Звёзды сквозь слёзы

Вечер. Изуру сидел, смотря какой-то эксперимент с кислотой на YouTube, и крутил в руках кубик Рубика. Он был умным. Даже очень. Постоянно умничал и считал себя выше других в институте. Его чёрные длинные волосы были собраны в небрежный пучок, бледная кожа отсвечивала яркий свет от экрана ноутбука, а карие глаза, которые казались красными, придавали ему шарма. Он был как вампир — бледный, издалека красноглазый, с чёрными волосами. Такой же высокомерный и… закрытый. У него не было друзей, лишь знакомые, которые не особо радовались ему, но делали вид. Да и он сам не хотел ни с кем общаться. Уж такой он человек — замкнутый, но любитель кинуть пару язвительных фраз. Пиликание телефона Сообщение от контакта… «Мама». Он не стал читать, даже смотреть. У Изуру были… мягко говоря, натянутые отношения с родителями. Мать вроде была хорошей, но до ужаса потакала отчиму, который не стеснялся поднять на него руку или «воспитать». Своего родного отца он не знал и знать не хотел. По рассказам матери, тот был космонавтом, лётчиком, военным, капитаном — всеми профессиями на свете… Но он не был его отцом. Когда Изуру было пятнадцать, он узнал от бабушки правду: его отец «абрюхатил» мать и сбежал, поджав хвост. Мать долго страдала из-за этого, даже хотела убиться — не успела сделать аборт, но бабка вовремя вставила мозги подзатыльником. Так родился он. Изуру. До восьми лет он жил только с бабушкой и матерью. Мать часто топила горе в алкоголе, а бабушка была единственной, кто по-настоящему любил его. Когда ему исполнилось восемь, мать нашла нового мужчину — того, кто «любезно» пригласил их жить к себе. При ней отчим был идеальным: говорил комплименты, рассказывал Изуру истории, изображал лучшего отца. Но стоило матери исчезнуть из виду — он менялся. Он мог ударить его, накричать, швырнуть что-то. Когда Изуру жаловался, мать просто закрывала глаза, делая вид, что ничего не происходит. Ведь она наконец-то обрела «счастье». Если он говорил, что еда невкусная — он выливала ей на голову со словами: «Переделывай. Это ужасно». Этот ад продолжался до шестнадцатилетия Изуру. Потом умерла бабушка. В завещании она оставила ему квартиру. Отчим пытался её отобрать, но Изуру предложил «лучший» вариант: он съедет от них — и отчим больше его не увидит. Так юный, но уже ожесточённый Изуру переехал на другой конец города. Поступил в институт, нашёл подработку. Мать иногда помогала деньгами — она любила его, но отчима любила больше. Сейчас ему двадцать. Четвёртый курс. Он счастлив, что больше не видит отчима, но осадок из-за матери остался. Живя в бабушкиной квартире, он был… счастлив? Это был дом, где он чувствовал себя нужным. Где его любили по-настоящему. Вернёмся к сообщению. Мать спрашивала, как у него дела, будто ей не было плевать. Полтора года назад она родила от отчима девочку — больную из-за её курения. А полгода назад отчим начал поднимать руку и на неё. Ей плохо. Но ему было не лучше, а она **никогда** его не защищала. Он обижен. И не хочет влезать в эту грязь снова. Время 00:44. Закрыв ноутбук, он поставил телефон на зарядку и лёг спать. Но сон не шёл. Чтоьы быстрее уснуть он прокручивал весь сегодняшний день, но лишь одна вещь недовала ему уснуть — **тот момент, когда он смотрел на Хаджиме.** Он презирал его, но… почему, глядя на его слёзы, он почувствовал, как что-то сжалось в груди? Отвратительное чувство. Двадцать минут ворочался, но уснуть не мог. Встал, потер глаза и пошёл на кухню — заварить зелёного чая. Бабушка всегда так делала. Сидя за столом, он смотрел в окно на звёзды. Такие красивые… Каждый раз ночное небо захватывало дух. Взгляд упал на подоконник, где стояла рамка с чёрно-белой фотографией. Маленький мальчик улыбался, держа в руках книжку о космосе. Пожилая женщина обнимала его за плечи, улыбаясь в камеру. Рядом с ней он был нужным. Рядом с ней он был настоящим. — Почему так, бабуль…?