От контракта до сердца

***

Питер проснулся не от света, не от звука будильника, а от запаха. Это был запах медицинских препаратов — холодный, чистый, немного резкий. Он открыл глаза и увидел белые стены. Не подвал. Не Эклипс. Не пустота. Он был в больнице Башни Старка. Он попытался сесть, но тело не слушалось. Его ноги были слабыми, мышцы — дрожащими. Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Попытался собраться. Но внутри всё ещё было темно. В комнату вошёл Брюс. — Привет, — сказал он мягко. — Как ты себя чувствуешь? Питер молчал несколько секунд, прежде чем ответить: — Я не знаю. Брюс понял. Он сел рядом. — Это нормально. Ты прошёл через многое. И это… это не закончится за один день. Питер закрыл глаза. — Я не уверен, что хочу продолжать. — Тогда просто начни с одного шага. Один шаг вперёд. Без давления. Без страха. Питер не ответил. Но кивнул. После его пробуждения, лечение началось сразу. Физически он оправлялся медленно. Каждое движение давалось с трудом. Каждый день был новой борьбой. Но худшее было внутри. Психологические последствия были невидимыми, но болезненными. Он не мог говорить без тревоги. Не мог смотреть на людей слишком долго. Не мог даже спать без кошмаров. Каждую ночь он просыпался в поту и с панически бегающими глазами по больничной комнате, думая, что он до сих пор в подвале. И тогда Сэм взял на себя роль психологического помощника. Он приходил каждый день, сидел с ним, говорил, слушал. Иногда они просто сидели в тишине. Иногда он рассказывал истории из детства. Иногда он просто держал его руку, когда тот засыпал. — Ты не обязан быть сильным, — говорил Сэм однажды. — Ты имеешь право быть слабым. Имеешь право плакать. Имеешь право не хотеть ничего. Питер не плакал. Но позволил себе быть собой.

***

Тони не подходил к нему часто. Он хотел быть рядом, но не знал, как. Он боялся, что его присутствие причинит боль. Что Питер снова будет чувствовать себя объектом, который должен благодарить своего «спасителя». Однажды он всё же решился. Он вошёл в комнату тихо, почти бесшумно. Питер лежал на кровати, смотря в потолок. Он не повернул головы. — Привет, — сказал Тони. — Привет. — Ты выглядишь лучше. — ободряюще сказал он, присаживаясь на стул. — Я не чувствую себя лучше. — протяжно выдохнул он. Тони взял его руку. — Я знаю. — прошептал он, осматривая его. Они молчали несколько минут. Только звук дыхания и тишина были слышны. — Я не смог защитить тебя, — наконец произнёс Тони. — Я думал, что сделаю это. Но я был слишком жесток и эгоистичен. Слишком… самовлюблен. — Вы не виноваты. Я сам решил уйти. — Да, — Тони покачал головой. — Но я не могу забыть, что я не дал тебе права быть живым. Питер закрыл глаза. — Я сам не знаю, как быть живым. Меня учили быть тихим, незаметным. — Тогда я научу тебя. Если ты согласишься. Питер не ответил. Но не оттолкнул его, поэтому Тони принял это как согласие.

***

Дни шли. Питер стал ходить. Сначала с помощью костылей, потом самостоятельно. Он начал разговаривать больше. Задавать вопросы. Спрашивать о мире, о людях, о том, кто он такой. Всё это время Старк находился рядом и не оставлял его одного. Он не выпускал его из поля своего зрения, боясь, что тот снова исчезнет и Тони не сможет его больше найти и привести домой. Однажды, когда они гуляли в парке напротив Башни Мстителей, Питер спросил: — Почему вы не отпустили меня, когда я убежал? Тони помолчал. — Потому что я не хотел потерять тебя. Я не хотел, чтобы ты снова исчез. Я не хотел, чтобы ты снова был один. Питер посмотрел на него. — А теперь вы хотите, чтобы я остался? — Да. — Даже если я не буду хорошей женой? — Особенно если ты будешь собой. Питер улыбнулся. Первая настоящая улыбка за долгие месяцы их совместной жизни.

***

На рассвете Питер стоял на крыше Башни. Ветер играл с его волосами. Он смотрел на город, на мир, который только начинал принимать его. Он услышал шаги. Тони подошёл к нему, обнимая одной рукой за талию. — Тебя снова мучают кошмары? — спросил он. — Да. Тони улыбнулся. — Тогда, может, тебе переехать ко мне в комнату, чтобы я смог успокаивать тебя по ночам? У меня огромный опыт в этом. — усмехнулся Тони, играя бровями. Питер повернулся к нему, кивнул и улыбнулся одними уголками губ. — Ты улыбнулся. — радостно произнёс Тони, взъерошивая его волосы. — Ты тоже. — Тогда, это начало чего-то нового? — спросил Старк, прижимая Питера к себе. — Надеюсь. — прошептал Питер и обнял Тони. Он чувствовал усталость, но не от боли. От мыслей. От надежды. Он закрыл глаза. И впервые за долгое время позволил себе мечтать. О том, что может быть. О том, что может стать. О том, что может быть любовь.