Любовь

Любовь — это хотеть его. Всегда. Ло бы и дальше жил пусто, отстраненно и немного равнодушно. Не то что бы это был особый выбор, скорее профдеформация наложилась на без того угрюмый характер, смыв последние признаки на какие-либо эмоции, кроме раздражения. В любом случае, жизнь Ло текла ровно, ровно и в никуда, и не то что бы он был против. Просто привык. Когда теряешь абсолютно все, что тебе дорого, одно за другим, сил на улыбки уже не остаётся. Он моет руки, надевает перчатки и отправляется на операцию. После операции вместе с чувством облегчения приходит также пустота. Приходит тоска, которую нечем заполнить. После очередной операции, избегая благодарностей от родных пациента, он выходит на улицу немного подышать. Льёт дождь, капли больно бьются о крышу и плюхаются в лужи. В мокром воздухе всплывают нотки сигаретного дыма, и Ло замечает фигуру, которую не видел до этого в клинике. Поверх медбратского халата была надета пуховая куртка. В зубах сигарета, на щеках — лёгкий, лёгкий румянец. Ло соврет, если скажет, что не пропал практически сразу же. Парень ощущает чужое присутствие, поворачивается, и улыбается, разбивая каменную броню сердца Ло окончательно. — Здравствуйте, — он слегка наклонил голову. Ло в ответ лишь смущённо кивнул и отвернулся. Дождь продолжал лить, словно желая затопить весь город. Парень продолжал курить. В какой-то неловкой понимающей тишине, парень, потушив сигарету, возвращается в клинику. А Ло не понимает, что происходит в его грудной клетке. *** Ло не замечает, как лёгкий интерес перерастает в настоящую обсессию. Все его мысли крутятся вокруг парня, а когда он его видит — исчезают полностью, потому что в основном он занят тем, что разглядывает Санджи с ног до головы. Ему нравится в Санджи абсолютно все: от милой курчявой брови, которую он прячет за чёлкой, до его лёгкого флирта с девушками и медсестрами. Ему нравится, как он зажимает пальцами сигарету, как задумчиво смотрит в небо, выдыхая дым. И чем дольше он думает о нем, тем больше боится пригласить куда-нибудь. Ситуация и вправду двоякая. Ло высоко ценится в клинике, является лучшим её специалистом, и, неформально, конечно, но имеет определённое влияние. Санджи — начинающий медбрат, который может просто испугаться отказать. Этого Ло не хочет. Поэтому, пока берет свою жижу из автомата, смотрит на него чуть ли не в открытую, чуть ли не в упор. Пока мысли внутри борятся между «просто невинное приглашение, успокойся» и «если он отошьет меня, умру или я или пациент на столе», Ло замечает, что у Санджи ещё есть ямочки, когда он улыбается. И от этого Ло готов расстаить. Санджи аккуратно переводит на него взгляд, и Ло, которого отделяют от тридцати зрелых лет какие-то считанные годы, отводит взгляд и как провинившийся школьник смывается в кабинет. *** Ло никогда особо не влюблялся. Было один раз, закончилось не очень. Да и не сказать, что было сильно. Это Ло влюблённостью называть не хочет. Интерес — да, возможно. Обсессия? Да, ну с кем не бывает, когда видишь молодого, красивого и замечательного парня, который, кажется, попадает абсолютно под все твои запросы. Ло фыркнул сам про себя. Какая там любовь. Просто… произошло что-то. Он пока сам не понимает. И пусть таким не увлекается, но сейчас просит своих любопытных и навязчивых, но все равно любимых друзей проверить его под соцсетям. Эти падальщики словно ждали под дверью, появились за секунду, сели за его ноутбук и за две минуты проделали всю детективную работу. Ло жадно просматривает его профиль в инстаграме, вглядывается в каждое фото, на котором он, конечно, также невероятно красив. Они просматривают подписки: новостные и кулинарные каналы идут в ряд, пока дело не доходит огромного количества людей, не являющихся знаменитостями. Друзей много, так много, и со всеми фотографии какого-то интимного характера: в кафе, наедине с зеленоголовым недовольным адкоголиком, с каким-то прожорой, красавчиком в странной шляпе. Ло даже не имеет на это право, но сгорает в ревности. Друзья подбадривают, только какой смысл. Голос внутри говорит, что даже идиот не упустит такое солнышко, как Санджи. Кто-то из них наверняка является его парнем. *** Ночные дежурства Ло не любил. Режим итак был сбит к чертям, а подобный график не давал возможности его наладить. Впрочем, в этом был свой плюс, потому что их с Санджи смены часто совпадали. Хоть Санджи, словно бабочка, и летал туда сюда по мелким поручениям, Ло все равно было приятно за ним наблюдать. Укутываясь своими мыслями, Ло делал глотки своей жижи, когда по коридору послышались тяжёлые шаги. «Господи, нет», — подумал Ло, закатив глаза. В приёмном отделении возник Юстас Кид — несовершенная ошибка молодости. Первая серьёзная операция Ло, когда стоял вопрос жизни и смерти. Пока отходил от наркоза, несколько раз признавался ему в любви. Такое бывает, но этот идиот не отставал даже после операции. И хоть прошло уже много лет, каким-то образом общение между ними сохранилось, хоть и в слегка флиртующем, но, слава богу, дружеском виде. Юстас оглядывает приемное отделение и улыбается, когда видит Ло. — Какая удача, сразу нашёл тебя, — улыбнулся он, но его улыбка всегда была ближе к оскалу. — Какое счастье, ты на своих двоих, — буркнул в ответ Ло. Юстас Кид — коп, часто работающий в ночные смены, а в выходные — любящий потрепать ему нервы. Ло с искушением смотрит на кофе из старбакса и пончики, которые он принёс ему. — Волшебное слово? — усмехнулся Кид. — Могу показать волшебный палец, — Ло поднял средний, на что раздался смешок. Они сели в кресла. Кид рассказывал о своём дне, когда в поле зрения появился Санджи, что не мог оторвать взгляда от них. Поймав ответный взгляд, Санджи лишь смущённо возвращается к своим делам. — Вижу, тебе здесь и без меня весело, — присвистнул Кид. — Без тебя мне всегда веселее, — буркнул Ло, на что Кид пригрозил, что в следующий раз возьмёт с Ло деньги за нормальный кофе. *** Операция была тяжёлая. Были дни, когда Ло хотел работать только с такими: когда жизнь висит на волоске, задача невыполнимая, сложная, но ты её выполняешь. Со временем, Ло был рад, когда количество подобных пациентов сокращалось. Может, с опытом и возрастом пришло понимание цены жизни, может, он просто устал. Может, и то, и то. В любом случае, операция, несмотря на тяжесть, заканчивается успешно. Услышав овации от родственников и бесконечные благодарности, он слегка улыбается от гордости собой. Выходит он поздно с мыслью о хорошем виски, который он заслужил. На улице видит Санджи, что курил, смотрев в небо. Заметив его, он повернулся, улыбнувшись. — Мистер Трафальгар, — он вынул сигарету, — Поздравляю вас с успешной операцией. Не перестаю удивляться вашему таланту. В груди Ло так тесно, но это, наверное, первая похвала ха долгое время, которая вызывает у него искреннюю, яркую улыбку. — Спасибо, — ответил он, — Санджи… ты не против немного выпить? *** В любой другой ситуации, Ло сказал бы, что события развиваются слишком быстро, но в данной ситуации он не жалуется. Часы за разговорами пролетели незаметно, затем поцелуй, такой пьяный, сладкий, необдуманный, но до одури хороший. Время словно прыгало, и Ло не заметил, как они доехали до его дома, добрались, открыли дверь — в его голове были только поцелуи, только Санджи. Ло хочет его. До безумия. Он раздевает его, прижимает спиной к себе, нетерпеливо снимает рубашку, языком проходит по шее, плечам, жадно изучает руками его тело, после чего нетерпеливо расстегивает его пояс. Санджи в его руках тает, поддаётся ласкам, а также трется ягодицами об пах Ло, чем возбуждает сильнее. Ло не знает, чего он хочет больше, также целовать его, бродить ладонями по телу, оставлять отметины, или целовать его губы, наслаждаться их вкусом. Санджи решает за него, поворачивается, спускает с него брюки, сжимает ладонью член, параллельно целует его. Ли сносит крышу, и кончает спустя несколько минут. Санджи говорит о необходимости душа и подготовки, Ло согласен, хотя ждать ему сложно. Он бродит по квартире, поправляет постельное белье, достаёт смазку и презервативы, которые ждали своего дня несколько месяцев. Сегодня был сложный и ему самому бы принять душ, но его терпение, по правде, на исходе. Он хочет Санджи. Здесь, сейчас, много. Его всего, каждую секунду. Словно странник, нуждающийся в воде после дороги по пустыне. Санджи выходит из душа с полотенцем на бёдрах. Ло использует остатки разума, чтобы не отправить это полотенце к черту. Облизывает губы, целует его, но все же направляется в душ, где пытается спустить хотя бы половину пара, чтобы не пугать Санджи. Ему хочется быть не просто хорошим, ему хочется быть лучшим. Единственным. Чтобы и Санджи снесло от него крышу также, как Ло сносит от него. Возвращаясь в спальню, он видит, как Санджи растягивает себя, нетерпеливо проталкивая пальцы в анус. Ло наблюдает за этим с жадностью, замирает. Санджи поворачивается к нему и смущается, откладывая смазку. Ло подходит ближе, нависает сверху и теперь берет всю работу на себя. Он растягивает его медленно, осторожно, вводит сначала один палец, затем два. Санджи закусывает губу от нетерпения. Ло и сам едва держится, быстро раскатывая по члену презерватив. Он устраивает Санджи, который обхватывает его ногами, и входит в него. Санджи слегка вскрикивает, после чего толкается на встречу, сжимает, жадно целует и позволяет покрывать свою шею отметинами. Ло наслаждается им всем, полностью. Ему мало его тела. Если бы он мог, он бы хотел, чтобы они соприкоснулись душами, сущностями: ему бы хотелось изучить его полностью, по-разному. Он кончает, выходит. Санджи поворачивается спиной, встаёт в коленно-локтевую: впереди вся ночь, впереди новые ощущения и изучения друг друга. Засыпают они лишь под утро. После душа, Санджи придимается к разгоряченному телу Ло, который, уткнувшись в его макушку, наконец-то находит мягкий, расслабленный сон. *** Начало отношений они не афишируют, но искры чувствуют все. Но Ло, конечно же, наплевать. На других он уже практически не обращает внимания. Ло кажется, что это нормально. Все говорят, что просто влюблённость, гормоны — со временем поуляжится, но проходит месяц, второй, а он хочет Санджи все больше и больше. Просто какое-то безумие. В отделении все ещё появляется Кид, и на одном из дежурств их беседу прерывает Санджи, заявляя, что Ло ждёт главврач. Они направляются к кабинету, и у входа Санджи аккуратно берет Ло за руку, заглядывает прямо в глаза. — Почему он так часто приходит сюда? Ло в вопросе не видит никакого подвоха. Даже в легком румянце, прищуре, тоже не видит. Отвечает легко и без задней мысли. — Заняться нечем, — пожимает плечами Ло и хочет постучать в кабинет, когда Санджи смущённо его прерывает. — Она вышла. В принципе, это неважно, можешь завтра обратиться, — сказал Санджи, быстро отправившись по своим делам. Ло слегка нахмурился, после чего улыбнулся, поняв, что же это все значило. *** Ло не нащупывает его наутро в постели, зато нащупывает его подушку, прижимает к себе, вдыхает аромат. В какой-то момент подушки становится мало, и он встаёт, идёт на чудесный запах яичницы и находит своего кулинарного волшебника, который, стоя в одних боксерах и фартуке, творил магию. Ло так хотелось бы его обнять, как во всех этих тупых ромкомах, но мешать ему он не отваживается, терпеливо дожидаясь своего чудесного завтрака. Когда завтрак съеден, а посуда вымыта, Ло хватает Санджи и нависает сверху на кровати. Ло целует его, после чего обхватывает его пояс бёдрами. — Не пущу тебя никуда больше, — он перехватывает его руки над головой, — Теперь будешь жить со мной, — Санджи похлопал глазами, после чего улыбнулся. Ло улыбнулся в ответ, навис для поцелуя. Санджи обвил его шею руками, после чего они сплели пальцы. *** Любовь — это бесконечность. Любовь это энергия, питающая человека. Энергия не берётся из ниоткуда и никуда не исчезает. Как и любовь, страсть и безумное желание быть с Санджи у Ло. Кто-то говорил, что влюблённость пройдёт, придёт быт, и любви придёт конец. Были ссоры, была ревность, были слезы, были крики. Но печального конца — никогда. Санджи носит на руках их малышку, которой недавно исполнилось три. Они отмечают её день рождения в зоопарке, потому что та давно об этом мечтала. После этого — детское кафе, и Ло, пока несёт поднос с их едой, не может не зависнуть и не смотреть на Санджи, разглядывая каждую черточку лица, которую он знает наизусть. Санджи отрывается от устройства дочери и поворачивается к супругу, после чего вопросительно улыбается. — Люблю тебя, — просто отвечает Ло, целуя его в лоб. В такие моменты не существует никакого прошлого, в котором Санджи не было.