Саэ, не ной.

щиплет. он вынимает руки из карманов, подходя к местам для болельщиков. и смотрит невидящим взглядом на оторванные заусенцы. на кровоточащие ранки. и почти вздыхает. поток воздуха останавливается где-то в районе трахеи, колеблясь. затем умирает. *** трибуны давно облупились. пыль раздирает горло. засохшая жвачка возле, под, на скамейках. где-то сиротливо валялись окурки. наверняка, надеялись на сочувствие. архаичное дерево слегка прогибается под ним, опасно стонет. непривычно находиться по ту сторону баррикад. зная, что хоть начикибрикайся, в дамки не выйдешь уже никак. остается только гнить на этой трибуне - как старая жвачка под скамейкой. что-то приятно- садистское было в том, чтобы смотреть сверху вниз на потных, еле стоящих на ногах сопляков. свежее мясо. резкий всплеск цвета. взгляд цепляется за алую макушку, мельтешащую на поле. ловкие, отточенные движения приковывают к себе взгляд. легкость, изящество, филигранные телодвижения разрезают воздух на поле. с легкой улыбкой снисхождения позволяют шидо подсматривать из тени. саэ тоже всего лишь кусок свежей отбивной? или десерт, дожидаться которого придется весь ужин? - шидо. – глаза тут же закатываются вверх сами собой. дистальные фаланги пальцев, будто услышав этот мерзкий голос, принимаются ныть сильнее. - шидо. – гнусавости в тембре аккомпанировала громкая одышка. сука, и это тренер великой сборной по футболу. не спортсмен, а подпрыгивающий кусок сала. мысли об этом заставляют его усмехнуться вслух. мужчина настороженно глядит на рюсея пару секунд перед тем, как продолжить. - есть просьба. - шидо и бровью не поводит. даже ради приличия. тренер воспринимает это как знак продолжить. - напрягает меня этот саэ. непонятно что у него на уме. и всегда в этой кладовой штаны просиживает. вдруг он вор. или с головой проблемы. будь добр. – с этими словами ему протягивают ключ.                 железо блестит на солнце, будто нарочно хочет ослепить. блондин вскидывает вверх одну бровь, как бы спрашивая «а от меня, собственно то, чего вы хотите?» - ключ тебе. если будет косяк - ты сам его оттуда выгоняй. мне этим заниматься не хочется. – вау. он даже не пытается как-то завуалировать свой побег от ответственности. и беспокоит его не причина, почему итоши переодевается в кладовой, словно зашуганный пацан, а порча имущества. инфантилизм в чистом проявлении. пальцы вновь отдают стонущей болью, напоминая о себе. шидо бросает быстрый взгляд туда, на поле. вновь вылавливает периферийным зрением алую макушку. ощущая, как желваки расходятся под смуглым полотном кожи. вот-вот, и дырка во все лицо. самообладания и былого уважения хватает для того, чтобы проглотить все свое говно и выдавить короткое, не без желчи: - ага. – ключ исчезает в кармане прокуренного худи. тренер даже не глядит на него. явно рад, что одной ответственностью меньше. он неловко чешет затылок, переводя взгляд с лица шидо в пол. - тебе, кстати, доверяю, рюсей. –                                     под ложечкой отвратительно сосет от этой дебильной привычки европейцев называть друг друга по именам. - не надо. – которая по счету просьба обращаться по имени? или отвержение внезапного доверия к своей персоне? он и сам не знает. на поле саэ обходит первую оборонительную линию и тут же встречается лицом к лицу с центральным защитником. огромные бугаи. вдвое больше него. готовые защищать ворота, словно родную мать. (а тебя кто защитит, итоши?) а тебя кто защитил, рюсей? слезая с трибун, он старается игнорировать жжение в кармане худи. *** он быстрый. он ловкий. он, черт возьми, удачливый. так почему же всего этого не достает для того, чтобы раздавить всех на этом поле? было приятно – уничтожать, подчинять себе японцев. было хорошо – видеть в их глазах, пропитанные отчаянием, свое собственное отражение. весь мир сужается до размеров футбольного поля. саэ с особым трепетом водит мяч, анализируя ситуацию на всем поле. стенка защиты тут как тут. встает между ним и заветным голом. - саэ, пасуй! – пасовать или пробивать самому? сдаться или попытаться? подчиниться значит умереть. саэ набирает в легкие побольше воздуха и идет вперед. сокомандники в раздражении бубнят на испанском. пусть хоть проклинают его на всех языках мира. свое место под солнцем он готов вырывать зубами. даже если сотрет все зубы в порошок. огромный защитник летит на него. мяч под асиксами. адреналин сужает сосуды. головокружение от недостатка кислорода. большое, жестокое тело. мяч под асиксами. раздутые красные ноздри. расстояние сокращается. капелька пота свисает у него с подбородка. мяч под асиксами. - да пасуй ты уже, ептваюмать! – вгляд мечется. нога сгибается в коленном суставе. готовая вот-вот отдать пас. защитник не выдерживает. саэ щурится. делает шаг. еще. и еще. он смещает корпус и делает шаг вбок. дыра. за спиной противника. он ускоряется, не слишком сильно. и проскальзывает в нее. - какого х…- не задерживаясь, он оставляет защитника позади. и будто замирает. делает вид, что ищет передачу. второй такой же бугай движется на встречу. мяч дрожит под подошвой, готовый выпрыгнуть. но саэ еще давно подчинил его себе. движение влево. мяч покорно следует за ним, будто продолжение ступни. защитник дергается. задержка в пол секунды. и из этой пол секунды саэ выжмет все, что только сможет. он кидается в противоположную сторону. и ускоряется. ловкий. быстрый. отточенными до идеала движениями он бежит вперед. и только вперед. его никому не догнать. за спиной кто-то дышит. слишком близко. он делает шаг. и резкий толчок в спину. саэ теряет равновесие. и падает лицом на газон. а по ощущениям в грязь. сука. свисток судьи. бормотанье на испанском. толпа возбужденных парней с непонимающе раскрытыми глазами. красная карточка в руках судящего. невнятный бубнеж игрока – того, кто его толкнул. карточка сменяется на желтую. вкус пыли и еще чего-то во рту…металла? он вытирает лицо тыльной стороной ладони. что-то мокрое. мокрое и липкое. кровь переливается алым в лучах солнца. несколько испанцев протягивают ему руки, кто-то ободряюще хлопает по плечу. - нашелся, блять, неженка. – злой шепот не ускользает мимо ушей. что-то внутри сжимается. он игнорирует протянутые руки и поднимается сам. и когда его начинает шатать, отказывается от помощи снова. - боже, какие мы гордые. – саэ поворачивает голову в направлении звука. и встречается взглядом с испанцем. тем самым, который ударил его в спину. ударил и не получил штрафную карточку. тем самым, которого не дисквалифицировали с поля игры. виски противно стреляет. тонкие брови сходятся на переносице. пиздец. взгляд цепляется за одиноко валяющийся, больше никому не нужный, мяч на траве. щелк. челюсти сжимаются сами собой. толпа смотрит на него насмешливым взглядом, беззвучно крича: «ну что, япошка, что ты сделаешь? посмотришь волком и промолчишь в тряпочку?» - звук собственного сердцебиения в голове заглушает перешептывания. он прикусывает слизистую щеки изнутри и разрезает воздух: - блять идите нахер. – новый поток крови фонтаном хлыщет с носа. испанцы удивленно смотрят на него, затем вновь начинают переговариваться между собой на родном языке. ладони до боли сжимаются в кулаки. качающейся, но не менее гордой походкой, саэ покидает поле в одиночестве. надеясь по дороге в медпункт захлебнуться в своей собственной крови. *** желудок жалостливо ноет, напоминая об обострившемся гастрите. умоляя рюсея начать жрать нормально, а не закидывать в себя кофе, сигареты и очередную порцию самоненависти. так и до язвы недалеко. он лениво ковыряет в ухе, пытаясь сигануть мимо тренера, но что-то неизведанное царапает изнутри по органам. заставляет остановиться в дверном проеме. и судорожно обернуться назад (оглядываться – не в его характере. надо искоренить, оторвать эту привычку со всеми корнями, не боясь ран, тромбоэмболии, боли…). один «бам» и шидо рюсей почти проникается сочувствием к этому странному существу под именем «саэ итоши» (ключевое слово – «почти»). свист ударяет по коре больших полушарий, заставляя задержать дыхание. да зацепиться взглядом до алой крови на искусственном газоне. внутри что-то трещит по швам. шидо игнорирует этот треск и разворачивается к чертям собачьим. решает не проверять свое терпение. решает не глядеть на разбитое личико итоши.