Цепочка случайностей.

Изначально сегодняшний день не предвещал ничего необычного. Первыми из города вернулись Балкхед и Мико. У девчонки уроки закончились раньше, чем у Рафаэля и Джека, потому вместе с разрушителем она смотрела телевизор да болтала о том, о сём, чем сильно мешала Рэтчету. Потом подтянулся и Раф, с ним, собственнно, и Бамблби. Вместе со своими напарниками дети занимались каким-то делами, не касающимися борьбы с десептиконами. Джека не было довольно долго из-за того, что тот отрабатывал смену в своей забегаловке, и всё же вместе с Арси они прибыли на базу автоботов. Для полного состава не хватало только Оптимуса, который сейчас был на миссии, и Уилджека, занятого непонятно чем и непонятно где. В прочем, такой расклад событий не казался удивительным. Опять эта обезьяна с гранатой покинула пределы города и явно поддавала жару врагу. Всё же Джеки разрушитель, ему только побольше взрывов да стрельбы и подавай. Он не из тех, кто будет сидеть и ничем не заниматься. В любом случае нельзя сказать, что было скучно. Только Рэтчет не участвовал во всем происходящем, занимаясь своими делами насущными, хотя иногда и поглядывая на команду. Сколько бы он не злился на этот шум, он к нему привык, и просто не мог представить такую.. Тихую, безмятежную базу без сорванцов-детей, трёх автоботов, сейчас занимающихся своими подопечными, и, самое главное, не смог бы представить это поглощающее чувство одиночества, когда вокруг тебя никого нет. Сейчас его одиночество было совершенно иным. Возле него были те, к кому он мог в любой момент присоединиться, и просто отдохнуть от своей извечной учёной деятельности. А вот вернётся Оптимус.. К слову, базу он не представлял и без лидера автоботов. Того, к кому он относился с теплотой всегда, и, хотя время от времени пытался показывать свой скверный характер, но всё равно быстро ломался, и снова вёл себя паинькой и хорошим компаньоном, для которого Оптимус был дорог всегда. Мимо с шипением пролетел энергетический импульс, от которого Оптимус успел укрыться, зайдя за нагромождение металлических ящиков. На плацу лабораторного комплекса, на который штурмом напали десептиконы, стояла стена пыли, покрывшая больших роботов двухсантиметровым слоем серо-коричневой грязи. Выдохнув, лидер автоботов оглянулся по сторонам, чуть высовываясь из-за своего временного места «пряток». Пришлось даже спешно протереть манипулятором защитную пластину, ведь та, во время битв закрывающая его фейсплейт, сильно испачкалась, и это нервировало. Когда на базе начала пищать сигнализация, а на главный компьютер поступило сообщение от Фоулера о том, что одна из довольно важных лабораторий подверглась нападению вражеской силы, поднялось негодование. Сегодняшней день не обещал ничего подобного, всё должно было пройти без происшествий. Немного посовещавшись на эту тему, было принято решение выдвигаться. Сотрудники и большая часть охраны объекта успели покинуть зону штурма, и потому для людей не было особой угрозы. Зато угроза была оборудованию и некоторым экспериментальным образцам, содержащимся в наземной части «лагеря» людей, изучающих артефакт. Сконцентрировавшись на главном, Прайм постарался определить местоположение всей своей команды, чтобы отдать соответствующие указания в случае, если оно необходимо. В стороне Арси ловким движением серво оторвала шлем противнику, после чего с невероятной грацией отскочила в сторону и заменила свои клинки на манипуляторах на бластеры; неподалёку от неё Би трансформировался, проскакивая мимо инсептикона, не успевшего отследить изменения автобота, чем поплатился своей собственной искрой. Балкхеда видно не было, зато отчетливо послышался треск разбитой стены в здании, находящемся относительно близко к самому Прайму. Значит, их разрушитель всё также выполняет свою главную функцию, и расправляется с десептиконами. Славно. Вот только он не смог определить местоположение Рэтчета. Вообще, изначально Оптимус был против того, чтобы брать врача на довольно опасную миссию. Почему-то была уверенность, что его друг может сильно пострадать, и вообще принесёт тогда больше проблем, чем пользы. Однако сам же Рэт выразил чёткое желание помочь, оправдываясь тем, что им всем может понадобиться медицинская помощь на поле боя. Он даже при всех пообещал, что будет предельно осторожен, и осторожно положил ладонь на чужое предплечье, чуть меняясь в фейсплейте. Конечно, для других это мало что означало, вот только Прайм не смог не потеплеть, видя этот просящий взгляд прекрасной голубой оптики. Да и жест.. О нет, всё таки надо сказать ему прекратить так делать. Это запрещённый приём. В конце концов на базе остались дети и агент Фоулер, отвечающие за связь и активацию в случае непредвиденных ситуаций граунд бриджа. Зато сейчас Оптимус не мог понять, где его «личный медбот», как иногда позволяли себе пошутить другие (в особенности Уилджек, за такие слова получивший однажды по шлему), и очень с этого был недоволен. К своему счастью, вскоре объект его переживаний показался, когда парочка десептиконов попытались ворваться в главное здание, где и было нужное оборудование. Сначала все было хорошо, открылась металлическая дверь, вот только уже после этого одному из них отрезало голову резким рывком клинка, а второй, успевший сделать только два выстрела впустую, располовинило. Уже безжизненный корпус упал на пыльный бетон, и только иногда подёргивался, лежа рядом со своим товарищем по несчастью. Промелькнувший бело-красный силуэт вызвал у Прайма совсем слабую, незаметную за пластиной усмешку. Хотя оптика его всё так же была сурово выглядящая. Немного подождав, когда огонь в его сторону стихнет, лидер автоботов внезапно сорвался с места и быстро побежал в сторону помещения, где спрятался врач. Много времени на это не потребовалось, да и все летящие в его адрес выстрелы Прайм умудрялся обходить, потому никакого вреда он не получил. Подскочив к двери, лидер автоботов довольно громко позвал Рэтчета. Внезапно металлические ворота открылись и Оптимуса схватили за манипулятор, пальцы крепко сжали запястье, и тут же избранного затянули внутрь, уберегая от новых выстрелов, оставивших в стене огромные чернеющие по краям отверстия. Когда же дверь за его спиной закрылась, лидер автоботов глянул на врача сверху. Рэт выглядел получше, чем остальная команда. Он особо не участвовал в сражении, и в основном был тут, защищая важное оборудование от врагов. Да и к тому же, недавно сам Оптимус слышал, как учёный жаловался на свои системы, и поэтому просто не позволил тому находиться в открытом сражении. Сейчас же.. Они были в относительной безопасности. Конечно, предводитель вот-вот должен будет вернуться к ребятам, которым явно не помешает помощь, но и убедиться, что с не менее важным звеном их группы всё будет хорошо, он должен был. Засмотревшись на голубую оптику, Прайм и не заметил, как Рэтчет совсем лёгким движением убрал небольшой участок пыли с крупной ладони, и недовольно фыркнул, увидев подтёки энергона. Тут же на собственном манипуляторе один из пальцев быстро трансформировался в сварочный аппарат, которым врач стал довольно быстро и ловко поправлять ситуацию. «Любая утечка стоит нам многого»,–пожаловался как-то сам Рэт, недовольный шалостями Мико на складе. На это Прайм только улыбнулся. Он вспомнил бормотание врача, и почему-то от этого стало полегче. Какая-то уверенность в том, что всё закончится хорошо.. Внезапно Рэтчет начал говорить, чем отвлёк Прайма от своих мыслей. –Всё на улице хорошо? Ты зачем пришёл сюда? –Да, разумеется, всё хорошо. Ты здесь в порядке?–задал простой, но одновременно с этим важный вопрос главный, начав рассматривать свою конечность. На самой пластине остался свежий шрам от сварки. –Вполне себе. Думаю, ты и сам видел, что стало с теми двумя. –Старый друг, я и не сомневаюсь,–и всё же Оптимус позволил себе улыбку, которую толком рассмотреть было невозможно.–А почему я, собственно, не мог пойти к тебе и проверить, всё ли с тобой хорошо? Я переживаю за каждого из вас.–Прайм покрутил плечом, проверяя состояние сочленения. Раздался еле слышный, противный такой скрип.–Надо будет потом с этим разобраться, как думаешь? –Надо, надо.. Вернёмся на базу, и я займусь. Рэтчет заметил изменившееся выражение фейсплейта Оптимуса, даже не смотря на то, что оно было закрыто пластиной. У него самого это вызвало лёгкое подёргивание краёв губ, и он снова опустил взгляд на повреждённый манипулятор. Вот только почему-то у самого врача было плохое предчувствие. Будто бы что-то должно вот-вот случиться, что-то.. Нехорошее. Но рядом ведь Оптимус, тот, кто не оставил его на умирающем Кибертроне. Тот, кто его не раз выручал, поддерживал в трудные минуты самолинчевания и уверенности в том, насколько Рэт бесполезен. Выдохнув, автобот осторожно положил свою ладонь в чужую, и сжал её. Нет, тревожное чувство только стало только сильнее. От него врач напряжённо нахмурился, потупив взгляд в пол. Конечно же, носитель матрицы это заметил и внезапно перестал выглядеть так сурово. –Рэтчет, тебя что-то тревожит?–автобот осторожно погладил большим пальцем основания пальцев Рэтчета, всматриваясь в его лицо. Обычно он такого себе не позволял даже в ситуациях, когда они оставались наедине, но сейчас.. –Да, Оптимус.. Я.. Что-то сейчас случится. Робот оглянулся по сторонам, и прислушался к окружающему шуму. Какого же было его удивление, когда он ничего не услышал. Совсем. Ни звуков битвы, ни свиста вражеских истребителей, которые время от времени пролетали над комплексом и устраивали бомбардировку энергетическими снарядами. Только редкие потрескивания аппаратуры в помещении, где они находились. Выпустив ладонь Прайма из своей, Рэтчет обернулся по сторонам, напряжённо глядя на стены. –Даже если случится, я рядом. Ты можешь не переживать за свою искру, Рэтчет,–лидер немного пригнулся и положил свой манипулятор на чужое плечо, от чего врач вздрогнул и удивлённо уставился на него с какой-то глупой верой в зрительных датчиках. Зато такой искренней, настоящей..–Да и к тому же, ты ещё на базе пообещал, что всё будет хорошо. Забыл? –Нет. Не забыл.. Как же я могу забыть что-то, что пообещал тебе? –Вот и славно. Просто будь рядом. Конечно, избранного Праймами тоже озаботила тишина, но при этом он ее хотел нагонять панику на и без того напряжённого Рэта. Немного сжав пальцы на чужом плече, он постарался улыбнуться. Увидев ответную реакцию, даже несколько отлегло. Оба были уверены друг в друге, что скоро всё успокоится и они вернутся на базу победителями. В груди приятно потянуло. Стало так тепло и спокойно, что Оптимус позволил себе улыбнуться нормально, что не скрыла даже защитная пластина. Внезапный треск сверху заставил их двоих поднять шлемы. На крышу здания опустилось что-то достаточно тяжёлое. Пара звонких шагов, и вновь удар, такой сильный для того, чтобы проломить поверхность. Вместе с большим куском плиты внутрь упало и непонятное до определённого момента устройство цилиндрической формы, со светящимися голубыми полосами-индикаторами по бокам. Изначально оба автобота не стали рассматривать то, что только что упало внутрь, ведь было несколько не до того. Прайм быстро схватил медбота и чуть закрыл собой, и сам зажмурился, чтобы очередная порция пыли не попала на зрительные сенсоры. Поднявшееся облако пыли не позволило понять сразу, какого черта случилось. Прайм только понимал то, что сейчас им будет ой как весело. Раздавшийся сверху противный смешок привёл в чувство, заставил собрать мысли в кучу. Открыв оптику и сфокусировав взгляд на отверстии в потолке, он увидел Старскрима. Десептикон явно сидел на одном колене, держась когтями за край дыры. Огромные металлические крылья сзади встрепенулись, когда командующий понял, в каком положении оказались лидер автоботов и учёный. Снова гадко хихикнув, Скрим немного нагнулся вперёд, рассматривая Прайма. Он достаточно театрально подёргал плечами, и улыбнулся чуть ли не во весь фейсплейт, что выглядело несколько жутко. –Оптимус! Какая встреча,–как-то наигранно счастливо произнёс обладатель красной оптики, выражающей вселенскую наглость, и быстро постучал краями когтей по шершавому краю, склонив шлем вбок.–Думаю Мегатрон не сильно на меня разозлится на то, что я избавился от его главного врага.. Не дав ему самому такой возможности. Сикер хмыкнул, ненадолго отводя взгляд вверх и мечтательно вентилируя. При этом он всем корпусом встрепенулся, а его планы на этот счёт с потрохами сдавали задёргавшиеся крылья сзади. –Что ты имеешь ввиду? Спустя секунд тридцать обдумывания происходящего, вполне себе спокойный голос избранного сбил с толку Старскрима, от чего тот сделал привычно забавное выражение фейсплейта, полного удивления. Это особенно веселило, учитывая эмоции до этого. Он даже перестал так сильно цепляться за край дыры, заметно расслабив коготки. Вот только потом он быстро сделал плейт позлее, и снова пригнулся, клацнув дентопластинами. –А ты посмотрел бы, что с вами в одном помещении, а не болтал попусту! –Кто из вас ещё попусту болтает..–достаточно тихо пробормотал Рэтчет за спиной у лидера, чем вызвал усмешку у Прайма. Он был наслышан о том, что его врач не брезговал помогать Старскриму тогда, когда десептикон был сильно ранен. И, в целом, особого «против» не показывал. Хотя и «за» тоже не был. Всё же Скрим тот ещё уж, который не упустит шанса подпортить существование не только автоботам, но и своим. Однако стоит подвести это всё к тому, что сейчас они опять друг на друга будут взъедаться, если, конечно, Старскрим услышал его слова. Нет, определённо, он мог понять и принять то, что его врач довольно добр, хотя всеми силами пытается показывать обратное. И всё-таки пришлось отвлечься от мыслей о взаимоотношениях Рэта и Скрима, обратить внимание на устройство, лежащее на обломках крыши. И тут уже стало несмешно. Это чёртова бомба. Огромная, явно если и не под завязку наполненная энергоном, то как минимум наполовину. Если такая взорвётся, то здание просто.. Снесёт к чертям. Энергон всегда был и останется очень взрывоопасным веществом, даже такой небольшой объём и малая масса оставят после себя кратер так точно, снося плиту, на которой бомба стоит. Да обоих автоботов похоронит под завалами, либо же разнесёт на запчасти!. Рэтчет и Оптимус переглянулись. Оптика первого отчетливо выражала несвойственный страх, а вот второй постарался взять себя в манипуляторы и глянул за спину друга, оценивая ситуацию. Теперь им стало понятно злорадство первого заместителя Мегатрона. Тот знал, чем весь этот цирк может закончиться, и просто упивался своей властью. Прайм снова зыркнул на Старскрима, сжимая ладонь в кулак и щурясь. Они снова встретились взглядами, и робот на крыше сверкнул сенсорами. –Нам надо срочно убираться отсюда.. База, запрашиваю гранд бридж..–Рэтчет совсем тихо произнёс свои слова об уходе, и вновь заглянул в холодную оптику Прайма, пытаясь найти в ней хотя бы каплю переживания и недовольства происходящим. Но нет. Ничего такого не было. Оптимус быстро привёл мысли в порядок, с шумом хмыкнул и несколько напрягся, готовый уходить из зоны поражения. Учёный чуть отошёл от Прайма в сторону от двери, вставая в боевую позицию, судорожно вентилируя и понимая, что связи просто-напросто нет. Не выйдет обратиться к базе. Нужно просто действовать сейчас, либо стараться не допустить взрыва устройства. После он поднял взгляд наверх, на довольный фейсплейт Старскрима. –Судя по всему, нам не избежать того, что он хочет сделать..–тихо пробормотал Рэтчет, снова уставившись на лидера автоботов. Тот только спокойно кивнул, и всё равно был довольно холоден к происходящему. Командир, устроившийся у края дыры, постукивал своими когтями по крыше, отбивая какой-то незамысловатый ритм, и немного щурился, не стесняясь своего превосходства. Оптика у него загадочно блестела, а на тонком плейте отчётливо читалась предстоящая победа и триумф. Ведь если он убьёт Оптимуса и его личного врача.. Вот же лорд разозлится! На несколько секунд робот даже замечтался о том, о чём вообще не должен думать, да только проблема с сидящими в помещении с разрушенным оборудованием автоботами ещё не решена. –Неужели вам даже сказать нечего?–как-то разочарованно поинтересовался Скрим, хмыкнув. Он вновь глянул на стоящих сопротивленцев, наконец немного выпрямляя спину и брезгливо фыркнув. –А что мы должны сказать такому, как ты? На спокойный ответ Рэтчета крылатый только пожал плечами, снова делая скучающее выражение. Конечно, он мало чего ожидал от напряжённого врача, и всё же хотелось бы какую-то.. Более живую эмоцию. Немного подождав, десептикон махнул на них когтистым манипулятором и вальяжно поднялся на серво, отряхнул колено и выставил один из манипуляторов с оставшейся ракетой в сторону бомбы. На секунду он замялся, будто бы хотел что-то произнести, например, речь, полную бессмысленного пафоса, однако только покачал шлемом, замечая эмоции автоботов. Оптимус вновь чуть закрыл собой Рэтчета, однако при этом был ближе к выходу из здания. Сикер согнул пальцы в нужной комбинации. Со свистом снаряд вышел из своей позиции, освободившись от небольших креплений, и довольно скоро врезался в металлическую оболочку бомбы, разрывая её на несколько частей как лист обыкновенной бумаги. В это время сам Старскрим резво и грациозно спрыгнул с крыши и в полёте трансформировался, наблюдая за грандиозным взрывом уже со стороны. Гордость за себя переполняла, даже слишком, и было всё равно на то, что за незапланированное убийство Прайма Мегатрон ему опять модули повырывает со злости, а может и что-нибудь похуже сделает.. Нет, надо будет как-нибудь вывернуться. Ибо трещины на крыльях самостоятельно заделывать очень тяжело, а Нокауту он такое не доверяет. Обойдётся. Почему-то стало ещё смешнее с того, что Старскрима сейчас заботит реакция господина, но никак не то, что он только что избавился от автоботов. Снова! И самое прекрасное, что это был не один Клифджампер, а сам Оптимус Прайм и его.. Полевая медсестричка! Забавно получилось, учитывая его прошлый грешок. В это же время Оптимус и Рэтчет постарались покинуть помещение лаборатории. Укрываться тут двум огромным роботам было негде, да и к тому же это просто их не спасло бы. Взрыв оказался таким мощным, что на месте, где была сама бомба, как и предполагалось, остался небольшой кратер. Всё вокруг обдало голубоватым дымом, и вред был нанесён даже толстым воротам. Их довольно сильно прогнуло вперёд, но всё же они успели наполовину открыться. Как раз в эту щель между двумя затворками металлических пластин успел выскочить только Прайм. Последняя секунда перед тем, как случился обвал стен и потолка. Всё вокруг заполнило огромное–тут уже не получится приуменьшить,–облако пыли, смешанное с частичками взорванного энергона, витавшим в воздухе. Лидер успел услышать только сдавленный вскрик и жуткий треск металла перед тем, как в него влетело облако бетонной крошки. После этого последовала секундная тишина, в которой затихли все звуки битвы. Ранее Прайм и ныне лежащий под завалами Рэтчет почему-то не слышали их, и были сосредоточены на проблеме, связанной с плохим предчувствием. Либо обе стороны взяли небольшую передышку, либо.. Хотя, это не имеет значения. Оптимус только опустошенно смотрел вперёд себя, на большую груду обломков. Под ними лежал его друг. Автобот, который был с ним столько лет. Трансформер, что переживал за него больше всех, выносил мозг тем, что был против лезть в опасные точки.. И который так редко, но так красиво улыбался. Почему-то внутри стало так пусто. Будто вместе с этим обвалом.. Оборвалось что-то важное внутри. Оптимус молча смотрел на разбитые взрывом двери и начавшую растекаться лужу энергона. Голубая жидкость медленно, словно бы издеваясь выползала из-под частей крыши здания, окрашивая пол и асфальт. Потом раздались крики остальных, тоже увидевших то, что случилось. Что нельзя изменить. В срочном порядке расправившись с оставшимися в живых противниками, команда быстро оказалась ближе. Сначала был только шок. Никто и слова не посмел произнести, ибо.. О нет. Смерть Клиффа тоже была неожиданной. Они не знали, что так случится. Что важная часть той жизни их покинет вместе с красным болтливым автоботом. Это.. Это было тяжело принять. Тяжело смириться. И всё же пришлось, ведь сам он явно бы не одобрил уныние со стороны товарищей по команде, перестал шутить в такой момент, и даже немного.. Поругался. Конечно, это перешло бы потом снова в шутку. Однако легче от этого не становилось. Уже потом началась бурная реакция. Вот только сам Оптимус не замечал этого. Он просто не мог понять, как же так вышло, что своего обещания он не сдержал? Рэтчет погиб по его вине. Если бы не эта задержка, они смогли бы оба покинуть эту лабораторию.. Если бы они не отвлекались на этого самодовольного, жадного до власти и жалкого Старскрима! Из-за него они задержались, из-за него погиб Рэтчет.. И, не начни болтать этот крылатый, сейчас бы ему не пришлось краем оптики наблюдать за истерикой остальных. Ведь врач был дорог не только ему одному. Осторожно опустившись на колено перед грудой бетонных обломков, лидер автоботов рывком убрал один из кусков. Когда же под ним Прайм заметил очертание пальцев, то сразу же отшатнулся, не зная, как ему реагировать. Из приоткрытого рта раздался рваный всхлип, и лидер закрыл глаза, даже скорее зажмурился, кладя манипулятор на чужой, запыленный. –Рэтчет.. Прости меня, старый друг. Я не смог тебя уберечь. Автобот склонил шлем, убирая с фейсплейта защитную пластину. Не хотелось вообще уходить отсюда. Он знал, что это его вина, что он правда мог всё изменить. Он мог бы просто не брать Рэтчета с ними! Если бы врач его не уговаривал, не рвался с базы на эту опасную миссию.. Но нет. Рэту надо же оно было, а Оптимусу надо было позволить тому почувствовать себя нужным, полезным. Выходит, они оба виноваты в этом? –Оптимус.. Как же так?–внезапный вопрос Балкхеда отвлёк лидера автоботов от своих рассуждений и накатывающего уныния. Прайм резко обернулся на разрушителя, глядя на него.. С дикостью. Но одновременно с этим была и вселенская тоска, которую голубая оптика не скрывала. Даже не пыталась. –Это моя вина. Я не должен был отвлекаться на Старскрима. Мы бы успели уйти.. Повисла гробовая тишина. Убрав свою ладонь от чужой, спрятанной под завалом, Прайм медленно поднялся на серво в полный рост и глянул на свой манипулятор. Свежий след от сварки.. –--- .--. .-.- - -..- --- -. ..--.. --- .--. - .. -- ..- ... --..-- -. . ..- ...- . .-.. .. --- -. ... -- --- --. - . -... .-.- --- -... .-- . ... - .. .-- --- -.- .-. ..- --. .--. .- .-.. -..- -.-. .- ..--.. .-. . - ---. . - .--. --- --. .. -... -.-.-- Внезапно завёлся Бамблби, который до этого просто молча стоял и не мог всё это понять. Разведчик подошёл ближе к Прайму, и схватил его за предплечья, глядя в безутешный фейсплейт начальства. –Я вижу, что Рэтчет погиб. Я сам невольно приложил к этому манипулятор. От неожиданного свиста, пронесшегося над шлемами автоботов, все четверо встрепенулись. А вот и тот, из-за кого всё это и случилось! Как бы тяжело не было, однако сам факт, что угроза всё ещё есть, никто не отменял. И необходимо было собирать себя в кулак. Тут слёзы и крики друг на друга вообще никак не помогут. Надо разобраться с тем, кто нанёс команде значительный вред, проучить его как минимум. –Так-так.. Ах, Юникрон! Прайм, разве нельзя было более.. Аккуратно?–наспех трансформировавшись, Старскрим брезгливо окинул команду противников взглядом, задержав его на Оптимусе.–На месте твоей личной медсестрички должен был быть ты. Сикер ткнул в сторону Прайма когтем, затем медленно сменил своё брезгливое выражение фейсплейта на более спокойное, просто глядел на автоботов. Те не спешили открывать огонь, и просто с презрением наблюдали за Скримом. Вскоре тот явно рассердился на то, что вообще ничего не происходит, и, взявшись одним манипулятором за шлем, деловито крикнул: –Да какая разница вам сейчас? Всё равно задание выполнено, и..–продолжить он не успел. Его перебил Оптимус, который медленно повернулся ко всем спиной. –Ты не понимаешь, Старскрим. Рэтчет всегда был частью автоботов. Мы не можем просто так смириться с тем, что один из нас погиб. Погиб по твоей вине, слышишь? На это десептикон сначала рассмеялся, но после уже спокойно провентилировал и внезапно дёрнулся, когда на него было наставлено три пары стволов энергетических бластеров. Прайм же молчаливо и нарочито медленно повернулся, глядя на противника с презрением, которое он не смог скрыть. Пересеклись взглядами, и Скрим быстро отвёл оптику, напрягаясь и фыркая. –Поверь мне, Старскрим, я виноват только в том, что не сумел его вытащить и в том, что повёлся на просьбы взять сюда,–очень холодно произнёс лидер, посмотрев на товарищей.–Твоей же вины здесь гораздо больше. Автоботы, огонь! Крик Прайма был достаточно громок для того, чтобы всё ещё сидящие на ветках деревьев неподалёку птицы не сорвались с места и повзлетали в воздух. Начавшаяся стрельба заглушала все остальные звуки вокруг. Старскрим, на которого была направлена огневая мощь сразу четверых донельзя разъярённых автоботов, сначала даже растерялся, однако после быстро стал отстреливаться из собственных пушек, ругаясь про себя. А в какой-то момент выстрел задел его серво, следующий попал в магистраль, не скрытую брюшной пластиной, и, не найдя выхода лучше, десептикон спешно трансформировался и покинул поле боя, громко проклянув их напоследок.. Прайм опустошённо провентилировал. Он и не подозревал, что за ними уже последние минут десять наблюдало несколько разведчиков механоидов, которые были подобны жадным хищникам, нашедшим себе новую жертву, и не догадывался о том, что если бы не эта какофония выстрелов, его нежелание разгрести завал и хотя бы мельком увидеть Рэтчета в последний раз, то он бы заметил, что его полевой врач всё ещё был жив, конечно, с большим но, но всё же жив. Возвращение на базу было тяжёлое. Автоботы старались не смотреть друг на друга, всех постигло молчаливое отчаяние. Дети и Фоулер же были в полном недоумении. Вот вроде команда вернулась с задания, однако не хватало Рэтчета, да и все остальные вели себя.. Странно. Оптимус и вовсе выглядел совсем плохо. Он молча тупил оптику в пол, и сразу же подошёл к главному компьютеру, не обращая внимания на подростков, что спешно подорвались к нему. –Оптимус, где Рэтчет? Почему вы вернулись без него?–первой стала задавать вопросы Мико, берясь аккуратными ручками за перила. –Что случилось? Почему вы все выглядите такими подавленными?–следом поинтересовался Джек, засмотревшийся на свою роботизированную напарницу. Арси молча сидела на ящике, а рядом был Бамблби, мягко гладивший её по плечу и расстроенный явно ни капельки не меньше. Разведчики сильно погрузились в свои мысли, и ни один из них не реагировал на детские вопросы. –Рэтчет погиб. Поэтому он не вернулся с нами,–довольно сурово откликнулся Прайм, когда назойливость подростков возросла в несколько раз.–Вот и всё. Последнее было сказано с какой-то злостью, и лидер автоботов устало фыркнул, закрывая зрительные сенсоры одной ладонью. Второй он оперся на панель управления компьютером, пытаясь прийти в себя. Зато его слова привели в ужас не только до этого ничего не подозревавших людей, но и остальных повстанцев. –Просто «вот и всё»? Оптимус, ты серьёзно?–Арси медленно поднялась с ящика и выскользнула из-под манипулятора своего названного брата, медленно начиная подходить ближе.–Ты хоть понимаешь, что сейчас сказал?. Рэтчета больше нет! А ты говоришь так, будто-то для тебя это ничего не значит! Внезапно вышедшая из себя фембот своими словами заставила Прайма повернуть на неё шлем, и, помолчав, избранный хмыкнул, несколько хмурясь. –Разумеется нет. Он для меня значил столько же, сколько и для всех вас. Даже может быть больше. Но что я мог ещё сказать? С этим просто надо... Смириться. И жить дальше,–слова прозвучали как-то очень грубо и уверенно. Да вот только сразу стало понятно, что Оптимус испугался того, что выдал его уставший процессор и вокалайзер, не меньше, чем те, кто находится сейчас рядом с ним. Прайм, внезапно словно ото сна очнувшись, выровнялся, и расширенной оптикой уставился на синего автобота, стоявшего относительно неподалёку от него. Лидер автоботов медленно выровнялся, после поглядел на шокированные плейты команды. Вот это он сейчас конечно сказал.. Такие изречения больше похожи на то, как собственный шлем подставить под дуло Мегатрона, и просто сказать: «стреляй»,–не иначе. Нет, разумеется, он не говорил этого от всей своей искры. Он не хотел сказать о том, что призывает всех просто принять сам факт, что один из них погиб во время выполнения задания. Немного постояв, Прайм выдохнул и постарался исправиться: –Я неправильно сказал. Я не прошу вас просто.. Смириться с этим. Вовсе нет.. Договорить он не успел. Внезапно Арси выставила обе руки вперёд и они трансформировались в два энергобластера, направленные в сторону лидера. Автобот только брезгливо хмыкнула, хмурясь и напрягаясь всем своим существом. Повисла тишина, от которой в аудиосистемах зазвенело. Это молчание с обеих сторон напрягало, заставляло чувствовать себя неуютно. Немного подождав, Прайм постарался осторожно подойти к товарищу по команде, да вот только прозвучал негромкий щелчок. Энергетический заряд беглым бликом выскочил из дула бластера, он прошёл прямо неподалёку от шлема Оптимуса. Такой себе предупредительный знак к тому, чтобы тот оставался на месте и не смел двигаться лишний раз в сторону феммы. Неприятная пауза продолжалась не меньше клика. За это время Оптимус немного расслабил корпус и просто хмуро, крайне неодобрительно смотрел на Арси, а разведчица в свою очередь и не думала успокаиваться. Она была невероятно возмущена словами их лидера касательно произошедшего и происходящего. Не убирая бластеров, двухколёсная стала медленно подходить к меху, только сильнее хмурясь. Манипуляторы заметно задрожали, с потрохами выдавая искренний страх, в который добавили злость и разочарование. –Ты позволил Рэтчету погибнуть, ты повёлся на уловку Старскрима,–голос немного исказился на секунду, и та сжала дентопластины, немного нагнув шлем вперёд, чтобы не было видно её разочарования в оптике. Судорожно провентилировав, автобот подняла на стоящего напротив взгляд. Их титаническая разница в росте давала свои плоды, и выглядело это всё.. Как-то даже по-своему забавно. Прайм молчал. Его фейсплейт выражал искреннее сожаление, свои зрительные сенсоры он направлял куда угодно, только не на соратницу. Лидеру явно было стыдно и тяжело принимать тот факт, что Арси права. Ведь он не уследил. Замешкался, когда решалась судьба их искр. И теперь.. А что теперь? Почему-то этот вопрос и сорвался с глоссы: –Что с того? Я понимаю твои чувства, Арси,–Оптимус снова посмотрел на фембота, осторожно двинулся навстречу к ней. Но увидев, как она несколько отшатнулась назад, устало прикрыл оптику манипулятором.–Но я сейчас не могу сказать тебе что-то иное. Мне также тяжело, как вам всем. Я признаю свою вину и ответственность за то, что искра Рэтчета потухла и вернулась к Великой Искре. Но я ничего не могу с этим сделать! Внезапно Прайм взбесился. Он ударил по ныне выключенной энергетической пластине компьютера, и та разлетелась на небольшие зелёные кусочки. Обломки ударились о металлическую поверхность блока, на котором находилось устройство, и тяжелая полупрозрачная поверхность зелёного оттенка стала биться ещё сильнее. Сам же Оптимус устало вздохнул и сильно опустил шлем, жмуря оптику и сдерживая омыватель, который вот-вот, да и выполз бы из-за лицевой пластины. От его последних действий вся команда пребывала в шоке, как и от слов. Всё же это было внезапно. Повисла тишина, от которой звенело в аудиосистемах. Никто не смел её прерывать, ведь ещё большее недовольство лидера автоботов пугало, оно было.. Нежелательно.. Особенно сейчас. Сейчас Прайм был в максимально нестабильном состоянии, и ожидать чего-то хорошего от вечно спокойного и сохраняющего лицо лидера автоботов, самой стойкой в обеих галактиках меха, не приходилось. Выждав ещё пару кликов и значительно охладив все системы, которые начали перегреваться от напряжения и злости на всех, лидер автоботов выровнялся и кивнул сам себе. Немного поразмыслив, он обратил внимание на тишину, которая окутала базу также, как окутывает инкубационная жидкость в капусле маленькую протоформу, только появившуюся на свет. Ему самому было так.. Противно. От самого себя, от десептиконов, которые были виноваты в том, что он, считай, поругался с ботами, которые для него за все эти циклы стали как семья. Потерял того, с кем познакомился ещё до всей этой войны.. Ох, Праймус, за что же ему это всё? Эти все мучения.. За то, что он просто пытается прекратить глупую войну не пойми за что? За то, что он хочет мира для своего народа? Чтобы быть счастливым? Из тяжёлых размышлений его выдернул голос Арси, которая всё это время пристально следила за Оптимусом. Недовольно выдохнув, фемма вернула своим манипуляторам привычный вид и потёрла лицевую пластину. Постаравшись не распаляться ещё больше, автобот строго посмотрела на Джека. –Мы уходим. Мне необходимо подумать,–голос прозвучал строго и резко, прерывая то молчание, которое разлилось густой смесью сверхзаряженного энергона по базе. Двухколёсная отследила удивление на лице напарника, хмыкнула и обернулась на не менее поражённых остальных.–Нам всем надо подумать над тем, что случилось. Если мы сейчас будем друг с другом ссориться.. Лучше от этого не станет. Она посмотрела прямо в оптику Прайма, и нахмурилась. Оптимус выглядел не менее ошарашенно от её слов, не был в силах вообще что-то сказать. Из вокалайзера выходили только сдавленные хрипы, не способные стать внятными словами. В такой тяжёлый момент Арси буквально решила его бросить! Когда ему было необходимо присутствие команды.. Внезапно заговорил Балк, как-то.. Робко, и неуверенно, обернулся к Мико, которая всё поняла без слов: –Арси права. Нам всем надо немного.. –Нет!–внезапно вскрикнула девочка, топнув ногой и хмурясь. Хотя было видно, как её потряхивает от страха, а глаза вот-вот наполнятся слезами.–Мы не можем просто так уйти! Это неправильно! Мы должны быть.. Должны.. –Нет, Балкхед прав. Как и Арси,–внезапно Прайма будто переклинило. Он внезапно успокоился и обернулся на всех, показывая своё холодное и непроницаемое лицо, и, чуть задрав шлем, на выдохе произнёс:–Разумеется, это неправильно, что мы не поддержим друг друга. Но в такой момент я не хочу, чтобы команда автоботов, ставшая как.. Семья,–он перевёл оптику на Мико, которая только крепче взялась за руку Джека,–лишний раз ссорилась между собой.. Утрата Рэтчета очень сильно ударила по нам всем. И сейчас, пока мы все на взводе, нам правда будет лучше пока что разделиться. Каждый должен пережить утрату сам, или же со своим напарником. Когда лидер автоботов замолчал, обводя взглядом всех остальных и чуть щуря оптику от скопившегося у неё омывателя, вернулась неприятная тишина. От неё внутри камеры искры всё непроизвольно сжималось, а сама искра тряслась как проклятая. Почему-то в аудиосистемах начал быстро отстукивать ритм энергон, тёкший по магистралям и проводам, а серво подкашивало. Только не паниковать. Только.. –Это нечестно..–тихий всхлип Мико заставил искру непроизвольно дать импульс, манипулятор дрогнул.–Это неправильно. Почему именно так? Девочка заплакала. Солёные слёзы потекли по худым щекам, и было ощущение, будто даже её хвостики опустились вместе с её стремительно упавшим настроением. Японка уткнулась в плечо стоящего рядом Джека, и тот тоже погрустнел, словно бы заразившись печальным настроением подруги. Парень мягко обнял японку рукой и прижал к себе, тупя взгляд. Раф стоял неподалеку от них двоих и молчал, немного бледный; бедного мальчика трясло, словно бы он листок на осеннем ветру. Школьник ни слова не сказал с момента, как Арси начала ругаться с лидером. Видимо до мальчика только сейчас в полной степени дошло то, что произошло. От этого его и начало труханить, а глаза заблестели. Всё же юный программист очень сблизился с Рэтчетом: он его невероятно уважал, старый автобот его учил кибертронскому и они вместе работали над сложными устройствами, где одного гениального процессора медика не было достаточно. От этого и тяжело. Немного подождав, Рафаэль посмотрел на Бамблби. Разведчик был похож на него сейчас в ментальном состоянии. Осознание пришло, конечно, раньше, но общая обстановка на базе, вся эта ругань и разногласия между командой в общем медленно сводили с ума добродушного меха. Оптика была сильно расширена, он не отсвечивал и сжимал манипуляторы в кулаки, думая о своём. А когда же вдали раздался звук открывающихся больших ворот, он первый подошёл к возвышенности, на которой стояли дети и молчавший всё это время агент Фоулер. Осторожно подставив ладонь, он тихо попросил Рафаэля не противиться решению Прайма, и просто пойти вместе с ним. Наверное ещё несколько секунд маленький гений молча смотрел в тоскливый фейсплейт своего бота-напарника, отмечая про себя некоторые потёртости и небольшие трещины, после устало выдохнул и подошёл ближе, перемахнул через небольшую перилу и удобнее расположился на аккуратной ладони Бамблби, не глядя на Оптимуса. Он только страдальчески посмотрел на друзей и сказал, что они увидятся завтра в школе, после чего его опустили на бетонный пол. Би же, после своих действий, медленно подошёл к лидеру автоботов, несколько секунд посмотрел в печальную оптику, и, не выдержав, внезапно подскочил ближе, крепко обнимая большого меха. Фейсплейт Прайма только больше помрачнел. Правильное ли его решение на некоторое время отстраниться от команды? Он так расстроил Бамблби, который ему был дорог чуть ли не до состояния собственной крошки-беты, только появившейся на свет, он разочаровал Арси и Джека, огорчил добряка Балкхеда.. А Мико? Бедный ребёнок! Она так верила в него, в то, что всё хорошо, а что он? Подвёл их всех. Большая ладонь легла на шлем опечаленного жёлтого разведчика, огладила немного потёртые выступы и лидер большим пальцем огладил небольшую пластинку на затылке бота, от чего он печально просигналил, только крепче вцепившись в старшего меха. И всё же им пришлось отпустить друг друга. Бамблби с полклика посмотрел в чужую оптику, после просигналил о том, чтобы Оптимус был осторожен и не делал глупостей, развернулся и трансформировался. Дверь спорткара отъехала вверх, открывая нутро ухоженного салона, и Би просигналил что-то, что понял только Рафаэль. Мальчик неуверенно кивнул, в последний раз глянув на команду. Помахав Мико и Джеку, а также агенту Фоулеру, он коротко кивнул остальным автоботам, запрыгнул в стоящую рядом машину, перед этим закинув на сиденье рюкзак с ноутбуком, и дверь медленно закрылась. Вскоре жёлтая машина покинула пещеру, и наступила тишина. Балк и Мико переглянулись. Всё было понятно и без каких-либо слов. Девочка смахнула слёзы с глаз, шмыгнула носом и быстро сбежала по лестнице вниз, подбежала к разрушителю и покачала головой, крепко обнимая большое серво зелёного бота. Что она испытывала в этот момент–описать невозможно, ибо это была ядрёная смесь из дикой печали, обиды и желания рыдать навзрыд. Она не была так привязана к Рэтчету, как Раф или Джек, однако всё равно признавала его авторитет как самого старого, ещё заводского автобота. Умный медбот, не признающий того, что сам сильно привязался к детворе за то время, пока сам безвылазно сидел на базе. Она просто не привыкла к мысли о том, что вечно ворчащий и недовольный её поведением медик погиб. И не сможет привыкнуть, это точно. Девочка печально опустила взгляд и крепче сжала серво разрушителя, и всё же не хотела уходить. Она не хотела покидать автоботов, что бы сейчас не говорил Прайм, не хотела быть как Раф и Би, которые так быстро ушли. Ей просто необходимо было находиться рядом с ними всеми, чтобы не только поделиться своим горем утраты, но и помочь вынести его остальным.. И всё же пришлось делать свой выбор. К сожалению, он не был в пользу настоящего желания японки. Отпустив конечность напарника, девочка молчаливо проследила за тем, как он принял альт-мод, и также, как Бамблби, открыл для неё дверь пассажирского места. Немного постояв, Мико сжала руки в кулачки и с злобой оглянулась на Прайма. Не сдержавшись, она громко крикнула, чтобы лидер автоботов точно услышал: –Ты трус, Оптимус! Ты очень пожалеешь о том, что делаешь..–на последнем слове голос сорвался. Вся уверенность из него пропала моментально, и девушка, всхлипывая и шмыгая носом, прыжком забралась внутрь тёмно-зеленого джипа, наспех пристегнулась и, когда автомобиль двинулся с места, то можно было уловить заглушаемые шумом мощного двигателя разговор Балка и Мико о том, что девочке не было обязательно говорить такие слова в адрес Прайма. Вскоре, оставив след от шин, разрушитель скрылся с базы автоботов, только далеким эхом напоминая о своём раннем присутствии. Джек молчаливо уставился на Прайма. Лидер автоботов не спешил как-либо комментировать ситуацию и просто молча смотрел на них с Арси в ответ. Огромного робота заметно трясло, от этого скрипели сочленения и некоторые пластины неприятно терлись друг о друга. Его напряжение можно было понять. Также как и Мико спустившись на пол, парень оглянулся на фембота. Напарница только пожала аккуратными плечами и прикрыла оптику, давая время своему подопечному попрощаться с лидером как подобает. Почему-то у Джека было странное предчувствие. Он медленно подошёл к Оптимусу, постарался заглянуть в его зрительные сенсоры. Прайм не давался. Он упрямо отвернул фейсплейт и покачал шлемом. Потрескивание металла о металл усилилось, стоило только приблизиться к избранному матрицей. –Оптимус, мне правда жаль. Не обижайся на Мико или Рафа. Мы все понимаем твою утрату,–голос прозвучал мягко, хотя и дрогнул также, как у его подружки-музыкантки.–Я не думаю, что она хотела тебя задеть, просто выпалила это на эмоциях.. –Я понимаю, Джек. Мы все сейчас на эмоциях. Я тоже был не прав в том, что сказал,–на этот раз от чистой искры выдохнул своё признание лидер автоботов, после чего медленно присел на колено и немного склонил шлем в сторону.–Мне очень жаль, что так вышло. Я не хотел с вами ругаться, задевать чувства остальных и.. Мех поднял взгляд на Арси. Разведчица лишь отвернулась, чувствуя своё маленькое поражение в этой битве злости и печали. Она ведь тоже не была особо сильно права, когда наехала на Оптимуса. Ей не стоило разбрасываться злыми словами по поводу его необдуманных речей, надо было послушать свою искру и дать лидеру время отойти, хотя бы немного принять их общее горе. Но нет, теперь она вынуждена забрать Джека и дать Прайму несколько дней на подумать, в одиночестве разобраться со своими проблемами. –Оптимус, пообещай мне, что ты не будешь ничего делать того, что может навредить тебе. Один раз я уже спас тебя, и поверь, повторить такой опыт я не горю желанием,–старшеклассник снисходительно улыбнулся, немного склонив голову и смаргивая слёзы с глаз. Даже самые сильные склонны к показыванию своих эмоций в трудный момент.–Обещай. Я не хочу, чтобы автоботы лишились своего предводителя. Прайм молча уставился на парня в ответ, время от времени закрывая на пару секунд оптику. Он не знал, что отвечать человеку. В процессоре уже созревал план того, что он будет делать эти два дня: мстить. Как–не имеет значения. Он всегда успеет это обдумать и сделать правильный выбор. И эта месть за Рэтчета явно не будет исключать того, что сам избранный может пострадать. Сильно пострадать. Это будет ещё один редкий случай, когда он переступит через свои идеалы, ценности и точку зрения. И всё же, выдохнув, мех кивнул. Как-то неуверенно, будто пытаясь слукавить, чтобы Джек не сильно до него докапывался. –Я постараюсь. Я не могу ничего обещать, как бы я этого не хотел. Но обещаю, Джек, я в любом случае сохраню свою искру такой же яркой, как и до этого. Я не могу поступить иначе.. Последнее слово он наполовину «проглотил». Опять обещает такие важные вещи кому-то. Сегодня он уже один раз так сделал, и к чему это привело? Прикусив губу, Прайм кивнул скорее сам себе. Он будет осторожен. –Ради Рэтчета. Он был бы очень зол, если бы узнал, что ты рискуешь собой,–как-то твёрдо и неожиданно произнёс Джек, хмурясь. –Да, он был бы очень зол.. В процессоре всплыло давнее воспоминание ещё с Кибертрона, когда будучи раненым, он попал на операционный стол медбота. Ох, столько изящных, но при этом некультурных выражений он ни разу за всё функционирование не слышал! От этого не самого тёплого, не самого важного, но всё же такого необходимого воспоминания как-то даже отпустило. –Ты прав, Джек. Я не могу себя вести.. Таким образом, ради вас всех, ради него. Ради него.. Потому что Рэт погиб. Было страшно говорить про него также, как и про остальных. Он не хотел обрекать свою команду на подобную участь. Внезапно подросток чуть расставил руки в стороны, горько усмехнувшись. Прайм понял намёк, и осторожно выставил свой массивный манипулятор. Парень довольно крепко обнял один из его пальцев, ибо на большее не был способен. Конечно, хотелось бы как Бамблби, крепко обнять Оптимуса и прижаться к нему всем телом, чтобы показать, что тот не один, и никогда не будет, да вот только у человека такой возможности нет, и никогда не будет. Да и оно и не нужно. Ведь всегда можно показать ближнему, что ты рядом и с разницей в росте раз в десять, так ведь? Особо долго этот трогательный момент не продлился, и Джек осторожно отпустил избранного, посмотрев на него блестящими от слёз глазами. Вытерев руками лицо, парень улыбнулся. –Нам надо идти, напарник,–внезапно подала голос Арси, которая держала в руке шлем парня, и с какой-то заботой, но в то же время усталостью смотрела на них двоих. Разведчики правда задержались тут дольше, чем хотела двухколёсная. –Да, Арси, ты права.. Прости, Оптимус. Пожалуйста, сдержи своё обещание, не найди себе неприятностей за эти пару дней. Джек усмехнулся, и, дождавшись положительного кивка, осторожно похлопал его по ладони, на которой всё ещё был виден шрам от сварки, и быстро ушёл к последнему автоботу, который всё ещё был на базе. И то фемма трансформировалась и два раза посигналила, призывая ускориться. Старшеклассник спешно натянул на голову защитный шлем и покрепче взялся за руль. И всё же на удивление Арси не стартанула, стоило только парню устроиться поудобнее, а обратилась к Прайму: –Прости меня, Оптимус. Я была не права. –Мы оба были неправы. Арси промолчала, только зажгла фары и синий мотоцикл рывком сорвался с места, быстро удаляясь с базы, находящейся в горе. А вскоре раздался треск закрывшихся ворот. Оптимус молча смотрел на выезд из огромного помещения. Вот и наступила та тишина, в которой он, как ему казалось, был совсем один. Чувство потерянности и утраты начали подбираться к нему сильнее, охватывать каждую мелкую детальку его механизма, поглощать чувства и разум. Автобот припал к полу, закрыв руками фейсплейт. Наконец-то он дал себе волю. Оптику захлестнул омыватель, который стал скатываться по потрёпанной лицевой пластине, стекать по шейным кабелям и пропадать где-то внутри, между пластинами, магистралями и мелкими проводами. Казалось, эти ледяные капли обжигали камеру искры, и даже прожигали её насквозь, травмируя матрицу лидерства. Хотя, достоин ли он её после всего того, что случилось? Всхлип. Прайм весь сжался, лежа на холодном бетонном полу. Почему боль такая сильная? Неужели он настолько сильно привязан к Рэтчету? В последнее время они ведь даже не общались толком, медик мог максимум провести беглый осмотр после очередной миссии, сказать, что всё хорошо, и, похлопав его по плечу, вернуться к своим делам, либо заняться другими членами команды.. Снова всхлип. Может, не только в нём дело? В том, что он разругался со своей командой? Он ведь уже чуть раньше думал об этом.. О том, что эта шайка автоботов ему как человеческая семья. А дети? Конечно же дети тоже были частью этой семьи! И одной из самых важных! Сам Оптимус дал добро на то, чтобы Джек, Мико и Рафаэль остались, помогали автоботам по мере своих сил. Он видел, как расстроились и разочаровались младшие члены его команды. От этого стало ещё больнее, где-то под брюшной пластиной энергон будто в комок свернулся и так и застыл. На глоссе же пересохло. Всхлип перерос в сдавленный хрип, потом почти сразу в отчаянный крик. Нет, всё это вместе было именно тем фактом, из-за которого он сейчас и бьётся в истерике! Он потерял члена своей семьи, и вот-вот может потерять и остальных! А этого лидер никак не хотел. Ему были необходимы эти боты и люди.. Праймус, почему же всё так вышло? Кого винить в том, что искра, чей злейший враг это Лорд Мегатрон–на секундочку, самый жестокий и кровожадный десептикон во всей галактике, не считая Юникрона, разумеется,–сломалась под мягким взглядом оптики и лёгким касанием руки? Рэтчета? Ещё чего придумал! Конечно, медбот был виноват в том, что попросился на эту опасную вылазку, но сейчас никаких обвинений в сторону погибшего Прайм и слышать не хотел, даже в собственных мыслях. Старскрим? О нет, этот змей, разумеется, был виноват в том, что натворил, что он заговорил зубы им тогда, в лаборатории, но всё равно.. Это не более, чем его жалкая попытка показать себя, свою мнимую власть. Может, тогда уже самого Мегатрона приплести? Тоже нет. Не получится. Возможно сам тёмный повелитель и не был в курсе о замыслах его трусливой правой руки. Скорее всего он узнал об этом уже на корабле, когда побитый Скрим вернулся на Немезиду с протекающим бедром и раздолбанной магистралью, из которой вытекает отфильтрованный энергон. «Так ему и надо..»–подумал пол себя Оптимус, осторожно приподнявшись на локтях и прокашлявшись. Крик несильно повредил его вокалайзер, от чего голос хрипел, а в области горла немного саднило. Медленно поднявшись, Оптимус оглянулся по сторонам. Он не знал, что агент Фоулер, так и оставшись незамеченным, наблюдал всю его истерику, и был сильно поражён этим проявлением слабости. Никто не привык видеть Оптимуса таким. Провентилировав, Прайм подошёл к компьютеру. Всё же разбил он не основную панель, а какую-то из дополнительных, потому быстро разобраться с картой планеты ему не составило труда. Немного подумав, лидер автоботов нашёл точку, помеченную как «потенциальное место добычи энергона». –Ну что же.. Развлечёмся. Старскрим лениво щёлкнул когтями, высекая из тёмного металла несколько еле заметных искр. В процессоре крутились мысли о недавнем, если так можно сказать, разговоре с Мегатроном, который, чего он точно не ожидал, закончился вполне себе на спокойной ноте. Военачальник выслушал доклад от истекающего энергоном заместителя уже на операционном столе Нокаута. Молчаливый Саундвейв стоял где-то в тени и внимательно поглощал всю информацию, которую предоставлял своему лидеру непривычное болтливый сикер. Офицер связи усердно пытался отфильтровать ложь от правды, чтобы понять, что конкретно натворил Старскрим во время миссии, на которую отправился без ведома Мегатрона. А говорил командир много, почти не останавливался, только иногда глубоко вентилируя, чтобы охладить перегревшиеся от возбуждения (и не только) системы. Конечно же, Старскрим некоторые моменты перебирал на ходу, изменял события так, чтобы выставить себя в наилучшем свете перед хмурым и задумчивым начальником, который особо не прерывал сикера. Только время от времени Мегатрон задавал уточняющие вопросы, кивал на ответ и снова замолкал. Уже после того, как военврач попросил Старскрима подождать и помолчать, ибо ему надо было разобраться с утечкой отфильтрованного энергона, Скрим внезапно заткнулся, прерывая свой немного несвязный, полный и правды, и лжи поток информации, тупо уставился на недовольного медика, глупо захлопав оптикой. Огрызнувшись, командир приподнялся на локтях, скрипя дентопластинами от боли. Из раны на животе плеснул светлый-светлый энергон с резким запахом. –Мне надо закончить доклад! Лорд Мегатрон должен знать всё!–внезапно взъелся бывший разведчик, сжав манипулятор в кулак и недовольно зыркнув на красного меха, который подошёл к приподнятой платформе с переносным сварочным аппаратом. В ответ собеседник только закатил оптику, фыркая и напрягаясь всем корпусом. –У тебя протекает энергон, предназначенный для протоформы, идиот. Совсем уже процессор не работает,–Нокаут опасно покосился на то, как жидкость медленно затекает обратно в корпус и впитывается в магистраль, а чуть дальше и в тонкие провода.–Лежи и не дёргайся! И не разговаривай, пока совсем не отупел. Мех осторожно стукнул по голове сикера выключенным аппаратом, а тот сдавленно мыкнул и быстро улёгся (скорее упал) на платформу, чуть ёрзая и жмурясь. Нокаут принялся медленно и максимально аккуратно заваривать утечку, иногда поправляя разрозненные пластины. По его фейсплейту можно было четко понять, что проблема серьёзная, и избавиться от угрозы функционированию необходимо как можно быстрее. Скрим внезапно ахнул и закрыл рот двумя руками, чтобы не завопить на весь этаж. Всё равно, даже с почти отключёнными датчиками боли, фейсплейт Скрима кривился, а сам командир скрипел и царапал когтями платформу под собой. Иногда серво дёргались, поджимались в коленях, и десептикон сжимал дентопластины, тяжело вентилируя. Боль в раненом бедре и под пластинами в брюшной полости невыносимая, процессор совсем уже плавился, хотелось, чтобы всё это закончилось. Да, определённо ему хватило той дозы отфильтрованной его корпусом дряни. Скрим довольно быстро перестал нормально соображать в целом, чувствуя только своё отвратительное состояние. Мегатрон молча наблюдал за происходящим, сложив один манипулятор за спиной, а вторым, на который была нацеплена энергетическая пушка, игрался пальцами. Конечно же он знал о том, что в рассказе Старскрима была и ложь, но не понимал, где была правда. Его заместитель сейчас был будто под сверхзаряженным энергоном. Он уже два раза видел такое, в один из которых даже сам принимал участие в том, чтобы споить сикера. Было это не более, чем попыткой вытащить из назойливого помощника информацию, которую тот пытался утаить. Поэтому отличить опьянённый бред от правды оказалось тяжелее, чем обычно. И, честно признаться, Мегатрон был склонен верить в то, что Рэтчет погиб. Всё же Старскрим об этом говорил так восхищённо и так гордился собой, что усомниться в этом невозможно, зная характер заместителя. Осторожно подойдя ближе к платформе, военачальник спокойно заглянул в красную оптику. Вокалайлер издал звук, похожий на человеческий кашель, чтобы привлечь внимание. Мех, сейчас корчащийся от боли на платформе, внезапно дёрнулся, ошарашенно глядя на спокойный фейсплейт стоящего над ним. Даже Нокаут немного отступил, боясь реакции лидера. Уж слишком такое действие оказалось неожиданным, зная напряжённые отношения этих двух. Док просто не хотел попасть под горячую руку в случае чего. Старскрим несколько секунд смотрел в чужую, обычно наводящую на него неподдельный ужас оптику, а после уставился на медика, который дал заднюю, и оскалился. Вот только долго показывать дентопластины ему не получилось, ибо Мегатрон положил манипулятор на плечо сикера, заставив его сильно вздрогнуть и в страхе отшатнуться. Вырваться из крепкой хватки не получилось, как бы крылатый не старался, а кончики чужих когтей опасно впились в корпус. Конечно, процессор работал очень плохо, но животный страх не отступит даже тогда, когда он будет не в состоянии стоять на серво после пары кубов сверхзаряженного вместе с начальством. Лидера десептиконов искренне позабавило то, как отреагировал раненый, и он, удовлетворив своё желание наконец обратить на себя внимание разговорившегося сикера, чуть склонил шлем вбок, убирая когтистую ладонь с чужого плеча. –Дорогой Старскрим, я понимаю, что твой доклад не требует отлагательств,–начал Мегатрон необычайно мягким голосом, рассматривая удивленный фейсплейт Старскрима.–Но ты точно уверен в том, что медбот погиб? –Да! Полностью уверен, лорд Мегатрон!–командир медленно лёг ровно, когда жестом начальство приказало Нокауту продолжить работать.–Я лично видел, как медик погиб.. Его похоронило под обломками крыши, автоботы даже не стали их разгребать для того, чтобы вытащить корпус! Старскрим чуть приподнял верхнюю часть тела, восхищённо глядя на Мегатрона, быстро заморгал оптикой, а после снова получил по шлему от Нока. Доктор зашипел, чтобы сикер лёг обратно и даже не смел дёргаться. Серебристый мех только тупо посмотрел на него, а когда его насильно толкнули в грудь обратно на платформу, то командир сдавленно провентилировал, несильно ударяясь шлемом об металлическую поверхность. Мегатрон удовлетворённо кивнул и, задумавшись, перестал так сильно нависать над Старскримом. Это.. Хорошие новости. Он знал о том, что Оптимус очень дорожил погибшим медботом. Настолько, что чаще всего не позволял ему покидать базу на даже не самые опасные миссии, если у ворчуна было настроение. Но когда такое происходило, то неоднократно лидер десептиконов замечал, как трепетно они друг к другу относятся. Так если Старскрим правда своей необдуманной, крайне глупой и самонадеянной выходкой потушил искру красно-белого автобота.. Это может быть полезно. Хотя бы тем, что появится возможно выманить Прайма, или кого-то из его команды, и с этим что-то придумать. Отвлекся он от своих мыслей на заинтересованность в оптике сикера, который чуть склонил шлём в сторону. Он явно пытался понять, о чём же думает военачальник. А вот Мегатрон заметил сильную тряску всего корпуса, лежащего на медицинской платформе. Видать, ему совсем было плохо. Хмыкнув, Мегатрон обратился к Нокауту: –Каковы повреждения? –Сильные вмятины и воздействие плазменного оружия автоботов повредили полости, предназначенные для сбора отфильтрованного энергона. Большая часть вещества уже впиталась в системы, придётся заменять почти весь объём топлива. Иначе он может..–Нок проглотил последнее слово, хмурясь и фыркая. –Я понял. А серво? –Отверстие почти сквозное, однако я справлюсь с этим. Только ему понадобится время для того, чтобы полностью восстановиться, ибо были задеты некоторые основные каналы, и утечка энергона значительная. Мне понадобится звёздный цикл для того, чтобы починить корпус,–медик спокойно посмотрел на вникающего в их разговор сикера, после чего нагловато улыбнулся и постучал кончиком пальца по его фейсплейту, заставляя Старскрима невольно сощуриться. Выглядело это забавно.–А также стоит упомянуть о том, что необходимо будет обновить весь энергон в корпусе. –Хорошо, выполняйте, Нокаут,–Мегатрон бросил взгляд на сикера и кивнул, складывая руки за спину и выпрямляясь.–Старскрим понадобится мне здоровым и целым в ближайшее время. На этот раз.. Он постарался неплохо. В ответ на такие заявления командир глупо улыбнулся, как маленький спарклинг, который с чем-то помог строгим создателям, и его похвалили. Они пересеклись взглядами. И тут же веселье сошло с фейсплейта раненного, он осторожно прикрыл манипулятором повреждение, которое Нок уже заварил. Оптика лидера десептиконов не выражала той гордости, которую умело воспроизводило выражение плейта. Она опять была холодная и расчётливая, словно бы Мегатрон опять прикидывает, как можно воспользоваться ресурсами своей правой руки, закинуть его в самую горячую точку, чтобы потом либо за что-то отчитать, либо, как это было обычно, избить его до состояния оффлайна за чей-то косяк. –Восстанавливайся, Старскрим. Последнее, что бросил Мегатрон перед тем, как покинуть мед.отсек, оставляя трёх десептиконов наедине со своими мыслями. Саундвейв поспешил пойти за своим лидером, однако до его аудиосенсоров донеслись тихие разговоры между медиком и командиром воздушной армии: –Ты же понимаешь, чем это всё может закончиться?–голос Нокаута звучал встревоженно,–Мегатрон явно задумал что-то нехорошее по отношению к тебе. –Да и плевать,–беспечно выдохнул Старскрим, приподнимаясь на локтях.–Я сделал то, что посчитал нужным! Я.. Хаха! Мегатрон даже не смотря на всю неприязнь ко мне был.. Очень верю в это, доволен.. Ох.. Старскрим застонал, откидываясь назад и трясясь от боли. Нокаут прищурился и спешно осмотрел заваренный шов на животе, щурясь. –Свалить с Немезиды, прихватив с собой одну из бомб, и убить личного медбота Прайма? Ты же и сам знаешь, как Большой М относится к Оптимусу! Красный мех хмыкнул и взял со стола небольшое устройство, содержимое которого залил в рану на бедре, после чего стал подключать к Старскриму множество кабелей. Светлый энергон стал медленно вытекать из разбитого корпуса, а Скрим быстро терял оставшиеся силы. Но при этом он весело улыбнулся, чуть содрогнувшись. –И что же он сделает? Захватит Прайма в плен и заменит меня?–легкомысленно выпалил сикер, после чего рассмеялся, получив небольшой толчок манипулятором в грудь.–Не смеши меня, док!. Все хорошо будет.. И будь осторожнее, мне больно! –А ты лежи и не дёргайся, чудо в перьях. Саундвейв, записавший их разговор от начала и до конца, только издал что-то вроде хмыканья, после чего тенью выскочил из отсека. Краем оптики Старскрим заметил главного офицера разведки и нахмурился. Вот это ему не нравилось. Тихий мех может пересказать слова командира, и тогда уже Мегатрон может вполне себе начать такую себе охоту за бампером Прайма. Всё же Старскрим за срок своей службы достаточно наслушался злобы в словах своего хозяина.. Старскрим дёрнулся, отвлекаясь от своих воспоминаний, когда огромный когтистый манипулятор лёг на его плечо и с силой сжал его. Сверху раздался тихий рык. Вскрикнув, сикер спешно обернулся и, увидев над собой недовольное лицо бывшего гладиатора, сдавленно взглотнул, забегав взглядом по большому меху. Он не понимал причину агрессии со стороны начальника, поэтому не попытался вырваться из цепкой хватки, просто испуганно старался понять, почему лидер недоволен. Хотя.. Осознание пришло быстро. –Я тебя послал сюда для того, чтобы ты шестерёнки считал, или руководил процессом погрузки?–громом раздался спокойный голос десептикона, и он перевёл взгляд на вехиконов, которые послушно выполняли работу, не отвлекаясь на пришедшего Мегатрона. –Нет.. Нет-нет, вовсе нет, мой лорд! Я исполняю вашу волю.. Как надо. Крылатый проследил за злобным выражением фейсплейта начальника, как большой бот снова обратил внимание на своего маленького заместителя. Старскрима опять всего тряхнуло. Он прекрасно знал о том, что после подобных взглядов ему придётся собирать себя по всей Немезиде, и это в лучшем случае. Мегатрон был недоволен. –Твоё счастье, что я ещё не забыл твой поступок,–спокойно прорычал военачальник, грубым рывком отталкивая от себя сикера и, заложив манипуляторы за спину, он медленно пошёл вперёд.–Однако я так же помню и твои слова в разговоре с Нокаутом. Старскрим нахмурился. Привычная грубость, которую он никак не мог устранить. Только когда лорд в хорошем настроении. Потерев небольшую вмятину и несколько царапин, командир спешно поскакал за лидером, постукивая каблуками по сухой, почти достигшей стадии песчаника земле. –Какой разговор? Я не понимаю, о чём вы.. –Тебе не обязательно корчить из себя идиота, чтобы понять, о чём я говорю,–Мегатрон прекрасно слышал быстрые шаги за собой и поскрипывание крыльев, которые привычно опустились: сикер ждал наказания. Хотя сейчас у Мегатрона было другое желание. Он просто хотел внутри себя посмеяться над зашуганным помощником.–Саундвейв передал мне ваш разговор с Нокаутом по поводу моих дальнейших действий и того, как ты,–мех внезапно остановился и развернулся к разведчику, заставив того спешно затормозить,–относишься к моим планам по поимке Оптимуса Прайма. Щёлкнув дентопластинами, бывший гладиатор зловеще улыбнулся, видя искренний испуг в фейсплейте бедного Старскрима. Тот даже отшатнулся назад, немного выставляя манипуляторы вперёд, чтобы в случае чего закрыться от удара. Но его не последовало, и лорд усмехнулся, повернувшись обратно к входу в шахту. –Пойдём. Процесс погрузки ещё не завершён. Позади раздался явный вздох облегчения, после чего лёгкая поступь сикера быстро приблизилась к нему. Шаг замедлился, и серебристый десептикон чуть слышно сглотнул энергон, просочившийся из магистрали. Вскоре же Мегатрон потерял какой-либо интерес к своему заместителю, плетущемуся следом, и спокойно зашёл внутрь шахты, оглядываясь по сторонам. В этой части было довольно широкое пространство, в котом и работали вехиконы. Кто-то перетягивал кубы твёрдого непереработанного энергона, кто-то тягал огромные тележки, с дюжину роботов спешно работало у компьютеров. В целом, придраться не к чему. Большой мех покосился на сикера. Вот только Мегатрон напрягся, когда со стороны улицы раздалась отдалённый грохот мощного энергетического бластера, за ним дикий треск и сдавленные хрипы десептиконов. Тут же красная оптика метнулась на сикера, стоявшего рядом. Да только тот и сам явно ничего не понимал: уж слишком сильно он сжал ладони в кулаки, и не мог контролировать тряску серво. Обычно, если происходило что-то подобное, запланированное вредным командиром заранее, он старался совладать со своим беспокойством. Но не сейчас. В таком случае в процессор лезла одна единственная мысль, от которой меху было ни горячо ни холодно. –Неужели кто-то из автоботов?–озвучил предположение Старскрим и как-то испуганно уставился на господина, чьи мысли только что озвучил. –Скорее всего да. Занять позицию! Приготовиться к обороне шахты! Громко выпалил Мегатрон, выпуская на одной своей кисти длинное лезвие, опасно качнувшееся вперёд. Старскрим тут же отпрыгнул назад, за широкую спину лорда, трансформируя бластеры и встревоженно глядя на вход в шахту. Прайм появился неспеша, медленно волоча за собой труп вехикона. Изуродованный каркас бился об вытоптанный другими десептиконами пол, бился и оставлял за собой длинный след энергона, что выглядело очень.. Жутко. И жестоко. А когда голубая оптика засекла стоящих чуть ли не в центре Мегатрона и Старскрима, убитый быстро полетел в них двоих. Сикер чуть слышно пискнул, весь сжимаясь, а вот военачальник только криво улыбнулся. Рывком он отправил тушку в сторону, и она врезалась в каменную стену. Отлетели руки и ноги, несколько пластин сорвалось с мест крепления. Трое участников немой сцены проследили за тем, как вехикон упал на пол, и просто беспомощным куском металлолома лежал, снова образуя под собой лужу стремительно вытекающей голубой жидкости. После этого Мегатрон и Оптимус встретились взглядами. Улыбка на фейсплейте лидера десептиконов ожесточилась. Да вот долго глядеть друг на друга им не удалось. Автобот уставился на Старскрима, боязливо прячущегося за широкой спиной, после чего он сильно нахмурился. Внезапно Прайм вскинул свой бластер, и начал стрелять. Мегатрон, проследив за взглядом Оптимуса, быстро и неожиданно ловко для своих габаритов извернулся, схватился за и без того покалеченное плечо заместителя. Скрим закричал, когда его подставили на место главного десептикона, и несколько зарядов плазмы врезались в грудную пластину. Красная оптика расширилась, после чего начала быстро моргать. Шлем внутри разрывало от вопящих систем, но в конце-концов он медленно опустился, а тонкий и изящный корпус обмяк. Мегатрон весело ухмыльнулся, видя замешательство Оптимуса. Он знал, что искра Старскрима ещё теплится в серебристом мехе, хотя камера сильно смята, так ещё и были видны провода и обломок магистрали. Даже на него это навело некоторую тревогу. Ибо одно дело когда ты сам наносишь такие повреждения, даже в порыве злости следя за тем, чтобы этот оборванец с крылышками не погиб от твоих действий, но сейчас, когда он это не контролировал, появилась неуверенность. Зачем он подставил своего заместителя? Мех хотел ввести противника в замешательство, дать самому себе фору для того, чтобы самому атаковать. Он не позволит умереть Старскриму, но и Прайм от него не сбежит. Слишком высоки ставки. Да вот только когда Старскрим обмяк в его когтях, эту же фору Мегатрон и потерял, как изначально показалось военачальнику. Однако нет. Осторожно откинув от себя повреждённый корпус, десептикон быстро рванул вперёд. Отойдя от шока, автобот фыркнул и стал уворачиваться от выстрелов из большого плазменного оружия, прикрепленного на манипулятор. Почему-то это оказалось тяжелее, чем обычно. Прайм не мог понять, как так вышло, что в итоге он.. Сделал, считай, то же самое, что и сам Старскрим с Рэтчетом. Голубая оптика время от времени поглядывала на обездвиженный корпус в тени пещеры, как иногда судорожно дёргались конечности, либо же чуть мигала оптика, стремящаяся включиться. Выстрелы нанесли ему сильное повреждение. Оптимус посмотрел на Мегатрона, нависшего над лидером автоботов, и пропустил сильный удар под грудную пластину. Сине-красный мех сдавленно провентилировал, после чего получил под шлем. Лидер отступился назад, серво подкашивались, вот-вот, и он потеряет равновесие. Упадёт на колени перед своим главным врагом. Вот ещё! Он не хочет такого. Именно поэтому Прайм, зло глянув на противника, резко ушёл вбок, стреляя по большому десептикону. Мегатрон очень умело уклонился от всех выстрелов и снова настиг Оптимуса. Манипулятор замахнулся для атаки, но она была блокирована. Недолго думая, лидер автоботов трансформировал манипулятор в клинок, и с силой полоснул по груди бывшего гладиатора, оставляя на ней уродливый разрез. Из него слабо просочился энергон, однако не более. Повреждение не такое уж и серьёзное для того, чтобы подкосить желание и возможности военачальника отыгрывать свой план сполна. Перемахнув через раскиданную гору кубов подальше от десептикона, Прайм подскочил к корпусу Старскрима. Хотелось удостовериться, что заместитель всё ещё был жив, и уже на расстоянии он почувствовал оглушительный ритм, с которым искра гоняла энергон по еле живому меху. Скрим сдавленно провентилировал, снова зажигая оптику. Почему-то повреждённый болью процессор посчитал, что тяжелые шаги принадлежали Мегатрону. Конечно, лидер его подставил, но всё же сейчас они вернутся на корабль, Нокаут его подлатает, а потом.. А потом Старскрим опять получит по шлему непонятно за что. Всегда было так. Но по крайней мере он ведь останется жив, и он своей тушкой спас Мегатрону если и не искру, то корпус точно. Хоть что-то хорошее, верно? Холодные пальцы коснулись его плеч, и сикер сдавленно простонал. Меха попытались поднять, но этому не было суждено сбыться. Тут же со стороны раздалось злобное рычание, и обезволенный корпус снова рухнул на каменистую землю, издавая хрип. Сикер не понимал, что происходит, а от того, что оптика толком не работает, было ещё хуже. Страшно; окутавшая неизвестность заставляла еле-еле живые конечности мелко подрагивать. Откуда в нём такое волнение за Мегатрона? –Просто отдай его мне, и я уйду, будто ничего и не было!–злобно прошипел Оптимус, прижатый к земле большим бывшим гладиатором. Голубая оптика сузилась, а голос, приглушённый защитной пластиной, дрогнул. В ответ Мегатрон лишь усмехнулся, сильнее вдавливая Прайма и заставляя того недовольно проскрипеть дентопластинами. –Вот уж чего ты захотел, Оптимус Прайм! С чего это вдруг я должен отдавать тебе своего заместителя с просто так?–большой манипулятор резво схватился за синий шлем, ударяя его об землю,–Успокой свою ненависть, Оптимус. –Ты не понимаешь, Мегатрон.. Избранный задёргался, пытаясь вырваться из чужой хватки. Да вот только это никаким образом не получалось. А когда когтистая ладонь легла на его шею и начала сильно давить, стремясь придушить, Оптимус захрипел и постарался пнуть от себя обидчика. Вот только вскоре системы стали сильно перегреваться из-за отсутствия вентиляции, Прайм перестал как-либо дёргаться, только тщетно пытался глотнуть спасительного воздуха. –Я всё понимаю. И отлично это осознаю. Конечно, ты не сможешь простить то, что сделала моя правая рука,–он оглянулся на Старскрима,–и всё же тебе придётся это принять. И принять кое-что ещё.. Десептикон на секунду сильнее сжал манипулятор, показывая, кто здесь главный, и рассмеялся. –А вот теперь мы сможем поговорить как надо. Только для начала надо будет привести моего заместителя в порядок, как думаешь? Всё же он в этот раз тоже одно из действующих лиц! Коготь прошёлся по главной магистрали, и опасный манипулятор был убран с шеи Оптимуса. Мегатрон лениво поднялся на серво и рывком заставил пленника тоже встать. В конце концов Оптимуса взяли под руку, заставляя сильно свеситься вперёд. А сам военачальник медленно подошёл к Старскриму, оценивая его состояние. Сикер вообще не соображал и даже шлема на него не повернул. Медленный ритм постукивания искры заставил Мегатрона напрячься только сильнее. Он так сильно заигрался с Оптимусом, что забыл про гаснущую искру. Надо бы поспешить, если он не хочет вновь потерять хоть и вредного, временами туповатого и очень жадного до власти, но своего заместителя, который иногда даже был полезен. Да и к тому же утечка совсем сильная, из некоторых проводов голубое вещество било тонкой и мощной струйкой, пачкая изящный корпус и заставляя красную оптику моргать всё реже и реже, всё более тускло. Собственная искра немного сжалась. Жалкое зрелище. Осторожно присев и подхватив манипулятором раненого, Мегатрон ловко закинул крылатого десептикона себе на плечо, и, придерживаясь за его талию, осторожно спросил: –Ты живой? Глупый вопрос, очевидно. Да вот только когда Скрим что-то сдавленно простонал и даже сумел приподнять шлем, Мегатрон глубоко провентилировал. Какой же он всё же живучий. Перекинув сикера поудобнее, лорд активировал коммуникатор: –Саундвейв, заправшиваю мост в мед.отсек. Сообщи Нокауту, чтобы подготовил оборудование для восстановления. Старскрим серьёзно ранен. Когда энергон стал скатываться по броне вниз, военачальник краем оптики заметил зелёные отблески. Обернувшись, он увидел долгожданный портал на Немезиду. Хмыкнув, он в скором темпе зашёл внутрь и оказался прямиком в необходимой части корабля. Док, явно не ожидавший такого, вздрогнул, тупо уставившись своими зрительными сенсорами на главнокомандующего. Медленно красная оптика осмотрела сначала ушедшего в оффлайн сикера, а потом перешла на несоображающего Оптимуса. Мегатрон, довольный собой, улыбнулся и впустил из своей хватки Прайма, а после скинул и тушку Старскрима себе на один манипулятор, придерживая того так, чтобы он не рухнул на пол возле избранного Матрицей Лидерства. –Лорд Мегатрон..–Нок проглотил свой испуг и уставился на покорёженный корпус, после и на большого меха, лежавшего на полу,–Что опять случилось?! Я же только недавно.. –Для начала, дорогой Нокаут, позаботься о Старскриме,–осторожно положив командира на платформу, он поправил обломок магистрали, немного закрывший собой утечку,–обо всех подробностях произошедшего инцидента ты узнаешь позже. Любитель автомобилей сильно удивился, тупо глядя на корпус на столе, а после хмурясь так, словно бы увидел гору шлака. Нет, определённого Скрим выглядел очень плохо, и ему срочно требовалась помощь от хорошего медика. Как же хорошо, что Нок таким и является. Взяв оборудование и несколько больших пакетов с энергоном, доктор уставился на Прайма, которого опять подняли под руку. –И-и.. Что вы собираетесь делать с ним? –Пока что закрою в камере для пленных. А дальше уже будем разбираться тогда, когда Старскрим будет в полном здравии. Мегатрон косо посмотрел на полноправного хозяина этой комнаты, и снова пошёл к выходу. –У меня на него,–когтистый манипулятор огладил широкое плечо, и Мегатрон улыбнулся,–есть огромные планы.