Дракон во тьме | Dragon in the dark

Грейнджер целовала его. Она целовала его, и его сердце готово было разорваться от счастья. Драко автоматически обнял её за талию. Он прижался к Грейнджер и цеплялся за неё, будто от этого зависела его жизнь. Её пальцы вцепились в его волосы, тянули голову вниз, чтобы встретиться с её губами. Целуя её в ответ с такой страстью, сердце билось так быстро, что казалось — он вот-вот умрёт от восторга. В мгновение ока всё закончилось, и она отшатнулась. Её глаза широко раскрылись от шока, одна рука взлетела к губам, а щеки покрылись розовым румянцем. — Прости. Я — Драко лишь покачал головой и приблизился к ней. Чёрт побери, он не позволил бы ей оторваться от себя теперь. Он попробовал её вкус, и, как голодный человек, жаждал ещё. Его руки схватили её за затылок и притянули обратно. Губы снова встретились, и она вздохнула у его рта — тепло и сладко. Когда он приоткрыл рот, её язык пробежался мимо его зубов и дразнил кончик его языка. Он углубил поцелуй, отчаянно желая большего. Её руки легли ему на талию, мягко сжимая мантию и притягивая ближе, пока его бёдра не столкнулись с её. Это чувство мгновенно ударило в низ живота, и он застонал. Он ощущал её грудь, прижатую к своей груди, когда она выгнулась навстречу ему, запрокидывая голову, чтобы он мог поглотить её полностью. Он оторвался от неё, провёл губами по её челюсти и поцеловал шею. Она выдохнула, впилась пальцами ему в спину. — Драко… — звук его имени на её губах только разжёг его желание. Наполовину обезумевший от страсти, он приоткрыл рот и впился зубами в её шею чуть выше плеча. Не настолько сильно, чтобы прорвать кожу, но достаточно, чтобы вызвать у неё вздох. Он отступил немного, провёл языком по следу от укуса и поцеловал кожу, поднимаясь обратно по гладкой шее. Когда он достиг места под ухом, она тихо застонала, выдвинула бёдра вперёд и потёрлась ими о его растущее возбуждение. — Чёрт, Грейнджер. Она повернула голову, вновь поймала его губы и обвила руками его шею. Обхватив её за талию, он поднял её, и она обвила ноги вокруг него. Он чувствовал, как его член прижимается к её центру, и судя по её тихому вздоху, Грейнджер тоже это ощущала. Он подошёл с ней к кровати и посадил её на край. Её руки ринулись к пуговицам его рубашки, и он отстранился, моргнув в удивлении, вспомнив, через что ей пришлось пройти сегодня. — Постой, — прохрипел он. Она замерла, глядя на него широко раскрытыми от желания глазами. Он едва сдерживал её руки. Глубоко вздохнув, он сказал: — Сегодня ты многое пережила. Наверное, нам не стоит… Грейнджер усмехнулась, высунула язык, чтобы увлажнить губы: — Я чувствую себя отлично. — Я уверен, Целитель сказал бы, что это безрассудно. — Я и есть Целитель. Драко усмехнулся: — Тогда другой Целитель. Это слишком тяжёлая нагрузка после того, что с тобой произошло. Грейнджер задумчиво водила ногтем по его груди там, где расстегнула пуговицы. Она прикусила губу и посмотрела на него сквозь ресницы. — Ну, тогда, наверное, тебе придётся быть со мной нежным. Чёрт. Откуда взялась эта соблазнительница? Чёрт. Он пропал. — Нежным? — усмехнулся он с ухмылкой. — Похоже, ты забыла, с кем разговариваешь. Глаза Грейнджер почти почернели, когда она схватила его за перед мантии. Их губы столкнулись снова, и он обхватил её талию одной рукой, притягивая выше на кровать, чтобы лечь на неё как следует. Её пальцы ловко справлялись с пуговицами его рубашки, продолжая начатое, и он отстранился, когда она скинула её с плеч. Сев чуть выше, чтобы полностью снять сорочку из жёсткого хлопка, он посмотрел на неё. Драко уже видел это раньше — её волосы, раскинутые вокруг головы, словно нимб. Хотя на самом деле он видел её так лишь один раз после их подушечной битвы, в своих снах он представлял её так бесчисленное множество раз. И реальность была намного прекраснее всего, что могло сотворить его воображение. Но того, чего он никогда не видел — и даже не осмеливался представить, — это пылкое желание в её глазах, когда её взгляд скользил по его груди. Наклонившись, он просунул руки под край её рубашки. Он медленно приподнял её, забавляясь тем, как её мышцы слегка напряглись от его прикосновения. Он стянул рубашку с её груди, удивлённо подняв брови, заметив кружевной синий бюстгальтер. Грейнджер улыбнулась ему и чуть приподнялась, чтобы снять рубашку полностью. Драко опустил голову и покрыл поцелуями её нежный живот и ребра. Он взял в ладонь одну из её грудей, массируя её через бюстгальтер. Она немного выгнулась, прижимаясь к его руке. Его рот нашёл другую грудь, горячо целовал кружево, и она тихо стонала. Он сдвинул чашечки бюстгальтера вниз, и его глаза изучали её. Круглая, упругая грудь с идеально розовыми, покрытыми мурашками от возбуждения сосками. Он провёл большим пальцем по одному из них, и она застонала. Его твёрдый член прижимался к её бедру. Из груди вырвался прерывистый вдох, когда он посмотрел на неё. Его сердце бешено колотилось от возбуждения — наконец-то он мог прикоснуться к ней так, как хотел, после многих недель борьбы с собой и подавления чувств. Он наклонился снова, губы охватили один сосок, и он лизнул его. Мерлин, она была прекрасна. Он мог бы часами поклоняться её идеальной груди. Но, учитывая, как её бёдра двигались в такт его телу, он понял, что у неё есть другие планы. Он обвил её руками за спину, наслаждаясь тем, как она автоматически выгибалась навстречу его рукам. Её грудь прижалась к его лицу, и он поцеловал мягкую впадину между ними, ловко расстегивая крючки бюстгальтера. Сняв его, он положил руки на её грудь и шею, проводя большими пальцами по ключицам и позволяя губам исследовать её обнажённую кожу. Одно из её колен согнулось, позволяя ему втиснуть свои бёдра между её, его эрекция напрягалась под тканью, разделяющей их. Их тела были горячими и жаждущими друг друга. Он резко двинул бёдрами вперёд, и она ответила, двинувшись навстречу ему. Они всё ещё были слишком одеты. Руки Драко скользнули вниз, проведя по животу Грейнджер, затем добрались до пояса её джинсов. Желая снова ощутить вкус её поцелуя, он поцеловал шею и снова поймал её губы. Её руки бродили по его груди и плечам, пока они медленно целовались. Он не спешил. Он ждал этого месяцами… ждал её. Всё, чего он хотел сейчас — насладиться каждым дюймом. Его сердце болело от радости прикосновений, поцелуев, от ощущения её под собой. Его чувства были настолько сильны и открыты, что он продолжал целовать её из страха сказать что-то, если оставит рот свободным. Но, Мерлин… она была… всем. Его пальцы расстегнули пуговицу её джинсов, и он опустил молнию. Он чувствовал тепло, исходящее от её центра, когда провёл рукой внутрь её брюк, касаясь кружевных влажных трусиков. — Мерлин, Грейнджер, — рассмеялся он, — я ещё даже не прикасался к тебе. Она улыбнулась ему: — И я тебя тоже не трогала, — поддразнила она, опуская руку вниз, чтобы схватить его через брюки. — Но… — Нахалка. Он сдвинул её джинсы с бёдер и встал, чтобы снять их с ног. Его собственные брюки вскоре оказались рядом на полу. Он медленно прополз по её телу, целуя бёдра, щекоча и дразня пальцами. Когда он начал стаскивать её трусики с ног, её дыхание сбилось, и она приподняла голову, чтобы наблюдать за ним. Её нежный пучок каштановых волос был прямо перед ним, совсем близко к лицу. Он чувствовал её возбуждение. Скинув трусики, он слегка подтолкнул её бёдра, побуждая раздвинуть ноги. Красный румянец окрасил её щеки, и она с жалобным стоном запрокинула голову назад на кровать, распахнув себя перед ним. Он наблюдал её блестящие складки и протянул руку, касаясь их пальцами. Она уже была почти насквозь влажной для него. Когда его пальцы коснулись распухшего клитора, её бёдра дернулись, и она издала тихий писк. Он улыбнулся и наклонился вперёд, медленно обволакивая языком её щель. Из её груди вырвался прерывистый вздох, одна рука вцепилась в его волосы. Он лизнул её снова, теперь водя языком вокруг бугорка, пока пальцы дразнили её вход. Её бёдра двигались круговыми движениями, словно сами по себе, а рот был приоткрыт, издавая всё более громкие стоны и вздохи. Её преграды рушились. Но он хотел, чтобы она полностью расслабилась. Он вошёл в неё двумя пальцами, крутил ими, загибал и тянул назад, прижимая к верхней стенке влагалища, а губы обхватили клитор и сосали сильно. Она чуть не вскочила. Её ноги согнулись вокруг его головы, а рука крепко вцепилась в волосы. — Ммм… да! — выдохнула она. Он ускорил темп, обводя языком её клитор, пока пальцы продолжали ласкать её внутри. Она извивалась от прикосновений, и он понимал, что она близка. Стоны рвались из её губ. — Чёрт… да… не останавливайся… я… я… да… — Ах! И вдруг её спина выгнулась над кроватью, и она замерла под его прикосновениями на несколько блаженных секунд. Затем она задрожала и извивалась, её бёдра резко двигались и вращались, из её уст вырвался довольный вздох. Он не останавливался, пока она не расслабилась, опускаясь на кровать с удовлетворённым стоном. Он снова поцеловал её клитор, и она вздрогнула, тихо смеясь. Сев, он любовался ею. Она была расслаблена, руки и ноги раскинуты, обнажая каждую её часть. Её глаза были открыты, но взгляд был рассеян, губы слегка приоткрыты в лёгкой улыбке. Прекрасная. Идеальная. Настолько живая. Он целовал её тело, останавливаясь, чтобы поклониться каждой груди на пути обратно к её губам. Она целовала его охотно, казалось, её не смущал вкус самой себя на его языке. — Удовлетворена? — спросил он, приподняв бровь. Она улыбнулась: — Почти. И тут её руки сдвинули его боксеры с бёдер и спустили их вниз по ногам. Едва он успел снять их с ног, как её рука обхватила его твёрдый член. — Блядь, Грейнджер, — прошипел он, когда она пару раз осторожно сжала его. — Да, мы ещё не закончили, — поддразнила она. Он отнял её руку и с рычанием прижал обе её запястья к кровати над головой. — Раз дама требует, — усмехнулся он. Медленно, смакуя каждый момент, он вошёл в её тёплую плоть. Грейнджер застонала, выгнувшись навстречу ему. Он вошёл до конца, остановившись, когда не мог зайти дальше, и позволил себе насладиться ощущением того, что впервые находится внутри неё. — Идеально, — простонал он, отпуская её запястья и зарываясь лицом в её шею. Её губы нежно коснулись его мочки уха, она слегка покусывала её, а бёдра вращались напротив него, подталкивая его ещё глубже. Её пальцы скользили по его плечам и затылку, и Драко задумался, когда в последний раз он был так безмерно счастлив. Он снова поцеловал её, отстранился и вошёл в неё во второй раз. Она застонала в его губы, поднимая бёдра навстречу, и они вошли в ритм. Целовать Грейнджер, пожалуй, было самым блаженным опытом в жизни Драко. Возможно, даже более блаженным, чем сам секс… Почти. Её руки исследовали его с каким-то благоговейным трепетом, пока их бёдра ударялись друг о друга. Кончики её пальцев жгли горячими дорожками по его груди. Он обхватил её бёдра рукой и поднял её, покачиваясь на корточках, чтобы войти с новой силой. Она села, опираясь одной рукой о кровать, и продолжала двигаться на нём. Когда она выгнула спину и запрокинула голову, он получил соблазнительный вид её груди. Он притянул её к себе, губы нашли грудь, язык кружился вокруг соска, пока он входил в её влажное тепло. Её пальцы вцепились в его плечи, и их движения становились всё более лихорадочными. — Драко, я… я… — её бёдра дергались всё более хаотично, дыхание сбивалось короткими вздохами. Он почувствовал напряжение внутри себя, но знал, что сможет выдержать. Он сможет довести её до оргазма ещё раз. Он аккуратно прижал её обратно к кровати, поднял одну из её ног — новый угол позволил ему проникнуть глубже, что вызвало у него головокружение. — Чёрт, — прорычал он, стиснув зубы, чтобы удержаться, и провёл подушечкой большого пальца по её клитору, одновременно продолжая двигаться внутри неё. Она дернулась бёдрами, и он понял, что она близка. — Давай, Грейнджер, — прошептал он ей в губы. — Ты нужна мне… Сломленным криком Грейнджер достигла невероятного оргазма, её стенки сжались вокруг него словно тиски. Драко выругался и последовал за ней, издавая прерывистые звуки, пока полностью отдавался оргазму. Полностью измотанные, они лежали вместе, их груди соприкасались с каждым тяжёлым вдохом. Он медленно целовал её, не желая отрываться от неё так быстро. Её мышцы всё ещё едва ощутимо дрожали вокруг него, и он дрожал внутри неё. Наконец, когда стало слишком чувствительно оставаться внутри, он с дрожью вышел из неё и тяжело вздохнул, упав рядом. Грейнджер взмахнула рукой, вызвала свою волшебную палочку и наложила на себя два заклинания: одно — чтобы убрать оставшуюся влагу, другое — контрацептивное. Потом она положила палочку на тумбочку и повернулась к нему боком. Он протянул руку, откинул локон с её глаз, наслаждаясь её видом. Она выглядела такой… счастливой. Счастливее, чем он когда-либо её видел. Мысль о том, что он причастен к этому счастью, наполняла его сердце восторгом. Пододвинувшись ближе, он притянул её в объятия и поцеловал, возможно, в сотый раз, наслаждаясь ощущением быть рядом с ней — не просто как друзья, ищущие утешения в бессонной ночи, а как возлюбленные. — Ты даже не представляешь, как давно я этого хотела, — улыбнулась она, прижимаясь к его губам. — Я тоже, — рассмеялся он, давая рукам свободно скользить по её шее. — Целую вечность. Она вздохнула и прижалась ближе, обвив его руку и положив голову ему на плечо. Он чувствовал тепло её обнажённого тела, когда она перекинула одну ногу через его. Как же естественно было быть с ней так. И подумать только, что десять месяцев назад он чуть не убил её. Чувствуя, как что-то сжалось в груди, он крепче прижал её к себе. Он ощущал, как её сердце бьётся у него под боком — напоминание о том, что она жива. Несмотря на все опасности, с которыми ей пришлось столкнуться, она была жива, и он поклялся сделать всё, чтобы сохранить её такой. Он не мог отвести глаз, просто смотрел на неё, позволяя глазам скользить по её лицу, пока она отвечала ему взглядом. Её губы слегка изогнулись в улыбке, когда его большой палец нежно коснулся её щеки. — Что? — тихо спросила она, заметив, что он смотрит на неё слишком долго. — Ничего, — улыбнулся он. — Просто я чувствую… — он замолчал, не зная, как точно выразить свои чувства. — Что? — настаивала она. — Я чувствую… Нет, забудь. Это глупо. — Нет, расскажи. Пожалуйста. — Её глаза светились, и он снова понял, что может доверить ей свои тайны. Она была, пожалуй, самым непредвзятым человеком, которого он когда-либо встречал, и он знал, что что бы он ни сказал, это её не отпугнёт. Но это было слишком, ведь он почти сказал: «дом». Он чувствовал себя дома. Она была для него домом. Вместо того чтобы произнести эту приторную правду, он притянул её лицо к себе и глубоко поцеловал. Надеялся, что этого будет достаточно, чтобы удовлетворить её любопытство. Когда он отстранился, она сияла, будто знала, что он чувствует. — Да, — вздохнула она. — Я тоже.