Тёмный феникс

Лил жуткий ливень, солнце уже давно скрылось за горизонтом. По лесу шла, слегка пошатываясь, промокшая до нитки девушка. Опершись рукой о дерево и переводя дыхание, она посмотрела вдаль, увидев свет, льющийся из окон домов. Воспрянув духом и зажав рукой рану, скрытую под плащом, беловолосая направилась в ту сторону. Кровоточащий порез Серафима получила в драке с назгулами: один из них задел своим мечом её бок. Птицей она улетела как можно дальше и, превратившись в человека, подлечила порез целительской магией, чтобы, с горем пополам, дойти до Бри. Конечно, у неё с собой был запас ацеласа, но она решила попросить Арагорна полечить её раны, ведь эта целебная трава приобретала огромную силу в руках существ королевской крови. Смерть от клинка назгулов ей не грозила — регенерация не позволила бы ей погибнуть. Перейдя через тракт и дойдя до ворот, девушка постучалась в них. Отворилось маленькое окошко, и на неё взглянуло лицо немолодого человека в капюшоне, держащего фонарь. – Кто вы и что здесь делаете? – задал он вопрос. – Я Сигрид, путешествовала со своими друзьями, сейчас пришла по делу в "Гарцующий пони". Вы не видели здесь четырёх хоббитов? Я отстала от них. Девушка назвала первое попавшееся имя и постаралась расположить его к себе своей магией. – Хорошо, сударыня, – ответил он, открывая ворота. – Я не хотел вас обидеть, моя задача – задавать вопросы с наступлением темноты. Беловолосая, пройдя в открытую дверь, увидела грязную улочку, по бокам которой стояли похожие друг на друга белые домики. Чем дальше она шла, тем более ветхими становились строения. Наконец, она увидела здание, над дверью которого висела фигурка белого пони с надписью "Гарцующий пони". Зайдя туда, девушка попала в довольно неплохой трактир, хоть и уже не новый. Подойдя к деревянной стойке, скрипя зубами от боли, она спросила хозяина заведения: – Вы не видели здесь четырёх хоббитов? Один из них назвался мистером Подхолмсом, – беловолосая протянула ему монету в качестве платы за информацию. – Здравствуйте, мисс... – протянул он, намекая. – Сигрид. – Да, мисс Сигрид, они пришли раньше вас примерно на час, – рассказал он. – Скажите, а в какой комнате они расположились? – теперь она протянула три монеты. – Хоббиты находятся в комнате номер 9, на втором этаже, – сказал трактирщик, забирая деньги и кивая на дверь, стоявшую в отдалении от столиков. – Спасибо, – поблагодарила голубоглазая и поковыляла к двери. Еле поднявшись на второй этаж, девушка дошла до нужной комнаты и, отворив почему-то незапертую дверь, зашла туда. В номере никого не оказалось, однако на кроватях лежали подушки, сверху прикрытые одеялом, имитировавшие полуросликов. Поэтому Сима поняла, что здесь побывал Арагорн, забравший хоббитов к себе. Беловолосая вышла в коридор и наугад постучалась в первую попавшуюся дверь. Открыл ей Странник, держащий руку на рукоятке меча, готовый в любой момент применить его. Но увидев её, чуть ли не падающую, он завел Симу внутрь, посадил на кровать и закрыл дверь на замок. Серафима опёрлась спиной о спинку лежака и сняла плащ, обнажая пропитанный кровью бок камзола. – Привет, мой друг, – прохрипела она, улыбаясь и держась за рану. – Как твои бродяжные дела? – Леди Серафима, не могли бы вы помолчать, пока я буду лечить ваше ранение? – проговорил мужчина, хоть и иронично, но добавляя толику осуждения. – Конечно, ваше величество, ацелас у меня в сумке, – усмехаясь, ответила девушка. А затем поморщилась, ощутив давление на ране, куда Арагорн приложил целебную траву, разорвав края камзола. Хоббиты, до этого стоявшие в сторонке, смиренно храня молчание, подскочили к другой стороне кровати и загалдели в один голос. – Что с тобой? – Ты сражалась с ними? – Серафима, почему не говорила о том, что ты оборотень? – А почему... Не дал им закончить взгляд Эллесара, так и говоривший: "Ещё одно слово – и здесь найдут ваши хладные тела". – Так что случилось с тобой, Серафима? – спросил Арагорн, вопросительно глядя на девушку, которая закрепляла ацелас на ране, которая заживёт на ней через несколько дней благодаря регенерации. – Мы с хоббитами шли сюда, в Бри. На нас напали назгулы, я отвлекла их, и один из них цапнул меня за бок своим мечом. Я улетела, подлечилась и пошла на своих двоих до этого места, наугад определив ваше расположение, – рассказала оборотень и добавила: – Они придут сюда. Арагорн кивнул, а затем, повернувшись к полуросликам, сказал: – Ложитесь спать, завтра нам предстоит долгий путь.

***

Ночную тишину прервали леденящие душу крики. Серафима вскочила со стула, на котором дремала, и, застонав, схватилась за рану, которая словно горела от боли. От такого регенерация не спасёт, пока ранение не заживёт. Спавшие до этого момента хоббиты вскочили на постелях, обращая испуганные взоры на Странника и Серафиму. Немного успокоившись, Фродо спросил: – Кто такие эти назгулы? – страшный крик послышался уже от скрывшихся призраков, которые, не найдя кольцо, удалились прочь. – Они были людьми, – ответила оборотень. Арагорн продолжил: – Да. Великими королями людей. Потом Саурон обманул их, дав им 9 колец власти. Ослеплённые алчностью, они взяли их без вопросов. И тьма поглотила их, одного за другим. – Теперь они рабы его воли, – добавила девушка. – Они призраки, ни живые, ни мёртвые. Они постоянно чувствуют присутствие кольца. Сила кольца движет ими, – Арагорн посмотрел на Фродо и добавил: – Назгулы не оставят тебя.

***

Хоббиты, Странник, оборотень и пони шли по тайным тропам, направляясь в Ривенделл. Рана девушки почти зажила, позволяя свободно передвигаться. Полурослики, хоть и шли за Арагорном, но не до конца доверяли ему: – Куда ты ведёшь нас? – спросил Фродо взволнованно. – В чащу, – было ему ответом, после которого невысоклики переглянулись в напряжении. Беловолосая усмехнулась: – Поверь, он знает, что делает. Неужели вам мало того, что я с ним хорошо знакома? Вы и мне не доверяете? Хоббитам стало немного совестно и они замолкли на краткое время. Но затем Сэм спросил у Серафимы, думая, что Странник его не услышит : – Тогда куда всё-таки он ведёт нас? – В Ривенделл, мистер Гэмджи,– усмехнулся Эстель, – дом Эрлонда. – Мы увидим эльфов, – воскликнул радостно кто-то из полуросликов.

***

Арагорн и Серафима остановились, осматривая местность. Оглянувшись назад, они увидели, что хоббиты остановились и достают котелок, собираясь готовить. Странник не понимая , что здесь происходит сказал: – Господа, привала не будет до самой ночи. – А как же завтрак? – возмутился Пиппин. Бродяжник возразил: – Вы уже завтракали. – Всего один раз. А как же второй завтрак? – после этого Арагорн нахмурился и направился дальше, оглядываясь на Серафиму, которая еле сдерживала смех. Вскоре в хоббитов полетели яблоки, которые им кидал Странник. Не сразу среагировавший Пиппин, получил фруктом по лицу, а вот Мэри был проворнее, поймав яблоко на лету. Затем, они шли по зловонным болотам, где мошки, комары и прочие кровососущие твари, плотно облепляли бедных путешественников. Начало смеркаться, а они, так и не выйдя из болота, заночевали на более-менее плотном островке, перед этим поужинав похлёбкой из мяса оленя, принесённого Арагорном. Ночь была тихой, пони жевал травку, хоббиты крепко спали, Эстель курил трубку, выпуская завитки дыма, оборотень сидела, привалившись плечом к своему бродячему другу. Затем, утонув в воспоминаниях, Арагорн запел: – Тинувиэль, эльфийская красавица, Бессмертная дева, мудрая эльфийка. Вокруг него распустила свои тенистые волосы и руки, как серебро, мерцающие. Девушка сидевшая рядом с ним утонула в его прекрасном пении и прикрыла глаза. Фродо, немного понимавший эльфийский язык, спросил, проснувшись от пения Эстеля: – Кто она?, – а затем пояснил – девушка о которой ты поёшь. Тот, повернувшись к полурослику, ответил с оттенком грусти в голосе: – Леди Лютиен - эльфийская дева полюбившая Берена - смертного. – Что с ней стало? – поинтересовался Фродо. – Она умерла – мужчина опустил глаза в землю, потом добавил – Ложись спать, Фродо. Названный улёгся поудобнее, пытаясь уснуть и вскоре погрузился в дрёму. Девушка, всё время до этого молчавшая, заговорила, приобнимая друга за плечо, в знак поддержки: – Не печалься, мой друг, когда всё это закончится, вы будете вместе и никто не сможет вам помешать. Даже смерть... Оставь свои сомнения и страхи. Поверь в то, во что верит Арвен - в вашу любовь – и дополнила – Ты знаешь, что я не лгу тебе, все судьбы Средиземья для меня открыты, кроме моей. Серафима, со спокойной душой, рассказала ему об этом, зная, что из-за своего характера он не позволит себе расслабиться, а закончит свою миссию и только тогда спокойно заживёт с Арвен. Она хотела облегчить своему близкому другу душу, освободить её хотя бы от части страданий. Арагорн ничего не ответил, лишь тепло улыбнулся ей, серьёзно глядя в глаза и бросил: – И ты ложись спать. Девушка кивнула и попросила: – Разбуди меня, когда будет около двух часоа, я подменю тебя на дежурстве. Мужчина кивнул, а Сима, лучше кутаясь в плащ, улеглась рядом с хоббитами, почти мгновенно засыпая, краем уха слушая напевы Странника.

***

Гористая местность, леса и поля - вот что видела последние пару часов разношёрстная компания. Вскоре они увидели на возвышении разрушенную каменную постройку, поросшую мхом и лишайником. – Это была сторожевая башня Амон-Сул, – со странным выражением лица, объяснил Следопыт. – Сделаем привал здесь. Хоббиты, сняв рюкзаки, выдохнули с облегчением и провалились к каменной стене. Серафима могла понять их, ведь как бы она не любила гулять на Земле, здесь, в Средиземье, любое путешествие вряд ли подходило под это описание, даже отдалённо. – Это вам, – Арагорн раздал каждому хоббиту по кинжалу. – Держите их наготове. Я посмотрю местность. Серафима? – вопросительно взглянул он на девушку. – Я останусь здесь, пригляжу за ними, у меня нехорошее предчувствие. – Не говорить же ей прямо, что глупыши полурослики зажгут костёр, который станет маяком для назгулов. – Хорошо, – следопыт удалился в лес, сливаясь с тенью деревьев. Сима обернулась к затихшим хоббитам и по слогам произнесла: – Не. Смейте. Разжигать. Костёр.

***

Назгул замахивается своим клинком, перед ним лежит невидимый Фродо с кольцом на пальце, казалось что ему не выжить, но неожиданно на назгула вылетает огромный феникс, заслоняя полурослика. Лезвие меча вонзается в его грудь, но Серафима в ярости не замечает боли и с громким кличем набрасывается на остальных назгулов, разя их острыми когтями и жарким огнём, который мечется во все стороны, обжигая противников. Тут появляется Арагорн, мечом и факелом оттесняя остальных призраков в темноту ночи. Странник оглядывает своих спутников: Сэм, Пиппин, Мэри и Фродо, уже снявший кольцо, раскиданы по разным углам башни. Потом его взгляд упал на Серафиму, которая лежала на камнях, прижимая рану, запрокинув голову, сжимая зубы и жмурясь от боли. Он подбежал к ней и, осмотрев рану, произнёс: – Я не знаю, смогу ли вылечить тебя, тот порез был небольшим, а тут... Надо везти тебя к эльфам. Он подхватил девушку на руки и схватил факел, направляясь в сторону леса, параллельно поднимая полуросликов с пола, призывая идти за ним. Снова послышались крики назгулов и голубоглазая зашипела от резкой боли. – Держись, Серафима, – пробормотал Странник. Положив названную на траву, он начал искать в сумке оборотня ацелас. В это время Фродо подошёл к ней, присев рядом, взял за руку и поблагодарил, отводя глаза, испытывая вину за произошедшее с ней: – Если бы не ты, меня бы здесь не было. – Не за что и не кори себя, у меня будет серьёзный разговор с любителями разжигать костры, – она посмотрела уничтожающим взглядом на Пиппина, Мэри и Сэма. Те, пристыженные, опустили головы, изредка поглядывая на раненную. Наконец Арагорн нашёл королевский лист и, подойдя к девушке, разорвал ткань на плече, прикладывая к ране ацелас. Оборотень зашипела от боли и прикрыла глаза, сказав: – Сейчас я призову лошадей, они пасутся неподалёку по моей просьбе, поедем на них. Потом нас встретит Арвен. Арагорн, возьми Фродо, ему защита нужна больше всех. Я возьму с собой Пиппина, Сэм и Мэри поедут на Альтаире, он будет осторожен. По прошествии трёх минут, а ним на поляну выехали три разномастных коня, чёрный жеребец подбежал к своей подруге, тыкаясь в щёку и явно волнуясь. – Нет, нет, – отодвинула она мягко коня. – Отвези тех полуросликов, Мэри и Сэма, будь осторожен с ними, они неопытные ездоки. Эстель помог ей подняться и забраться на серую лошадь, а спереди усадил Пиппина. Затем подсадил Мэрии и Сэма на Альтаира, а сам забрался вместе с Фродо на гнедого коня. – Быстрее, быстрее, – скомандовала Серафима лошади, Арагорн сделал тоже самое. – Крепче держитесь за гриву, он не почувствует, – попросила она Мэри и Сэма. – Ваша главная задача не упасть. Кони ринулись вперёд, направляясь в сторону Ривенделла. Раненную девушку немного пошатывало , но она крепче сжала в руках гриву лошади и попросила ехать ещё быстрее. Мимо мелькали деревья, ночь уходила сменяясь утром, а девять назгулов догоняли их. Неожиданно, в клин лошадей встроился серый конь с эльфийкой на спине: – Арвен, – радостно поприветствовали её в один голос Арагорн и Сима. Та, ободряюще улыбнулась им и сказала: – Когда мы переедем через реку, сила моего народа защитит нас. Они кивнули и продолжили бешеную скачку. Ветки хлестали по щекам, а ветер бил в лицо, назгулы почти нагнали их. Самый ближний из них, протягивал руку к Фродо, но Эстель дёрнул коня в сторону, избегая прикосновения. Наконец впереди показалась река. Съехав по крутому склону и, словно перелетев реку, едущие остановились, оглядываясь назад. Призраки приблизились к реке, останавливаясь возле кромки воды, боясь ступить в священные воды Бруинен. Они произносят, словно шипя: – Тебе конец полурослик и вам. – Хотите хоббита, идите и возьмите, говорит Арвен, оглядываясь на Арагорна и доставая клинок, поднимая вверх. Назгулы тоже обнажили мечи и направились через реку. А эльфийка, закрыв глаза, начала, а её голос словно разрезал воздух: – Воды мглистых гор, внимайте великому слову. Обратите бурлящие воды против слуг кольца. Тут, из-за поворота реки, показалась волна, бывшая в виде конских фигур и смыла, пытающихся убежать, назгулов, снова успокаиваясь. Затем послышался стук об землю, это оборотень упала с лошади, теряя сознание. К ней подскочил Арагорн. – Серафима,– обеспокоенно позвал он и не дождавшись ответа, поднял её на Альтаира и ускакал в Имладрис, надеясь, что лорд Эрлонд сможет излечить оборотня, оставляя полуросликов на Арвен.

***

Яркие солнечные лучи били в глаза девушке, которая попыталась их открыть и ничего не видя, она спросила: – Где я? – Ты в доме Эрлонда, – было ей ответом.– Сейчас 10 часов утра 24 октября, если это важно тебе. Она подскочила на постели, восклицая: – Гэндальф! – Да, я здесь и ты на своё счастье тоже. Ты могла стать призраком, не спаси тебя лорд Эрлонд. – Саурон предатель, ведь так? – сразу в лоб спросила Серафима. Лицо Серого волшебника помрачнело: – Да, это так, мы лишились сильного союзника и приобрели нового врага. – Гэндальф, ты поговорил с Фродо об этом? – Конечно, он не отходил от твоей постели, но я его выгнал, чтобы он поспал. Здесь также сидели Пиппин, Мэри и Сэм. Они чувствуют сильную вину за случившееся, поговори с ними, – улыбнулся маг. – Обязательно, – тоже улыбнулась голубоглазая. – И не только полурослики были с тобой здесь долгое время, – добавил волшебник. Пока он говорил, к постели, на которой лежала девушка, подошёл лорд Долины. – Отец, – воскликнула она, а потом смутившись добавила, – то есть, лорд Эрлонд, здравствуйте. Названный выше по доброму усмехнулся, подходя ещё ближе, а маг поспешил удалиться. А дальше последовали объятия, инициатором которых был Эрлонд. Раскрыв руки в стороны, он как бы приглашал девушку подойти к нему и Сима воспользовалась этой возможностью. – Папа, – тепло произнесла она, – спасибо за то, что спас. Мужчина разорвал объятия и взял в свои руки лицо своей названной дочери, тепло улыбаясь. – Это мой долг как отца, защищать своё дитя. Они ещё долго разговаривали на отвлечённые от кольца и войны темы. Но вернёмся к тому, что же произошло в бывшей башне Амон–Сул. На самом деле, всё было довольно просто. Серафима решила обойти вокруг башни, ведь сейчас их никто не охранял и они могли стать жертвами назгулов, ведь несмотря на то, что девушка знала какие события идут дальше по канону, была вероятность того, что её появление на что-то повлияло. В общем, когда она ушла от полуросликов, они развели костёр и начали жарить еду. Вот идиоты! Ведь огонь особенно на возвышении, как маяк для слуг кольца, ещё и ночью. Ну так вот, Сима услышала крики назгулов и хоббитов и ринулась обратно в обличии феникса, надеясь успеть и не дать совершиться ужасному с её близким другом. А дальше вы и сами знаете.

***

Серафима прогуливалась по терассе, восстанавливая силы после ранения. Передние прядки её белых волос были закреплены небольшой заколкой. Нежно-голубое, по-эльфийски лёгкое и воздушное платье с рукавами из фатина, колыхалось от лёгкого ветерка. В небе светило слишком яркое для осени солнце, в саду пели птицы, радуясь последним тёплым денькам. В Имладрисе было спокойно, как и всегда. Неожиданно к ней подбежали четверо хоббитов и наперебой начали спрашивать как она и простит ли она их за случившееся, а ещё бормоча что-то про то, что бедных полуросликов не хотели пускать к ней в покои. Сима улыбнулась и, удивляясь такому напору, подняла брови. – Со мной всё хорошо благодаря лорду Эрлонду и моей регенерации, а на вас я не таю обиды уже давно. Невысоклики улыбнулись ей так, как умеют улыбаться только маленькие дети и постепенно разошлись: кто-то побежал на поиски съестного, кто-то продолжил неспешно прогуливаться, обсуждая возвращение в Шир. Сима подумала о том, что бедняжкам ещё не скоро удастся увидеть родные места, а затем, идя дальше увидела сидящего на разной скамье сильно постаревшего Бильбо. Он тоже увидел её и его глаза засветились. – Серафима, – полурослик попытался вскочить ей на встречу, но она махнула ему рукой призывая сидеть. Ведь старение, что кольцо замедляло, настигло его теперь. – Бильбо, как я рада тебя видеть, – улыбнулась она и присела рядом с названным. – Ривенделл дарит покой, не правда ли, мой друг? Невысоклик кивнул и, оглянувшись вокруг, посмотрел на Симу и мечтательно произнёс: – Я всегда хотел провести старость в этом месте. И спасибо за браслет, он и правда помогает мне. Девушка положила свою руку на его, прощаясь, а затем не выдержав, обняла его. – Прощай, Бильбо, отважный хоббит, боюсь увидимся мы не скоро. – она грустно улыбнулась и покинула терассу, идя на балкон, с которого открывался вид на главный въезд в долину. И сделала она это вовремя. Ведь на площадь верхом на гнедой лошади выехал медноволосый человек в плаще, с щитом за спиной и мечом на боку. Как правильно предположила Сима, это был Боромир. Она с интересом разглядывала спешившегося человека, который оглядывался вокруг. А до беловолосой наконец дошло, что сегодня совет, на котором решится судьба кольца. Как же она могла забыть, ведь сегодня 25 октября! Уйдя в свои мысли девушка не заметила как через раскрытые ворота заехали трое эльфов в зелёных плащах, на серых конях. За спиной у них был лук и колчан со стрелами. Один из длинноухих был с белыми волосами, которые отливали серебром и с чистыми голубыми глазами, имея внешность более прекрасную чем остальные эльфы, что показывало его принадлежность к благородным кровям. "Явно Леголас", – подумала девушка, любуясь лихолесским принцем. Двое других остроухих имели более тёмные волосы и были не настолько ослепительно прекрасны, но всё же имели красивую внешность, как и все эльдар. Принц спрыгнул с жеребца, с радостью оглядываясь вокруг, ведь все эльфы, обычно тянулись к себе подобным. Неожиданно, блуждающий взгляд Леголаса наткнулся на изучающую его Симу и хитро улыбнулся, глядя ей в глаза своими бездонными омутами. Девушка засмущалась и немного отодвинулась от перил. Ну конечно, не каждый день вам улыбается эльфийский принц, да ещё и какой. Когда она подошла обратно к краю балкона, царевича уже не было. Зато были несколько гномов, из которых Сима узнала только двух. Это были седобородый Глоин и его рыжебородый сын Гимли. Оборотень радостно улыбнулась, держащим топоры, дворфам, которые увидев её тоже разулыбались и кивнули в знак приветствия, девушка тоже слегка наклонила голову, прикладывая руку к плечу на манер эльфов. Как говорится: "С кем поведёшься, от того и наберёшься". Вспомнив русскую пословицу, Сима усмехнулась и пошла прочь с балкона, надеясь начать собирать сумку в поход до совета и посплетничать с Миримэ.