Ненужная победа.

Неужели они и правда проиграли... — почему тут так темно... — голос брата оторвал РсФсРа от не самых приятных мыслей, — Дим, ты здесь?.. — потому что у тебя глаза завязаны, идиот! — огрызнулся русский, оглядывая.. тюремную камеру?.. Ну нет, вряд ли. Может это какой-то концлагерь или.. — Дима, мне больно.. — ой, тц.. Всем больно! Сиди терпи! Серёжа вжался в стену, отвернувшись от брата, или, по крайней мере, от туда, откуда доносился его голос. Они оба сидели на полу и, кажется, были привязаны к стенке, руки связаны за спиной. Одеты в ту же военную форму, в которой их и поймали нацисты, только теперь она была сильнее подрана, а хозяева одевания избиты, на лице Союза был бинт, запачканный кровью. — надо как-то отсюда выбраться.. — прошептал Дмитрий, тупо смотря на противоположную стенку. Тут раздался звук быстрых шагов, и через пару секунд дверь распахнулась. На пороге стоял потрёпанный и заплаканный Рейх. — боже мой... — пролепетал он, смотря то на союза, то на РсФсРа, — какой я идиот... — ой, какие люди, лять! Видишь, что ты натворил!? — огрызнулся Дима, дернувшись в сторону немца, но тут же зашипел от боли и вернулся в исходное положение. Генри медленно подошёл к Сереже и присел на колени перед ним, смотря на лицо парня. немец приподнял бинт на его глазах, но тут же вернул все на место, резко встав. — нет.. нет-нет-нет, ну не мог.. Русский испуганно прижимался к стене и совершенно не понимал, что вообще творится вокруг. — Генри, что.. — он уже съебал, можешь даже не пытаться, — фыркнул Дима, закатив глаза. Братья просидели так ещё какое-то время, думая о своём: Союз пытался свыкнуться с темнотой вокруг себя и тем, что теперь, видимо, никогда не увидит любимого немца, а Дима до конца осознать свое поражение, как, ну как они могли проиграть!? Да ещё и кому! Этому проклятому немцу... Заговорить русские даже не пытались, так в тишине и сидели, от чего младшему было ещё страшнее. Но вскоре в коридоре вновь раздались шаги, на этот раз дверь открыл какой-то мужчина в немецкой форме, он явно не хотел здесь находиться и был толи напуган, толи расстроен. Вслед за ним в помещение вбежал взъерошенный и.. побитый?.. рейх. — Здравствуйте, меня зовут Ганс, — проговорил мужчина с небольшим немецким акцентом, смотря в пол, — я.. переводчик. — нахер нам переводчик!? тут все по русски говорят! — вспылил РсФсР, с неприязнью смотря на немца. — ну, просто.. ему.. — Ганс кивнул на Рейха, который уже сидел рядом с Союзом, обнимая его вокруг шеи, — ему одному сюда.. нельзя. — как это "нельзя"!? Он ебучая страна, ему, блять, все можно! — кхм.. все чуть сложнее, чем Вы думаете.. — мужчина все ещё смотрел в пол, — ich hätte das wahrscheinlich nicht sagen dürfen... [наверное, мне нельзя было это говорить...], — тихо добавил он, переводя взгляд на Генри, все ещё сидящего на полу рядом с союзом. — Herr Kaiser.. — а, да, — немец встал, вытирая слёзы, — мы это.. э.. Короче, Союза мне всё-таки разрешили, ну.. себе забрать?.. — он на секунду замолчал, стараясь улыбаться, — а ты.. — он повернулся к Диме, — а ты.. с тобой тоже что-нибудь придумаю... потом. Он отвязал Серёжу от стенки и, схватив его за запястье, быстренько смылся, оставив Ганса наедине со старшим русским. — че это щас было?.. А я!? — крикнул Дима вслед немцу с братом, тупо пялясь на выход. — а Вы.. Вы скорее всего будете убиты.. — Че блять!? А почему только я!? — ну.. — Ганс посмотрел на собеседника, но тут же вновь уставился в пол, — просто за Вашу смерть он не обещал.. э.. "разъебать ваш обтраханный Рейхстаг к чертям собачьим"... Переводчик постоял на месте ещё пару минут, а после пробормотал что-то типа "мне жаль", развернулся и ушёл, оставив РсФсРа в полном одиночестве. — ну.. — тихо произнёс он через некоторое время, — хотя бы Союз в безопасности.. Со своим этим.. Генри.