Я тану в твоих слезах

𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖ Суд длился почти месяц. Четыре недели напряжения, показаний, экспертиз. Хосок приходил в зал не как жертва, а как человек. И с каждым днём всё увереннее. На последнем заседании он поднялся сам. Без адвоката. Говорил прямо, в глаза судье. Голос дрожал, но не от страха. — Я не обвиняю его за прошлое. Я обвиняю его за то, что он считал себя вправе решать, кем я должен быть. Я не его собственность. Я не вещь. Я — человек. Юнги, в последний день, не улыбался. Он сидел мёртвым камнем, сжав кулаки. Его адвокат молчал. Все доказательства были против. И вот — приговор: — Мин Юнги признан виновным по статьям 117 и 119. Приговор — 5 лет лишения свободы условно с испытательным сроком, ограничительный ордер в отношении Чон Хосока. Хосок стоял, не веря. Потом зажмурился. И впервые за долгое время — улыбнулся. Не робко. Широко. По-настоящему. --- Новость разлетелась мгновенно. «Омега выиграл суд у альфы!» «Сенсация: Мин Юнги, бывший музыкальный продюсер, осуждён за домашнее насилие!» «Чон Хосок — первый, кто доказал, что омеги — не слабое звено!» Сотни, тысячи комментариев. Сначала с сомнением. Потом с восторгом. Потом с поддержкой. — Я думал, омеги — это просто те, кто сидит дома, — писал кто-то. — А теперь у меня новый кумир. — Он красивый. Но главное — он сильный. — Если бы мой сын был хотя бы наполовину таким, как Чон Хосок… Хосок читал и плакал. У него были тысячи мыслей. Но главная — он не зря прошёл через всё это. Теперь его голос стал голосом для тех, кто ещё молчит. --- Юнги смотрел новости из своей квартиры. Суд не посадил его. Но мир посадил его в клетку. — Омега… — прошипел он. — Это омега сломал мою жизнь? Он скинул телефон на пол. Разбил стакан. — Вы ещё пожалеете. Все. Этот мир совсем сошёл с ума… Его адвокат пытался остановить его: — Мин-сси, сейчас нужно быть тише. Вас и так ненавидят. — Пусть. Я не боюсь их. И я не отпущу Хосока. Никогда. --- А Хосок в это время давал интервью. Один за другим — блогеры, журналисты, активисты. Его спрашивали о боли, о борьбе, о любви. — Да, я с Чонгуком. Он не просто альфа. Он человек. Тот, кто принял меня, когда я сам в себя не верил. Чонгук сидел рядом. Держал за руку. Он не любил камеры, но ради Хосока — терпел всё. — Я не герой, — говорил Хосок. — Я просто не мог больше молчать. --- Но потом он закрылся. Усталость накрыла, как волна. Он лежал в комнате, и всё казалось каким-то нереальным. Победа была, но внутри осталась боль. Чонгук понял сразу. — Давай уедем, — предложил он. — Море. Тишина. Без журналистов. И они уехали. В маленький прибрежный посёлок. Где песок скрипит под ногами, а чайки кричат громче новостей. Там Хосок начал дышать. Танцевать. Писать. Спать спокойно. --- Но Юнги знал, где они. Он не нарушал закон. Но он был рядом. Он следил. Не действовал. Пока. Он копил злость. Зависть. Обиду. И однажды — он выдохнул: — Я верну его. Или уничтожу. 𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖