Боксёр и милый омега

⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓈒 ♪ --- Было утро субботы, и Юнги впервые за долгое время проснулся с лёгким ощущением... счастья. Не потому что было выходное. Не потому что болели кулаки после вчерашнего боя. А потому что на его телефоне мигало сообщение: > «Привет! У нас сегодня скидка на бутылочки с утками. Я подумал, ты не сможешь устоять 🦆» Юнги уставился на смайлик. Потом на слово «утки». Потом просто уткнулся лицом в подушку и тихо застонал: — Я влюбляюсь. В того, кто пишет про уток. Он приехал в магазин через сорок минут. Хосок стоял у витрины, в руках держал две резиновые уточки и спорил с каким-то папой-омегой о том, «какая из них пищит нежнее». Юнги молча взял ту, что поменьше, и положил на кассу. — Ты серьёзно? — прыснул Хосок. — Это… малышка Ути? — Да. Она… спокойная. Как ты, когда спишь. Наверное. Я ещё не видел. Омега покраснел, закашлялся и поспешно пробил чек. — А вот теперь ты обязан увидеть. Раз так сказал. --- Они впервые пришли друг к другу домой в тот же вечер. К Юнги — потому что там были мягкие пледы, мини-груша и старенький телевизор, на котором удобно было смотреть дурацкие комедии. — Ты живёшь как философ, — заметил Хосок, разглядывая спартанскую кухню. — Это значит — бедно? — уточнил Юнги с ухмылкой. — Это значит — ты как Дао: мало слов, но глубокий смысл. И пельмени в морозилке. Они ели прямо на полу. Хосок рассмеялся, когда Юнги впервые чихнул от перца. — Ты такой грозный, когда молчишь. И такой милый, когда ешь слишком острое. — Я сейчас покажу тебе, как боксёр чихает со стилем. — Не-не-не! У меня хрупкая душа и нежный желудок! — завопил омега, пытаясь убежать с пельмешкой во рту. Юнги поймал его за талию, аккуратно потянул к себе и зарычал: — Предупреждал: обниматься умею. И атакую без предупреждения. — Р-р-романтика! — выдохнул Хосок, уже прильнув к нему всем телом. --- Дни шли. Теперь они гуляли по утрам, переписывались по вечерам, а иногда даже смотрели спарринги Юнги вместе — Хосок носил футболку на два размера больше и громко болел за «своего бойца». — Ты когда-нибудь возьмёшь меня с собой в зал? — спросил он однажды. Юнги нахмурился: — Там воняет потом и эго. — Как в школьной раздевалке. Не боюсь. Он пришёл. В розовом худи. С бутылкой воды с мишкой. Все бойцы замерли. — Ты привёл… карамельку? — выдал один из спарринг-партнёров Юнги. — Это Хосок, — спокойно ответил Юнги. — И если кто-то поднимет на него бровь выше допустимого, останется без носа. Хосок вздохнул: — Так романтично. Прям как в сказке. Только с угрозами. — А ты что хотел? Я боксёр, а не принц. --- Позже в раздевалке Хосок нашёл перчатки. — А можно мне попробовать? Ну чуть-чуть. Я хочу понять, каково это — быть бойцом. Юнги молча помог ему надеть экипировку. — Стой вот так. Нет, не маши руками. Не как танцор. Хотя… нет, это мило. — Я опасный малыш! — заявил Хосок и попытался сделать выпад. По итогу — споткнулся, упал прямо на Юнги и заорал: — ПОБЕДА! — Ты вообще понимаешь, как работает ринг? — Конечно! Главное — упасть на противника с душой! Юнги засмеялся. Громко, впервые. От души. — Всё. Ты победил. Моё сердце. Технический нокаут. --- Тем вечером он признался: — Я думал, любовь — это про страсть, про борьбу, про драму. А потом ты появился. И оказалось — это про уточек, острые пельмени и то, как приятно чувствовать, что тебя ждут. Хосок обнял его, пряча лицо в шее: — А я думал, что никогда не влюблюсь в кого-то, кто пахнет потом и бинтами. Но теперь — не хочу больше ни один день без тебя. Они уснули рядом. Без поцелуев, без слов. Просто дыша в унисон. Рядом. Навсегда. 𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖