Почти нежно
7 августа 2025 г., 11:23
Сону возвращается из кухни — тишина в доме пугающе осязаемая. Он заходит в спальню. Сонхун сидит на краю кровати, обнажённый до пояса, свет падает на его спину, на плечи, на длинные пальцы, сцепленные в замок между коленями.
Он слышит шаги и оборачивается. Их взгляды встречаются.
Сонхун встаёт, медленно подходит. Его пальцы касаются края рубашки на Сону — приподнимают чуть, и под ней проступают следы: зубы, ногти, кровь.
— Я был… слишком жесток. — Голос Сонхуна тихий, хриплый, будто его мучает нечто большее, чем стыд.
Сону мотает головой.
— Я не просил пощады.
— Но я должен был сам остановиться.
Сонхун осторожно касается его лица, большого синяка под ключицей, который ещё не затянулся. В вампирах раны заживают быстро, но он оставил слишком много. Даже для него.
Он опускает взгляд.
— Ты дразнишь меня, Сону. А я — не всегда умею держать себя в руках.
— Но ты здесь. — Сону улыбается, тихо. — А не где-то там, в своей тьме.
Сонхун поднимает голову. И целует его. Осторожно. Не как ночью — с отчаянием, с правом собственности. А как будто прощение. Как будто молитву.
Сону отвечает на поцелуй, обвивает руками его шею.
— Ляг со мной. Просто так. Без боли.
Они ложатся. Сонхун тянет одеяло, укрывает Сону, целует его в висок, потом — в уголок рта.
Рука скользит по животу, но не с намерением — а будто проверяет: живой ли он, целый ли.
Сону прижимается ближе, его нога касается бедра Сонхуна.
— Ты всё ещё хочешь? — спрашивает Сонхун, почти шёпотом.
— Всегда. Но… можешь быть мягче? Только сейчас.
Сонхун не отвечает словами. Просто накрывает его своим телом — аккуратно, сдержанно, будто боится сломать. Целует его плечи, грудь, опускаясь ниже, задерживаясь там, где вчера было грубо, где сейчас — покой.
Пальцы Сону сжимаются в простынях, но на губах — стон облегчения, не боли.
Их тела двигаются вместе, размеренно, почти медитативно. Сонхун гладит Сону по спине, по бёдрам, будто заново учит его: ласка — не слабость.
Когда всё заканчивается, Сону тихо смеётся.
— Это было… почти нежно.
Сонхун обнимает его крепче.
— Я люблю тебя. Даже когда мучаю. Особенно — когда боюсь потерять.
Сону замирает в этих объятиях. Потом наклоняется, шепчет в губы:
— Тогда не отпускай. Даже если я умру снова.
