Рука на спусковом крючке

I’m falling in this great divide

The earth, it splits, and my feet on both sides

And all my faith is shaking, I

I got to keep on hoping

Keep on hoping

When it all feels broken

Got to keep your hope alive

 

Hoping, X Ambassadors

 

  Сидеть на уроках, зная, что дома ждут файлы Тернера, было пыткой. Мысли постоянно возвращались к тому, что Алексия могла бы делать прямо сейчас, будь у нее такая возможность, к тому же атмосфера в классе была расслабленной: одноклассники постепенно получали письма из колледжей, так что никакой пользы от учебы все равно не было.   Алексия ощутила укол зависти, услышав, что Аманда поступила в университет Сент-Джонс. Еще в средней школе они мечтали уехать в Нью-Йорк, представляя, как круто было бы учиться вместе в колледже и одновременно наслаждаться жизнью в этом городе. У Нью-Йорка была своя собственная атмосфера, отличная от других крупных городов США, и теперь Аманда исполнила свою мечту, а Алексия застряла в Чикаго рядом с нелюбимым мужчиной значительно старше нее без каких-либо надежд на благополучное будущее, даже не уверенная в том, что через три месяца все еще будет жива.   За пару уроков до конца учебного дня она не выдержала и зашла в адвокатскую сеть с телефона, чтобы убедиться, что доступ не прикрыли. К счастью, так оно и оставалось.   «Будь у них нормальный мониторинг, давно бы уже заметили моего администратора и заблокировали, – пыталась успокоить себя Алексия. – Чем больше времени проходит, тем выше шанс, что никто не спохватится. Такие вещи ловят по горячим следам».   Вернувшись домой, она сразу же принялась искать ноутбук Тернера среди подключенных к сети компьютеров. Их стало больше по сравнению со вчерашним вечером, но ни один не соответствовал нужным параметрам. Все машины именовались согласно названию отдела и фамилии сотрудника, которому принадлежали, однако среди них не оказалось ни одного компьютера, что мог быть связан с Тернером.   «Может, он не в офисе сегодня?» – предположила Алексия и набрала номер ресепшена. Трубку сняла Лесли.   – Привет, это Алекс. Билл приходил сегодня?   Кай как-то раз звонил секретарше с таким же вопросом, так что Алексия не боялась, что это покажется Лесли подозрительным.   – Как обычно приехал после обеда и весь день принимает посетителей, – ответила та приветливо.   – Ясно, спасибо, – сказала Алексия и, попрощавшись, положила трубку.   «Неужели он не подключал ноутбук к сети?» – задумалась она.   И тут ее пронзила тревожная мысль.   «И как я сразу не подумала об этом… – сокрушалась Алексия, приложив ладонь к лицу. – Это же его личный ноутбук. Зачем ему вообще подключаться к корпоративному домену?»   На миг ее охватило отчаяние. Она провернула столь сложный и впечатляющий взлом, но даже не задумалась о том, что тот ничего бы ей не дал. Тернер мог не использовать корпоративную сеть так, как она предполагала. Глядя на экран, Алексия пыталась придумать, как обойти эту проблему. Мозг уже сам подкидывал возможные варианты.   «Ладно, пусть тебя нет в домене, – размышляла она, – но ты точно подключался к корпоративному Wi-Fi. А значит, тебе должны были выдать IP-адрес».   Она быстро разыскала DHCP-сервер и просмотрела логи всех выданных IP-адресов. Глаза пробежались по наименованию устройств, и наконец она нашла то, что искала. Это точно был ноутбук Тернера. Казалось, вселенная услышала ее вчерашнее желание взломать что-нибудь еще и подкинула новую задачу. Внутри вновь вспыхнул азарт, и пальцы торопливо застучали по клавишам. Алексия набирала bash-команды, значение которых помнила наизусть.   К счастью, Тернер предпочитал ноутбуки на Windows макбукам, и это значительно упрощало ей работу. Она решила просканировать порты на его ноутбуке, чтобы проверить, был ли открыт 445 порт. Шансы на это были высоки: Тернер наверняка пользовался сетевыми принтерами или папками, а значит, у него должен был быть включен SMB-протокол.   Так оно и оказалось.   Алексия попробовала просто зайти на его компьютер по IP, но, как и ожидалось, ничего не увидела – Тернер не открывал общий доступ к папкам на своем ноутбуке, однако это не было проблемой – она решила проверить сервер печати, вдруг там сохранилась информация о его учетной записи, ведь он наверняка использовал сетевые принтеры. Ее догадка оказалась верна, и теперь Алексия могла воспользоваться PsExec, чтобы создать нового локального администратора на его компьютере. Шанс, что Тернер заметит у себя еще одну учетную запись, был ничтожно мал. Если даже корпоративные администраторы не обнаружили ее взлом, он тем более вряд ли станет проверять список пользователей на своем ноутбуке. Никто никогда этого не делал, никто не задумывался о том, что на их личном устройстве могла вдруг появиться чужая учетная запись.   «Но даже если ты найдешь моего администратора, никогда в жизни не подумаешь на меня, – размышляла Алексия. – Ведь о том, что я на такое способна, знают только Кай и Мэтт, и ни один из них меня не выдаст».   Возможно, она была не до конца уверена в Мэтте, так как не знала, насколько тот был предан Тернеру, но за время общения с ним поняла одну очень важную вещь – он высоко ценил анонимность и ненавидел стукачей. Он не стал бы ее выдавать, потому что это противоречило бы его моральным принципам.   Наконец, ей удалось создать локального администратора на ноутбуке Тернера. Алексия медленно выдохнула, чувствуя, как от напряжения свело пальцы. Она вошла в систему и получила доступ ко всем его файлам и папкам. Но больше всего ее интересовал раздел «Мои документы» – судя по всему, именно там Тернер хранил рабочие материалы.   Ей нестерпимо хотелось просто скопировать все разом себе на диск, но рисковать было нельзя. Она остановилась, чтобы перевести дух. Передача такого объема файлов по корпоративной сети не останется незамеченной: резкий рост сетевого трафика вызовет подозрение даже у самого нерадивого системного администратора.   «Ты прошла слишком длинный путь, чтобы все запороть из-за собственной торопливости», – напомнила себе Алексия. Она сходила за чашкой растворимого кофе, параллельно раздумывая, с чего бы начать.   Приступив к изучению каждой папки, она пыталась понять, насколько ценной была находящаяся там информация. Внутри нашлось много бухгалтерских отчетов, связанных с различными транзакциями, но определить, касались они легального бизнеса Тернера или его подпольной деятельности, было невозможно. Алексия ничего не смыслила в финансовых документах, зато сразу поняла, о чем шла речь, когда наткнулась на список должников и обнаружила там пару знакомых фамилий.   Нашлись и какие-то контракты. На первый взгляд казалось, что это были вполне легальные соглашения о поставках оборудования, но за ними вполне могло скрываться нечто криминальное, просто из-за недостатка опыта Алексии было сложно это увидеть. В какой-то момент она почувствовала, что начинает скучать.   Но вскоре ей улыбнулась удача.   В одном из файлов она наконец наткнулась на контакты поставщиков Тернера из Латинской Америки. В документе подробно описывалось местоположение складов и лабораторий, маршруты, по которым товар попадал в США, данные о грузах и людях, отвечавших за перевозку.   «Нужно обязательно проверить его почтовую переписку, – отметила она про себя. – Там наверняка тоже найдется тонна интересного».   Данные много не весили, поэтому, скопировав эту папку целиком себе на диск, Алексия ощутила удовлетворение. Наконец она нашла действительно ценную информацию, которую можно будет отправить Хайнеманну. Отвлекшись на приготовление еще одной чашки растворимого кофе, она вернулась к поискам.   Когда Алексия наткнулась на папку с фотографиями и видео, ее охватило отвращение. Пары файлов хватило, чтобы понять, что это были допросы и пытки. Для чего они Тернеру, она не знала, да и продолжать просматривать содержимое этой папки не было ни малейшего желания. Она лишь бегло осмотрела файлы двухлетней давности – вдруг найдутся упоминания о родителях, но, к счастью, за эти даты в папке ничего не обнаружилось. После этого она пролистала список видео за прошлый сентябрь и наткнулась на то, что ожидала увидеть – запись допроса Киттинга, но смотреть его не стала.   Послышался стук в дверь. Алексия сразу догадалась, что это был Кай: они договорились встретиться у нее дома перед тем, как отправиться на работу, к тому же ему было любопытно, удалось ли найти что-нибудь интересное среди файлов Тернера. Звонком он не пользовался – всегда стучал, поэтому Алексия сразу понимала, что это был он, еще до того, как посмотрит в глазок.   – Я нашла кое-что для Хайнеманна, – с торжеством сообщила она, демонстрируя Каю все, что удалось накопать к тому моменту. Все более-менее интересное она сразу сохраняла себе на диск, чтобы не потерять, если Тернер вдруг отключится от сети или аккаунт ее администратора наконец заблокируют.   – Алекс, ты изумительна, – произнес Кай, когда она закончила.   В его глазах стояло восхищение, и она невольно смутилась. Он никогда не скупился на похвалу, но сейчас все было иначе: раньше он хвалил ее за то, чему обучал сам, а теперь она показывала ему то, что он делать не умел, и это вызывало у него уважение.   – Благодари Мэтта за это, – попыталась оправдаться Алексия, а затем устало добавила: – Файлов так много, что на разбор уйдет несколько дней. Но так как фото и видео мне не нужны, думаю, можно рискнуть и скопировать на диск все остальное, включая календарь и почту – это не должно много весить и не займет много времени. Судя по всему, Билл использует Outlook, так что экспорт не станет проблемой. Поставлю копирование в фоновом режиме, и можем ехать работать.   Удивительно, но даже тот факт, что с ноутбука Тернера была скопирована целая куча файлов, не вызвал у системных администраторов ни малейших подозрений. Конечно, Алексия подтерла за собой следы, но подобная халатность все равно вызывала разочарование. Эйфория от проделанной работы постепенно угасала: слишком многое объяснялось не ее мастерством, а безответственностью тех, кто должен был следить за безопасностью сети.   Она решила не удалять своего администратора из домена – он мог еще пригодиться, но локального администратора из ноутбука Тернера все же убрала, чтобы хозяин устройства точно никогда не узнал, что его компьютер подвергался взлому. Если понадобится, она всегда могла вернуться туда снова. Теперь, имея в распоряжении все его файлы у себя на диске, Алексия могла спокойно их изучать, зная, что у нее было на это достаточно времени. Кай предложил помощь, и она скинула ему часть файлов.   Больше всего ее интересовало то, что происходило два года назад, так что первым делом она полезла в календарь. Алексия надеялась найти хоть что-то, что можно было бы связать с убийством родителей, однако единственной интересной деталью, на которую она наткнулась, были ее собственные первые визиты в офис Тернера. Он внес эти встречи в свой календарь, словно она была важным гостем или деловым партнером. Это вызывало смешанные чувства.   «Почему он предложил мне работу? – размышляла она. – Чем его так зацепила моя история про убитых родителей? Зацепила настолько, что он дал Каю год перерыва, лишь бы уговорить стать моим ментором. Может, Билл уже тогда знал, кто убийца, и решил держать меня рядом, чтобы контролировать? Или я просто все это себе придумала, и он позвал меня лишь потому, что в банде и правда не хватало девушек».   Спустя пару дней Кай сообщил, что нашел кое-что любопытное. В одной из папок оказалась целая гора отчетов, и Алексия не придала им особого значения, решив, что это очередные бухгалтерские документы, в которых она ничего не смыслит, однако Кай обратил внимание на несколько деталей, которые заставили ее пересмотреть свою точку зрения.   Отчеты охватывали определенный месяц, а в самой папке хранились данные за последние несколько лет. Каждый документ содержал таблицу с четырьмя колонками. В первой колонке были самые обычные GUID, и Кай понятия не имел, что они могли значить, а во второй – даты. В третьей колонке были указаны некие пятизначные числа, первые два символа которых были нулями, и в каких-то ячейках было всего одно такое число, а в каких-то – несколько. Четвертая колонка содержала сумму в долларах. Кай открыл последний отчет – за февраль.   – Мне кажется, эти отчеты – именно то, что ты ищешь, – произнес он и ткнул пальцем в одну из строк. – Видишь число? Это ты.   Он указал на третью колонку, где стояло число 00456. Алексия с недоумением уставилась на эту ячейку, а затем перевела взгляд на Кая.   – В смысле? – спросила она так, словно он нес полную чушь.   – Эти цифры – коды сотрудников. 00456 – твой код. В этой же ячейке рядом с тобой указан мой код – 00037.    Только теперь до нее дошел истинный смысл этого документа. Она взглянула на дату и вспомнила, что в тот день они с Каем были на задании. Пробежавшись глазами по длинному списку, она нашла и другие даты. В каких-то строчках значились они вдвоем, в других – только она. Были строчки, в которых фигурировал только Кай. О большинстве из них она знала: он предупреждал, что в эти дни будет занят. Видимо, он наложил даты их с Алексией заданий и сумел вычислить, какие из пятизначных чисел кому принадлежали.   – Гениально, – прошептала она, широко раскрыв глаза. – Но постой… Что это за суммы? Они явно больше тех, что нам платят.   – Верно, – согласился Кай. – Раз в десять больше. Это стоимость работы для заказчика. Допустим, клиент платит пятьдесят тысяч, а нам с тобой на двоих в лучшем случае перепадет пять.   – Это несправедливо! – возмутилась Алексия, чувствуя себя обманутой. Порой им приходилось рисковать жизнями, а большую часть прибыли забирал Тернер.   – Это бизнес, – равнодушно отметил Кай. – Не у всех заданий есть заказчик, иногда мы работаем по приказу Билла, но он за это тоже платит. Как думаешь, из каких средств? – Он сделал паузу и осмотрел список. – Интересно, кто те тридцать шесть человек, обогнавших меня в списке. Я ведь один из старейших его работников.   – Хотел быть под номером 007?   – Не отказался бы, – усмехнулся Кай. – Но придется быть 00037.   Алексия задумчиво посмотрела на свой номер.   – Неужели на Билла работает почти пять сотен человек?   – Думаю, большинство уже не работает, – предположил Кай. – Если взять этот отчет и посчитать количество уникальных кодов, выйдет что-то около тридцати. Остальные либо ушли, либо сели за решетку, либо уже мертвы.   Он закрыл февральский отчет и вернулся в папку. Алексия, затаив дыхание, наблюдала за тем, как он переключился на документ за июль позапрошлого года.   – Как видишь, четвертого июля я не работал, – произнес Кай, словно все еще опасался, что она могла считать его причастным к убийству родителей. – Зато хватает других номеров.   – Можно исключить строчки, где номеров больше одного, – предложила Алексия. – Оставить только одиночек.   – На заказные убийства ходят и парами, – не согласился Кай. – И тогда их будет больше десятка. Вычислить, кто есть кто, вряд ли выйдет – ты же знаешь, мы не делимся друг с другом деталями заданий. К тому же нет гарантии, что среди этих строчек есть та, что связана с твоими родителями.   – Нужно выяснить, что означают эти GUID, – произнесла Алексия мрачно. – Отчеты явно формируются автоматически. Никто не будет запоминать коды стольких сотрудников, даже я на это не способна. Значит, должна существовать некая база данных, где все это хранится.   Она указала на названия отчетов и продолжила:   – Видишь? В имени файла timestamp – дата и время вплоть до долей секунды. Это дата генерации отчета. Судя по тому, что дата на всех отчетах – первое число следующего месяца, а время – час ночи, можно предположить, что отчеты выгружаются автоматически по ночам в ту самую папку, откуда я их скачала. Только не понимаю, зачем они Биллу, если в них нет данных о самих заданиях.   – Возможно, эти файлы передаются в бухгалтерию, – предположил Кай. – А им достаточно знать коды сотрудников, даты и суммы.   – Значит, придется снова лезть к нему в комп, – вздохнула Алексия. – Нужно проверить историю браузера. Эта база данных наверняка хранится на каком-то сайте.   – Ты же помнишь, что завтра Билл улетает в Нью-Йорк на пасхальные праздники? – напомнил Кай. – И заберет ноутбук с собой.   – Точно, – вспомнила Алексия. Тернер сам говорил ей об этом несколько дней назад, когда она последний раз к нему приезжала. – Тогда попробую провернуть все завтра утром.   Он кивнул и начал собираться, а она поднялась, чтобы его проводить.   – Кай, – тихо произнесла Алексия, глядя на него с тревогой. – Ты в порядке? В последнее время выглядишь уставшим. Много дел?   – Типа того, – отмахнулся он, выдавив слабую улыбку. – Столько всего навалилось.   – Ты про Хайнеманна?   Кай лишь кивнул в ответ. Она подошла к нему чуть ближе, всем сердцем желая коснуться или даже обнять, но все же не смея преступать черту.   «Странно… Когда я была в кабинете Хайнеманна, жалела, что отталкивала тебя, – подумала Алексия. – Сейчас ничто не мешает мне перестать это делать, но я все равно продолжаю, словно по инерции. Наверное, потому что мне отчаянно хочется, чтобы в этот раз именно ты сделал первый шаг. Хочу видеть, что ты готов действовать, даже зная, насколько это рискованно».   Уже стоя на пороге, Кай вдруг обернулся, задержал взгляд на Алексии и спросил:   – Ты пока ничего ему не отправляла?   – Нет, – ответила она. – Как думаешь, когда лучше это сделать? У меня все готово, а до истечения срока меньше двух месяцев.   – Времени достаточно, – произнес Кай после небольшой паузы. – К тому же ты можешь найти еще что-нибудь, так что лучше не торопиться. Раз какие-то данные у нас уже есть, можем ненадолго расслабиться и сосредоточиться на поисках убийцы твоих родителей. Остальное решим позже.   Алексия кивнула, а затем, почти не отдавая себе отчета в том, что творит, сделала еще пару шагов в его сторону и положила руку ему на плечо. Жест вышел до смешного нелепым, и она мысленно закатила глаза. Ну конечно. Положить руку на плечо. Самое идиотское, что только можно было придумать, когда на самом деле хочется совсем другого.   Кай посмотрел на нее с удивлением, словно не был готов к этому прикосновению. На секунду он замер, не отстраняясь, но и не отвечая, будто пытаясь понять, что это значило и можно ли было и ему позволить себе что-нибудь подобное в ответ. Наконец, так ничего и не решив, он просто попрощался и вышел из квартиры, оставив ее в полнейшей растерянности.   Алексия устало выдохнула и закрыла за ним дверь. Нужно было вернуться к работе, но от всех этих документов уже кружилась голова, и с каждым разом становилось все сложнее сосредотачиваться на их содержимом. Из-за того, что она так и не нашла ничего, что можно было связать с убийством родителей, с каждым днем лишь сильнее хотелось все бросить, но она продолжала, потому что только это давало ощущение, что ее существование не было бессмысленным.   Пока сверстницы поступали в колледжи, строили планы на будущее и жили нормальной жизнью, Алексия могла лишь надеяться, что сумеет выжить и отомстить за смерть родителей, предпочитая не задумываться о том, что будет потом. Даже реакция Кая на ее прикосновение стала лишь еще одним напоминанием о том, чего она была лишена из-за собственных глупых решений.   Тернер не заезжал в офис следующим утром, и Алексии пришлось отложить свои планы пробраться в историю его браузера на три дня.   Рэйчел вернулась в воскресенье вечером, полная впечатлений о встрече с родителями Джордана. Она с восторгом рассказывала о том, как прошел визит, описывая роскошный, но уютный дом в Лейк Форест, куда съехалось множество гостей. Просторные комнаты с панорамными окнами, идеально ухоженный сад, дорогая мебель и автомобили – все это подчеркивало зажиточный статус семьи Джордана. По словам Рэйчел, атмосфера была легкой и праздничной, столы ломились от множества блюд, а его родители были бесконечно милы и хорошо ее приняли.   – Гостей много было? – поинтересовалась Алексия с тревогой.   Она хотела бы порадоваться за подругу, но не могла не думать о том, какими проблемами могла обернуться эта поездка. Знакомые Тернера ни разу не видели Алексию, а вот Рэйчел всегда была на виду, и если кто-то из них тоже присутствовал на празднике, мог ее вспомнить и заинтересоваться, что она там делала.   – Да, но я старалась не привлекать внимания, – заверила Рэйчел, будто почувствовав ее беспокойство. – Не волнуйся, я внимательно всматривалась в лица. Если бы там оказался кто-то из друзей Билла, я бы заметила.   Она на мгновение замолчала, а затем добавила:   – Но знаешь… даже осознавая все риски, я не могла не наслаждаться моментом. Впервые за долгое время почувствовала, что живу именно той жизнью, какой хочу. На пару дней позабыла о Билле, о прошлом, обо всем. Мне не нужно лгать Джордану, и от этого так легко на душе. Меня так достало вранье, Алекс! Как бы мне хотелось всегда быть со всеми честной.   Эти слова тронули что-то в душе Алексии. Впервые она ощутила, как тайны, которые она так долго прятала внутри, вдруг попросились наружу. Рэйчел была ей дорога, и если все могло пойти по плохому сценарию, та должна была быть в курсе.   – Ты права, – произнесла Алексия после короткой паузы. – Поэтому я хочу быть с тобой полностью честной. Присядь.   Рэйчел, которая все это время ходила вдоль дивана, рассказывая о своей поездке, сразу же посерьезнела и села рядом, мгновенно уловив значимость момента.   – Когда меня схватили люди Хайнеманна, тот не собирался отпускать меня живой, – начала Алексия. – На самом деле ему плевать на моего отца. Моя жизнь ничего для него не значила. Он позволил мне уйти лишь потому, что я пообещала достать для него кое-какую информацию.   Лицо Рэйчел словно окаменело. Она не произнесла ни слова, и Алексия продолжила рассказ, поведав о том, как училась хакерству у Мэтта, не раскрывая его личности, и как эти знания помогли ей проникнуть в корпоративную сеть адвокатской конторы Тернера. Затем она рассказала о своих подозрениях касательно участия Тернера в убийстве родителей и о том, что какое-то время считала Кая причастным.   На этих словах Рэйчел наконец заговорила, горячо подтверждая алиби Кая и Рэя. Она тут же достала телефон, чтобы найти фотографии, сделанные в тот день. Хоть Алексия уже не сомневалась в их невиновности, она все же взглянула на снимки, просто чтобы окончательно поставить в этом вопросе точку.   – Получается, вы все еще в опасности? – спросила Рэйчел тихо. Алексия заметила в ее глазах слезы. – И что мне делать, если вас убьют?   Алексия ожидала чего угодно: что Рэйчел начнет снова заступаться за Тернера или обвинит в том, что та все это время молчала, но никак не слез. Не раздумывая, Алексия обняла подругу и положила ее голову себе на плечо, пытаясь утешить. В этом было что-то детское, капризное, словно Рэйчел плакала не из-за того, что могла потерять друзей, а потому что не знала, сможет ли это пережить.   Когда она немного успокоилась, разговор продолжился.   – Покажешь, что удалось найти? – попросила Рэйчел.   Алексия кивнула и сходила за ноутбуком. Сначала она продемонстрировала материалы, которые планировала отправить Хайнеманну. Архив получился внушительным, и она надеялась, что, увидев, как добросовестно она отнеслась к заданию, тот ее пощадит.   – Может, стоило согласиться на него работать, – пробормотала Алексия со смешком.   – А ты можешь связаться с ним и сказать, что передумала?  – внезапно предложила Рэйчел. – Вдруг это поможет вам выжить?   – Ого, не ожидала, что ты поддержишь эту идею, – усмехнулась Алексия, почувствовав, что была несправедлива к подруге. Да, год назад Рэйчел действительно удивила ее своими попытками защищать Тернера, но с тех пор многое изменилось. – Это может серьезно навредить Биллу.   – Ваши с Каем жизни для меня важней, – заявила Рэйчел с легким оттенком обиды в голосе. – Мне плевать, что будет с Биллом, особенно если он и правда виноват в смерти твоих родителей. Если я могу как-то помочь, просто скажи. Я на твоей стороне, Алекс, можешь быть в этом уверена.   После того как Рэйчел, не раздумывая, бросилась за ней в клуб Хайнеманна, а потом отыскала на заброшенном заводе, рискуя собственной жизнью, Алексия больше не могла сомневаться в ее словах. Она улыбнулась, тихонько сжала плечо подруги и кивнула, стараясь взглядом передать всю свою признательность.   Они продолжили разбор документов. Алексия показала файлы, которые обнаружил Кай, и Рэйчел подтвердила, что такие отчеты действительно могли предназначаться для бухгалтерии, но сказать, в какой программе они создавались, не смогла, зато ее внимание привлекли другие электронные таблицы. Когда Алексия открыла их, в глазах зарябило от обилия цифр и формул. Вчитываться в них не хотелось, а вот Рэйчел, напротив, заинтересовалась.   – Кажется, это сводка по поставкам дилеров, распределению прибыли и объему проданных товаров, – предположила она.   – С чего ты так решила? – поинтересовалась Алексия.   – Смотри, – Рэйчел указала на одну из колонок, – здесь опять идут пятизначные коды. Снова сотрудники, вероятно, координаторы дилеров. А рядом – количество товара. Снег – это кокаин, лед – метамфетамин, зеленка – марихуана. Эти сокращения все знают.   – Я не знала, – ответила Алексия, вчитываясь в документ.   После объяснений Рэйчел структура таблицы становилась понятнее: можно было увидеть, сколько товара было у каждого дилера в начале месяца, сколько было продано, какая сумма оставалась у каждого на руках и как часто проводились инкассации.   – Ого, у кого-то даже скидки есть, – удивилась Алексия, заметив, что некоторые строчки с товаром повторялись, но уже с пометкой о дисконте.   – Вероятно, для постоянных клиентов. Такое тоже бывает, – пояснила Рэйчел.   – Может, у них и программа лояльности есть? – предположила Алексия, и обе рассмеялись.   Рэйчел пролистала отчет до конца, и выражение ее лица стало задумчивым.   – Выручка исчисляется десятками миллионов долларов, – заметила она. – Конечно, часть суммы уходит дилерам, координаторам и поставщикам, а еще нужно оплачивать расходы на логистику и взятки, так что чистая прибыль будет меньше, но даже с учетом всех расходов получается внушительная сумма.   – Думаешь, если Хайнеманн получит данные о поставщиках, это поможет уничтожить бизнес Билла?   Рэйчел задумалась.   – Это лишь часть бизнеса, – ответила она. – Вряд ли Хайнеманн уничтожит его полностью, но может серьезно подорвать. Возможно, Биллу придется искать новых поставщиков или менять маршруты. Так или иначе проблемы у него точно возникнут, прибыль упадет, и Хайнеманн сможет воспользоваться этим, чтобы занять освободившийся рынок сбыта.   Она на секунду замолчала, а затем с беспокойством добавила:   – Но меня больше волнует другое, Алекс. Если Хайнеманн, получив информацию, начнет действовать, Билл сразу поймет, что в банде крыса. И начнет ее искать. Уверена, что вы с Каем нигде не наследили?   – Я уже ни в чем не уверена, – произнесла Алексия, устало откидываясь на спинку дивана. – Хайнеманн нашел нас спустя несколько месяцев, когда я уже и думать забыла про тот клуб. Мы с Каем были уверены, что угроза миновала. Да, Билл предупреждал, что Хайнеманн нас ищет, но никто не думал, что он и правда сможет на нас выйти. Если бы я знала, где допустила ошибку, уже попыталась бы ее исправить, поэтому не могу ответить на твой вопрос. Такое ощущение, что одна проблема тянет за собой следующую, и мы словно вляпались в снежный ком, который все нарастает и нарастает.   Рэйчел бросила на нее сочувственный взгляд, не зная, что сказать. Обе понимали, что ситуация была сложной, и никто не мог предсказать, чем все закончится.   – Слушай, а можешь показать письмо, что они отправили твоему отцу? – вдруг попросила Рэйчел. – Может, там были уточнения, что именно они хотят от тебя получить? Я бы не стала высылать все сразу. Можно отправить только часть и пообещать выяснить больше, чтобы потянуть время.   – Звучит как уловка Шахерезады, – усмехнулась Алексия, вставая с дивана, чтобы сходить за ноутбуком отца.   – Ее план, между прочим, сработал, – заметила Рэйчел, проводив подругу взглядом.   Алексия нашла письмо и показала Рэйчел. Она всерьез опасалась, что вообще его не получит, так как Хайнеманн поручил отправку одному из своих людей, и это был тот, кого она тем же вечером порезала ножом. Алексия была уверена, что после такого он нарочно проигнорирует приказ, чтобы ее подставить, и тогда ей пришлось бы искать другой способ отправить данные Хайнеманну. К счастью, тот, видимо, не решился ослушаться босса и все же выполнил поручение.   В письме не было ничего конкретного: отправитель лишь указал, что ожидает посылку не позднее одиннадцатого июня – ровно через три месяца после похищения. В письме указывались реквизиты облачного хранилища, куда следовало загрузить файлы, и просьба подтвердить отправку ответным письмом.   – Зачем столько сложностей с облаком? – недоумевала Рэйчел.   – Файлы слишком тяжелые для почтового вложения, – пояснила Алексия. – К тому же так безопасней.   Рэйчел собиралась захлопнуть крышку ноутбука, как вдруг ее внимание привлекла голубовато-фиолетовая иконка в трее.   – Ого, твой отец увлекался криптой, – заметила она.   – В смысле? – спросила Алексия.   – У него Exodus стоит, – ответила Рэйчел, а затем, заметив, что это по-прежнему ни о чем не говорило Алексии, добавила: – Криптовалютный кошелек.   – Давай посмотрим, что там, – загорелась Алексия, ругая себя за то, что при первом осмотре ноутбука пропустила такую важную деталь.   – Увы, нужен пароль, – вздохнула Рэйчел, когда перед ними открылось окошко с полем для ввода пароля. – Без него ничего не выйдет.   – Можно глянуть в браузере, – предложила Алексия, забирая у подруги ноутбук, чтобы проверить это самостоятельно.   Увы, проверка браузера не дала результата – сохраненного пароля для Exodus там не было. Она ощутила знакомое разочарование, словно у нее снова увели нечто важное прямо из-под носа. Такое уже случалось ранее: сначала с машиной, потом с деньгами, которые отец прятал на банковском счете и на складе индивидуального хранения. Теперь еще и это. Алексия злилась на отца за то, что он спрятал свои сбережения так тщательно, что теперь даже родная дочь не могла их найти.   – Давай проверим файлы на компьютере? Вдруг он записал пароль где-нибудь? – предложила Рэйчел. – Так часто делают, потому что его невозможно восстановить. Я слышала, как один мужчина даже к гипнотерапевтам обращался, чтобы вспомнить кодовую фразу, но у него ничего не вышло. Люди часто записывают seed-фразу или пароли так, чтобы не бросалось в глаза. Слышала, кто-то набил себе татуху с QR-кодом, другой спрятал фразу по частям в книге рецептов жены, а один гений решил выгравировать ее на металлической табличке и закопать…   Рэйчел внезапно замолчала, многозначительно посмотрев на Алексию. Та тоже замерла, осознавая, что обе подумали об одном и том же.   «Папина табличка!» – пронеслось у нее в голове.   Алексия резко вскочила с дивана и принялась осматриваться, пытаясь вспомнить, где видела ее последний раз. Табличка нашлась возле телевизора. Почему-то казалось правильным хранить ее там же, где это делала Синтия, словно Алексия бессознательно продолжала семейную традицию, не понимая ее истинного смысла, зато благодаря этому табличка нашлась почти мгновенно.   Рэйчел уже нетерпеливо ждала ее на диване, открыв окно восстановления пароля, требовавшее фразу из двенадцати слов.   – A funny little artist works hard, drinks sausage and seeks a shoe to visit a rare parade, – прочла Алексия выгравированную на табличке фразу. Та все еще казалась бессмыслицей, но теперь по крайней мере становилось понятно, зачем она была нужна отцу. – Здесь больше двенадцати слов.   – Давай выкинем артикли, союзы и предлоги, – предложила Рэйчел. – А глаголы поставим в инфинитив.   – Тогда их ровно двенадцать, – произнесла Алексия, мысленно пересчитав оставшиеся слова. Сердце забилось чаще от осознания, что она сумела разгадать еще одну тайну. Даже если кошелек окажется пустым, сам факт, что она наконец раскрыла загадку этой странной таблички, уже приносил удовлетворение. – В каком порядке будем вводить?   – Давай так, как написано, – решила Рэйчел. – Если не сработает, придется перебирать все возможные комбинации, а это… – она на мгновение задумалась, – факториал двенадцати. Не знаю, сколько точно, но поверь – это очень большое число. Будем до пенсии вбивать.   – Ладно, пробуем, – вздохнула Алексия. – Я диктую, а ты вводишь.   Она видела, как дрожали руки Рэйчел, пока та вбивала слова в поля для ввода, словно от этого зависела ее жизнь. Каждая внимательно перечитывала введенное слово, проверяя на опечатки. Наконец, когда все двенадцать полей были заполнены, Рэйчел бросила настороженный взгляд на подругу и нажала на кнопку восстановления пароля.   Комбинация сработала. Программа потребовала придумать новый пароль, и Алексия, забрав ноутбук у Рэйчел, ввела один из своих старых, усложнив его по известному лишь ей шаблону. После сохранения пароля программа загрузила главную страницу Exodus с перечнем доступных криптовалют.   – Черт возьми… – прошептала Алексия, заметив, что баланс был вовсе не пуст. На счету были деньги. И их было очень много.   – Поздравляю, ты теперь богачка, – произнесла Рэйчел с облегчением, восторженно глядя на цифры. – Тут больше четырех миллионов, Алекс!   Алексия уставилась на экран, не веря своим глазам. После всех потерь, после всего, что у нее отняли, она наконец обрела хоть что-то. Вернее, она обрела очень много. Рэйчел тем временем предложила перейти на вкладку с историей транзакций.   – Когда с банковского счета твоего отца исчезли деньги? – спросила она, указав на последнюю транзакцию.   – Первого июля, – ответила Алексия, осознавая, что раскрыла еще одну тайну.   «Ты не прятал их в оффшорах… – догадалась она. – Ты вывел их на крипто-кошелек».   – Но даже если так, откуда тут так много денег? – недоумевала Алексия. – Неужели курс так сильно вырос? На банковском счете было несколько сотен тысяч, никак не миллионы.   – Судя по истории, были и другие пополнения, – ответила Рэйчел, осматривая список. – Но да, биткоин за это время сильно вырос, а он, если верить графикам, занимает почти половину портфеля. – Она подняла взгляд на Алексию и нахмурилась. – Эй, ты почему не радуешься? Ты же вернула доступ! Благодаря этой табличке сможешь входить в кошелек с любого устройства.   – Просто… не могу поверить, – призналась Алексия. – Такое чувство, будто в любую секунду кто-то может прийти и все отнять.   – Ну, теоретически это возможно, – произнесла Рэйчел задумчиво. – Хранить столько денег на горячем кошельке – не лучшая идея. Если Exodus кто-нибудь взломает, ты все потеряешь. Лучше перегнать их на аппаратный кошелек. Это как флешка, только для крипты.   – Я ничего в этом не смыслю, – простонала Алексия. – Голова кипит. За последние дни столько всего пришлось изучить, я просто не успеваю это осмысливать.   Рэйчел тяжко вздохнула, но улыбнулась.   – Представь, что твои деньги лежат на банковском счете. Банк можно ограбить, мошенники могут украсть твою карту и потратить деньги в каком-нибудь магазине. Это горячий кошелек. А аппаратный – это когда ты сняла наличку и спрятала в сейф. Никто не сможет до них добраться, если не знает пароль от сейфа. Главное – сама его не забудь. – Рэйчел сделала паузу, а затем мрачно добавила: – И не рассказывай никому о своем сейфе, а то уже бывали случаи, когда людей похищали и выбивали пароль от крипто-кошелька пытками. А некоторых потом находили разрубленными по частям.   – Жуть, – произнесла Алексия, вздрогнув. – Ладно, давай закажем этот твой аппаратный кошелек. Я не чувствую, что деньги в безопасности. Поможешь?   – Конечно, – заверила Рэйчел. – И можешь не волноваться: я никому не расскажу о твоем сейфе.   – Я тебе верю, – ответила Алексия и со всей серьезностью добавила: – Если Хайнеманн все-таки меня убьет, деньги твои. Я их тебе завещаю. Табличка будет у телевизора.    – Не смей даже заикаться о таком! – резко перебила ее Рэйчел. – И слышать не желаю ничего о твоей смерти! Мне не нужны эти деньги. Лучше придумай, как их использовать, чтобы скрыться от Хайнеманна.   Спустя пару дней прибыл заказанный Алексией аппаратный кошелек, и Рэйчел помогла перенести туда всю криптовалюту с аккаунта Exodus. С этими деньгами она впервые ощутила хоть какую-то безопасность и даже задумалась, что, возможно, у нее все-таки было будущее.