Том 1 «Пленница собственной истории» «В огне и боли восстаёт дикое сердце»

Вианэль шла на полшага позади, ее длинные, выверенные шаги легко поспевали за более частой и нервной поступью принцессы. Она видела, как напряжена спина Элизабетт, как упрямо вздернут ее подбородок. Тишина. Густая и колючая. Виан устало хрустнула шеей. Этот поход выматывал не физически, а морально. Хватит ходить вокруг да около. Она ускорила шаг, поравнявшись с Элли. - Знаешь, чего у меня не отнять? - ее голос был ровным и будничным, что совершенно не вязалось с напряжением между ними. - Свободы. Я иду, куда хочу. Делаю, что хочу. Никто мне не указ... - Она искоса взглянула на принцессу. - А ты как здесь уживаешься? - в ее голосе прозвучал неприкрытый сарказм. - Столько дел, столько мест... голова, должно быть, кругом идет от выбора... Элли промолчала, лишь недовольно фыркнула и отвернулась. Но Виан успела заметить то, что хотела: в ее глазах, прежде чем их скрыли ресницы, мелькнул огонек - смесь зависти и отчаянного интереса. Крючок заглочен. Они как раз сворачивали на тропинку, ведущую к конюшне. При виде знакомого здания плечи Элли поникли. Она остановилась и тяжело вздохнула. - Почему ты мне это говоришь? - голос был полон горечи. - Ты просто... Издеваешься. Сама ведь знаешь про стражу... Они уже наверное составляют рапорт, придумывая, как поизящнее рассказать все моим родителям. Вот он, нужный момент. Виан остановилась рядом с ней. - Про стражников можешь не волноваться... - ее тон был донельзя будничным. - Я с ними "поговорила". Элли удивленно посмотрела на нее. - Им крайне невыгодно, чтобы кто-то узнал, где они были этой ночью, пока принцесса играла в альпиниста... - пояснила Виан. - Так что твой маленький секрет - теперь и их маленький секрет. Они будут молчать. Элли несколько секунд переваривала информацию, ее лицо выражало смесь шока и недоверия. Она внимательно посмотрела на Виан. - Зачем ты это делаешь? Какой тебе от этого толк? Виан лишь пожала плечами, глядя на дверь конюшни. - Может, мне просто надоело быть на свободе...? Они снова зашагали по сужающейся тропинке. В воздухе смешались запахи нагретой пыли и сладкий аромат, доносившийся из королевского сада. Элли шла, уставившись себе под ноги, но в голове молотом бились последние слова Виан. - «Как… как может надоесть свобода?» Это было немыслимо. Это была какая-то ложь, очередная уловка. - «Да, точно...» - решила Элли, мысленно хмурясь. - «Она играет со мной. Специально это говорит, чтобы потом начать рассказывать, какой мир за стенами жестокий и опасный. Чтобы я сама испугалась и передумала бежать!» Она так глубоко погрузилась в эти мысли, пытаясь разгадать следующий ход в их странной партии, что не сразу заметила, как Виан остановилась. Элли едва не врезалась в ее спину. Она подняла голову, проследив за напряженным взглядом гвардейки. Ее закипающее раздражение прервала высокая фигура, показавшаяся впереди, за поворотом дороги. Женщина средних лет с заботой склонилась над белым кустом аделин, срезая увядший бутон маленькими садовыми ножницами. Её волосы, с благородной сединой на висках, были собраны в тугую, аккуратную косу, а в движениях чувствовалась сдержанная элегантность и привычка к порядку. Как только женщина заметила их, она выпрямилась, и её строгое лицо осветила теплая, вежливая улыбка. - ¡Ah! ¡Aquí está usted, Su Alteza! - произнесла она, делая изящный, отточенный годами реверанс. Элизабетт нехотя подняла взгляд и лишь коротко кивнула. - Сеньора Грисельда... Представлять свою новую надзирательницу она не собиралась. Грисельда, заметив холодность принцессы, не стала настаивать. Вместо этого её карие, проницательные глаза переместились на Вианэль. Она смерила гвардейку цепким, оценивающим взглядом, который, казалось, мог сосчитать каждый порез на её теле. - А вы, должно быть, та самая гвардейка, о которой говорила королева. Вианэль Миллтон.. Виан стояла неподвижно, но её плечи едва заметно напряглись. Она скрестила руки на груди. - Верно. - Миллтон... - задумчиво повторила Грисельда. - Я наслышана о вас. Говорят, вы настоящая героиня. Уголок рта гвардейки дернулся в кривой усмешке. - Слухи - плохой советчик, сеньора... Грисельда мягко рассмеялась. - Возможно. Но в этот раз, мне кажется, они не врут. Правда, в легендах вас описывали несколько иначе… - она сделала паузу, её взгляд стал ещё внимательнее. - Длинные белые волосы, кожа, как первый снег… В повисшей паузе Элли заметила, как острое ухо эльфийки, выглядывающее из-под коротких волос, едва заметно дернулось. Раздражение? Смущение? Вианэль провела пальцами по своим коротким светло-коричневым прядям. - Легенды любят красивые картинки... - голос был ровным, но в нём появилась едва уловимая холодная нотка. - А что касается цвета кожи… - она на мгновение встретилась с Элли взглядом, и в её глазах что-то мелькнуло. - Иногда миру проще выдумать себе удобный образ, чем принять тот, что есть. Грисельда почувствовала напряжение и к чему идет диалог поспешила сменить тему. - Кхм... Что ж, добро пожаловать в Кортленд. Уверена, ваш опыт нам пригодится... Пойдёмте, я распоряжусь насчёт лошадей. Когда они подошли к конюшне, воздух наполнился тяжёлым запахом сена и лошадиного пота. Было тихо, лишь изредка раздавалось фырканье животных и приглушённое цоканье копыт. Грисельда, поправив складки на своей рубашке, кивнула девушкам. - Стойте здесь, chicas, я сейчас. - Она уже сделала пару шагов в сторону стойл, но вдруг замерла и обернулась. - Вианэль, querida, напомни, как выглядит твоя лошадь? Прости, со всей этой суетой и неспокойной обстановкой совсем вылетело из головы... Вианэль вздохнула, но ответила, её голос был ровным, однако в словах ощущалась тень чего-то далёкого. - Она золотисто-розового окраса.. Думаю, этого хватит. Грисельда моргнула, затем понимающе кивнула. - Gracias, querida! Теперь вспомнила. Скоро вернусь. - Она скрылась вглуби конюшни, оставив девушек наедине. Элизабетт стояла в тишине, машинально переступая с ноги на ногу. Её взгляд, миновав частокол загонов и крыши конюшен, уперся в закрытые стенами дальние горы, тёмные, словно обведённые густыми чернилами. Вианэль наблюдала за ней, скрестив руки на груди. Странно. Любая другая уже засыпала бы её вопросами. Лошади такого окраса не пасутся на лугах Кортленда. Но эта... эта молчала, глядя на горы с тоскливыми глазами, как у щеночка. - …И? Ты не будешь пытать меня вопросами? - наконец, не выдержав, произнесла она. В её голосе прозвучало не раздражение, нет, а скорее искреннее удивление. Принцесса моргнула, словно вынырнув из своих мыслей, и растерянно посмотрела на гвардейку. - Что? Прости, я прослушала… Она попыталась выдавить из себя вежливую улыбку, но уголки губ лишь едва заметно дрогнули. Гвардейка медленно качнула головой, её изучающий взгляд стал серьёзнее. - Что случилось? Элли не сразу ответила. Она снова отвернулась, и в её голове вихрем пронеслись образы: отец, сидящий за тяжёлым столом в тронном зале, его взгляд - строгий, но такой тёплый. Мать, стоящая у окна, её хрупкий силуэт в лучах заходящего солнца. Запечатанные воском письма с фамильными гербами. И тихие, но властные голоса, обсуждающие её судьбу так, будто это не её жизнь, а просто очередная политическая сделка. - Да так… - наконец, выдохнула она, и в этом звуке было больше горечи, чем она хотела показать. В этот момент послышался скрип ворот и цоканье копыт по камню. Напряженный момент был прерван, и разговор, так и не начавшись, повис в воздухе. Из конюшни показалась Грисельда, ведя за собой лошадь Вианэль. Она была великолепного сложения: мускулистая, но изящная, с гладкой шерстью, которая мягко блестела на солнце. Её грива и хвост были длинными и шелковистыми. Как только Грисельда вернулась, ведя за собой лошадей, глаза Вианэль вспыхнули живым, теплым светом при виде кобылы. - О, милая, я так по тебе соскучилась... - выдохнула она, и в её голосе прозвучала такая неподдельная нежность, какой Элли от неё никак не ожидала. Не дожидаясь, пока сеньора откроет загон, Виан одним быстрым, отточенным движением перемахнула через деревянную ограду. Она приземлилась легко, почти бесшумно, и тут же бросилась к лошади. Животное восторженно фыркнуло и, чувствуя знакомый запах хозяйки, начало радостно переступать с ноги на ногу, ласково толкая её головой. Элли удивлённо моргнула. Только что перед ней стояла холодная, язвительная статуя, а теперь... эта девушка, с сияющими глазами и счастливой улыбкой, была совершенно на неё не похожа. Смена настроения была настолько резкой, что на мгновение принцесса растерялась. - Какая она.. красивая. - прошептала она, наблюдая за этой сценой. Грисельда, придерживая второго коня, усмехнулась. - Tan indomable… А вот и твой жеребец, как обычно, демонстрирует свой характер. Следом за ней шёл мощный конь. Высокий, могучий, каждый мускул перекатывался под его лоснящейся чёрной, как смоль, шерстью. Он нетерпеливо всхрапнул, вскинув голову, и его тёмные глаза блеснули умом и дикой, необузданной энергией. Элизабетт шагнула ближе, спокойно протягивая руку. - Ну, привет, Миднайт… Конь фыркнул, чуть вскинул голову и, окинув незнакомку долгим, оценивающим взглядом, нехотя сделал шаг вперёд. Вианэль, наблюдавшая за этой сценой, лишь приподняла бровь. - Почему он такой… характерный? Элизабетт одарила её мимолетной улыбкой, поглаживая тёплую шею верного друга. - Просто не выспался, да, Миди? Конь снова фыркнул, но на этот раз чуть тише, словно соглашаясь с хозяйкой. Виан наблюдала за ними с легкой усмешкой. Она одной плавной, отточенной линией вскинула ногу и очутилась в седле лошади. Движение было безупречным, как у танцовщицы, но звук, сопровождавший его, принадлежал старому воину: в колене что-то глухо хрустнуло - привычно и буднично. Виан этого даже не заметила. - Ну, раз его величество Миднайт не в духе для новых знакомств, можно отправляться, только куда? - спросила она, поправляя поводья. Принцесса, услышав этот странный хруст, резко обернулась, её брови сошлись в тревожной складке. - Что это было? Охранница лишь цокнула языком, с легкой досадой посмотрев на собственное колено, словно на старого, надоедливого знакомого. - Ничего... - небрежно бросила она, отмахнувшись. - Не обращай внимания. Элли нахмурилась. Было ясно, что большего она не добьется. Поняв, что тема закрыта, она перевела взгляд обратно на лес, и на её губах появилась легкая улыбка предвкушения. - ..Тогда… к озеру. - сказала она уже более формально. Грисельда, поправляя потертые перчатки, кивнула: - Сегодня без меня. У меня кое-какие дела... Покажи нашей гостье все окрестности. - она посмотрела в сторону загонов. - Кстати, о делах... - сказала она, поворачиваясь к ним. - Никто из вас не видел толстую пеньковую веревку из сарая? Пропала куда-то, нигде не могу найти... Элли замерла, и ее сердце пропустило удар. Она почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Только не это. Откуда ей знать? Она же не... Мысли путались, она уже открыла рот, чтобы выдать какую-нибудь неуклюжую ложь, но голос Виан, спокойный и ровный, опередил ее. - А, это мы. Прошу прощения, сеньора, моя вина! - сказала та так буднично, будто речь шла о чашке чая. Элли уставилась на нее, не веря своим ушам. Виан указала подбородком в сторону леса, где виднелась верхушка башни. - Веревка там. У дозорной. Принцесса напряглась, готовая в любой момент закричать, что все это ложь, но Виан продолжила, не давая ей вставить ни слова: - Принцесса вчера скучала, и я подумала, что ее можно немного развлечь. Мы хотели сделать качели... Но я пока еще не придумала, где лучше повесить... Лицо Грисельды мгновенно смягчилось. - Качели? Ваше Высочество, дитя мое, нужно было просто попросить! - Я спросила у троих стражников на ночном посту. - не моргнув, ответила Виан. - Они разрешили. Элли молча стояла между ними, переводя взгляд с одной на другую. Она не понимала, что происходит. Как Виан так легко и нагло врет? Почему Грисельда ей верит? И почему эта ложь, такая абсурдная и нелепая, звучала убедительнее любой правды, которую могла бы сказать она сама? Она почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. - Что ж, это меняет дело... - мягко улыбнулась Грисельда, ее строгость полностью испарилась. - Хорошо. Тогда я просто попрошу служанок привезти из города еще веревок для хозяйственных нужд. Поклонившись, она направилась к загону, оставив девушек наедине. Те молча тронулись по тропе, ведущей к королевскому лесу. Ветер шевелил листву над головой, принося с собой терпкий запах хвои и тонкие нотки луговых цветов. Лошади шли шагом, копыта едва слышно шлёпали по влажной земле. Среди этой убаюкивающей атмосферы Элли чувствовала на себе оценивающий взгляд охранницы и сама украдкой её разглядывала. Вианэль держалась чуть позади, как и подобает гвардейке, её спина была идеально прямой, а рука не отрывалась от рукояти кинжала. - Почему ты соврала? - тихо спросила она, не поворачивая головы. Виан не ответила сразу, и Элли уже подумала, что ее проигнорировали. - Это было необходимо... - наконец донесся до нее ровный голос гвардейки. Элли удивленно обернулась. Виан смотрела куда-то вдаль, на верхушки деревьев. - Но... Когда я увидела вчера твою веревку у башни... - Виан сделала паузу, и в ее голосе прозвучала нотка насмешки. - Я и правда подумала о качелях. - она тяжело вздохнула, словно сетуя на судьбу. - А теперь, благодаря моей блестящей импровизации, мне и вправду придется её делать. Иначе сеньора с меня не слезет... Элли смотрела на нее, не зная, что и думать. Она открыла рот, чтобы спросить что-то еще, но в повисшей тишине Миднайт резко фыркнул, недовольно встряхнув головой. Элизабетт с удивлением взглянула на своего коня, а затем неожиданно мягко улыбнулась. - Что такое, Миди? Ты устал? - произнесла она, наклоняясь ближе и ласково поглаживая его по короткой мягкой гриве. Конь остановился, тяжело переступая копытами, снова фыркая, будто жалуясь. - Там... - Вианэль указала на большое упавшее дерево. - Можно сделать привал. Элизабетт взглянула в сторону, куда она указывает, затем посмотрела на своего коня. - Миди не любит просто так ходить, ему нужна скорость! - с лёгким смехом добавила она. - Капризный... - сухо заметила гвардейка, без тени веселья. - Вы его избаловали, ваше Высочество. Миднайт фыркнул в ответ, и Элли тихо рассмеялась. Подойдя к дереву, она соскользнула с седла и медленно подошла к лошади Вианэль. - А как зовут твою подругу? - с любопытством спросила она, проводя ладонью по блестящей шее лошади. Виан вдруг прыснула. Сначала тихо, потом громче, искренне, сбросив на миг маску суровости. - Что такое? - удивилась Элли, оглядываясь. - Я сказала что-то смешное? - Нет... просто... - Виан покачала головой, всё ещё улыбаясь, и кивнула на свою лошадь. - Каприз... Ее зовут Каприз. - она громко, демонстративно прокашлялась, возвращая себе потерянную было строгость. Ей потребовалась секунда, чтобы разгладить лицо и принять подобающий вид. Элли чуть заметно приподняла брови, и уголки её губ дрогнули в ответной, теплой улыбке. Это совпадение показалось ей забавным, но еще больше её тронула эта мимолетная, живая эмоция на каменном лице гвардейки. Пальцы порылись в сумке, откуда она достала сочное красное яблоко и протянула его Каприз. Лошадь радостно потянулась за угощением, с хрустом откусила половину, а затем довольно выдохнула ноздрями, обдавая ладонь принцессы теплым паром. Поглаживая бархатную морду кобылы, сердце Элли вдруг пропустило удар. Её пальцы наткнулись на что-то грубое под мягкой шерстью на лбу Каприз. Заинтересовавшись, она осторожно раздвинула золотистые волоски и увидела его - тёмный, застарелый шрам в форме изящной бабочки. Она провела по нему подушечкой пальца, ощущая жёсткие, вросшие в кожу рубцы. Что-то в этом символе показалось ей смутно, тревожно знакомым. - Этот шрам… - задумчиво произнесла она, не отрывая взгляда от метки, а затем подняла глаза на Вианэль. - Что это? Виан, проверявшая в этот момент уздечку, едва заметно напряглась. Её пальцы на мгновение сжали кожаный ремень, выдавая напряжение. Она не спешила отвечать, взгляд скользнул куда-то в сторону. - Клеймо... - наконец, бросила она коротко и сухо. Элли нахмурилась. - Клеймо? - переспросила она, её любопытство смешивалось с нарастающей тревогой. - Чьё? Кому она принадлежала? Вианэль медленно повернула голову, и её серые глаза потемнели, как грозовое небо. Она прикусила губу, но ответила, глядя прямо на Элли, с вызовом: - Сейчас - мне. А раньше... - она сделала паузу, словно само это слово обжигало ей язык. - Падальщикам. Элизабетт резко втянула воздух ртом, удивленно. Падальщики. Она читала о них в старых хрониках - безжалостные работорговцы, охотники за редкими существами и магическими артефактами, чья жестокость стала легендой. - Падальщики... - прошептала она, и её голос дрогнул. - Они… использовали её? Вианэль ничего не ответила, лишь молча кивнула, проводя рукой по шелковистой гриве Каприз. Холодок пробежал по спине Элли. Она сглотнула, пытаясь отогнать ужасные образы, которые рисовало её воображение. - Но... как она оказалась у тебя? - вопрос сорвался с её губ прежде, чем она успела его обдумать. Гвардейка нахмурилась, челюсть напряглась. Она явно не хотела продолжать этот разговор. Виан отвернулась, её взгляд стал жестким и отстраненным. - Длинная история. - У нас есть время... - мягко, но настойчиво возразила Элли. Девушка резко выдохнула, пальцы крепче сжали поводья, понимая, что принцесса просто так не отстанет. - Была сделка. - отрезала она. - Она пошла не по плану. - Что случилось? - Огонь, крики, лужи крови. - её голос был отрывистым, лишённым эмоций, но Элли видела, как в глубине её глаз мелькнула тень воспоминаний. - Вкратце, была бойня... Но не волнуйся... Никто из них не выжил. Элли замерла, её сердце пропустило удар. Она смотрела на Вианэль, на её спокойное, почти каменное лицо, и не могла поверить. - Ты... ты убила их? - её голос дрогнул. Она невольно отступила на шаг. - Всех? Девушка медленно повернулась к ней. Её глаза были холодны и пусты, как зимнее небо. - Они бы сделали то же самое со мной. С нами... - ровно ответила она, посмотрев на Каприз. - Иногда, принцесса, чтобы выжить, приходится переступить через себя. Земля под ногами словно покачнулась. Уютный, позолоченный мирок, в котором зло всегда было побеждено к последней странице книги, с треском лопнул. Иллюзии осыпались осколками, оставляя её один на один с реальностью - голой, пахнущей не лавандой, а железом и страхом. Внутри всё сжалось в тугой, болезненный узел. К горлу подкатила тошнота. Элли захотелось зажмуриться, стряхнуть это наваждение, но жуткие образы уже въелись в сетчатку. - Всё равно… это жестоко… - тихо ответила она, опустив взгляд. Вианэль устало вздохнула, словно заранее знала, что Элли так скажет. - Я уже всё сказала. Она отвернулась, давая понять, что разговор окончен. Тишина между ними снова стала густой, почти осязаемой. Элли не могла отвести взгляд от гвардейки. Жестокость, смерть, кровь… Но Каприз, такое прекрасное создание, тоже прошло через это… Осторожно, словно боясь спугнуть, Элли снова протянула руку и коснулась прохладного, немного склизкого носа лошади. Животное тихо фыркнуло и доверчиво прижалось к её ладони. - …Каприз редко подпускает к себе кого-то так близко. Особенно после… всего. Элизабетт продолжала гладить прохладный нос, двигаясь выше по морде, однако её пальцы подрагивали. Краем глаза она видела неподвижный силуэт гвардейки. Плечи Вианэль были напряжены, руки скрещены на груди, а подбородок слегка задран - классическая поза обороны. Она молчала. Принцесса пыталась уложить в голове услышанное. Падальщики. Бойня. Убийство. Эти слова не вязались с умиротворяющим пейзажем вокруг. - Я… я читала о них. - тихо нарушила тишину Элли. Голос прозвучал неуверенно, почти по-детски. - В отцовских книгах. Там их называли просто… дикарями. Разбойниками. Но это… - она снова коснулась рубцов на лбу лошади. - Это не просто разбой... Вианэль горько усмехнулась, не поворачивая головы. Звук был коротким и резким, как треск сухого хвороста. - Книги врут, принцесса. - Тогда кто они? - Элли обернулась, её голос стал настойчивее. Ей нужно было понять. - Инструменты, как и я... - после долгой паузы бросила Вианэль. - Оружие. Не более. - Чьё оружие? Гвардейка медленно повернула к ней голову. В её серых глазах не было ничего, кроме усталости. - Всех. Магов, колдунов… Войны.. - Что?! Войны? - Элли шагнула ближе, её любопытство уже нескрываемо прорывалось наружу. Вианэль отмахнулась, словно отгоняя назойливую муху. Её плечи поникли от едва скрываемого раздражения. - Да.. Слушай, какая разница? Война была давно… Не стоит об эт... - Нет! - Элли на мгновение замерла, её губы приоткрылись, но тут же сжались. Она боролась с собой - с вежливой принцессой внутри, которая никогда не перебивала. Но любопытство и нарастающая обида от того, что от неё снова что-то скрывают, оказались сильнее. - Стоит! - вырвалось у неё, громче и резче, чем ожидала. Она сама вздрогнула от своего голоса. - Меня всю жизнь держали взаперти ради "безопасности"! - голос сорвался на крик. - Прятали от мира, который, как оказалось, вёл какую-то войну, о которой нет ни слова ни в одной из моих книг! Почему?! - Почему? - Вианэль пожала плечами, и в ее голосе зазвучал ледяной сарказм. - Потому что в сказках для принцесс нет места правде, где земля горит, а от магии света остаются такие же уродливые шрамы, как и от магии тьмы. Элли отшатнулась. - Расскажи мне… - прошептала она, и теперь в ее голосе была не просьба, а требование. - Я хочу знать все, как есть. Виан посмотрела на нее долгим, тяжелым взглядом. - Рассказывать нечего, принцесса. - ровно ответила она. - Война закончилась. Она сделала паузу, ее взгляд стал холодным и пустым. - А тех, кто в ней слишком выделился, - убили. Всех до единого. Конец истории. Элли замерла, пытаясь осознать жестокую простоту этих слов. - Но кто? Как? Почему?.. Виан ничего не ответила, резко встала, отряхивая с одежды прилипшие листья. Она повернулась к Элли спиной, обрывая разговор. - Я тебе не учитель истории. - Она посмотрела в сторону замка. - Хочешь знать подробности - спроси у родителей. Уверена, у них найдется своя версия этой сказки.