tender

- И какого это? - Прости? - Какого это? Какого это - иметь у ног цепного пса Силко? Вздернутой брови явно недостаточно, чтобы предупредить Джейса. Черты его лица ожесточены, но есть что-то в его позе, что не вяжется с обвинительным тоном. Опасение? Страх? - О чем ты? - Кейтлин, сколько мы знаем друг друга? Ты можешь обманывать Совет, ты можешь обманывать подчиненных в участке. Ты даже можешь обмануть собственную мать. Но я знаю, что здесь что-то большее. Так что же это, Кейтлин? Казалось, она села еще прямее. Вздернула подбородок, ожесточила взгляд. - Еще раз, Джейс, о чем ты? Какой-то частью своего сознания Кейтлин понимала о чем именно говорит Джейс, но не могла признать этого. Как только она расслабится, то автоматически признается. А этого она не могла допустить. Допустить подобное - поставить под удар ее маленький очаровательный секрет. - Невероятно! Мужчина вскинул руками, но это выглядело слишком театрально. Казалось, он начинал сомневаться в своих суждениях и это именно то, чего добивалась Кейтлин. Она знала тысячи методов допроса и легко могла применять некоторые из них в реальной жизни. Но она никогда не думала, что это ей будет необходимо в общении с близкими. Особенно с Джейсом - мужчиной, которого она могла бы назвать своим братом. Который знал ее лучше всех. Которому она могла бы доверить свою жизнь. - Джейс, что происходит? - Именно это я и хотел узнать у тебя! Кейтлин, что происходит? Почему ко мне приходит Вайолет и говорит о чем-то нереальном? Ты хоть знаешь, что именно она подозревает? О чем она позволяет себе говорить с членом Совета? Капля искреннего удивления ускользает от Кейтлин. Она не думала в таком направлении, стараясь сохранить другой свой секрет. Но это? Это может быть опасным. Вайолет становилась все более неконтролируемой и Кейтлин начинала волноваться, насколько далеко может зайти ее подчиненная. - Ты не знала? Джейс выдыхает. Острые черты его лица разглаживаются, когда до него доходит, что Кейтлин искренне не понимает о чем именно он говорит. Хорошо. Может Кейтлин действительно не причем. - Расскажи мне. Я хочу знать все. - Кейтлин, я не знал. Мне жаль, что я набросился на тебя. Дела в Совете не слишком хорошо идут в последнее время и это… Прости, Кейт. - Мне нужно знать, что происходит, Джейс. С чем именно обратилась к тебе Ви? - Это безумие. Мужчина откинулся на спинку стула. Выдохнув, он устало потер лицо руками, стараясь собраться с силами. Бессонные ночи и напряженные отношения в Совете стали проявляться в его сутулой позе. Кейтлин сочувственно оглядела старого друга, но не могла отпустить его. Ей нужно было знать все, что успела наболтать Ви. - Джейс? - А? Да, прости. Она пришла ко мне на днях и настаивала, что у тебя появился негласный договор с Зауном. Они убирают тех, кого нельзя привлечь к ответственности из-за близости с Советом, а ты, в свою очередь, не сажаешь Свободную пушку и других крупных бандитов за решетку. Вайолет очень много говорила о твоих нерациональных действиях в отношении Джинкс. Намекала на взяточничество и я, признаю, Кейтлин, я на некоторое время поверил ей. Она была так убедительна! Она верит в то, что говорит, Кейт! Тревожные сигналы будто атаковали мозг Кейтлин. Это опасные заявления Вайолет. Нельзя сказать, что они небезосновательны, но так же далеки от правды. Однако, если она покопается глубже, то сможет связать некоторые части пазла. Например, что отношение Кейтлин к Джинкс весьма предвзято. И это еще мягко сказано. - Мне жаль, Кейтлин. Но Вайолет убеждена в том, что говорит и я не мог проигнорировать такое. Особенно, учитывая, что она может пойти дальше. К Мэл, к твоей матери. - Я понимаю. Кейтлин на секунды потеряла свою стойкость. Она и не могла предположить, что Ви поступит с ней подобным образом. Но с другой стороны… Что ж, пора разыгрывать карты, которые она не думала, что ей пригодятся когда-либо. - Джейс, думаю, ты в праве организовать служебную проверку меня, как Шерифа Пилтовера. Я добровольно оставлю свой пост на время расследования… - Нет, Кейт, это безумие! Я не… я не хочу этого. Я доверяю тебя. - Но ты должен знать, что Вайолет ни раз пыталась перейти грань руководителя-подчиненного и оказывала излишние знаки внимания. Как профессионал, я не поддалась на внерабочие отношения. И это могло как-то повлиять на суждения Вайолет. Все, что касается дел Шерифа, я готова пройти любые проверки, чтобы избежать дальнейших последствий для главного управления. Если хоть одно мое действие будет скомпрометировано, то преступники, которые сидят в Стилвотере смогут подать на апелляцию и выйти. Ты хоть представляешь, что тогда начнется? - Кейтлин, я… - Это очень громкое обвинение и ты должен быть готов к последствиям. Джейс, я доверяю тебе, но если даже ты засомневался во мне, то что говорить о других членах Совета? - Нет, Кейт, нет, я… - Но будь очень осторожен. Если все дело в личных обидах Вайолет и ничего не подтвердится, то я буду подавать на отстранения тебя от должности члена Совета. На Вайолет я подам отдельный рапорт, чтобы не только добиться ее увольнения, но и посадить на многие годы в Стилвотер за ложные обвинения Шерифа Пилтовера. Это не обида - это последствия, за которые все должны нести ответственность и я не позволю, чтобы главное управление Шерифа понесло хоть какой-то урон. - Никаких проверок не будет! Джейс не выдержал, подскакивая со своего места. Мужчина нервно зачесал волосы назад. Он явно обдумывал все, что услышал и пытался придти в себя после явно не очень тонких угроз Кейтлин. - Что же мне делать? Иногда Джейс напоминал ребенка. Кейтлин вздохнула, решая не поддаваться на это милое, но абсолютно тупое выражения лица. - Я не знаю, Джейс. Ты ворвался сюда, собрав только слухи и не имея ничего за спиной для таких обвинений. Если бы мы с тобой не знали друг друга долгие годы, я бы сейчас же выдвинула обвинения в клевете и добилась твоего отстранения. Любое сомнение в Шерифе Пилтовера несет колоссальную ответственность. И ты должен был сразу подумать об этом, прежде, чем обвинять меня в подобном. - Я понимаю, Кейтлин, я все исправлю. - Но ты так же должен был подумать и о себе. Ты поставил под удар себя. Ты хоть понимаешь, что если бы это все вышло за границы этого кабинета, то и твои суждения подвергались бы сомнениям? Твой голос не учитывался бы, а любое предложение отвергалось. А Пилтоверу нужен ты и твои проекты. Подумай об этом, когда будешь искать способы решить эту неразбериху, которую ты устроил. Она играла грязно, но иного выбора не было. Джейс был ее союзником долгие годы, но если даже он мог что-то заметить между строк, то пора было принимать тяжелые решения. И, к сожалению, манипуляция была не из легких. // Теплый воздух не помогал успокоить тело Кейтлин. Она ворочалась на гладких простынях, потея и чувствуя ноющую боль между ног. Это отвлекало сильнее, чем любые проблемы ушедшего дня. - Мамочка? Улыбка непроизвольно появилась на чуть пухлых губах. Устало поворачиваясь, Кейтлин заметила невысокую фигуру, пробирающуюся через незакрытое окно. Они давно не встречались на территории особняка Кирамман, но сегодня состояние Кейтлин не позволило ей планировать что-то масштабное. Матрас чуть прогнулся. Успокаивающий запах пороха тут же закружился вокруг Кейтлин и она удовлетворенно вздохнула. Это чуть заглушило ее боль, но неприятные ощущения все же напоминали о себе. - Ты не пришла поиграть. На удивление крепкие руки мягко обняли Кейтлин. Она чуть сдвинулась, переплетая свои пальцы с чужими. Их соединенные ладони успокаивающе покоились на пульсирующем животе. Мягкость касаний отличалась от всего, что они разделяли между собой. Но это было именно тем, в чем Кейтлин сейчас нуждалась. - И я начала волноваться. Кейтлин вздрогнула. Это что-то совершенно иное. Они никогда не волновались друг за друга. - С тобой все хорошо? Легкое касание губ к плечу показалось охлаждающим бальзамом. Это не робко, но достаточно мимолетно, чтобы не слишком тревожить. - Иногда менструация слишком болезненна, малыш. Джинкс осторожно выпутала свои пальцы из чужой ладони. Неуверенно, боясь причинить боль, она мягко накрыла живот Кейтлин. Немного потерла круговыми движениями, не оказывая сильного давления. Выдохнув, Кейтлин расслабилась. Боль немного отступила. Она пошевелилась, теснее прижимаясь к Джинкс. Они оказались вплотную друг к другу и Кейтлин не могла не заметить явное возбуждение своего любовника. - Все в порядке. Сегодня не обязательно что-то делать. Кейтлин нахмурилась. Они никогда не выходили из ролей своей игры. Никогда не вели себя столь близко. Не смотря на весь секс, все извращения, что они делали, они никогда не делали чего-то столь, столь интимного. Джинкс не пошевелилась, чтобы хоть немного снять напряжение. Кейтлин оценила это, но не могла не беспокоиться. Они всегда оказывали услуги друг другу. Никогда не говорили нет. Никогда не отказывали в использовании друг друга для удовольствия. Бездумные круги не останавливались и Кейтлин благодарила, что боль отступает. Она давно не испытывала такие спазмы и это немного беспокоило. Может и не было ничего страшного, но она уже планировала посетить своего семейного врача для консультации. Они с Джинкс многое пробовали, но многое не обсуждали. Кейтлин надеялась, что они эксклюзивны друг для друга, но никогда не обозначали границы. - Что-то нужно сделать? Мягкость касаний и тепла шепота было достаточно. - Нет, малыш, побудь со мной. Возбуждение все еще ощущалось и Кейтлин восхитилась способностью Джинкс сдерживаться. Сама Кейтлин редко воздерживалась в компании Джинкс. Она не видела смысла ограничивать себя в желаниях, когда ее партнер столь отзывчив. Покорен. И благодарен. И Кейтлин уверена, что Джинкс могла бы попросить облегчить ее возбуждение. Потребовать отсосать ей. Воспользоваться возможностью и взять ее сзади. Да что угодно, но явно не то, что они делали прямо сейчас. - Я слышала, что мастурбация облегчает болезненные симптомы при менструации. Хочешь попробовать? Легкая улыбка переросла в непринужденный смешок. Кейтлин раздумывала мгновение, взвешивая все за и против обеспокоенного предложения. Она знала, что Джинкс не настаивает, но такая своеобразная забота тронула Кейтлин. - И ты бы помогла мне? Это не соответствовало их игре, но Кейтлин хотела облегчить эту интимность. Она отказывалась принимать, что их отношения сложнее бездумного траха в любых позах. Жесткого, грубого использования друг друга для достижения разрядки. - Всегда. Шепот отдает чем-то двойным. Кейтлин задумывается на секунду и тут же отталкивает любые мысли, которые возникают от всех подтекстов, которые могут прятаться за этим. Они никогда не переходили этих границ и Кейтлин страшится, что их отношения уже давно оказываются глубже, чем того требуется. Осторожными движениями, Кейтлин перемещает ладонь Джинкс ниже. Она направляет, но не командует и это опьяняюще. Забота и нежность оказываются настолько приятными, что Кейтлин понимает моментальную зависимость от этого. Тонкие пальцы давят. Скользят по ткани ночного платья, оказываясь в нужном месте за секунды. Осторожные круги немного выше того места, где Кейтлин в них нуждается, но Джинкс внимательна, сосредотачиваясь только на том, чтобы облегчить боль. Первое касание оказывается потрясающе мягким. Целенаправленным, отточенным и успокаивающим. Судорожный выдох подсказывает Джинкс, что она делает все правильно. Их поза не столь удобна для Джинкс, но ей наплевать на любой дискомфорт. Она стремится доставить удовольствие и облегчить болезненные ощущения Кейтлин и это вознаграждается тихим стоном. Кейтлин ерзает, натыкаясь на возбуждение Джинкс, и закусывает губу. Она хочет ее внутри себя, но искусные пальцы старательно выводят круги, стимулируя именно так, как ей нужно. Один стон сменяется другим и вот она уже поддается бедрами вперед. Она хочет, чтобы ее схватили за пах. Потерли, чуть вошли пальцами и потрясли. Мягкость должна смениться острым желанием. - Сильнее. Между вздохами, Кейтлин выдавливает из себя просьбу. Это как мольба и Джинкс беспрекословно подчиняется. Другую руку Джинкс просовывает между подушкой и шеей, немного сдавливает в локте. Кейтлин выгибается, вжимаясь ягодицами в твердый член. Она опьянела от ощущения жестких пальцев на своем клиторе и требовательной руки, что удерживает ее за шею. Это напоминает об игре, но далеко от всего, что они делали. Сейчас Джинкс не похоронена глубоко в Кейтлин, долбя ее до исступления. Они все еще полностью одеты, но ощущения от этого еще острее. Боль ушла на задний план, а стимуляция действительно помогает, когда Джинкс оказывает больше давления. Это потрясающе и Кейтлин наслаждается каждой секундой. Тихий рык заставляет Кейтлин улыбаться. Она стонет громче, поддается назад, почти ложась поверх Джинкс. Твердый член оказывается между ее ягодиц и она может только представить, как это мучительно для ее малыша. Она необычайно жесткая, все еще спрятанная и Кейтлин загорается от мысли, насколько Джинкс сейчас мокрая. Оргазм оказывается неожиданным. Кейтлин стонет, обмякая в сильных руках, что удерживают ее. Тяжелое дыхание все, что наполняет комнату и Кейтлин улыбается. Женщина чувствует себя намного лучше, готовая отплатить за заботу о себе. Но Джинкс удивляет ее, перемещая их в исходное положение. Давление ослабевает, а ладонь возвращается на живот, выводя бездумные круги. Кейтлин удивлена. Но усталость накатывает и она изо всех сил пытается не уснуть под мерное дыхание позади. - Тебе лучше? Легкое касание губ к плечу успокаивает так же, как в первый раз. Сонная улыбка Кейтлин появляется сама по себе. - Намного. Спасибо, малыш. Мягко переплетя пальцы с чужой ладонью, Кейтлин немного оборачивается. Она дотягивается до линии подбородка Джинкс и целомудренно целует, вдыхая знакомый запах пороха. Возбуждение Джинкс никуда не делось, но Кейтлин почти уверена, что ей не позволят с этим справиться. Сонливость оказывается сильнее, когда она хочет обменяться еще парой фраз. Они должны поговорить и как можно скорее. // Медленно просыпаясь, Кейтлин вздыхает, ощущая крепкие руки, что обнимают ее. Она улыбается, понимая, что Джинкс провела ночь рядом с ней. Прижавшись к ней. Кстати об этом… Жесткость возбужденного члена все так же упирается в ее ягодицы и Кейтлин усмехается, немного поддаваясь бедрами назад. Рык слышится сразу же и ухмылка преображается в широкую улыбку. - Кто это тут у нас? Немного повернувшись, Кейтлин замечает яркие глаза, что неотрывно наблюдают за ней. Они горящие, голодные и Кейтлин только сейчас понимает, что Джинкс может очень долго не спать. Очень, очень долго. О, нет… - Ты спала? - Нет. Кейтлин сглатывает, осознавая, что Джинкс провела ночь без сна. Возбужденная и рядом с объектом своих сексуальных желаний. Болезненно жесткая и терпеливая. Прижавшаяся к ней и не имеющая возможности облегчить свое состояние. Кейтлин знала это и это будто растопило что-то внутри нее. Джинкс так самоотверженно сдерживалась, отдавай только то, что от нее просили и не настаивая на большем. Не смея просить большего. Полностью перевернувшись, Кейтлин всматривается в глаза Джинкс и это что-то зажигает внутри нее. - Дай мне пару минут и я вознагражу тебя за все, что ты сделала для мамочки. Выскользнув из кровати, Кейтлин спешила как могла. На душ определенно не было времени, но она не могла не уделить лишние пару минут себе. Джинкс ждала так долго и ей было больно всю ночь, поэтому Кейтлин не хотела мучить ее еще больше. Вернувшись в комнату, Кейтлин замерла, наблюдая за Джинкс. Все еще одетой, возбужденной и явно сдерживающей себя. Развалившейся на смятых простынях, во вчерашней одежде - расстегнутой рубашке и узких брюках. Босая и взъерошенная. С животным голодом во взгляде горящих глаз. Утренний свет придавал обстановке новый окрас. Более интимный и томный. Это не глубокая темнота позднего часа, когда ты спешишь получить наслаждение побыстрее. Это раннее начало дня, где хочется растянуть удовольствие подольше. Насладиться каждым моментом. Впитать в себя каждый образ, попробовать каждый вкус. Медленно, соблазняя каждым шагом, Кейтлин приблизилась к подножию кровати. Джинкс следила за ней, как коршун. Воздух буквально вибрировал между ними от напряжения. Его можно было разрезать ножом и Кейтлин испытала какую-то извращенную радость от состояния Джинкс. Матрас прогнулся, когда Кейтлин поползла по кровати. Ее руки сами собой нашли твердую ширинку. Горячую, пульсирующую, болезненно жесткую под ловкими пальцами женщины. - Какой терпеливый малыш. Она шепчет, завороженная зрелищем, что открывалось перед ней. Красной головкой, налитой кровью, вздутами венами по стволу. Она не хотела доставлять большего дискомфорта, но и не могла ждать, пока Джинкс освободится от тесных штанов. Мягко поглаживая возбужденный ствол, Кейтлин на миг подняла взгляд, впитывая в себя чистое удовольствие на лице Джинкс. Полуприкрытые глаза, опьяненные ощущением рук на ее члене. Закушенная нижняя губа, тяжелое дыхание. Легкий румянец. - Я хочу, чтобы ты использовала мой рот так, как тебе хочется, малыш. Взгляд Джинкс загорается, но ее выражение лица не меняется. Она выжидает, пока Кейтлин накачивает итак возбужденный член. - Мамочка, я не хочу использовать. Джинкс приподнимается, мягко беря руку Кейтлин за запястье. - Ты хорошо чувствуешь себя? Ничего не болит? Кейтлин смягчается. Она чувствует непонятную полноту в своей груди. И так же чувствует невероятное возбуждение от заботы Джинкс. Как же она хочет оседлать своего малыша и прокатиться на ней до самой последней капли. Выпить ее досуха, выдоить. Вытрахать. Заставить ее кончать снова и снова. Наклонившись, Кейтлин целует Джинкс в губы. Легко, сладко. Совсем не так агрессивно, как хочет, чтобы ее трахали. Это нечто иное. Почти запретное. Только для них двоих. - Мне намного лучше, малыш. Она убирает руку от эрегированного члена заменяя ее ртом. Облегченный вой Джинкс заставляет Кейтлин улыбаться с набитым ртом. Прихлебывая, Кейтлин выпускает член изо рта, в конце посасывая головку. Она немного дразнит, но так же нетерпелива в том, чтобы доставить удовольствие Джинкс. Ее малыш заслужил головокружительный отсос за свое хорошее поведение. И за нежную заботу о ней. Как же ей понравилось такое отношение к себе! Это отличалось от их маленькой игры, но безумно возбуждало. Влажность между ее ног веское доказательство этого. Ложась на живот, женщина сосредоточивает свое внимание на жестком члене. Красивом, влажном и пульсирующем. Выносливом. Таком сильном и мощном. Идеальном. Она много раз использовала его для себя. В себе. На себе. Трахала и сосала. Глотала и обслуживала с усердием знающей женщины. Греховно падшей женщины, что обожает хороший член. Но сегодня Кейтлин хотелось по-настоящему насладиться им. Побаловать себя и Джинкс неспешным утренним минетом. Они никогда не занимались сексом так рано. Никогда не трахались при свете утреннего солнца. Никогда не проводили ночь подле друг друга, при этом не сношаясь, как дикие животные. Все было новым и по-новому. Безумно. Странно. Нежно. Облизав член от основания до головки, Кейтлин заглатывает его полностью. Медленно, томно, с особой тщательностью. Немного держит внутри теплого горла, игнорируя естественный рефлекс. Она наслаждается полнотой и пульсацией внутри, чувствуя, что начинает привыкать к размеру инородного тела в своем горле. Кейтлин отчаянно хотела, чтобы Джинкс вытрахала ей горло до хрипоты в несколько дней, но то, что они сейчас делали… Это иная форма возбуждения. Перемежая ногами, чтобы немного ослабить пульсацию в клиторе, Кейтлин отстраняется. Не вытаскивает полностью, но достаточно, чтобы сглотнуть. Она смакует вкус жилистого члена, вновь опуская голову до упора. Спокойно вдыхает носом, задерживаясь на месте. Вторжение в ее горло восхитительное. Кейтлин обожает то, как член Джинкс бурит ее. Вне зависимости от того где и как, ее член потрясающе наполняет Кейтлин. В ее влагалище он особенно хорош, но еще пару дней она не сможет испытать этого. Не сможет почувствовать пульсирующее тепло, что наполняет ее. С цепочкой слюны, что соединяет головку и ее губы, Кейтлин отстраняется. Она всасывает немного, очищая за собой. Посасывает с особым трепетом, жмурясь от собственного наслаждения. Женщина улыбается, чувствуя сокращения и подергивания. - Давай, малыш, порадуй мамочку. Она направляет член себе в рот, заглатывает по самое основание. Он особенно горяч перед оргазмом и Кейтлин желает проглотить все до последней капли. Первая струя короткая, но дальше Джинкс изливается настолько обильно, что Кейтлин поперхнулась. Она не отстраняется, но прикладывает больше усилий, чтобы расслабить горло и принять в себя все, что дает ей Джинкс. Стон Джинкс благодарный. Она подается бедрами. Недостаточно, чтобы причинить дискомфорт, но достаточно, чтобы Кейтлин застонала от сопротивления внутренних мышц. Твердые пальцы до побеления сжимают края одеяла. Кейтлин сначала замечает их и только потом переводит взгляд на лицо Джинкс. То, что она там находит - хочет сохранить в своей памяти навсегда. - Я хочу твой вкус, мамочка. Джинкс снова поражает Кейтлин. Не смотря на все еще твердый член, на то, что она была в возбуждение последние несколько часов - Джинкс хотела Кейтлин. Хотела ее для себя. Но так же хотела дать Кейтлин что-то взамен. Они не могли наслаждаться друг другом так, как делали это обычно и Джинкс стремилась как-то это компенсировать. Невероятно. Накачивая все еще твердый член ладонью, Кейтлин садится. Другой рукой поглаживая щеку Джинкс, она ее целует. Пылко, горячо. С жадностью облизывая чужой язык, Кейтлин стонет. Они начали целоваться намного позже, чем трахать друг друга, но это отличалось от любого секса между ними. Это не агрессия. Это жадность. Не похоть, но чистое желание. Нужда. Жажда. Джинкс была неуверенна поначалу и это наводило Кейтлин на определенные мысли. И эти мысли подпитывали что-то внутри Кейтлин. Что-то темное и одновременно мягкое. Что-то определенно глубокое. Древнее. Почти первобытное. Сейчас же они целовались часто. Не постоянно и никогда не проводили за этим много времени, но это определенно стало чем-то особенным между ними. - Ты сверху или я? - Ты. Кейтлин улыбается, в последний раз прижимаясь губами к чужим. Легко. Нежно. Не сравнимо с тем, какую потребность она испытывает внутри себя, целуя Джинкс. Они неторопливы, когда меняют положение на кровати. Кейтлин еще ощущает дискомфорт, но это не так, как вчера ночью. И явное возбуждение, что стекает по бедрам не является причиной. Если задуматься, она никогда не позволяла своим увлечениям обслуживать ее в эти дни. Да и ее партнеры были столь мимолетны, что никогда не доходило до того, что они оставались с ней дольше, чем пара ночей. С Джинкс же… что ж, они оказались намного живучее, чем того требовалось. Сбросив одежды, они оказались в несколько новой позе для себя. Пробуя многое за эти месяцы, они никогда не ограничивались обоюдным оральным сексом. Да, отсасывали, вылизывали, сношались и снова отсасывали. Снова вылизывали. Но чтобы только это? - Ты не хочешь? Колебание Кейтлин встречают без обвинения. Не смотря на вспыльчивый характер, Джинкс очень терпелива с женщиной. Очень внимательна. Понимающая. - Мне так много хочется сделать с тобой, что невозможность этого сделать меня раздражает. Кейтлин легко толкает Джинкс в грудь, чтобы та легла. Жилистое тело, распростертое на смятых простынях - зрелище, которое Кейтлин хочет сохранить в своем разуме навсегда. Бледная кожа, голубые чернила на правой стороне. Явные вены на руках и одна, что появляется у самого паха и скользит по члену, как змея. Крупная, с легким переливом грязно розового от смеси наркотического коктейля в крови Джинкс. Кейтлин закусывает губу, впитывая в себя все, что видит перед собой. Если она не может объездить этот член, то хочет получить все от проворного языка. Расположившись поверх Джинкс, Кейтлин вновь вбирает ее член в рот. Это совпадает с настойчивыми губами, что исследуют ее складки и это восхитительно. Она стонет вокруг члена, подаваясь назад бедрами, чтобы достичь большего давления. Крепкие руки на ее ягодицах поощряют, а язык нетерпелив, зарывшись в ее влагалище. - Хорошо. Она стонет, надрачивая член и облизывая основание. Джинкс умело вылизывает ее и Кейтлин в восторге. Она слюнявит член, небрежно водя губами по стволу. - Так хорошо. Это освежает - принимать и давать одновременно. Не используя, но получая удовольствие. Пульсирующий член во рту и проворный язык внутри. Мягкие губы на ней. Крепкие руки, сжимающие именно так, как надо. - Да, малыш. Она уже тяжело дышит. Влагалище пульсирует, ощущение пустоты мучительно, но Кейтлин тянется назад, чтобы получить больше. Джинкс читает ее как открытую книгу. Вбирает в рот клитор, сильнее посасывая. Кейтлин отрывается от члена, чтобы простонать громче. Она нуждается в освобождении. Она хочет кончить на язык. Хочет залить подбородок Джинкс и испачкать ее грудь. Вылизывание Джинкс становится неряшливым. Она вжимает лицо, добиваясь большей площади контакта. Засовывает свой язык так глубоко, как может, игнорируя натяжение в уздечке. Сжимает крепче. Сосет. - Джинкс. Кейтлин стонет, сжимая горячий член. Она пытается дышать, когда первая дрожь пробегает по бедрам. Ощущения острее, и женщина знает, что нужно еще немного… Сконцентрировавшись на клиторе, Джинкс пробует вставить пальцы. Она осторожна, удерживая нитку тампона другой рукой. Приходится чуть сместиться на кровати, но она теперь в идеальном положении, чтобы лизать и трахать Кейтлин. - Да! Двух пальцев оказывается достаточно, чтобы поглаживать чувствительные места внутри. Джинкс с усердием работает руками, посасывая клитор. Она совершенно забывает о ноющем члене, гоняясь за оргазмом Кейтлин, как за своим. Сосет и двигает пальцами в едином темпе. Игнорирует стекающую слюну на подбородке и легкое пощипывание от выделений женщины. Это грязно. Это горячо. Джинкс чувствует, как смешанные жидкости стекают по ее подбородку. Кейтлин рекордно мокрая и Джинкс обязательно бы зарылась по самый нос в ее влагалище, но ей нужно поработать. Мамочка должна кончить. И должна кончить хорошо. Чуть грубее, на мгновение отрываясь от раздраженной раскрасневшейся пизды, Джинкс вбивает пальцы глубже. Кейтлин отзывается сразу же, приседая ниже, почти придавливая Джинкс. Но им двоим на это наплевать. Кейтлин вновь сжимает крепкий член, решая вернуться к сосанию головки. Она стонет вокруг твердого ствола, пуская слюни от наслаждения, потому что Джинкс так хорошо ее вылизывает. Так хорошо ее трахает. Стоны женщины посылают вибрацию по члену Джинкс. Она сама стонет, прикладывая еще больше усилий. Внутренние мышцы уже достаточно крепко обнимают ее пальцы, значит, Кейтлин близко. Еще немного… Еще чуть-чуть… - Блять! Обильные выделения подстегивают Джинкс. Она лижет, глотает и снова лижет. Невероятно. Пальцы останавливаются только на мгновение, наращивая темп с новой силой. Чуть гладят, изгибаются и бьют во всем чувствительным местам. Джинкс облизывает влажную кожу вокруг, возвращаясь к раздраженному клитору. Кейтлин закатывает глаза. Это потрясающе. Она опускает голову, вбирая в рот одно яичко, посасывая его, как конфету. Новый оргазм не такой яркий, но такой же мощный и женщина знает, что он разрушит ее. Уничтожит до основания. Джинкс прикладывает усилия, сдерживая себя от излишней грубости. У нее не так много места для маневров, но зависимость от этой пизды… Джинкс вытрахает ее в любом случае. Выносливость, натренированная годами и стимулируемая всяким дерьмом в ее крови, помогает. Один оргазм сменяется другим, а Кейтлин уже не сдерживается, роняя свой вес на Джинкс. Женщина стонет, сосет и лижет все, до чего может дотянуться, но новые оргазмические спазмы отвлекают. Двигая бедрами навстречу, Кейтлин трется клитором о жесткий подбородок. Мягкий умелый язык слизывает все, пока пальцы трахают ее. Чужая рука зарывается в ее волосы и Кейтлин улыбается. Ее малыш нуждается в ней. С остервенением, отбросив негу от множества оргазмов, Кейтлин вбирает в себя пульсирующий член. Сосет. Высовывает язык, чтобы облизать ствол и снова сосет. Чуть приоткрывает рот, чтобы заглотить и снова отпускает. Она помогает себе рукой, зажимая основание и буквально насаживается на член. Стонет от подступающего оргазма, но не выпускает член изо рта. Чавкает от обилия слюны и предэякулята, но сосет, сглатывая. Кейтлин жадная до спермы Джинкс. Женщина хочет отблагодарить ее за все, что Джинкс сделала для нее. Похвалить. Наградить. Джинкс не сдается до последнего. Она кончает в ожидающий рот Кейтлин, но не прекращает доводить женщину до очередного оргазма. Кейтлин захлебывается, мычит, закатывая глаза от разрушающего оргазма. Она выгибается, замирая на мгновение. А потом воет, выпуская смягченный член изо рта. Мышцы расслабляются и она брызжет выделениями так, как еще никогда в своей жизни. По бедрам течет, она липкая, но абсолютно довольная. Джинкс шевелится, осторожно переворачивая их. Кейтлин может только глупо улыбаться, удовлетворенная и счастливая. Мягкие поцелуи по плечам и осторожные касания - все, что следует после. Когда Джинкс ложится позади, Кейтлин ощущает полутвердый член и нежные объятия. Это интимно, но так приятно, что женщина не может сопротивляться желанию насладиться близостью. -Все хорошо? -Определенно, малыш. Кейтлин удовлетворенно вздыхает, теснее прижимаясь к Джинкс. Она измотана, но есть еще кое-что, что нужно сделать. - Ко мне приходил Джейс. - Мм. Джинкс легко целует Кейтлин в макушку, выводя незамысловатые круги на обнаженной коже. - К нему обратилась Ви. - Когда мне можно будет освеживать эту суку? - Тише, малыш. - Я сделаю это так тихо, что никто и не поймет, что произошло. - Я разберусь с этим. Зерно сомнения уже посеяно, осталось только надавить. - Ты говоришь, как папа. Кейтлин усмехается. Такое сравнение с Силко могло бы напугать ее еще недавно, но теперь, она может сравнить его с комплиментом. Мужчина очень давно управляет темной стороной Зауна, сдерживая настоящих монстров и поддерживая хоть какое-то понятие мира между двумя городами. - Как у него дела? - Он хочет знать твои намерения. Легкий смех - не то, что ожидала от себя Кейтлин. Она знает Джинкс. Та не будет шутить подобным образом, но и Кейтлин не в ужасе от предположения, что она встречается с Джинкс. - О, малыш, это восхитительно. Чуть повернувшись, Кейтлин целует Джинкс в щеку. Она холодная и слегка липкая, с запахом самой Кейт, но от этого это еще лучше. Джинкс будто принадлежит ей. - Тебе нужно помочь с кретином-советником и этой собачонкой? - Пока этого не требуется. Но как только ситуация накалится - я скажу тебе. Она поцеловала еще раз, приблизившись к уху Джинкс. - И ты сделаешь все, что от тебя зависит, чтобы никто не причинил вред мамочке. - Да. Кейтлин ощутила возбуждение Джинкс на своем бедре. Член затвердел, наливаясь кровью, вновь готовый ко вниманию. И Кейтлин заулыбалась, наслаждаясь отзывчивостью своего малыша. - Да, малыш, вот так. Ты сделаешь все для мамочки? Она требовательно обхватила член, но не пошевелила ладонью, чтобы облегчить возбуждение. - Да, мамочка. Медленно накачивая ствол, Кейтлин несильно прикусила кожу на шее Джинкс. - Хороший малыш. Джинкс подается бедрами вперед, толкаясь в нежную ладонь. Кейтлин усмехается, наслаждаясь такой нуждающейся Джинкс. День только начинается, поэтому Кейтлин не хочет торопиться. Она хочет насладиться всем, что сможет предложить ей Джинкс. И судя по пробуждению, Джинкс может многое ей дать.