На грани

      - Вот такое дерьмо, мужики…       Блейз развалился на диване, закинув ноги на столик, и в прострации продолжал затяжку за затяжкой отравлять свои легкие никотином. Его печальное лицо впору было печатать на обложке журнала «Безнадёга смертная».       - Забини, ты же никогда не отличался особой сентиментальностью. Подумаешь, одна из сотни твоих баб, – ухмыльнулся Малфой, стоя поодаль от источника неприятного дыма, – переживёшь.       Тео сидел в мягком кресле напротив Блейза и внимательно слушал его.       - Что в ней было такого особенного? Неужели ты впервые в жизни страдаешь из-за дамы? – бровь из-под кудрявой челки изогнулась вопросительным знаком.       Блейз шумно выдохнул, закрыв глаза. Язык пробежался по пересохшим губам и на мгновение замер в их уголке. Вместе с табачным дымом вокруг него клубилась безысходность.       - Ох, блять, вам не понять.       Тео широко улыбнулся, наклонив голову. В его компании всегда было по-особенному тепло, уютно, интересно, даже когда одного из них накрывала беспробудная тоска.       - Ты уверен?       Драко поморщился, отгоняя от себя результат вредной привычки друга, и прошипел:       - В следующий раз собираемся у меня. Черта с два я вам разрешу дымить прямо в кабинете.       - Именно поэтому, сладкий, мы собираемся у меня, – подмигнул Нотт и достал сигарету из пачки. – Забини, почему ты думаешь, что мы с Малфоем ничего не смыслим в чувствах?       - Вы себя видели? У Малфоя на постели уже места нет для засечек, чтобы отмечать количество горизонтальных побед. А ты даже имена не запоминаешь.       Тео поднял брови и снова улыбнулся, поднося сигарету к губам. Драко хмыкнул.       - Твои данные несколько устарели, братишка. И кровать, если что, я сменил.       - Ну да, а то предыдущая уже была раздолбана, – оскалился Блейз, – погоди… что значит «устарели»?       Драко взмахнул палочкой и направил мощный поток воздуха на курильщиков, чтобы присесть рядом с ними. Самодовольная кошачья улыбка изящно дополняла загадочный стальной прищур. Забини нахмурился.       - Так не пойдёт. Говори.       Тео и Драко переглянулись, мысленно о чем-то договариваясь, и Блейз едва не задохнулся.       - Только, блять, не говорите, что вы… что вы двое…       Лицо Малфоя вытянулось от неожиданности, а Нотт зажмурился, с трудом удерживая дикий хохот.       - Так, погоди… Ох, не могу, я сейчас сдохну… Блейз…       Тео смахнул слезинки, и, еле успокоившись, посмотрел на друга огромными честными синими глазами. Ну точно ангел во плоти.       - Мне несказанно льстит тот факт, что ты посчитал меня достойным выбора самого Драко, мать его, Малфоя, но нет…       Драко нахмурился и смерил обоих уничтожающим взглядом.       - Нотт, завязывай. Давай скажем ему уже.       Блейз в непонимании щурился, затем нервно затушил половину невыкуренной сигареты и потёр взмокшие ладони о ткань брюк на коленях.       - Я вас ненавижу. Хватить тянуть кота за яйца. Если у вас от меня секреты – я вам этого не прощу. Слово даю, буду проклинать вас ежедневно и…       Нотт перебил его, став внезапно совершенно серьезным.       - Грейнджер.       Блейз моргнул. Затем ещё раз. Потом очень быстро ещё и ещё, прикусив язык. Малфой растекся в кресле и кивнул, наслаждаясь замешательством Забини.       - Что, нахрен?       - Грейнджер, – невозмутимо повторил Тео, беря со стола стакан с Бурбоном и приподнял его в молчаливом тосте.       Блейз перевел взгляд на Драко, в надежде увидеть такое же недоумение, но тщетно. Малфой выглядел таким же невыносимо довольным, как его кудрявый друг.       - Малфой, вот сейчас вообще за гранью понимания. Давай переведи с ноттовского на человеческий.       - Выпей лучше, на трезвую голову один хрен не поймёшь.       Слизеринцы опрокинули в себя по стакану крепкого элитного алкоголя, который они открывали не так уж и часто.       - Так, я уже одной ногой на пути к просветлению. Говорите, оба. Что не так с Грейнджер?       Драко улыбнулся и наклонил голову в сторону, принимая комфортное положение и проницательно улыбаясь глазами.       - Блейз, с ней всё так. За исключением того факта, что она предпочитает не выбирать между двумя парнями и довольствуется тем, что жизнь ей предоставляет.       Тео мечтательно закатил глаза и тут же придвинулся ближе к столу. Его распирало от эмоций.       - Если бы мне кто-то сказал, что у нас с Малфоем будет одна любимая девушка на двоих, я бы в такое никогда не поверил. Но…       - Это пиздец как странно.       - Согласен, Забини, это нонсенс. Но так думаешь только до тех пор, пока не столкнешься с этим. На практике всё куда проще.       - Проще? Нотт, ты ещё понятно, отбитый мой друг. Но Малфой? Как тебе это в голову, блять, пришло?       Драко аккуратно заправил прядь за ухо и покачал головой.       - Мы просто случайно втроем напились месяца три назад. Дальше, думаю, рассказывать нет смысла.       - Нет смысла? Ты вот так просто опустишь всё самое интересное?       Блейз весь напрягся от возмущения. Это веселило Нотта ещё больше.       - Слушай, мы… не знали, чем это закончится. Я просто хотел утешить её, а Малфой был рядом.       - Нихрена себе утешил. Она что, теперь с вами в отношениях? С обоими?       Парни синхронно кивнули. Блейз закатил глаза и измученно простонал.       - Дожили, я просто в полном шоке от вас.       - Только не говори, что осуждаешь нестандартную любовь, Забини. Ни за что не поверю, что тебя так легко смутить.       - Малфой, ты ранишь меня в самое сердце. Меня бесит, что вы это скрывали от меня целых три месяца!       Тео подлил им троим ещё и тихим голосом добавил:       - Ну, мы не ожидали, что случайный секс выльется в нечто большее.       - Никто из нас не думал об этом. Так уж вышло.       Забини потирал затылок, укладывая в своей голове только что услышанное.       - И как… Как вы справляетесь с ревностью?       - Никак. Ревность обостряет чувства, – по-кошачьи протянул Нотт, разглядывая уже не столь шокированного Забини.       - С этим можно жить, если выбираешь правильную девушку. Если честно, я до сих пор не понимаю, как это произошло. Да мне, в общем-то, плевать. Главное, что ей хорошо со мной, а мне с ней, и если мой лучший друг чувствует всё то же самое, то я готов потерпеть, – расслабленно и уверенно парировал Малфой, – только он. Больше никто не удостоится такой привилегии.       Странное и сложное чувство сковало всех троих. Блейз говорил о том, о чем эти двое не хотели думать, но невольно понимали, что в его словах есть нечто неизбежно здравое.       Тео нарушил неловкое молчание и почти нежно прошептал:       - На самом деле ни я, ни Драко – не важны. Важна только она и её чувства. Ради её комфорта я пойду на всё, даже если это противоречит каким-либо общепринятым моральным нормам. Вообще похуй.       Забини, будто глядя сквозь него, задумчиво изумился:       - Да ты, дружище, реально влюбился…       Малфой сделал глубокий вдох и щелкнул костяшками, потягиваясь в попытке снять накопившееся напряжение.       - Мы оба. Я за неё убить готов. И мне… нам необходимо сохранять её душевное равновесие. Чего бы это ни стоило.       Уверенность Драко и отстраненная мягкость Теодора звучали, как аккорд. Все ноты были гармоничными, сочетались друг с другом и… это казалось таким естественным и правильным.       - С ума сойти… Как вы решились мне рассказать, ума не приложу.       - Ты наш друг. Рано или поздно это бы произошло, – Рука Малфоя обхватила запотевший стакан, и капли медленно поползли по стеклу вниз.       Тео взглянул на часы и поправил галстук.       - Пора познакомить тебя с моей…       Драко бросил на него укоризненный взгляд.       - С нашей девушкой. Гермиона будет здесь с минуты на минуту.       Блейз залпом допил остатки Бурбона и прикусил губу. Его потерянный вид вызывал сложные чувства, жалость, злорадство и искреннее восхищение, что он хотя бы раз продемонстрировал уязвимость. Это значило, что он живой человек, а не бездушная машина.       - Вы двое – непостижимы. Я сегодня точно нажрусь.

***

      Юбка-карандаш делала Гермиону похожей на русалку, даже изумрудный цвет на это намекал. Прекрасная морская обитательница, утягивающая одурманенных мужчин на дно. Её глаза засияли от счастья, когда она вошла в комнату.       - Здравствуй, Тео…       Глубокий поцелуй выжигал кислород в легких, Нотт едва ли сдерживал себя, приветствуя свою самую желанную гостью. Он прижал её к себе, наслаждаясь каждой секундой слияния губ, и из его горла вырывался тихий утробный стон. Головокружительно. Тепло. Грейнджер ощутила его аромат – сложный, необъяснимо притягательный. Морская волна, арбуз, сандал, и что-то… порочное, опасное, сигареты и алкоголь.       Когда Тео с трудом оторвался от неё, она взглянула вглубь комнаты и увидела Драко и Блейза, затем немного испуганно уставилась на Нотта. Тот, в свою очередь, не скрывая удовольствия улыбнулся и наклонился к её шее, горячо выдыхая ей небрежные слова:       - Он знает. Всё в порядке. Беспокоиться не о чем.       - Привет, Блейз, – Гермиона скромно улыбнулась, бросив на него беглый взгляд, и направилась к Драко, который уже встал поприветствовать её.       - Добрый вечер, госпожа замминистра, – Малфой нежно придерживал её затылок, срывая огненный цветок поцелуя с влажных губ, на которых уже запечатлелся аромат табака и Бурбона. Это злило, но и заводило одновременно. Гермиона невольно простонала, закрыв глаза, и вцепилась в бицепсы Драко. Ощущение его горячего тела под рубашкой пьянило не хуже, чем виски.       Тео облизнулся и рухнул на свое место, призывая для Гермионы её стакан. Домовик восполнил запас холодных закусок на столе и незаметно исчез.       Забини потерял дар речи. Леди, что уселась напротив него, явно была той самой Грейнджер, что когда-то училась на Гриффиндоре. Сейчас же эта девушка, изысканно одетая, с аккуратно собранными на затылке волосами и с потрясающей белоснежной улыбкой, явно наслаждалась его реакцией.       Тео с большим трудом оторвал от неё взгляд и взял с тарелки кусочек дор-блю, чтобы обмакнуть его в ягодный джем. Драко ухмылялся, когда красные девичьи губы открылись для угощения. Каждый жест Нотта был пропитан исключительно нежной заботой, и это не вызывало у Малфоя раздражения. Наоборот, ему нравилось, как Грейнджер жмурится и наконец расслабляется после тяжелого дня в министерстве.       - Спасибо, Тео, – ласково прошептала она и откинулась на спинку, позволяя себе впервые за день не думать о проблемах, не держать спину идеально прямой, не переживать из-за нелепой суеты на работе. Карий взгляд скользнул в сторону Малфоя, и он судорожно сглотнул, жалея, что сегодня они не одни. Даже не так. Что сегодня помимо них в Нотт-мэноре присутствует ещё и Забини.       - Пиздец. Не могу, какие вы трое счастливые, – констатировал Блейз.       Драко улыбнулся, а Тео отхлебнул ещё горячительного, насмешливо скривив лицо.       - Поделом нам, дружище.       - Грейнджер, как ты поняла… ну…       - Что люблю их? – весело спросила она.       - Даже так? – Блейз выпал в осадок. Никакой речи о любви до этого не шло, хотя Нотт что-то сказал о чувствах.       - Ну, я многое могу понять и объяснить, кроме этого. Просто… просто и Драко, и Тео – часть меня. Они оба поддерживают меня, заботятся обо мне, с ними я чувствую себя необходимой. Важной. И оба они восхищают меня. Я никогда никого так сильно не любила.       - Вот и я… никого ещё не любил, как Селин, – чёрные глаза погасли на мгновение, и Забини окунулся в болезненные воспоминания. Драко сочувственно смотрел на друга, отдавая должное его неожиданной открытости. Блейз никогда ещё не говорил о чувствах. Это было даже странно.       - Что произошло? – заинтересованно спросила Гермиона, ощущая некую неловкость за демонстрацию счастья перед подавленным слизеринцем. Она сделала небольшой глоток холодного рислинга и потянула ноги, сбрасывая туфли на неприлично высоких каблуках. Тео разминал её шею сильными тонкими пальцами, периодически ловя взгляд Драко.       - Если кратко…       - Не пойдёт, Забини. Краткость – сестра таланта, а у тебя талант только влипать в идиотские истории, – прошипел Малфой.       - Драко, пусть расскажет как ему комфортно. Не дави, – Гермиона коснулась его колена рукой и подарила полный любви взгляд. Малфой смягчился.       - Блейз, если нужен совет – я с радостью выслушаю тебя.       - Милая, мы тут до ночи останемся, Забини у нас королева драмы, – усмехнулся Теодор, чуть раздвигая ноги в стороны. Он сходил с ума, когда Гермиона собирала волосы и демонстрировала свою нежную шею. Нотт был готов целовать и впиваться в неё зубами вечность, вдыхая её стоны и наполняя ими свой разум.       - Я пропал… блять, полностью… - Блейз сдавил переносицу и зажмурился. С ним творилась полная ерунда, это было заметно невооруженным глазом. - Селин… шесть недель счастья. Шесть… я думал, в свои двадцать четыре года уже преодолею рубеж и провстречаюсь хоть с одной дольше месяца, но я, по ходу, проклят.       - Успокойся, братишка, давай по порядку. Что она сделала?       - Как думаешь, Малфой? А? Сам сказал, у меня их была сотня.       - Ты бросил её?       - Ещё попытка.       Тео скользнул пальцами ниже и провёл ими вдоль позвоночника Гермионы. Она поёжилась и незаметно положила ему руку на колено, нежно потирая его подушечками пальцев.       - Она бросила тебя? – тихо спросила Грейнджер. Почему-то ей было ужасно жаль друга её любимых мужчин, хотя она была прекрасно наслышана о его подвигах. Но даже такой хищник, как Блейз, рано или поздно стал бы беспомощным, как котёнок. Нельзя недооценивать силу женского коварства.       - Именно. Я ведь уже даже почти сделал ей предложение.       - Блейз, месяц – это слишком короткий срок для предложения, – Гермиона облизала губы и взглянула на Драко. От него исходила невероятная уверенность, энергия собственника, глаза его были затуманены алкоголем и желанием, но он отодвигал эти мысли на задний план. Сейчас было другое, не менее важное дело – поддержать незадачливого ловеласа, которому впервые в жизни разбили сердце.       - Я знаю. Но я испугался, что потеряю её, и стал вести себя как грёбаный параноик. Ревновал её, пару раз сорвался, о чём пожалел уже не раз. Но, знаете…       Теодор прищурился, будто пытаясь распробовать на вкус слово «ревность». Оно отдавало страданием, паникой, отчаянием и одиночеством. В очередной раз он оттолкнул от себя эту мысль и спросил Забини:       - Тобой руководило чувство, будто ты не нужен?       - Да, что-то вроде этого… Я будто завалился в минус. Меня для неё было слишком много, я душил её своим присутствием, а её, наоборот, было слишком мало. Она ускользала.       - И ты продолжал давить, пока она не порвала с тобой, – заключила Гермиона. Блейз пасмурно кивнул.       - Я дебил. Знаю, что так нельзя. А теперь уже поздно. Единственное, что меня печалит – второй такой больше нет. Просто нет.       Ещё несколько месяцев назад Тео и Драко бы подняли бы его на смех, не прекращая дружеские подколы и издёвки. Но сейчас они оба смотрели на Гермиону и внутренне были солидарны с другом – второй такой больше нет.       Алкоголь постепенно размывал границы дозволенного и обсуждение личной жизни Забини плавно перетекло в разговоры о жизни втроём. Блейз не стеснялся задавать вопросы и получал более чем откровенные ответы. Хоть что-то могло отвлечь его от тягостных мыслей и бесконечного сожаления. Перед ним сидели сразу трое, кто делил одну постель, и при этом они не выглядели странными. Наоборот, парни стали спокойнее и увереннее в себе. Будто в их жизни наконец появилось нечто по-настоящему важное.       - Я всё никак не могу понять… Вы действительно влюблены? И вам хорошо втроём?       Драко уже давно сидел рядом с Грейнджер, и они оба с Ноттом обнимали девушку, которой было максимально комфортно с ними. Синева из-под кудрявых тёмных волн нежно окутывала предмет своего обожания, и Гермиона ощущала это кожей. Голос Тео был подобен шёлку.       - Представь, что ты выиграл в лотерею. Что получил то, о чем другие лишь мечтают. То, за что можно убить или умереть, или и то и другое сразу. Нечто невероятно сложное, но такое истинное, и…       - Да, Нотт прав. Встречая уникального человека, ты меняешься. Все принципы летят дракклу под хвост, и хочется просто жить. Не думать о прошлом, не думать о проблемах. Хочется каждый день быть рядом. Это странное чувство, оно больше меня, – расслабленно размышлял Малфой, – и мы долго говорили, прежде чем решиться на это.       Гермиона уставилась на Драко.       - Ты мне не говорил… Вы оба ни слова не проронили. Обсуждали меня? – голос Гермионы звучал мягко и приятно, без тени упрёка.       - Милая, должны же мы были на берегу определить, насколько далеко позволим друг другу зайти, – отозвался Тео.       - Значит вы установили правила? Безумно интересно, правда.       - На самом деле… я знала, на что шла. Думала, что знала.       Мысли путались. Драко слегка задрал юбку Гермионы и рисовал пальцем линию от её колена всё выше. Блейз завороженно наблюдал за ними, ловя себя на мысли, что ни за что не хочет пропустить то, что может произойти в Нотт-мэноре.       - Милая, ты не сказала ему главного, – Тео легонько коснулся её щеки носом. – Мы делаем только то, что нам нравится. А нам нравится доставлять тебе неприлично много удовольствия.       Слизеринские змеи обвивали прекрасную молодую львицу с двух сторон. Похоже, она знала, что сегодня уже не вырвется из их объятий, и ей это нравилось, о чём говорила расслабленная поза, легкая улыбка и уверенный взгляд.       - Как и я… – красивые алые губы практически вымученно обронили эти слова. Гермионе было физически тяжело справляться с колотящемся в висках и стекающим в низ живота возбуждением.       Блейз резко встал и двинулся к балкону, прихватив открытую пачку сигарет. Внутри разгорелся пожар. Тоска по бывшей девушке, недоумение, зависть… Зависть?       Забини провожал взглядом закатное солнце и делал глубокую затяжку. Эти придурки опять наворотили целую гору проблем, уверенные, что им всё сойдёт с рук. Но, стоит признать, пока они держались отлично, и это даже немного его взволновало. Он ухмыльнулся и опустил глаза, качая головой. Селин… Вот бы отмотать время назад и не совершать всех тех ошибок, чтобы не оттолкнуть её. Расставание было невыносимым. Алкоголь рвал душу на части и обжигал её рваные края. Образ его ведьмы просачивается в мысли черными смоляными прядями, воспоминанием о вкусе её сладких губ, ощущением прикосновения к его спине. С ней был самый лучший секс и самые яркие оргазмы. Блейз хотел её, думал о ней, пытался забыть, вытравить её образ из мыслей, и снова возвращался туда, где ему сделали больно. Три сигареты подряд его печаль скреблась под рёбрами, стонала и выла, как раненый хищник.       Из комнаты доносились неприличные звуки, и Забини закатил глаза.       Не могли дотерпеть, когда я уйду?       Он выглянул в комнату и замер.       Драко стиснул оголённую грудь Гермионы, жадно изучая её рот языком, а Тео… опьяненный желанием, он целовал её живот и нагло улыбался, запустив руку под юбку. Грейнджер стонала и извивалась, явно испытывая трудности с дыханием. Змеи обвивали её, стягивали в тугие кольца и лишали её воли. Удовольствие было ультимативным. Нотт лизнул ногу ведьмы, оставляя длинный влажный след, а Малфой сорвал с неё белую рубашку и расстегнул бюстгальтер, самодовольно любуясь её телом.       Блейз хотел уйти. Он правда думал о том, что надо пересилить себя и двинуться на выход. Дышать. Глубоко дышать, чтобы прийти в себя. Сейчас Грейнджер выглядела ангельски привлекательной, но она была чужой женщиной. Забини прошел на свое место и просто смотрел на то, как его друзья предаются разврату прямо посреди кабинета.       Им было всё равно.       Они и так долго сдерживались.       Гермиона воспользовалась небольшой передышкой и глубоко вздохнула. Блейз же не дышал. Вообще. Ещё каких-то несколько минут назад он страдал по Селин, а теперь не может отвести взгляд от полуобнаженной леди замминистра, тающей в объятиях слизеринцев.       Сейчас он получал истинное эстетическое наслаждение, слушая нежные стоны и понимая, что перед его глазами сейчас развернется настоящее шоу.       Внезапно Грейнджер посмотрела прямо в его чёрные глаза и улыбнулась.       - Не уходи.       Он не понял ничего, но тело внезапно свело от предвкушения. Он боялся даже допустить подобные мысли, но…       - Я знаю, как утешить тебя, Блейз.       Гермиона одной фразой стёрла всю реальность вокруг него.       И он бы с удовольствием покинул Нотт-мэнор, если бы…       Если бы не был на грани.