За маской безразличия

***

Пупупу Тунц, ту-тунц. Мышка-сосиска. Тунцч, ту-тунцч. Крыска-ириска. Ци Цинци стиснула зубы и прошептала рядом сидящему Вэй Цинвею: Лучше бы он занимался делами секты, а не этими глупостями. Вэй слегка кивнул в знак поддержки её слов. Шэнь Цинцю уставился в потолок. Он не моргал — как будто моргать для него сейчас означало потерять сознание. Мыслей было слишком много. Или наоборот, слишком мало. Всё слилось в гулкий какофонический шум. Почему я не могу нормально думать? Мысли текли, как подтекающая вода из бамбукового ведра: бессвязно, липко, бесконечно. Му Цинфан и Юэ Цинюань особенно напряглись. Хоть многие уже привыкли к бредням их собрата, но не обращать внимание стоит слишком много усилий. Только глава Кусин — единственный, кто казался невозмутимым и не обращал внимания на проскальзывающие мысли. Мне кажется я что-то забыл. Мысли. Шан Цинхуа: Забыл? С твоей-то злопамятностью?! Юэ Цинюань нахмурился: Забыл? Это было бы весьма необычно. У остальных были похожие взгляды на это высказывание. Такое чувство, будто это что-то важное. Хммм… разговоры стихли, и только Ци Цинци пыталась создать образ будто все как и должно быть. В любом случае, — сухо заметила она, — стоит обратить внимание на… Что же это может быть? …. .. . .. Дыши-блять! Юэ Цинюань, всегда мягкий и добродушный, на мгновение потерял привычное спокойствие. Его взгляд сжался, а губы чуть поджались. Внезапно он побледнел и начал выглядеть как на грани обморока. В отличие от Шень Цинцю, чье лицо не показало и малейшей реакции. Юэ Цинюань, бледный и дрожащий, сразу стал центром внимания. Му Цинфан быстро подал ему руку, пытаясь поддержать: Чжанмен-Шисюн, вы в порядке? — спросил, стараясь скрыть собственную тревогу. Ци-ге?! Глава Цюндин схватился за сердце. Многие повскакивали со своих мест. Они все в шоке с такой реакции их Шисюна и от задыхающегося брата по оружию ЮЦ Я схожу с ума. ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ ПОЖАЛУЙСТА от сюда. Я, Я Не Могу больше… ШЦ Почему вы так себя ведете??? Что успело произойти? Я ничего не понимаю! Правда, словно сумасшедший…. Шень смотрит на остальных и их лица. Хочется нервно рассмеяться от всей ситуации в которую он вляпался. Их шисюн, он-. Глава Кусина заговорил: Му-Шисюн, что с лидером секты? Му Цинфан уже вел Юэ Цинюаня из комнаты. Му Цинфан: Предлагаю закончить это собрание и найти время для дальнейшей работы в другой раз. Молчание. Судя по вашим охуевшим лицам, вы слегка удивлены. Блять?! Да сколько можно?? Тряпка! Даже за своими мыслями не можешь уследить. От неожиданности почти все главы пиков дернулись, а Шан Цинхуа свалился в обморок. Серьезно? Ты сейчас правда или снова притворяешься ? Обморочная тушка не пошевелилась, даже если очень хотелось сморщиться.

***

— Глава Юэ, не могли бы вы объяснить что случилось на собрание? Меч Сюаньсу печально покачал головой.

***

Так. Все. Я намерена прямо поговорить с ним. С глазу на глаз. Ци Цинци устало и с разочарованием вздохнула: — У нас ничего не выходит- Мы даже начать говорить не можем! Лучше так, чем еще больше времени тратить на эти бессмысленные вещи. Лю Цинге молча кивнул. — Хочешь пойти со мной? — Тихо спросила она. Бог Войны промолчал. Он не был уверен как относится к Шисюну после всего этого. За эти два собрания он не услышал о себе или о ком-то из их боевой семьи ничего плохого. Этот человек хоть и явно бредил—ну не мог он взаправду думать о !— У него слегка покраснели скулы. ЛЦ Я не думаю что он будет рад моей компании. Ци Цинци посмотрела понимающе и попрощалась.