По следам крови

***

– Геллерт, что ты здесь забыл? Светловолосый юноша в очках с круглой оправой и слегка затемнёнными линзами сидел на подоконнике, с интересом разглядывая интерьер рабочего кабинета Дамблдора. Съёмное жильё профессора располагалось в магической части Лондона, недалеко от Больницы Святого Мунго. Летом, когда все ученики Хогвартса находились при своих семьях, а работы в школе становилось в разы меньше, профессор Дамблдор помогал целителям в больнице и занимался изучением состава и свойств крови различных животных, которые имеют магическое происхождение. Данный раздел науки в своих трудах маглы называют гематологией. Сначала всё начиналось с изучения крови волшебных существ. К своим 35 годам Альбус успел обнаружить 12 способов применения крови дракона, за что получил несколько наград. Неудивительно. О блестящем уме и выдающихся успехах именитого профессора не слышали только невежи и маглы. – На днях я прочёл пару статей…, – начал Геллерт Гриндевальд, сидя на подоконнике, согнув правую ногу в колене, – под каждой из них твоё имя, Альбус. Я впечатлён. – Только не делай вид, что всё это время ты не интересовался тем, чем я занимаюсь, – Дамблдор слегка опешил от такого внезапного и наглого визита. Он постоял немного на пороге кабинета, смотря на молодого человека, затем закинул свою повседневную мантию на софу, – я знаю, что ты следил за мной. Магия, которую ты истончаешь, мне хорошо известна. – А кто сказал, что я пытаюсь скрыть свою магию? Не от тебя так точно. – Геллерт спрыгнул с подоконника, потягиваясь и разминая шею. – Это ты избегаешь контакта со мной, Дамблдор. И причины мне совершенно непонятны. – Непонятны причины? Ты убил мою сестру, Геллерт. Ты выпил всю её кровь, чёрт бы тебя побрал! – Так он и побрал, – тихо произнёс Гриндевальд, избегая взгляда разгневанных глаз Альбуса. – я был не в себе. Я объяснял тебе это миллион раз! Никто не мог предположить, что под бессмертием предполагалось вампирское проклятье. Даже здесь Смерть обставила людей.

***

Летом 1899 года Геллерт Гриндевальд приехал в Годрикову Лощину под предлогом визита своей внучатой тётушки и по совместительству известного историка магии Батильды Бэгшот. Не то, чтобы молодой человек питал тёплые чувства к своей дальней родственнице. Он видел её всего лишь пару раз в поместье Гриндевальдов в Австрии, когда был совсем маленьким. Даже внешность помнил с трудом. На самом деле, юноша был занят поисками трёх Даров Смерти, описанных Бардом Бидлем в сказке о Трёх Братьях. Приехав в тихую деревушку, где время и жизнь словно остановились, Геллерт уже располагал двумя артефактами: бузинной палочкой и воскрешающим камнем. Украсть их не так уж и сложно, если знаешь, кто владелец и где конкретно искать. Грегорович застал наглого вора со старшей палочкой в руках только тогда, когда тот спрыгивал с окна второго этажа мастерской, а недалекий тупица Марволо Мракс и вовсе не заметил пропажи фамильного кольца с непримечательным чёрным камнем. Непримечательным, как же. Когда Мраксов не было дома, Гриндевальд проник внутрь и нашёл кольцо в самой обычной деревянной шкатулке, стоявшей на каминной полке в хозяйской спальне. Никаких замков, никаких чар. Гриндевальд постарался изучить каждое ответвление семьи Певереллов, чтобы проверить их на наличие древних могущественных реликвий. Семьи передают дары из поколения в поколения, но даже не подозревают, что именно держат в своих руках. Генри Поттер также не осознавал ценность искусно изготовленной серебренной мантии, которая пылилась на чердаке дома. Геллерт легко и быстро нашёл общий язык с молодым Поттером, который был старше него лет на 5-7. Гриндевальду не составило труда одолжить у него мантию невидимости, которой Генри совершенно не пользовался. Но вот дружба с Альбусом Дамблдором не входила в планы молодого австрийца. Что поделать, везде есть свои нюансы. Полезные и приятные нюансы, если подумать. Талантливый и умный союзник явно не помешает, когда ты хочешь пойти против устоявшихся в обществе правил и установленных магическим министерством законов. Альбусу пророчили великое будущее, он был начитан, преуспевал в алхимии и наложении заклятий. Полезное и выгодное знакомство. А с каким восторгом и азартом в глазах он смотрел на Гриндевальда, когда тот делился с ним своими идеями и открытиями. Чистейшее обожание. Влюблённая душа… А с какой страстью он желал Геллерта и отдавался летними ночами! Это уже приятные последствия знакомства. Завладев всеми Дарами Смерти, Геллерт ожидал некого чуда. Должно же было что-то произойти! В легендах говорилось о могуществе, о силе и непобедимости. Тот, кто обладает тремя реликвиями, одолеет саму Смерть – обретет бессмертие. Оно, конечно, так, но... Не лишаясь магических способностей, Геллерт стал вампиром. Превратился он не сразу, изменения происходили последовательно. Первые два дня Гриндевальд чувствовал, что магического ресурса в нем стало гораздо больше, чем раньше. Он с легкостью побеждал Дамблдора на дуэлях, которые они старались ежедневно устраивать на опушке леса недалеко от Годриковой Лощины. Затем Геллерт постепенно отказался от еды, сам того не заметив. Аппетит пропал совершенно. Даже ароматная выпечка Арианы Дамблдор, сестры Альбуса, не соблазняла парня. Геллерт, между прочим, обожал ореховое печенье, булочки с кардамоном и пироги с садовыми яблоками и постоянно таскал их с кухни Дамблдоров, когда оказывался в гостях. Гриндевальд поначалу думал, что просто заболел и не придавал этому значение. Поесть раз в трое суток? Подумаешь! Я просто очень занят. На улице жарко, не до еды. Силы есть? Есть. На Альбуса хватит. Всё шло своим чередом, казалось более-менее обыденным. Ничего не предвещало беды. Читаешь книги, пьёшь чай с тётушкой Батильдой после обеда, оттачиваешь мастерство в заклинаниях, проводишь дуэли, с жаром ведёшь полуночные беседы с Дамблдором, а потом не менее пылко отсасываешь ему между книжных стеллажей. Однажды утром Геллерт встал не с той ноги. Так ему казалось. Настроения было скверное, хотелось…ненавистно впиться кому-нибудь в глотку. Оказалось, что буквально. Этот день он помнит с трудом, воспоминания окутаны густым туманом. Ощущение, словно тебя опоили всевозможными зельями, а затем резко влили в глотку отрезвляющее. В какой-то момент, Геллерт очнулся ото «сна». Вокруг него маячили братья Дамблдоры, ругаясь и крича друг на друга. Показалось, что младший брат накинулся на Альбуса с кулаками. За достоверность этого факта австриец не ручался, но рукопашная драка – это вполне в духе Аберфорта. Голова Геллерта раскалывалась, а сам он сидел на полу, сжимая в руках Ариану. Бездыханное тело Арианы было еще теплым, но лицо было совершенно бледным, словно обескровленным. Во рту чувствовался яркий железистый привкус крови. Геллерту казалось, что он спит, но крики братской разборки, яркий свет от окон, звон в ушах и запах свежей крови приводил в чувства. Он убил Ариану Дамблдор. Растерзал бедняжке всю шею. Её глаза были открыты, а рот был искривлён от ужаса. Девочка явно кричала и сопротивлялась во время жестокого убийства, но чудовище в лице Гриндевальда её не слышало. Его новообращенный внутренний зверь слышал лишь шум её крови по венам и биение крошечного сердца. С этого момента Геллерт осознал, что именно подразумевалось под Даром Смерти. Проклятие и бесконечная жажда крови. Спасибо, Смерть.

***

– И ты считаешь, что я просто должен был закрыть глаза на факт твоего вампиризма и продолжить с тобой общаться? Что если бы на месте Арианы оказался я? Не в тот день, так в другой. Я вполне мог быть мёртвым, если бы остался подле тебя. – Альбус подошел ближе к Геллерту, чтобы впервые за пятнадцать лет взглянуть в лицо этому наглецу. Отчего-то Гриндевальд сделал шаг назад, уперевшись руками в подоконник. Такая реакция была непонятна Альбусу. Он предположил, что бывшему товарищу попросту тяжело находиться рядом с живым существом. – А, то есть смерть твоего младшего брата тебя бы не расстроила? – покачал головой Гриндевальд. – Я справлялся со своей жаждой довольно неплохо после инцидента с Арианой. Сейчас и подавно, к твоему сведению. Как бы жестоко это не звучало, но она необходимая жертва. Да, случайная, но необходимая. Я сожалею об этом. Дамблдор продолжал смотреть на Геллерта, тяжело втянув воздух в лёгкие. Он пытался рассмотреть лицо, которое не состарилось ни на день. Альбус, конечно, и сам не слишком отличался внешне от себя двадцатилетнего. Прошло всего-то пятнадцать лет. Совсем нечего, если в твоих жилах течёт волшебная кровь. Но он хотя бы возмужал и приобрёл парочку морщин под гнётом времени, а Геллерт остался точно таким же юношей, которого Дамблдор встретил в доме Батильды в 1899. Лишённая румянца гладкая кожа казалась мрамором с редкой и еле заметной сеточкой кровяных сосудов. У Геллерта довольно острые скулы, но лицо сохранило лёгкую юношескую припухлость в силу раннего возраста, в котором Гриндевальд останется навсегда. Заметив, что Дамблдор его рассматривает, Гриндевальд медленно снял очки, сложил их и положил в карман своей дорожной мантии. Он неспеша посмотрел на Альбуса и ухмыльнулся, удовлетворённый реакцией товарища. Глаза Дамблдора сделались шире, когда он столкнулся со взглядом Гриндевальда. Цвет глаз Геллерта был всё еще серо-голубым, но намного светлее, чем раньше. Ободок радужки был тёмным, зрачки не реагировали на свет в помещении. Если не знаешь, что за существо перед тобой, то можно предположить, что этот человек слеп. Дамблдор долго всматривался в его глаза. Гриндевальда начало раздражать затянувшееся молчание. – Красивые, правда? – спросил Геллерт, склонив голову к правому плечу. – Я бы так не сказал. Они ужасны. Ты не человек, Геллерт. У тебя словно душу отняли. – Это не мешает моим глазам быть красивыми. Некоторых людей они пленят, кого-то пугают, поэтому приходится прятать их за стёклами тёмных очков. Ты, видимо, относишься к тем, в кого мой взгляд вселяет ужас. – Гриндевальд скорчил удивленно-испуганную гримасу и подошел ближе к Альбусу, встав на расстоянии вытянутой руки. Он чувствовал, что Альбус не испытывал ни страха, ни омерзения в его сторону. Дамблдор злился, но однозначно испытывал любопытство и не хотел, чтобы гость уходил. – Знаешь, я могу изменить эмоциональный фон в комнате или даже загипнотизировать тебя, чтобы ты перестал гневаться и начал со мной разговаривать, – не унимался Гриндевальд, пытаясь раскрутить бывшего любовника на разговор. – Можно и Империус сразу наложить. Ты же не разучился колдовать, пока изучал и совершенствовал вампирические способности? – Альбус с силой заставил себя отвести взгляд от глаз Геллерта. В голову профессора закралось подозрение, что Гриндевальд уже во всю использует на нём гипнотические чары. Дамблдор отошёл к рабочему столу, сел за него, не глядя на вампира, и открыл тетрадь с собственными записями. – Геллерт, я ужасно устал и у меня много работы. Попрошу перейти ближе к делу, я не намерен перепираться с тобой до самого утра. Ты прочитал мои статьи…и что? Не говори мне, что это просто повод завязать разговор спустя столько времени. Это неуместно. Что ты от меня хочешь? – Ты изучаешь кровь магических существ. И я уверен, что животными всё не ограничивается. Ты же не зря решил расположиться неподалеку от больницы Святого Мунго? – Гриндевальд направился за Дамблдором и сел на край стола, окинув тот быстрым взглядом. – Я посещаю больницу в качестве волонтёра. Помогаю целителям лечить волшебные вирусы и искать противоядия от неизвестных болезней, предоставляю им зелья и эликсиры. Не поверишь, но помогать людям очень приятно. – Дамблдор делал вид, что просматривает свои записи, но от разговора не отвлекался. – Да брось, ты буквально имеешь доступ к разнообразному биологическому материалу, который можно изучать. И никто тебе ничего не скажет в силу твоего статуса и научного интереса. Ты же всего на всего помогаешь, поэтому я…, – Геллерт не успел договорить, так как Альбус резко перебил его. – Поэтому ты считаешь, что я имею доступ к донорской базе? Ты же не хочешь попросить меня стать твоим поставщиком крови? – Нет, мне это не нужно. Ал, я хочу попросить тебя изучить мою собственную кровь. Альбус легонько оттолкнулся ладонями от края стола на спинку стула и снял очки-половинки, начал растирать кончиками пальцев свои виски. Он обдумывал предложение Гриндевальда перед тем, как расспрашивать его дальше, но уже заведомо знал, что согласится на эту авантюру. Изучение вампирской крови открывало целую уйму возможностей для науки и медицины. Возможно, кровь Геллерта единственная в своём роде, учитывая, как именно он обрёл Дар. Нельзя упускать такой шанс. К тому же, в литературе и научных трудах нет зафиксированных случаев, при котором волшебство остаётся в теле вампира, если тот был волшебником во время своего смертного существования. Вампиры, о которых известно и которых Министерство Магии относит к разумным существам, но не ставит их на одну ступень с волшебниками и волшебницами, не могут колдовать. Данный вид существ практически не изучен, вампиры сами этого не позволяют и за долгие годы своего существования научились скрываться даже от магов. Мало того что Геллерт – единственный вампир, которого Альбус знал, так он ещё и волшебник. Уникальнейший случай, профессор Дамблдор! – Геллерт, ты предлагаешь мне то, что раньше было недоступно волшебному миру, – уголки губ вампира слегка дрогнули, грозя превратиться в победную улыбку, когда он услышал эту фразу. Геллерт понял, что Альбус попался на крючок. Дамблдор продолжал говорить. – Зачем тебе это? И в конце концов, я уверен, что ты и сам способен изучить собственную кровь. – Я действую сугубо из личных интересов, меня не волнует, что ты откроешь для магического сообщества. Но это неплохая возможность для тебя, не так ли? Очередные «12 свойств крови» и какая-нибудь награда. Ты явно более осведомлен в гематологии, чем я. Это дело всей твоей жизни, которым ты горишь. – Геллерт махнул рукой возле своей головы, словно прогоняя прочь навязчивые мысли, и снова окинул взглядом кабинет Дамблдора. По периметру комнаты были расставлены книжные стеллажи, на полках которых помимо книг располагались различные колбы, наполненные и пустые флаконы, банки с ингредиентами для зелий и хрупкие серебренные приборы. Рядом с расположившейся по центру комнаты тёмно-изумрудной софой стоял небольшой столик из красного дерева, который служил подставкой для разной мелочи и канделябра на три свечи. Около подсвечника Геллерт заметил две колдографии в рамках. На первой были изображены Аберфорт с Арианой, на голове которой покоился венок из садовых цветов. Брат и сестра улыбались, смотря в объектив камеры. Ариана время от времени отвлекалась, подзывала кого-то, кого не было в кадре. Геллерт помнил, что девочка звала Альбуса и его самого, но юноши в тот момент стояли за спиной колдографа и наблюдали за тем, как делается изображение. Увы, общей волшебной фотографии они так и не успели сделать из-за спешки моменталиста. Зато Геллерт с Альбусом получили совместную колдографию, которая также стояла в рамке на столике. Изображение двух счастливых парней не вызвало в Геллерте тёплых воспоминаний о прошлом, но заставило отметить нынешнюю сентиментальность Дамблдора. Альбус ничего не ответил на колкость про «очередные» свойства крови и награду. Его не особо волновали почести. Он действительно занимался анализом крови существ из-за собственного научного интереса. Написание «двенадцати свойств применения» не имеет смыла, если ключевой ингредиент невозможно достать. В отличие от крови дракона, кровь вампира не продаётся в алхимических лавках, подпольно тоже. Велика вероятность, что, покупая «вампирскую» кровь в Лютном переулке, продавец просто подсунет горе-покупателю кровь летучей мыши. Поэтому Альбус сразу понимал, что достоверность его исследований будет под вопросом, если он попытается их опубликовать. Эта информация для закрытого круга. Это исследование тёмной магии, а профессору знаменитой школы чародейства и волшебства не пристало изучать подобное. Но когда это останавливало Альбуса Дамблдора? – Вампирскую кровь будет невозможно ввести в общественное пользование, если я найду что-то любопытное. А ты не сможешь и не захочешь быть бесконечным донором для алхимических компонентов. – Альбус скрестил руки на груди, посмотрел в светлые глаза блондина. – Я проведу это исследование для тебя, потому что мне самому любопытно. Вампирская кровь, пропитанная сильной магией, на дороге не валяется, Геллерт. – Иногда валяется, если мне приспичит внезапно отдохнуть…, – Гриндевальд без тени улыбки на лице повернул голову в сторону Дамблдора и взглянул на него сверху вниз. – Значит ты согласен работать вместе? – Да. – Альбус кивнул, и Геллерт заметил, как в глазах Дамблдора разгорелось пламя азарта. На секунду показалось, что даже его рыже-каштановые волосы, собранные в низкий хвост, стали ярче. – А теперь повторю свой вопрос, на который ты так и не дал ответа. Зачем тебе понадобилось изучение собственной крови спустя 15 лет бессмертия? Почему именно сейчас? Геллерт посмотрел на открытое окно, затем снова обратил свой взор на колдографию с двумя смеющимися юношами. Альбус продолжал пытливо смотреть на вампира. – Я хочу снова стать смертным.