Царство чудовищ

Будильников всегда приходилось заводить штук пять подряд — это ещё со времён школы так. Если бы смена начиналась в человеческое время, может быть, хватило бы и трёх, но в такую рань нормальный хозяин собаку на улицу не выгонит — или как там говорят. Чуть не опоздав на развозку, Амина запрыгнула на ступеньку автобуса в последний момент и поймала в зеркале недовольный взгляд водителя. Лучезарно улыбнулась — насколько лучезарно может улыбаться человек в шесть утра — и проскочила вглубь салона. Поймав её взгляд, Лера закатила глаза и подвинулась, освобождая ей место рядом: — Ты, конечно, любишь по лезвию ножа ходить. — А чего мне бояться? Испытательный срок пройден, не попрут же меня с работы в середине проекта. — Не попрут, — согласилась Лера и зевнула. — Но ты видела, сколько Егору штрафов за опоздания назначили? Он как начал радоваться, что премиальную часть увеличили, так и перестал, когда всё понял. Ты же не хочешь только оклад получить? — Не хочу, — кивнула Амина. — Так я и не опаздываю. Смотри, как штык, на месте. Готова к труду и обороне. — Будем надеяться, что пригодится только к труду, — отмахнулась Лера и снова зевнула. — Господи, я каждый раз, когда говорю что-то в микрофон, боюсь, что зевну и спалюсь. — Я однажды чихнула, — хихикнула Амина. — Но Егор всё вырезал, они не заметили. Автобус миновал будку охранника и начал заворачивать на залитую утренним солнцем стоянку. Погода сегодня была — закачаешься, жаль только, весь день придётся в студии просидеть, а к вечеру обещали дождь. Усатый дед на проходной снова кокетливо подмигнул Лере, а Амину одарил грозным взглядом. Лерка как-то шутила, что это потому, что он «светленьких любит», что ж, наверное, можно и так это назвать. У лифта пришлось задержаться — дяденька с большим красным баллоном на тележке торопливо семенил к ним, пока Лера держала кнопку открытия дверей. — Это оно? — поинтересовалась Амина опасливо, кивая на баллон. — Так точно. — Тут есть краник? — хохотнула Лера. — Можно я на обеде с кружечкой подойду? Мне надо бывшего забыть. — С кружечки вы не то что бывшего, маму родную забудете, — предостерёг её дяденька. Но она только оживилась: — О, два по цене одного! Берём! На этаже царило какое-то странное оживление, не свойственное утренним сменам. Суетились анестезиологи, тревожно бубнили усталые техники. Гейм-дизайнер Миша чуть не сшиб Амину с ног, пока она шла до своего места, и скрылся за дверью, ведущей на лестницу, с криками: — Всё! Хватит! Я умываю руки! — Чего это он? — поинтересовалась Амина у сменщицы, которая торопливо поднялась со своего места, уловив, что уже можно идти домой. — Увольняется, уже раз в четвёртый, — понуро ответила та. — Я, короче, так и не вывела их на квест, может, у тебя получится. Миша весь испсиховался, что половина каста всё прошляпила. Корнеев говорит, и так нормально. Смотри по ситуации, короче. — Как всегда, — вздохнула Амина, усаживаясь на рабочее место. — Инциденты были? — Попова влили в основную ветку. — Видела в чате, да. — Джарахов чуть не убился, но Никита подшаманил вовремя. — Позов — всё? — Позов всё, но Корнеев сказал его пока не выводить, типа, вдруг пригодится ещё. Амина обернулась на аквариум начальника, толстое стекло успешно, но не до конца гасило возмущённые крики главного анестезиолога. — Это поэтому они срутся? — Ага. Говорят, опасно человека держать на всей этой дряни дольше необходимого, но Корне… Договорить она не успела — в наушниках раздалось требовательное «Алиса!», и Амина помахала сменщице рукой, мол, всё, иди, работать надо. — Слушаю. На том конце оказался Матвиенко: — Вот скажи, если я ничего не отличаю — ядовитое или нет, — что безопаснее есть в лесу: ягоды или грибы? На экране появился текст подсказки — что ответил бы настоящий ИИ. Амина зачитала: — В лесу безопаснее собирать и употреблять в пищу скорее ягоды, чем грибы. Ядовитые ягоды, хоть и существуют, менее распространены, и их легче отличить от съедобных, чем в случае с грибами. — Ага, понятно, — протянул Сергей Борисович несколько разочарованно, как будто уже успел поспорить об обратном. — Однако стоит заметить, — отклонилась от текстовой подсказки Амина, — что это справедливо только для земных лесов. Данных о ядовитости грибов и ягод на других планетах в моей базе данных нет. — Нахуя ты тогда нужна? — влез Попов со своим вечно недовольным тоном. Амина прикусила губу, сделала глубокий вдох, выдох и широко улыбнулась: — Я выполняю разные функции. Я могу отвечать на вопросы, засекать время, запоминать информацию… Её перебил третий голос: — Алиса, ты запомнила всё, что я тебе говорил про Арсения Попова? Так, с этим автоматическая подсказка не поможет, это надо было лезть в блокнот, в котором сохранены все бредни Шастуна. — Конечно. — Перечисли. Амина повернула голову на второй экран, взгляд забегал по строчкам: — Арсений Попов — это человек, которого вы любите. Он не любит рыбу, но он ест её на самом деле. Он чуть-чуть ниже вас, но для других всё равно высокий. Вы с Арсением Поповым коллеги. Арсений Попов пьёт кофе, он… — Добавь ещё вот что, — снова перебил её Антон Андреевич. — Арсений Попов — мудак. Так, чёрт, смеяться нельзя. Егор, как всегда, опаздывает и не сможет вырезать — нужно взять себя в руки… Амина выдержала паузу где-то в секунду и серьёзным голосом ответила: — Записала. На этом запросы прекратились, троица отвлеклась на перепалку между собой, не привлекая «искусственный интеллект». Амина вывела их в большое окошко, чтобы убедиться, что никто не дерётся, остальные группы оставив в маленьких. Гончарова и Усачев отбились от группы B и пошли куда-то в джунгли, следуя за подсказками квеста; группа С умиротворённо строила плот, чтобы переправить роботов через реку; группа D упоённо жарила на вертеле единственного NPC, который мог бы дать им наводку на то, где искать заброшенный корабль. М-да-а. Неудивительно, что Миша психанул. — Товарищи техники! — раздалось над головой. — Снимаем вступление седьмого эпизода. Все, кто в кадре — выпрямили спины, в носу не ковыряемся, мусор со столов убрали. Все, кто не хочет быть в кадре — брысь. Готовность три минуты. Амина откинулась на спинку стула и поправила воротник блузки. Эти короткие вставки с ведущим, где на фоне можно разглядеть работающих за компьютером человечков — главный мамин повод для гордости, она их каждую неделю всем родственникам по вотсаппу пересылает — вот моя Аминочка там на фоне, видите? На телевидении работает! Ох, мамочка, знала бы ты, какая дичь тут происходит. — …три… два… один… Мотор! — Добрый вечер, дорогие зрители! Сегодня пятница, а значит, с вами как всегда в это время шоу «Симуляция», в котором наши звёздные гости пытаются понять, реален ли мир вокруг, или это всего лишь игра. Круглосуточные трансляции доступны на нашем сайте, но самые яркие эпизоды всегда у нас! Итак, в предыдущем выпуске Анна Асти поставила всю команду на грань жизни и смерти своим выбором ужина… Егор подкрался незаметно, откровенно наплевав на злобно машущего руками режиссёра по ту сторону стекла. — Аминокислота, приветствую! — Опять опаздываешь, — кисло улыбнувшись в ответ, констатировала Амина. — Мастер никогда не опаздывает, это все остальные рано приходят. Особенно если учесть, что я могу это всё из дома делать и не понимаю, зачем я тут. — Мне для моральной поддержки, — вздохнула Амина и с тоской уставилась на экран, где никто всё еще не подрался, но Шастун снова оторвался от группы и один направлялся в лес. — О, мой любимчик, дай я с ним… — Егор замолчал на полуслове, а затем протянул обиженно, словно маленький ребёнок. — А где-е-е? — Что? — Мандарин мой где? — Чекни статус по айдишнику. — Да чего мне статус, если мне нужно местополо… хм. И правда. Офлайн. Блин. — Светлая память? — Амина кинула на соседа по столу быстрый взгляд. Тот выглядел искренне расстроенным. — Давай время смены статуса, я посмотрю по камерам, куда он делся. Егор насупленно скопировал время из логов и отправил его в рабочем мессенджере, а потом подъехал на своём стуле поближе, толкая кресло Амины, чтобы тоже увидеть, что произошло с их любимцем. — Так, четыре ноль три, группа А, Шастун… Ага, вот. Звук записи сразу пришлось сделать потише — таймкод приземлил их прямо в центр какого-то спора на повышенных тонах. — Они не могут нас тут бросить! Не могут! — Могут и уже бросили! Наше выживание только от нас зависит, и если ты не прекратишь истерить, мы тут сдохнем все! — Сдохнем все! Сдохнем все! Разнообразие голосов слилось в единый неразличимый гомон, в котором Мандарин шёл и шёл на повышение… пока не замолчал. Навсегда. — Блядь, — выругался Егор и тут же шлёпнул себя рукой по губам. — Извините. Этот Шастун ёбнутый. Ой, извините опять. За Антона почему-то стало обидно. — Тебе легко говорить, а он… У него много тяжёлых вещей произошло, — вступилась за Шастуна Амина, хотя споры с Егором про эмоциональную сферу никогда ни к чему хорошему не приводили. — Я тебя умоляю, — отмахнулся он. — Мы тестировали среду с пацанами сколько, месяца два, прежде чем туда пускать посторонних? И никто кукушечкой не поехал. — И никого там не убивали и не насиловали? — звенящим от строгости голосом спросила Амина, заранее зная ответ. Слухи о том, что происходит на закрытых тестах в нерабочее время, успели облететь весь офис, поэтому странновато сейчас было слышать предъявы в том, что Шастун убил существо внутри игры, как будто сам Егор не делал там вещи намного хуже. — Ну было дело, — стушевался он. — Но это мы лимиты тестировали, с катушек-то никто не съехал. — Ну вас и этой дрянью не кололи, — резонно заметила Амина. Но Егор помотал головой и отъехал обратно к себе за стол: — Ты переоцениваешь её значение. Всё, что она делает, — это позволяет им забыть, что они неебаться какие звёзды — извините — и вести себя как нормальные пацаны. Будь моя воля, я бы им пожизненно эту штуку назначил, а то зазвездились эти ваши Шастуны оттого, что им малолетки толпами в ноги бросаются. Ну ничего, хоть тут увидят, что их Антоша на самом деле маньячила, а не милый мальчик-зайчик. Амина молча отвернула от него монитор и водрузила на голову наушники. Как и ожидалось, бесполезно этому дураку что-то доказывать. Но в одном он был прав — Антон действительно не был похож сейчас на того человека, которого звали участвовать в этом шоу. Ставка продюсеров была на то, что ребята из «Импровизации» добавят какую-то разрядку, лёгкий юмор, но, наверное, для этого им нужно было бы помнить, что они ребята из «Импровизации». Корнеев возник рядом бесшумно, как вампир, положил обе ладони Егору на плечи: — О, ты на месте. А чего чат не читаешь тогда? — Извините, — проблеял Егор, стекая с кресла. — Пришли результаты зрительского голосования: следующим испытанием выбрали «Шокеры» для группы А. Начинай разворачивать. — Понял. — И поставь, пожалуйста, так… Я не помню, как они на тесте стояли, но ты их поставь так, чтобы они к гроту развернули уже, окей? Где корабль. А то у них без квеста ветка нудная пиздец — только на фанатках просмотры и держатся. — Как это нудная? — осмелилась встрять Амина. — «Супер.ру» как вкинул, что тайный роман Шастуна и Попова вскрылся на шоу «Симуляция», так и не затихает это всё которую неделю. — Так-то оно так, — прицокнул языком продюсер. — Но ты же понимаешь, что нас тоже за жопу могут схватить, что мы это показываем. Пока оно держит, но нам в любой момент могут сказать вырезать гомосятину из выложенных выпусков — и что там тогда останется, просто симулятор скучного похода? — Может быть, мы тогда зря эту линию продолжаем раскрывать? — решилась высказать своё мнение Амина. — У Шастуна явно, я не знаю, какая-то психологическая травма происходит на фоне того, что… — Не-не-не. Сейчас они нам тянут рейтинги. Антон на экране не выглядел так, будто ему было дело до чьих-то рейтингов. Он выглядел так, как будто стоял на пороге безумия. Или уже через него переступил? Дождавшись, пока Корнеев отойдёт, Амина вывела в угол экрана показатели с датчиков. Доступа к этим данным у неё быть не должно было, но главный анестезиолог подсказал, как настроить дашборд так, чтобы они всё равно отображались. Так, на всякий случай, он сказал. Ты выглядишь человеком разумным, он сказал, посматривай на них одним глазком, чтобы они никого не угробили. Они могут. Они могут. Понимать бы ещё что-то в этих показателях. Пульс и давление — это ещё понятно, но вот там, где шли данные энцефалограммы, уже был тёмный лес. Какие-то бета-тета-волны, и как в них только ориентируются? Гораздо занятнее было то, что происходило не на графиках, а на экране камеры, следящей за Шастуном. Ещё минуту назад он ломился через кусты, уверенно задирая ноги, а теперь просто сел на корточки, почти впритык уткнувшись лбом в дерево и что-то бормоча. Чтобы услышать его, громкость пришлось выкрутить на двести процентов, и только тогда стало возможно различить слова: — Надо заканчивать. Надо сворачиваться. Хватит-хватит. Хватит. Надо это всё закончить просто. И всё. Ничего конкретного он не говорил, но в груди всё равно стало как-то тревожно. Рискуя нарушить протокол, Амина включила микрофон: — Простите, не понимаю ваш запрос. — Ничего, я тоже ничего не понимаю, — успокоил её Антон Андреевич как-то ласково. — Но это не страшно. Скоро всё закончится. Скоро всё закончится, Алис, отдохнёшь от нас, от людишек. Или тебя тоже надо отключить, чтобы тебе не было одиноко? — Я программа, мне не бывает одиноко, — не моргнув, соврала Амина. — Но если вы чувствуете себя одиноко, я могу с вами поговорить о том, что вас тревожит. Только сейчас до неё дошло развернуть камеру так, чтобы были видны его руки, и наконец-то стало понятно, что он всё это время не сидел без движения и не играл со шнурками, а шарился руками в траве, словно что-то искал. — С кем, со мной? — удивился Шастун, а потом разжал ладонь и пересыпал из неё что-то в подол футболки. — А чем ты мне поможешь? Дашь телефон горячей линии, до которой мне не дозвониться? Грибы! Причём какие-то знакомые, словно Амина их уже видела. Где она могла их видеть?.. — Первая фаза завершена, — прогремел голос Корнеева на фоне. — Запускайте затмение. Во рту пересохло. Предчувствие чего-то очень плохого растеклось по телу из груди, заставляя пальцы дрожать. По кнопке включения микрофона удалось попасть не с первого раза. — В мою базу загружены данные о первой психологической помощи. Я также могу помочь отличить съедобные грибы от ядовитых, если это то, с чем вам нужна помощь, — голос дрогнул, и Егор неодобрительно покачал головой, вытягивая тон в прямом эфире. Антон замер, поднял голову так, будто разговаривал со стоящим рядом человеком, а не с браслетом, и ответил странно спокойным голосом: — Мне не нужна помощь с грибами. Я и сам их различаю. По спине пробежал холодок. Точно! Это про эти грибы Миша говорил, что пытался описать принцип работы опиума, но Корнеев не дал реализовать механику зависимости, чтобы им не впаяли пропаганду наркотиков! И группа А правда уже их собирала, совсем недавно, когда заметила, как они действуют на птиц… Антон переполз под следующий куст — работа пошла живее. Кучка грибов в его футболке из небольшой горстки потихоньку превращалась во внушительную гору. — Сколько их в этой зоне? — прошептала Амина, в ужасе дёргая Егора за рукав. — ID скажи. — Я не помню, что-то с… opium_mushroom, вроде? Раздались короткие щелчки клавиатуры, а затем Егор присвистнул: — Достаточно, чтобы потравить всех участников, всю живность и всех нас на сдачу. — Зачем так много? — Амин, в душе не ведаю. Но если вспоминать, что было с яблокабачками, предположу, что им поставили цикл спауна каждые сутки, а самоуничтожение прикрутить забыли. Вот они и плодятся как не в себя. Ну или это пасхалка, чтобы дать чувакам расслабиться. Ага, конечно, расслабиться. Они от такого количества так расслабятся, что уже никогда не напрягутся. В последней отчаянной попытке остановить неизбежное, Амина снова зажала кнопку микрофона: — Если вас посещают мысли о том, чтобы причинить вред себе или другим людям, я обязана сказать вам, что это не выход! — Меня посещают мысли о том, чтобы тебя выключить, — холодно отозвался Антон. — Как тебя выключить? А, смотри-ка, нашёл. Зажав край футболки зубами, чтобы освободить руки, он стащил с руки браслет с голосовым помощником, хорошенько размахнулся и со всей силы опустил его на камень рядом. Статус на экране сменился: офлайн. Теперь с ним не связаться никак, если только Егор своей электрической саранчой послания в небе складывать не начнёт. Амина подскочила на ноги, наушники дёрнули её за провод, и она нервно стащила их с головы, бросая на стол. Если бы продюсер был за своим пультом, он бы должен был заметить, что происходит, но он кажется… Да, так и есть, он отвлёкся на очередной спор с анестезиологом и на экраны даже не смотрит. Амина уверенным шагом направилась к аквариуму. — …потому что это переходит все рамки безопасного использования, которое мы с вами обсуждали! — надрывался мужчина в медицинской форме. — Извините, что перебиваю, — Амина влетела в аквариум без стука. — Там Шастун собирается отравить всю группу А. Вместо тревоги в глазах Корнеева блеснул азарт: — Чем? — Опиумными грибами. Он мгновенно опустил микрофон ко рту: — А два, А четыре, пять-восемь, пишем всё. Возьми мне все ракурсы. — Они умрут, если его не остановить, — проблеяла Амина растерянно. Верхняя губа продюсера вздёрнулась в отвращении: — И? Это симуляция. В реальной жизни им ничего не будет. — Вы этого не знаете! Вы в своём уме? — зашипел снова оживший реаниматолог. — Вам Позова не хватило? Вы нагружаете их нервную систему импульсами, тождественными реальным, и думаете, что ничего не пойдёт не так? — Пойдёт, конечно. Но за что я вам плачу тогда? — пожал плечами Корнеев. И попытался протиснуться мимо них обоих к выходу, но доктор вцепился в его плечо, не давая этого сделать: — Вы мне платите, чтобы все ваши драгоценные звёзды ушли отсюда живыми, когда ваше шоу закончится. Я не реаниматолог, я слежу, чтобы они не откинулись от вашей дряни, а вы только накидываете им стимулов и ни за что не отвечаете! Заблокируйте сигнал, перепишите действие ваших грибов, это же в ваших силах! — Невозможно, док, — белозубо улыбнулся продюсер. — Система не позволяет вносить такие изменения на ходу. Амина почувствовала, как ногти впиваются в ладонь. Если бы Миша был здесь, он бы ой как поспорил. Но Миши здесь нет — возможно, потому что он не хотел быть соучастником? — Вы хотите, чтобы они умерли в прямом эфире? — дрожащим голосом выдавила из себя Амина. — Чепуху не мели, — огрызнулся на неё Корнеев и вытолкнул из своего аквариума. — Возвращайся на рабочее место, или ты предпочтёшь, чтобы я тебя уволил? Вжав голову в плечи, Амина отпрянула. За крупной дрожью сложно было распознать собственные эмоции — ужас? ярость? — Я вызываю реанимационную бригаду, — прорычал доктор и скрылся, набирая что-то в телефоне. К своему столу Амина вернулась с комом в горле и на негнущихся ногах. Бросила взгляд на камеры — там всё было темно: затмение вошло в полную силу. — Мне кажется, что-то очень плохое произойдёт, — пробормотала она и поняла, что даже с собственной челюстью совладать не может — зуб на зуб не попадал. — Само собой, — согласился Егор. — Вторая фаза началась. — Не в игре. Здесь. В наушниках ещё были слышны голоса, но микрофон уже можно было поднять, не пригодится. — На ужин грибы, — сказал Шастун. — Я принёс вот. — Да? — Попов звучал растерянно. — Их надо как-то… жарить, варить? Вы их ели раньше, они съедобные? — Можешь на веточке поджарить над костром, но я сырые буду, — Антон полностью проигнорировал вторую часть вопроса. — А мы Серёжу ждать не будем? Он, вроде, к реке пошёл. Каких-то, что ли, раков ловить… — Я думаю, он не обидится, что мы без него поедим. Мы ему оставим. Пульс — сто двадцать, давление — запредельное — только Амина так и не поняла, это у неё или на экране. Она впилась ногтями в подлокотник, оставляя царапины на тонком дерматине. По протоколу она не могла сделать ничего, все решения за Корнеевым и вышестоящим начальством. Как-то повлиять на него мог бы Миша, если бы был тут, но, уволившись, он фактически сделал продюсера единоличным богом этого маленького компьютерного мирка. Богом жестоким и безразличным к чужим страданиям, богом, который в качестве подношений принимает только рейтинги. И, возможно, у Амины не было опыта в маркетинге или продажах, но опыт бунта перед богом у неё был. Антон закинул в рот первую горсть грибов, и графики энцефалограммы на экране заплясали тревожно. Арсений последовал за ним. — М-м. Вкусные. — Ага, на лисички похожи. Амина решительно поднялась со стула. Нет. Просто нет. Не после всего хорошего, что мама про этого Шастуна рассказывала. Не так. Ноги сами взлетели по ступенькам на второй уровень, туда, где были установлены капсулы с гостями. Нырнув высоченному лысому менеджеру под мышку, Амина в два шага оказалась у капсулы Шастуна — бледного как смерть, опутанного проводами, еле похожего уже на живого человека. — Куда?! — прогремел голос над плечом, но слишком поздно, чтобы остановить задуманное. Размахнувшись со всей дури, Амина врезала по большой красной кнопке в основании капсулы, и мир вокруг окрасился алым светом. Загудела предупредительная сирена, и сквозь неё гласом божьим из динамиков проревел Корнеев: — Мирзоева, уволена! Я тебя засужу, блядь. От этих слов должно было быть страшно, но почему-то страшно не было. Амина улыбнулась и нажала на вторую кнопку.