Тень от солнца

Слёзы катились по её щекам. Как же мерзко. Мерзко, она была беспомощна, бесполезна, не смогла помочь, она бездарность, тряпка и ничтожество! Вокруг лишь тишина, Лера слышит только истерическое биение сердца. Земля впитывала кровь Златы, будто поедала её. Каждая капля мгновенно впитывалась… До Леры дошло — туман реагирует на кровь! В прошлый раз от пары капель её собственной они с Эвелиной чуть не задохнулись! Тут уже точно пол-литра вытекло! — Блять… — тихо из последних сил выдохнула она, когда увидела, что туман сгустился и принял форму… Это ее туман… Это дым! Чёрный! Забытые… Фиолетовый сферы в груди, рука Леры загорелась будто огнём. Те самые полосы, которые остались после того, как Игорь вселился в неё, они опять светились. В голове звучала сотня голосов. «ПОМОГИ-И» кричал каждый из них, её молили. Лера вспомнила кошмары пятилетней давности, тогда всё закончилось хорошо, почему же теперь все обречены? Обречена Эвелина, обречена Кейт, кекет Уолвард, Фенелия и Мэллори. Обречена и она. Лера взяла тело на руки и встала, буквально отскочила назад. Зубы сжались так, что на щеках проступили живательные мышцы, она зло посмотрела на теней и прошипела: «А вас-то сюда каким ветром занесло?!» «ПОМОГИ! МЫ ЗДЕСЬ ИЗ-ЗА ТЕБЯ! УМРИ УЖЕ-Е!» — выли забытые. Они достали сферы из моей груди и протянули их ей: «МЫ СДЕЛАЕМ ВСЁ! БЕРИ НАШИ ДУШИ, ТОЛЬКО ОТПУСТИ!» Лера замерла. Злость исчезла, всё исчезло. И тут она виновата! Уже завтра Эвелины может и не быть вовсе! Люди страдают, и всё из-за неё! Она положила тело Златы на камень и укусила себя за запястье с силой какого-то животного до крови, будет шрам. «Лера! Лера, блять!» — кричал Игорь, передивая голоса. Он пытался помочь и остановить, но не выходило. Лера подняла светящуюся руку вперёд и пошла к ним. Шаг, шаг, ещё шаг, пара метров, и она будет с ними слишком близко. И Лера подошла. Она встала к ним вплотную, и они закружились вокруг, теперь уже всё слышали их слова: «Что нам сделать, чтобы ты умерла?» Лера сказала чётко, совсем не боясь: — Заставьте тьму не трогать никого из них, и я убью себя, — она закрыла глаза и посмотрела на траву. Туман, дым, тошнотворный запах сигарет… Удушье. Лера услышала всего один крик — Эвелина. Ей было больно слышать, но ещё больнее будет жить без неё. Лера уже всё решила. Лера смирилась. Тени расступились, и она просто подошла к Эвелине, обняла. Девушка плакала, прижалась и шептала обрывисто: «Не надо». Лере было больно слышать такой её голос, но другого выбора нет. Тут ещё восемь человек, и пусть лучше умрёт одна она, чем все. *** Сон оборвался. Лера с Эвелиной лежали на одной кровати рядом. Она думала, что ей хоть чем-то ответят забытые, но нет. Эвелина обнимала её и плакала, ругалась, истерила. У Леры было всё ужасно на душе. Страх за Эву, страх перед Тьмой, страх за остальных людей и совсем маленький и неощутимый страх за себя — всё это смешалось в один комок и осело в сердце и лёгких камнем. — Вот зачем ты это делаешь?! — кричала в истерике Эвелина. А Лера лишь обречённо вздохнула. — Так будет лучше… Я сейчас, солнышко, — Лера встала с кровати и пошла в ванную. Дверь закрылась за ней с тихим стуком. Лера подошла к раковине, поставила самую горячую температуру и включила воду. Она хотела почувствовать ожог, хотела почувствовать себя живой, но из крана полилась просто немного горячая вода. А ей так хотелось сделать что-нибудь с собой, что-то почувствовать! Руки даже не начинало жечь, это была просто теплая вода, не кипяток, даже не близко. Лера цокнула, вытерла руки и вышла из ванной. Она опять ведёт себя как полное ничтожество и тряпка, и Скверна это мигом подтвердила своим ёмким: «Ты с ума сошла?» Лере и так плохо, так ещё и лекция начиналась: «Если ты умрёшь, миру конец, ты хоть понимаешь это?!». А вот тут она остановилась посреди коридора и зависла. «Что ты несёшь?» — огрызнулась Лера, так и не сделав шага. «Моя непутёвая сестрёнка вырвется из твоего разума и тела и пойдёт показывать людям, что она и есть ненависть!» — зло, даже с отвращением сказала Скверна. Ей казалось это бредом сумасшедшего… Но разве она сама не сумасшедшая? Лера слышит голоса, в её голове буквально три отдельные личности, она зависима от таблеток и ещё совсем недавно вызывала рвоту. И как после этого не быть сумасшедшей? Никак. Лера вернулась к Эвелине. Подошла к девушке и села рядом на кровать. Эвелина приподнялась и, подвинувшись, положила голову Лере на колени. Сейчас она казалась маленькой девочкой, совсем беззащитная, слабая и донельзя злая и опечаленная. Ведь Эвелина тоже думала, что тот кошмар исчез! Но нет. Лера его вернула. Для неё это был ещё один повод пожертвовать собой, но… Как Эвелина будет без неё? Лера положила руку на голову девушки, провела по волосам, пыталась передать любовь всю, что только могла, скоро не сможет. Эвелина грустно посмотрела на неё. Взяла свободную руку и сжала так, что Лера немного испугалась. Девушка тихо зашептала, её слова были больше похожи на приказ, чем на просьбу: — Не делай с собой ничего! — Милая… — только Лера хотела сказать про то, что пытается спасти саму Эвелину, как не успела. — Ты слышала, что я сказала? — строго сказала Эвелина, смотря на неё. — Да, — после ее ответа Эвелина впервые за день улыбнулась, но так грустно, что от этой улыбки лучше не стало. По спине Леры прошёлся холодок. — Я ведь скоро умру, да? — улыбаясь, усмехнулась Эвелина как бы играя с лериными пальцами. Она их перебирала, сгибала и трогала, будто маленькая девочка. — Нет… Что ты такое говоришь? — в панике зашептала Лера. Её так напрягала улыбка Эвелины, она даже подумала, что лучше бы Эва говорила это в слезах. Но не так! Не с чертовой улыбкой на лице! У неё уже тряслись руки. Девушка молчала, продолжая смотреть тепло и грустно на Леру. Улыбка не сходила с лица. Эвелина тоже смирилась. — Ты же всё понимаешь… Златы уже нет… Дальше Кекет, верно? «Королева ночи» — ты мне говорила, что её имя это и значит… — вдохновенно, совсем не зло говорила Эвелина. Она протянула руку к лицу Леры и погладила её по щеке. Она не смогла выдавить и слова. Лера сдерживала слёзы, старая установка: плакать — позор. И всё. Почему позор? Потому что. — Я хочу умереть вот прям сейчас! — хохотнула Эвелина, — с тобой на твоих коленях, когда я счастлива, пока не почувствовала страха и боли. — Нет. — Лера стала закипать. Нет, её не раздражала Эвелина, лишь её спокойствие, лишь то, что ей всё равно на смерть, но тут она осознала… Она же делает буквально то же самое, только без улыбки на лице. *** Весь день они ничего не делали, просто лежали и уже давились лаской и нежностью, пока могут. Лера поняла, что… Эвелина умрет одна. Через 3 дня приедет Полина, а она уже чувствует, что через именно неделю тьма заберёт её солнце. Она знает. — Солнце… Я не хочу, чтобы ты умирала! Я знаю, что уже нельзя нас спасти… Игорь говорил, что нужно найти все имена забытых, а я нашла только одно… Прости, что вообще не искала… Я всё испортила! Вот как ты меня все пять лет только терпишь? — тихо с презрением к себе говорила Лера, положив голову ведьме на плечо. — Тшшш, — послышался звук прямо над ухом, — скоро ночь, мы всё увидим там… — Я не хочу… — Никто, кроме тьмы, не хочет. — Лера прижала Эвелину ближе, будто хочет слиться с ней в одно целое, а она и хотела. Хотела защитить и спасти от того, что мучает её не первый год. Но уже слишком поздно. Лере просто необходимо, чтоб время остановилось, чтоб не двигались стрелки на часах, но кто её будет слушать? Уж точно не время. Уже переводило за полночь, и спать хочется, но… Так страшно, что опять открыв глаза, на их глазах и, что ещё страшнее, на её руках умрёт Кекет. Лера легла на кровать, вжимаясь лицом в грудную клетку Эвелины. Сегодня она слабая. Сегодня можно. Лера уже поняла, что туман заполняет комнату. Густой, будто светящийся в темноте, он пах металлическим кровавым запахом и сыростью. В голове послышался голос Скверны: «Не дай ей заставить тебя ненавидеть… Возненавидишь — умрёшь». Лера услышала и поняла, но сделать что-то уже не могла, веки стали слишком тяжёлыми и закрылись, погружая её во тьму. Открыла глаза она в туманном поле. Тело Златы лежало в неком подобии гроба, неужели Тьма решила похоронить её во снах? Но это ушло на другой план, когда она увидела, как плачет Кейт. Лера подняла глаза и посмотрела туда, куда и девушка, перед ней открылась страшная, но и красиво-изящная картина. Кекет стояла на каком-то возвышении, похожем на сцену, в своем ночном платье и собранными волосами она была похожа на танцовщицу. Девушка с закрытыми глазами плакала, из ниоткуда заиграла музыка… Балет классика, Лера даже не поняла, какой конкретно был, похож на «Лебединое озеро», но нет. Не оно. Кекет начала танцевать, Лера увидела в ней копию Скверны. Девушка в движениях ломала себе кости, но молчала, кровь текла по платью. Лера замерла, смотря на это, Кейт не выдержала и побежала к сцене, перед ней погибал любимый уже почти 10 лет человек. Кекет продолжала танцевать. Было видно, что не хочет, что ей больно, но Тьма лишь смеялась, как ребёнок. Кейт хотела залезть на возвышенность, но её не пустил туман. Он стал плотным и осязаемым, будто ограда. Кейт упала на колени, опустив голову вниз, слезы капали на одежду и траву. Её губы шептали имя Кекет, но она беспомощна, не может помочь совсем никак. Каждое движение девушки на сцене сопровождалось чудовищным хрустом ломающихся костей, но из её рта не вышло ни одного крика, даже вздоха или стона боли. Королева ночи ломает себя в танце. Музыка подходила к концу, и на последнем аккорде шея Кекет хрустнула и сломалась. Сердце остановилось, и в тишине послышалось, как она упала. По щекам Леры катились слёзы. Уже второй человек… А дальше кто? Может, Тьма не будет мучить и убьёт Кейт? Девушка не выживет без Кекет. А сейчас проснётся в кровати с переломанным трупом в обнимку. Тьма засмеялась: «Аплодисменты прекрасному танцу!» Послышался звук хлопков и восторженные крики, но это были не люди, а забытые, их сферы были красными. Одна из девушек подошла к Кейт и подняла ее с колен, прижала к себе. Её звали Белен, девушка из Испании. Довольно миниатюрная, рыжая и голубоглазая. Она не знала о отношениях Кейт, но пыталась помочь, поддержать её, но девушка была убита горем и не могла и слова из себя выдавить, даже вдохнуть было сложно. «Я заберу горе возлюбленную…» — сказала Тьма. Её голос был презрительным, Лера поняла, что говорила она о Кейт, и разозлилась: «Сначала убивает любимого человека, а потом называет горем…» Сцена опустилась, и девушка наконец смогла подойти к уже мертвой Кекет. Кейт опять рухнула на колени и заревела, взяв окровавленный труп за руки. *** Сон вновь оборвался. Лера держала плачущую Эвелину в своих руках.