думай, что я буду выпрашивать твоё внимание, ты самовлюблённый придурок. Я не одна из тех влюблённых девчонок, которые гоняются за тобой.
— Но ты же гоняешься за мной, не так ли? — подразнил Кадзуя, протягивая руку, чтобы коснуться её ахогэ, которое качалось, как будто у него была своя собственная жизнь. — Или, по крайней мере, ты здесь, на моей кухне, в этой милой пижаме с драконами, затевая ссору из-за поцелуя.
Джалтер отмахнулась от его руки, но жест был скорее игривым, чем агрессивным.
— Не трогай мои волосы, идиот! И эти драконы угрожающие, а не милые! — Она указала на пижаму, как будто узор мог каким-то образом поддержать её репутацию неумолимого мстителя.
Жанна, наблюдая за взаимодействием, тихонько хихикнула, прикрыв рот рукой.
— Джалтер, ты такая очаровательная, когда пытаешься казаться такой крутой, — сказала она, её тон был наполнен искренней привязанностью. — И драконы действительно милые. Они тебе подходят.
— Не называй меня очаровательной! — огрызнулась Джалтер, указывая обвиняющим пальцем на Жанну, но огонь в её жёлтых глазах смягчился, когда они встретились с нежным взглядом другой. Как бы она ни старалась сохранить свой яростный фасад, связь, выкованная в битвах и общих моментах в Халдее, всё ещё была сильна. Она была благодарна, что её «святая» копия не перешла в полный режим старшей сестры — с этим было бы трудно иметь дело.
Кадзуя, воспользовавшись моментом, взял ещё одну кружку и начал готовить кофе для Джалтер, его движения были плавными и естественными, как будто он делал это тысячу раз.
— Расслабься, Жоана. Ты же знаешь, что я не выделяю любимчиков... — сказал он, бросив на неё косой взгляд, когда он поставил кофе перед ней. — Но если ты хочешь побороться за внимание, я могу потом утащить тебя на тренировочный мат со Скатах. Кто знает, может быть, тебе удастся сбить меня с ног на этот раз.
Джалтер взяла кружку, дуя на пар с видом пренебрежения, но её губы изогнулись в неохотную улыбку. — Ты бы этого хотел, не так ли? Видеть, как я потею и пытаюсь сбить тебя с ног, пока ты хвастаешься.
Она сделала глоток кофе, её глаза были прикованы к нему через край кружки. — Но не волнуйся, Кадзуя. Я терпелива. Я буду ждать своего момента, чтобы поставить тебя на место.
Жанна улыбнулась, положив подбородок на руку, когда она наблюдала за ними двумя.
На мгновение на кухне воцарилась тишина. Только звук питья кофе, тихий звон ложки о чашку, но это было быстро прервано.
ДЗИНЬ-ДОН!
Звук дверного звонка разнёсся по особняку.
— О нет... — Джалтер чуть не уронила свою кружку. — Кто тот ублюдок, достаточно смелый, чтобы позвонить в эту штуку так рано утром?!
— Доставка? — спросила Жанна Кадзую. — Ты что-то ждёшь, Мастер?
— Это не доставка... — прокомментировал Кадзуя, его глаза сузились, его улыбка померкла на полсекунды. — Я почувствовал... демонические присутствия...
Жанна изогнула бровь, заправляя прядь золотых волос за ухо, сохраняя своё спокойное выражение лица. — Демоны? Здесь?
Как и всем другим Слугам, которых он призвал раньше, он рассказал им всё об этом мире, включая тот факт, что Бог здесь был мёртв. Джалтер, казалось, было всё равно, и Жанна тоже не была потрясена, так как, по её мнению, это был ложный Бог, совершенно отличный от Бога её мира, что ещё раз доказывало её непоколебимую веру. Он предположил, что Джалтер разделяла то же мнение, хотя она больше не была такой набожной? Или, может быть, она была, скрывая это за своим цундере-поведением...
Кадзуя кивнул, делая глубокий вдох.
— Ага... Пять, если быть точным. Трое — фамильяры... и один из них... — Его выражение лица стало слегка скучающим.
Он встал и потянулся, прежде чем направиться к входу в особняк. Поскольку его собственность простиралась на несколько километров, магические защиты были разбросаны по периметру, а не вдоль дороги, ведущей к самому входу. Технически, любой мог добраться до ворот, так как путь был свободен от барьеров. Однако сами ворота были защищены слоями сложных заклинаний, которые было невозможно преодолеть обычными средствами.
Это были чары, созданные с помощью Скатах и Скади, так что он серьёзно сомневался, что даже кто-то вроде Офис мог бы пересечь их, не будучи обнаруженным или остановленным.
Но теперь ему пришлось иметь дело с демонами.
