Лестница на луну

      Кавех продолжал рассматривать своё отражение в изогнутом стекле мотоциклетного шлема, пока Аль-Хайтам потрошил шкаф в прихожей. В голове немного звенело, а пальцы сжимали пластик. Это было нелепо, но только сейчас пришло осознание — он в самом деле принял предложение Аль-Хайтама поехать вместе. Полное безрассудство. Ведь до сегодняшнего дня он даже не подозревал, что «двойками» мотоциклисты называют своих пассажиров.       Но отступать он не намеревался — не теперь, когда Аль-Хайтам решил открыть для него эту сторону своей жизни. Это казалось настолько личным, что на мгновение у Кавеха перехватило дыхание. По горлу прокатился взволнованный выдох, который растворился, так и не сорвавшись с губ. Кавех поднял голову и встретился с Аль-Хайтамом взглядом. Обернувшись через плечо, тот протянул кожаную куртку.       — Она не совсем новая, — сказал он, указывая на экипировку подбородком, — но по размеру должна подойти.       В ступоре Кавех взял протянутую ему вещь. Грубая ткань скрипнула под пальцами.       — Переодевайся и жди меня, — скомандовал Аль-Хайтам.       Встрепенувшись, Кавех резко поднял взгляд. Окружение приобрело ясность, будто кто-то заставил его вынырнуть из розового тумана.       — Подожди, — сказал он, удивившись собственному беспокойству, сквозившему в голосе. — Ты предлагаешь мне поехать в вещах, в которых я хожу в офис? Что, если мы упадём?       — Не упадём, — спокойно ответил Аль-Хайтам. — Но если так переживаешь, могу подыскать тебе другую одежду.       По выражению его лица Кавех понял, что вопрос прозвучал глупо.       — Было бы здорово, — пробормотал он, нервно поглаживая глянцевую поверхность шлема.       Аль-Хайтам пожал плечом и сделал шаг в сторону спальни. Кавех остался стоять посреди коридора наедине с мыслью, что происходит нечто странное. Аль-Хайтам сказал, что он ему «интересен». Однако всё труднее было понять, что вообще это значит.       Ему то и дело хотелось спросить, что же могло его заинтересовать? Что такого в нём было, раз Аль-Хайтам с такой лёгкостью пригласил его к себе домой, а теперь ещё одалживает одежду и предлагает вместе покататься на байке? Всё, что между ними происходит, было похоже на фрагмент из низкобюджетного фильма. С единственным различием: Кавех знал, что счастливого конца у их истории быть не может. Такое случается в кино. Но не с ним.       Аль-Хайтам вернулся со сложенной стопкой одежды. Когда он зашёл, пространство вокруг снова пришло в движение.       Кавех вздрогнул и нахмурился, сбитый с толку нахлынувшей безо всякой причины тоской.       — Думаю, это будет тебе великовато, я всё-таки выше тебя, — сказал Аль-Хайтам. — Но ничего страшного.       — Да мы почти одного роста! — вспыхнул Кавех, выхватывая одежду из его рук.       Послышалась тихая усмешка. Аль-Хайтам сделал шаг вперёд. Кавех быстро облизал губы и поднял глаза. Шлем, что он держал перед собой, уткнулся Аль-Хайтаму в живот. И хотя сам Кавех никогда не жаловался на рост, огонёк раздражения вспыхнул в груди, когда Аль-Хайтам взглянул на него сверху вниз. Будто доказав свою правоту, он отступил. Кавех судорожно выдохнул охватившее его напряжение через нос.       Он поспешил в гостиную с грудой вещей в руках. Аккуратно сложил их на низкий столик, а затем обернулся на диван, на котором беспорядочно валялась смятая постель. Прежде чем начать переодеваться, он аккуратно сложил постельные принадлежности на краю дивана. Вдруг почувствовав себя зябко, Кавех обхватил плечи, вздрогнув. Он осмотрелся по сторонам. Казалось, призрачный взгляд Аль-Хайтама продолжал преследовать его.       «Какая глупость», — вздохнул Кавех, стаскивая с себя футболку.       Лонгслив должен был плотно обтянуть тело, но ощущался свободным. Одолженные Аль-Хайтамом джинсы оказались слишком велики в талии и края штанин волочились по полу.       Он выглядел словно подросток, тайно взявший вещи из шкафа отца или старшего брата. Картинку ухмыляющегося Аль-Хайтама, когда тот поймёт, что оказался прав, Кавех старательно гнал прочь из головы. Осмотрев себя, он коснулся собственной груди и провёл по ней ладонями, мысленно сравнивая её с крепкими грудными мышцами Аль-Хайтама.       Мысль взвихрилась и унеслась куда-то под потолок, когда он понял, чем занимается.       Тихо выругавшись, Кавех быстро накинул на себя куртку, схватил шлем и вышел в прихожую. В любом случае лучше испортить одежду Аль-Хайтама, чем свою собственную. Даже если та велика.       Пока он зашнуровывал кеды, в прихожую вышел и Аль-Хайтам.       Не удержавшись, Кавех внимательно рассмотрел его, и торопливо выпрямился, когда ощутил, как смущение пятнами начинает расползаться по телу. Аль-Хайтам, схватив свой шлем, взглянул на Кавеха и снова просканировал его с ног до головы.       — Ну, теперь можно идти? — спросил Кавех, взяв шлем.       — Идём, — Аль-Хайтам протянул руку к связке ключей.       Лифт спустил их в паркинг. Звуки шагов проваливались в глубине бетонных стен. Кавех шёл справа от Аль-Хайтама, изредка поглядывая в его сторону. Спустя несколько минут пройдя ряд припаркованных машин, Кавех заметил контур мотоцикла, накрытого чехлом. Аль-Хайтам молча передал Кавеху свой шлем, а затем подошёл к мотоциклу и стащил с него чехол.       Отполированный до блеска чёрный байк выглядел так, словно его только вчера забрали из магазина. Кавех не особо разбирался в мотоциклах, поэтому марку узнать не удалось. Единственное, что он заметил — надпись «R1», но это ничего ему не говорило.       Аль-Хайтам остановился возле мотоцикла и развернулся.       — Правила такие, — сказал он, забрав у Кавеха оба шлема. — Садишься и слезаешь только тогда, когда я разрешу. Обхвати меня как можно крепче, и все движения повторяй за мной. На поворотах не вздумай наклоняться в противоположную сторону, понял?       Кавех молча кивнул. Аль-Хайтам, ненадолго задержав свой пристальный взгляд, взял шлем и надел его на Кавеха, а затем щёлкнул защитным стеклом.       От непривычного ощущения Кавех подумал, что ещё немного, и он начнёт задыхаться. Он стоял неподвижно, и смотрел, как Аль-Хайтам надевает свой шлем и забирается на мотоцикл. Затем Аль-Хайтам обернулся и поманил к себе рукой. Ноги подкосились, когда Кавех двинулся в сторону мотоцикла.       Коснувшись плеча Аль-Хайтама ладонью, он забрался на мотоцикл и обхватил руками чужую талию.       Шины, лизнув блестящее покрытие парковки, засвистели и мотоцикл двинулся с места. Сердце Кавеха на мгновение ушло куда-то в пятки и он сильнее прижался к Аль-Хайтаму, сцепив руки на животе.       Они ехали, лавируя между рядами машин и вскоре съехали на полупустую трассу. В происходящем было нечто нереальное. Машины просвистывали мимо, а солнечные блики слепили глаза. Сердце колотилось в груди, кожу то обдавало ледяными потоками воздуха, то бросало в лихорадочный жар. Кавех даже закрыл глаза, но ехать вслепую было ещё страшнее, поэтому он взял под контроль дыхание и сцепил зубы, чтобы не вскрикнуть на одном из резких наклонов. Он постоянно держал в голове наставления Аль-Хайтама. Точнее, слова сами всплывали раз за разом. Конечно, Аль-Хайтам вряд ли бы услышал его крик за звуком мотора и шумом ветра, но рисковать не хотелось.       Он не знал, сколько именно прошло времени, прежде чем действовать с Аль-Хайтамом как единый организм стало легче. В какой-то момент это начало казаться настолько естественным, что Кавех, несмотря на страх, немного отодвинулся от Аль-Хайтама и устремил взгляд вперёд, на трассу, выглянув из-за плеча.       Мотоцикл сбросил скорость и Аль-Хайтам плавно свернул с трассы на заправку. Кавех снова крепче прижался к чужой спине, скользнув руками по гладкой куртке. Они остановились у закусочной. Кавех поморщился, взглядывая на сочетание фиолетовых стен и красной вывески, но внимание на себя перетянул Аль-Хайтам. Поставив мотоцикл на подножку, он поднял руку.       Кавех попробовал шевельнуться и тело показалось ватным и непослушным, словно чужим. Кое-как спустившись на землю, он уставился себе под ноги. Асфальт будто продолжал двигаться вперёд и изо всех сил Кавех пытался сосредоточиться на ощущении твёрдой земли под подошвами кед.       Аль-Хайтам спешился и снял шлем, повернувшись всем телом.       — Ты как?       Вопрос прозвучал обеспокоенно. Кавех, изумившись столь непривычным ноткам в чужом голосе, резко поднял голову и пошатнулся, вытянув руку в сторону Аль-Хайтама. Тот, оттолкнувшись от сидения мотоцикла, подхватил Кавеха под локоть, крепко вжавшись пальцами в рукав куртки.       — Всё нормально, — ответил Кавех. — Просто никогда раньше не ездил на мотоцикле.       Аль-Хайтам коротко выдохнул и медленно отпустил Кавеха. Молча он стащил мотоциклетные перчатки, протянул руки и сняв шлем, сделал шаг назад.       Кавех на мгновение прищурился и судорожно начал убирать прилипшие к лицу пряди волос.       — Я сказал, что никогда не ездил на мотоциклах раньше, — повторил он немного тише.       — Для первого раза в роли двойки ты был достаточно послушным, — сказал Аль-Хайтам, облокотившись на мотоцикл.       По спине пробежали мурашки то ли от чужих слов, то ли от поднявшегося ветра.       — Это хорошо, — пробормотал Кавех. — Правда я чуть не умер от страха.       Аль-Хайтам очертил Кавеха внимательным взглядом.       — Хочешь кофе? — спросил он, пряча перчатки в задний карман куртки.       — У меня и без кофе пульс зашкаливает… — выдохнул Кавех, немного нахмурившись. — Но, если честно, хочу. Даже если после этого у меня случится сердечный приступ.       Из груди вырвался рваный смешок и Кавех обернулся в сторону Аль-Хайтама. Голова ещё немного шла кругом. Тело было вялым и бесполезным, и лишь сердце продолжало грохотать в груди, напоминая о реальности происходящего.       Кавех прикрыл глаза ладонью от солнечного света и, прищурившись, взглянул на Аль-Хайтама. Оттолкнувшись от мотоцикла, он брёл в сторону закусочной. Его не было минут десять, а затем он вернулся с двумя бумажными стаканчиками кофе. Кавех, взяв горячий стаканчик в руки, вдруг понял, что немного замёрз из-за ветра, задувающего за шиворот куртки.       Аль-Хайтам стоял, облокотившись на мотоцикл. Кавех бросал на него тайные взгляды, пытаясь внимательнее рассмотреть, как ветер путал его и без того взъерошенные волосы.       «И почему ему так идёт экипировка?», — подумал Кавех, обречённо вздохнув. — «Готов поспорить, я сейчас выгляжу как идиот, хотя одеты мы почти одинаково».       Опустив взгляд себе под ноги, Кавех покачал головой.       Некоторое время они молчали. Кавех, подставив лицо солнцу, блаженно закрыл глаза. Его окружили сотни звуков. Он слышал, как где-то высоко в деревьях перекликаются птицы; как звенит колокольчик, когда открываются двери закусочной; рёв десятка моторов, едущих на трассе машин. И эти бесконечные, неритмичные, отдаляющиеся и приближающиеся звуки заглушали тревожные мысли, которые становились отчётливыми в тишине.       Вздохнув, Кавех открыл глаза. Сделав глоток кофе, он покосился на Аль-Хайтама. Тот смотрел далеко в горизонт, на открывающуюся с высоты часть города, но, будто почувствовав прикованное к себе внимание, медленно обернулся. Их взгляды пересеклись. Какое-то мгновение они провели, просто глядя друг на друга.       А потом всё закончилось.       Аль-Хайтам отвёл взгляд. Кавех часто заморгал и поднёс ко рту стаканчик с кофе, допивая залпом остатки.       — Давай, выкину, если допил, — Аль-Хайтам протянул ладонь.       — Спасибо, — Кавех передал пустой стаканчик.       Обхватив шлем обеими руками, он продолжал следить за Аль-Хайтамом, пока тот выкидывал пустые стаканчики, доставал перчатки и надевал их. Когда он потянулся к шлему, Кавех резко выдохнул, надел свой шлем и стал ждать указаний Аль-Хайтама.       В этот раз он забрался на мотоцикл немного увереннее, сразу крепко обхватив Аль-Хайтама за талию.       Городской пейзаж проносился мимо смазанными цветными пятнами. Дыхание перехватывало, когда байк набирал скорость или маневрировал в плотном потоке машин. Они продолжали ехать так долго, что путь в сторону дома Аль-Хайтама показался Кавеху чуть ли не бесконечным.       Он не знал, сколько именно времени провёл, вцепившись в чужую куртку и прижавшись к чужой спине, но вскоре солнце замелькало между отдалённо знакомыми высотками.       Мотоцикл сбросил скорость, и они въехали на парковку. Остановившись, Аль-Хайтам заглушил мотор и поставил мотоцикл на подножку, а затем подал Кавеху знак. Тот аккуратно слез и тут же стащил шлем, жадно хватая губами воздух.       Аль-Хайтам снял шлем и тряхнул головой, а затем обернулся на Кавеха.       — Мне показалось, что ты опять плачешь, — ухмыльнулся Аль-Хайтам.       — Ты… — Кавех облизнул пересохшие губы, а затем сделал широкий шаг вперёд и, ухватив Аль-Хайтама за воротник куртки, притянул к себе, быстро целуя. — Придурок.       Запоздалое сожаление накрыло Кавеха с головой, когда он понял, что Аль-Хайтам снова уставился на него немигающим взглядом. Но, стряхнув с себя ступор, Аль-Хайтам слез с мотоцикла и кивнул в сторону выхода с парковки.             — Идём, — бросил он Кавеху.       Пока лифт невыносимо медленно тащил их наверх, Кавех рассматривал рябящий узор пола. Стены металлической коробки будто сужались с каждой секундой и пространство наполнялось запахами кожи, пота и ещё немного — бензина. Аль-Хайтам стоял так близко, что кожей можно было ощутить его дыхание.       Когда двери открылись и механический женский голос объявил этаж, Кавех невольно напрягся. Но Аль-Хайтам, вопреки внутренним ожиданиям, отстранился и вышел из лифта. Молча он проследовал к двери квартиры и быстро открыл её, а затем, обернувшись, схватил Кавеха за запястье и втащил внутрь.       — Стой! — успел выкрикнуть Кавех, когда Аль-Хайтам прижал его к стене в прихожей.       Ещё немного и вещи полетели бы со стеллажа.             — Подожди, мне нужно снять куртку, — Кавех выжидающе посмотрел на Аль-Хайтама.       Аль-Хайтам ухватился пальцами за собачку молнии и потянул вниз, расстегивая куртку Кавеха.              — Я сам справлюсь, — он перехватил руку Аль-Хайтама.       Кавех покачал головой и быстро стащил с себя куртку. Аль-Хайтам продолжал наблюдать за ним, а затем расстегнул молнию своей кожанки, снял её и отбросил в сторону. Кавех проследил за летящей в угол одеждой.       — Мне бы хотелось помыться, я весь взмок после поездки, — сказал он, вернув взгляд к Аль-Хайтаму.       Аль-Хайтам молча сдался, отступив на шаг. Кавех, повесив куртку в прихожей, быстро двинулся в сторону ванной комнаты.       Оказавшись в ванной, он захлопнул дверь и на мгновение прижался к ней лбом. В груди тихо гудело от ожидания. Открыв глаза, он начал раздеваться, спешно стаскивая с себя одежду подрагивающими пальцами. Окинув взглядом ванную комнату и не заметив полотенца, Кавех раздражённо сжал зубы.       — Аль-Хайтам? — аккуратно приоткрыв дверь, он просунул голову в проём.       Ответа не последовало. Удручённо вздохнув, Кавех закрыл дверь и развернулся к сложенной одежде. Едва он коснулся футболки, послышался скрип дверной ручки.       Руки схватили скомканную футболку и прижали к себе. Кавех бросил ошарашенный взгляд в сторону двери. Столкнувшись глазами с Аль-Хайтамом, он отшатнулся. Нога скользнула по кафелю.       Всё произошло быстро: короткий выдох, чужой взволнованный взгляд и прикосновение. Аль-Хайтам, ухватив Кавеха за руку, притянул того к себе.       — Разве я не закрыл дверь?! — Кавех переводил взгляд то на пальцы, обхватившие запястье, то на лицо Аль-Хайтама.       — Мне показалось, что ты меня звал, — прищурился Аль-Хайтам, ослабляя хватку.       — Ну да, но… — Кавех сглотнул, а затем открыл рот, собираясь всё объяснить, но не мог подобрать ни единого слова из-за взгляда, скользящего вниз по его телу.       Кавех сильнее прижал к себе схваченную футболку свободной рукой. Аль-Хайтам, отпустив запястье, впился в лицо Кавеха взглядом.Он сделал шаг вперёд. Дрожащий свет тихо гудящей потолочной лампы исчез за его головой. Кавех отступил, но расстояние между ними вновь сократилось — Аль-Хайтам приблизился и положил руку на талию. Тёплые пальцы едва ощутимо вжались в кожу. Дыхание сбилось.       Послышался грохот стеклянной двери. Аль-Хайтам сделал ещё один шаг, Кавех попытался его остановить схватив за плечо, но лишь выронил футболку и подавился возмущённым вздохом, когда они оба всё же оказались в душевой кабине.       — Что ты делаешь? — прошипел Кавех, уперевшись ладонью в скользкую плитку.       — Стесняешься? — спросил Аль-Хайтам, немного наклонив голову.       Странно, но в вопросе не сквозило издёвкой.       — Нет, — выдохнул Кавех. — Просто я ведь собирался помыться, а ты ввалился сюда в одежде.       Аль-Хайтам вскинул бровь.       — Я говорю про то, что… — Кавех сглотнул, а затем сжал зубы и пристально взглянул на Аль-Хайтама. — Я не…       Чужие пальцы нежно коснулись лица и скользнули к подбородку, приподняв его. Аль-Хайтам медленно приблизился и провёл языком по нижней губе. Это будто сорвало в Кавехе стопор и он порывисто подался вперёд, обхватывая рукой его шею и целуя.       Послышался шум воды. Они стояли под тропическим душем и белая футболка Аль-Хайтама быстро облепила тело, став почти прозрачной.       Кавех провёл ладонью от живота вверх, к груди Аль-Хайтама. Под пальцами ощущалось нечто странное.       — Под… Да подожди ты, — он отстранился, немного оттолкнув Аль-Хайтама от себя и уставился на его грудь, не веря собственным глазам.       Под слоем полупрозрачной ткани угадывались очертания металлического украшения. Штанга с двумя небольшими шариками. Пирсинг у человека, на теле которого Кавех мог бы представить подобное лишь в самую последнюю очередь.       — У тебя пирсинг? — он метнул взгляд к лицу Аль-Хайтама.       Тот, нахмурившись, ухватился обеими руками за футболку, стащил её и отбросил за перегородку.       — Давно сделал. Из интереса, — ответил он, безразлично пожав плечом.       Кавех провёл ладонью по волосам, убирая липнущие пряди подальше от глаз.       — Знаешь, я бы меньше удивился, если бы всё твоё тело было в шрамах, — сказал Кавех ошарашенно, а затем прикрыл рот ладонью, пытаясь скрыть замешательство за судорожным вздохом. — А потрогать можно?       Повисло многозначительное молчание. Аль-Хайтам смотрел прямо на Кавеха, вскинув брови.       — Потрогай, — выдохнул он, немного приблизившись и уперев ладонь в плитку.       Кавех осторожно протянул руку к соску и очертил его большим пальцем. Стальная штанга немного двигалась из стороны в сторону от лёгких прикосновений.       — Ого… — протянул Кавех воодушевлённо, слегка надавив на сосок ногтем.       — Доволен? — спросил Аль-Хайтам сдавленным голосом.       — Ну, можно и так сказ…       В следующее мгновение Кавех оказался зажат между холодным кафелем и чужим горячим телом. Аль-Хайтам обхватил его лицо ладонью, заставляя взглянуть на себя, и утянул в поцелуй.       Дыхание незаметно стало поверхностным и Кавех отстранился, чувствуя как начинает кружиться голова. Пар от горячей воды быстро поднимался, заполняя кабинку. Стеклянные дверцы запотели и теперь казалось, что места стало даже меньше, чем раньше. Кавех несколько раз моргнул, а затем скользнул по влажной коже вверх, к плечам, а затем к лицу Аль-Хайтама, убирая его влажные волосы со лба назад.       Аль-Хайтам повёл шеей. В этом жесте было что-то нетерпеливое, но он продолжал лишь слегка поглаживать кожу на талии Кавеха, отчего тому хотелось растечься по чужим рукам словно рожку мороженого в знойный день.       Вдруг Аль-Хайтам приблизился, оставляя поцелуй где-то за ухом, а его ладони скользнули вдоль тела и остановились на бёдрах. Кавех слегка выгнулся в спине и упёрся ладонью Аль-Хайтаму в предплечье.       — Это можно считать следующим разом? — прошептал Аль-Хайтам практически в ухо.       Кавех недовольно покосился на него. Не слишком ли поздно задавать такие вопросы? Но Аль-Хайтам покорно ждал ответа, так что Кавех, обхватил рукой его шею и притянул к себе. Оставив смазанный поцелуй на виске, он выдохнул тихое «можно».       Ладони сорвались вниз по влажной коже. Мышцы на животе поджались, когда Кавех почувствовал жар ладони на своём члене. Но это был лишь намёк на прикосновение.       Немного отстранившись, Аль-Хайтам опустил взгляд, а затем вернул к лицу.       Кавех сжал зубы и судорожно выдохнул, чувствуя как дрожит его горло. Он не отводил взгляда от лица Аль-Хайтама. Бёдра подрагивали от невесомых прикосновений, и Кавех закрыл глаза, когда Аль-Хайтам провёл ладонью по члену.       Это было горячее, чем он себе представлял. И лучше, чем должно было быть.       Ладонь медленно двинулась по всей длине, и по горлу Кавеха прокатился сдавленный стон. Вцепившись пальцами в предплечье Аль-Хайтама, Кавех уткнулся затылком в плитку. С губ сорвался шумный выдох.       Дыхание сбилось, и жар поднимался по телу. Аль-Хайтам утянул Кавеха в новый поцелуй, продолжая дразняще медленно двигать рукой. Кавеху до зубного скрежета хотелось податься бёдрами навстречу движению чужой ладони. Он рвано хватал воздух между поцелуями и скользнул рукой от плеча к шее Аль-Хайтама, крепко вцепившись пальцами в волосы на загривке. Аль-Хайтам оставил ещё несколько коротких поцелуев на губах и отстранился. Движения его ладони стали немного настойчивее, и Кавех не смог сдержать оборванный стон. Любой звук отдавался эхом от стен и пробирался прямо в мозг. Происходящее сводило с ума. Движения Аль-Хайтама были слишком мягкими, слишком сдержанными и Кавех, не выдержав, на мгновение опустил взгляд, а затем вернул его к глазам Аль-Хайтама.       — А ты? — спросил он, облизнув стекающие капли с губ.       — Хочешь помочь? — Аль-Хайтам резко выдохнул и наклонился ближе.       Кавех коротко кивнул. Аль-Хайтам остановился. Не отрывая взгляда от Кавеха, расстегнул ширинку своих чёрных джинс и приспустил их. В полном смятении Кавех уставился на твёрдый член, а затем медленно потянулся рукой и обхватил его ладонью. Когда он обвёл головку большим пальцем, Аль-Хайтам тихо выдохнул сквозь сжатые зубы. Подавшись вперёд, он оставил поцелуй на плече.       — Давай вместе, — сказал он куда-то в кожу.       Сердце дрогнуло. Кавех обхватил их члены, Аль-Хайтам накрыл его пальцы своими. Ладонь Аль-Хайтама была немного больше его собственной, длинные пальцы переплелись с его и задавали темп их движениям.       Мысли сбились в кучу. Кавех приоткрыл рот, рвано дыша, и просто не мог заставить себя отвести взгляд. Движения их рук, их пальцы, обхватывающие горячую плоть выглядели слишком привлекательно.       Невероятное открытие. И совсем излишнее. Кавех резко заморгал и посмотрел в лицо Аль-Хайтама. Взгляд цеплялся за раскрасневшиеся щёки, за приоткрытые губы, за морщинку, пролегающую между бровей. Аль-Хайтам выглядел таким сосредоточенным, что Кавеху захотелось разрушить этот образ. Свободной рукой он обхватил его лицо и поцеловал. Аль-Хайтам резко увеличил темп и выбил из Кавеха стон прямо в поцелуй.       — Ах! — Кавех отстранился, немного запрокинув голову.       Его мышцы на животе поджались и всё тело медленно заполняло горячее, тягучее чувство. Кавех старательно пытался не поддаваться этому знакомому ощущению, но Аль-Хайтам снова резко провёл по всей длине, а затем нежно, едва ощутимо коснулся головки большим пальцем, и Кавех вцепился в его предплечье пальцами.       — Стой, — прошептал он безнадёжно.       Аль-Хайтам ничего не ответил, лишь уткнулся лбом в сгиб шеи Кавеха, а свободной рукой прижал немного ближе к себе, когда почувствовал, как его тело одолела мелкая дрожь.       Он и так был на грани, а когда Аль-Хайтам прикусил кожу на шее, то, не в силах больше терпеть, обхватил Аль-Хайтама за спину и кончил. Сжатый стон разнёсся по всей ванной комнате.       Но Аль-Хайтам не отпустил его, а продолжил двигать ладонью.       — Ч-что ты делаешь?! — спросил Кавех сорванным голосом.       Перед глазами все поплыло цветными разводами. Колени подкосились, но Аль-Хайтам крепко держал его за талию и лишь сильнее впился пальцами в кожу перед тем, как излиться Кавеху на живот.       Они замерли, тяжело дыша. Возвращаться к действительности было трудно. Аль-Хайтам, придя в себя первым, потянулся к душевой лейке и переключил режим. В грудь Кавеха ударил тёплый поток воды. Он отвернул голову, чувствуя прилив стыда.       Через какое-то время шум воды затих. Лишь редкие капли падали и разбивались о кафельный пол. Кавех остался стоять статуей, боясь даже посмотреть на Аль-Хайтама. Но он всё же обернулся, когда послышался стук стеклянной дверцы и тело обдало потоком прохладного воздуха.       Аль-Хайтам вышел первым. Было слышно как с его промокших джинс стекает вода. Но не прошло и минуты, как он вернулся, распахивая чёрный махровый халат.       — Иди сюда, — сказал он.       Кавех почесал кончик носа и медленно шагнул вперёд. Аль-Хайтам накинул халат на его плечи, а затем подтолкнул к двери.       — Можешь устроиться в моей комнате, — сказал он, пристально смотря Кавеху в лицо. — Я скоро приду.       Кавех едва заметно кивнул и быстро вышел из ванной. Как только он оказался в спальне Аль-Хайтама, то обвёл её удивлённым взглядом, уставившись на огромных размеров кровать. Аккуратно забравшись на неё, опустился на колени и уложил на них ладони.       Его сердце трепетало и разум раз за разом прокручивал короткие моменты произошедшего. Кавех готов был взвыть, но лишь закрыл глаза и выдохнул.             «Ничего особенного не произошло, мы взрослые люди и это нормально», — мысленно повторял он сам себе, ощущая, как в груди всё дрожит от нарастающей паники.       Его мантру разрушил голос Аль-Хайтама.       — Что это за поза? Собрался на меня молиться? — спросил он со смешком.       Кавех распахнул глаза, готовый разразиться гневной речью, но слова так и не сорвались с его губ. Аль-Хайтама стоял в дверном проёме, в полотенце, обёрнутым вокруг бёдер и со сложенным феном в руках.       — Просто ногам холодно, — пробормотал Кавех.       Аль-Хайтам молча направился в сторону, где Кавех уже не мог его видеть. Послышался звук открывающейся дверцы. Аль-Хайтам вернулся и положил на кровать небольшое полотенце и фен.       — Спасибо, — тихо сказал Кавех, протягивая руку к фену.       Аль-Хайтам остановился рядом и сел на край кровати.       Возможно, он собирался что-нибудь сказать, но Кавех поспешил опередить его.       — Я провёл у тебя почти все выходные! — сжав в пальцах полотенце и фен, он вскочил с кровати. — Уже пора домой, иначе завтра я точно опоздаю.       Сердце глухо билось где-то за сводом рёбер. Кавех почесал лоб и поспешил выйти из спальни Аль-Хайтама, не обернувшись на него. Он просто не мог смотреть ему в лицо после того, что произошло без накатывающего смущения. Мантра «всё в порядке, мы взрослые люди» не сработала. Самообмана не вышло.       Кавех тяжёлыми шагами двинулся в сторону гостиной. Он быстро переоделся и подсушил волосы феном, не в силах находиться в этой квартире ни минутой дольше.       Каждая мысль пыталась вернуть его к потокам воды, к жару чужих рук, к шёпоту прямо на ухо, и Кавех отчаянно потёр лицо руками, будто это могло чем-то помочь.       Он вышел в прихожую, где его уже ждал Аль-Хайтам. Прислонившись спиной к стене, он наблюдал как Кавех суетливо надевает обувь и хватает свой портфель.       — До завтра! — бросил на прощание Кавех.       — Да, до завтра, — сказал Аль-Хайтам.       Он оттолкнулся от стены и сделал шаг в сторону Кавеха. Тот дёрганно улыбнулся и поспешил открыть дверь.       Оказавшись на улице, он взглянул в свой телефон и поторопился проложить маршрут до метро.