Tell me it’s hurts

Неделя тянулась лениво, как растаявший в тепле лёд — липко, медленно и безвкусно. Сону с Сонхуном по-прежнему держались рядом, и даже в университете — среди разговоров о курсовых, дурацких шуток Хисына и обсуждения предстоящих зачётов — между ними чувствовалась невидимая нить, натянутая, как артерия под кожей. — Эй, — Хисын снова догнал их перед входом в корпус, — ну вы и парочка, честно. Словно «Сумерки» переснимают. Эдвард и его хрупкая овечка. — Мм… — Сону рассмеялся в голос, перекинув рюкзак за спину. — Только без блёсток, пожалуйста. — Говори за себя, — фыркнул Сонхун, но на его лице мелькнула лёгкая, почти редкая улыбка. Настоящая. Он не злился. — Кстати, — Сону обернулся к Хисыну, — а с кем Чонвон теперь в паре на семинарах? — Да он вообще не приходил сегодня, — пожал плечами Хисын. — Думаю, опять проспал. Или заперся где-то с наушниками и ушёл в астрал. Сону нахмурился. Потянул телефон из кармана. «Ты где? Всё нормально?» Сообщение ушло, как капля крови в воду — и так же быстро исчезло в никуда. Ответа не было. Ни через час, ни к вечеру. Но Сону ещё не нервничал. У Чонвона бывали такие фазы — замкнуться, спрятаться от мира. Он не обязан отчитываться. Правда? Прошла неделя. Чонвона всё не было. Сообщений — десятки. Ни прочтений, ни звонков. Ни следа. И только когда на утренней паре преподаватель открыл журнал и громко произнёс: — Ян Чонвон отсутствует уже шестой день подряд. Кто-нибудь знает, что с ним? — все начали перешёптываться. — Он что, заболел? — — Может, уехал? — — Или сессия сожрала его целиком… А вот про Ники никто и не спросил. Его имя в списке всегда маячило серой графой: «может придёт, может нет». Но и его Сону не видел. Ни дома, ни в кампусе, ни в тени. И тогда Сонхун, закрывая учебник, тихо произнёс: — Что-то здесь не так. — Это не похоже на него, — Хисын расстегнул куртку, закинул капюшон и, щурясь, посмотрел на экран телефона. — Он даже мне не отвечает. А мы с ним чуть ли не каждый день клянёмся бросить универ вместе. — Я писал ему уже десять раз, — Сону нахмурился, стоя рядом с Сонхуном. Его пальцы машинально теребили край свитера. — Ни одного прочитанного. Даже не выходил в сеть. — Может, психанул? Ну, типа, Джейк свалил, он тоже решил… — Хисын пожал плечами, но сам не верил в свои слова. Сонхун молчал. Смотрел не на них, а куда-то в сторону, будто прислушивался к звуку, доступному только ему. Потом коротко бросил: — Мы поедем к нему домой. — Ты чего, — Ли округлил глаза. — Мы ж не сталкеры. Сону повернулся к нему, положил руку на плечо. — Хисын. Ты бы так же пошёл искать меня, если бы я исчез. Верно? Хисын смотрел на него ещё пару секунд, потом тихо выдохнул и кивнул: — Ладно, поехали, только не говорите потом, что я вас втянул в уголовку. Сонхун закатил глаза. Сону, едва сдерживая улыбку, подмигнул ему. — Ну признай, ты рад, что попал в наше секретное агентство. — Это не “Сумерки”, блин, а ты не Белла. Хотя… — Хисын оглядел его. — С этой шеей, похоже, ты уже не овечка, а подранная газель. Сону рассмеялся в голос, Сонхун впервые за долгое время криво усмехнулся, а потом внезапно шагнул ближе, так что Сону замер на месте, едва не уронив телефон. — Не говори так о нём, — сказал он негромко, но в голосе заскользил металл. — Л-ладно… — Хисын отступил на шаг. — Твой цирк, твои волки. Ким легко толкнул Сонхуна плечом. — Не пугай его, ладно? — Я не пугаю, — всё ещё глядя в сторону, пробормотал тот. — Просто предупреждаю.