Детский сад, штаны на лямках

      Инк злобно наносил на бумагу какой-то рисунок, хотя это было больше похоже на попытку прикончить бедный лист.       — Мы уже час пытаемся его уложить, и всё без толку, — проконстатировал факт Блу. — Может, спросим у Эр…       — Нет, — отрезал Дрим. — Про блок помнишь? Я до сих пор не могу пробиться через него, — он устало вздохнул и плюхнулся на кресло. — Малыш, ты сам-то не устал?       — Я тебе не малыф.       Лист был скомкан и отправлен в мусорное ведро к десятку других таких же. Блу подошёл и положил Инку на плечо руку.       — Слушай, я понимаю, что ты скучаешь по Эррору, но тебе не обязательно показывать это таким образом…       — Я не фкутяю по этому. Я плофто не хотю фпать.       — Хорошо. Тогда сиди тут, сколько хочешь, главное беспорядок потом прибери. Пойдём, Дрим, или тебе придётся меня нести, потому что я усну в коридоре, — в подтверждение своих слов Блу зевнул.       Дрим, похоже, пытался развить косоглазие — предпринимал попытки подглядеть, что там так злобно рисует Инк. Блу постоял так минут пять, усмехнулся и вышел из комнаты. Малыш сначала через плечо посмотрел на него, потом — на уже уснувшего в кресле Дрима, а затем перевёл взгляд на чёрно-сине-фиолетовое пятно на листе с кучей белых капель поверх. Количество бумажек в ведре увеличилось на одну.       «Как это получилось у него? Он же даже не умеет рисовать, это нечестно!»       Инк покосился на новый лист. Нет, он не станет этого рисовать. Надо снова попробовать изобразить космос… Надо… но рука против его воли взяла карандаш и быстрыми штрихами наметала вполне узнаваемый силуэт, вытягивающий из глаз нити.       Он сломал карандаш и плеснул оставшуюся чёрную краску на лист. «Неправильно, неправильно, неправильно! Он предатель! Забудь, забудь о его существовании!»       Очередной рисунок космоса не удался. Инк неожиданно для себя зарыдал, скомкал лист и вышел на балкон подышать ночным воздухом. Вот они, звёзды. Не такие близкие, как в Оутертейле, но всё же казалось, что встанешь на цыпочки — и дотянешься.       В самом же Оутертейле сидел Эррор и разглядывал далёкие созвездия.       — Видишь вон ту яркую звезду? — вдруг начал он. — Это Амо, самая близкая к нам из созвез… Тля, я же один тут сижу. Или уже нет. Привет, Фреш.       — Даров, братан, чо покис? А малой где? Тя кто-то забайтил, или сам заруинил? — видя непонимание в глазах собеседника, он усмехнулся. — Чекай свой скилл в сленге, а то факапнешься в самый кринжовый момент.       — Покрестить тебя надо.       — Для нубов: тебя обманули или сам всё запорол? Ну, ошибся, короче.       Эррор вздохнул.       — Сам.       — Треш. Ты давай, не тильтуй тут.       — Раз уж притащился сюда, изволь говорить нормально. Я ни слова не понимаю.       — Лан, только ради тебя. Чо случилось-то?       — Долгая история. Суть в том, что я сам выставил его из дома.       — Оке-е-ей, но зачем?       — Я решил, что так будет правильно.       — Решил эт конечно круто, но ты-то сам уверен, что правильно сделал?       — Да. Так правильно.       — Правильно это, правильно то… Ты ж без него ходишь как в воду опущенный. Я чо, думаешь, не вижу? Тебя толком из дома не вытащишь обычно, а так ты сидишь безвылазно в других вселенных. Ты уже носом клюёшь. Иди поспи, чувак, серьёзно.       — Ты-то чего включил режим поддержки?       — Мне скучно, когда ты не разрушаешь, — пожал плечами Фреш и растворился в цветном взрыве.       Цветной взрыв — только так, и то мягко говоря, можно было описать то, что творилось в комнате Инка.       — Инк, ты что это тут устроил?! — Дрим, войдя туда, тут же поскользнулся на луже краски и не упал только благодаря косяку, за который держался.       — Я лифую. Уходи.       — Пока не отдраишь до блеска каждую поверхность, за стол не сядешь!       — Дрим, прошу, успокойся, он ребёнок, у него трудный период… — пытался успокоить друга Блу.       — Да чёрта с два я буду терпеть такое безобразие в собственном доме! Если хочешь, можешь помочь ему в уборке, но слово своё я сдержу.       Дрим, хлопнув дверью, удалился. «Похоже, и у Хранителя позитива бывают плохие дни», — подумал Блу и постучался в комнату Инка.       — Ванято.       «Где он такого набрался?» — пришла к нему в голову мысль, хотя ответ был абсолютно очевиден. Блу приоткрыл дверь и вошёл внутрь.       — Ты тего плифоль?       — Помочь убраться хочу.       — Не надо. Я потом плофто заклафу повелх и нитего видно не будет. Тефтно. Мовефь идти. Фпафибо ва попытку помоть, но мне это не надо.       Спустя полчаса все трое уже сидели за столом. Перед Инком стояла тарелка брокколи.       — Я не хотю это ефть!       — Это полезная еда, она нужна тебе, чтобы ты вырос здоровым и…       — Она даве выглядит фтланно!       — Хорошо, — пытался успокоиться Дрим. — Что ты тогда будешь есть?       — Э-э… Вообфе я фоколад люблю. Тёлный. Ф блуфникой офобенно.       — Тебя что, только им и кормили?       — Неть, — Инк насупился и потёр переносицу. — Плофто и им тове. Он хотя бы вкусный в отлитие от этого!       Тем временем уже выспавшийся Эррор смотрел Андерновеллу. Он отломил кусочек шоколада, съел, отломил ещё один и протянул… пустоте. Посидев так секунд пять, он понял, что что-то не так и посмотрел в сторону, где, предположительно, должен был находиться Инк. Естественно, никого там не наблюдалось.       — ДА ЧТОБ ТЕБЕ, МУДАК РАДУЖНЫЙ, ВСЮ ЖИЗНЬ ИКАЛОСЬ!!! — бедная шоколадка улетела на пол, за ней отправился маленький пуфик, сшитый специально для малыша.       Инк, почти медитировавший над брокколи, икнул. Два раза.       Примерно так прошла неделя.