Произошло всё
17 июня 2025 г., 15:22
Общежитие дышало тишиной.
За тонкой перегородкой громко храпел Хисын, как всегда раскинувшись на своей половине.
Сону лежал, не двигаясь. Глаза открыты.
Он ждал, когда часы дойдут до нужной точки. 03:12.
В это время ночь становится тягучей. Воздух — плотным, вязким, как мёд.
Он встал.
Пол скрипнул, но Хисын даже не пошевелился.
В ванной было холодно.
Флуоресцентный свет сверкал слишком ярко.
Сону смотрел в зеркало. Долго. Безмолвно.
В отражении — чужое лицо.
Такое милое, глупое днём.
И… совсем другое ночью.
Он закатал футболку. Под животом, в области таза — бледные, заживающие следы.
Слегка провёл по ним ногтем.
Выдохнул.
Из ящика под раковиной — тонкое лезвие. Ровное. Чистое.
Старое, но не затупленное.
Он коснулся бедра.
Надавил.
Тонкий разрез.
Алый цвет разлился, потёк.
Сону дрожал. Но не от боли.
Он зажмурился. В голове — сразу двое.
Сонхун. Сдержанный, тяжёлый, как ночь. Улыбающийся губами, в которых всё — хищное.
Ники. Резкий, грубый, пахнущий яростью и холодом.
Он не мог объяснить, что чувствовал к ним.
Но при их взгляде — становилось мокро между ног.
При их отсутствии — горело внутри.
Сону сел прямо на холодный кафель.
Его дыхание сбивалось. Он продолжал. Рука сама знала ритм. Где нажать. Где остановиться. Где провести по коже, оставляя алые росчерки.
В голове — образ Сонхуна, держащего его за горло.
Образ Ники, рычащего от ревности, хватая его за бёдра.
Он кончил, резко, глухо, зажав рот ладонью.
Вздрогнул. Замер.
А потом — лёг спиной на пол.
Ощущал, как кровь впитывается в ткань его шорт. Как липнет к ноге. Как пульсирует кожа.
Глаза открылись.
В зеркале он видел себя.
Такого, каким никто его не знал.
Маленького зверя.
***
Утро. — Сону, ты видел мою зарядку? — Хисын ворвался в ванную с зубной щёткой во рту. Сону стоял у раковины, уже умытый, в мягкой пижаме, с повязкой на щеке и милой улыбкой. — А? Нет, не видел, прости. Может, у тебя под подушкой? Хисын усмехается. — Ты реально ангел, а? Сону смеётся. А в кармане его пижамы — пропитанный кровью бинт.***
Сону шел по коридору. Солнце било в окна, всё казалось обычным — шелест бумаг, гул голосов, запах кофе. И вдруг — удар плечом. Тело врезалось в тело. Ники. Ни один из них не извинился. Не сказал ни слова. Они просто посмотрели друг на друга. Молча. Глаза в глаза. Тёмные, тихие, напряжённые. Миг — и каждый пошёл своей дорогой. _____ В аудитории — длинные, прямые ряды парт. Сону сидит рядом с Джейком, оба что-то обсуждают. Джейк говорит с акцентом, иногда переходит на английский, Сону хихикает. Смеётся. Милый, простой. Ники сидит рядом. Молчит. Смотрит вперёд, будто не слышит их. Но всё чувствует. И вдруг — рука под столом. Медленно. Уверенно. Он нажимает точно туда, где у Сону свежая рана, ещё тёплая, ещё пульсирующая. Палец. Надавил. Сону дёрнулся. Но не отвернулся. Не посмотрел. Не убрался. Наоборот — губы его чуть приоткрылись, будто он… ждал. Молчание между ними стало плотным, как воск. Интимность. Запрещённая. Горячая. Ники убрал руку. Через секунду он уже вышел из класса, не оборачиваясь. ______ Туалет. Ники сел на холодный унитаз, дверь заперта. Смотрел в пустоту. Пахнет. Он поднёс пальцы к носу. Его кожа впитала запах крови Сону. Что-то хрустнуло внутри него. Он втянул воздух. Оргазм настиг внезапно. Быстро, жестко, без касания. Он зажал рот рукой. Не стонал. Просто дышал. Потом — поднялся, вымыл руки, лицо. Ушёл, как будто ничего не произошло. Но он знал: произошло всё.
