Десять раз

      – Знаешь, однажды я кончил целых девять раз подряд, – сказал Джон, откидываясь на подушку.       – Ага, конечно, а я королева Елизавета, – прыснул Пол, пытаясь уместиться рядом с ним на своей узкой кровати. Сегодня Джон решил, что хочет переночевать в нормальных условиях, а не в том клоповнике-общежитии на Гамбьер-террас, который они делили вместе со Стю, и Пол был только рад приютить его в своем доме. Он убеждал себя, что дело лишь в том, что у них с Джоном будет больше времени для работы над песнями, однако его душа буквально пела при одной мысли, что Джон предпочел его Стюарту, а довольная улыбка все никак не сходила с лица.       – Ты думаешь, я тебя развожу, что ли? – Джон повернулся на бок, глядя на него сверху вниз. – Это было лет пять назад, мы еще тогда с тобой не были знакомы. Я был вместе с Питом…       – И он тебя удовлетворил? Целых девять раз? – приподнял бровь Пол, изо всех сил стараясь не расхохотаться. Настроение у него действительно было чудесное.       – Да нет же, придурок! – Джон толкнул его в бок. – Мы были на Фостерских полях, я тебе рассказывал, это старый пустырь под застройку. В новостройки как раз заселились жильцы, и одна цыпочка с большим бюстом любила позагорать на заднем дворе без лифчика…       – С очень большим бюстом? – с самым серьезным видом поинтересовался Пол. – Как у Брижит?       – Еще круче, – мечтательно отозвался Джон. – И вот я смотрел на нее и… – Он сделал несколько характерных жестов рукой вверх и вниз возле своего паха.       – А Пит что делал? – снова прыснул Пол.       – Пит? А хуй его знает, тоже дрочил, наверное, я не смотрел. В общем, тогда это и случилось. Мой личный рекорд – девять раз подряд.       Пол поднял руки и картинно похлопал в ладоши.       – Поздравляю, мистер Леннон, вы заслужили Орден Британской Империи за деморализацию общественности.       Джон скорчил смешную рожицу.       – На самом деле мы с Питом тогда поспорили, что я смогу десять раз или больше. Он мне телик свой, что ли, обещал взамен, я уже не помню.       – Он не отдал бы тебе свой телик, – уверенно заявил Пол.       – Я тоже так думаю, – усмехнулся Джон и почесал в затылке, а затем, глядя куда-то поверх головы Пола, рассеянно спросил: – А у тебя сколько было больше всего?       Пол почувствовал, как к щекам тут же прилила кровь.       – М-м… я не знаю, как-то не считал.       Джон взглянул на него с удивлением.       – Как – не считал? Я думал, все считают.       Пол нервно дернул плечом, отворачиваясь.       – Да я как-то не думал… Раз пять, наверное.       – Наверное или точно? – продолжал напирать Джон. Похоже, его действительно очень интересовал этот вопрос.       Пол прищурился, делая вид, что пытается вспомнить. На самом деле ему просто было неловко рассказывать о таком. Но если Джон рассказал первым…       – М-м, точно, – наконец ответил он. – Однажды Дот отсосала мне два раза подряд, потом я ее трахнул, а вечером еще подрочил пару раз. Всего пять.       – Что, она так плохо сосала, что пришлось потом еще и дрочить? – насмешливо спросил Джон.       Пол покраснел еще гуще. Он совсем не собирался рассказывать, что дрочил не из-за Дот, а из-за того, как Джон смотрел на него на репетиции в тот вечер. От его взгляда в животе Пола скручивался горячий узел, разжигая в нем такую страсть, какую никогда не могла разжечь его стеснительная девушка.       – Нормально она сосала, – все-таки ответил он. – Кто бы говорил, тебе Син вообще не сосет.       – Кто тебе сказал?! – возмутился Джон, садясь в кровати. – Сосет, да еще как, твоей Дороти даже не снилось! Вот сегодня буквально отсосала, прямо в туалете колледжа.       – Конечно, заливай побольше, – Пол закатил глаза.       – Хочешь, чтобы я доказал? – не отступал Джон.       – Интересно посмотреть, как ты это сделаешь, – хихикнул Пол.       Джон призадумался.       – Хм, да, сейчас это будет проблематично, так как мне совсем не охота пиздовать аж до Хойлейка. Но в следующий раз, как она будет это делать, я приглашу тебя посмотреть.       – О да, конечно, а еще всю нашу группу, – фыркнул Пол. – Тебя что-то заносит сегодня, Леннон, полегче на поворотах.       – Не веришь, что ли? – самодовольно усмехнулся Джон. – Всю группу не обещаю, а тебе могу устроить шоу. Хочешь?       Пол снова покраснел, когда почувствовал, как член дернулся в штанах. О чем они говорили? Все еще о Синтии?       – Обойдусь, – быстро сказал он, натягивая одеяло повыше и надеясь, что Джон не заметит, как крепко у него стоит. Господи, о чем он только думает? Неужели его заводит мысль о том, чтобы посмотреть, как Син отсасывает Джону? Хм, наверное, все-таки да, но он бы никогда не стал делать этого в реальности…       – Чего ты так раскраснелся, Макка? – продолжал дразнить его Джон. – Уже представил, как старушка Син берет в рот?       – Нет, – пробурчал Пол, отворачиваясь от него и изо всех сил отгоняя от себя кощунственные мысли о том, что не отказался бы посмотреть, как в рот берет сам Джон. Желательно, у него. Член затвердел еще сильнее, предательски пульсируя в пижамных штанах. Боже, какой стыд. Он, наверное, долбаный педик, если думает о таких вещах. Хотя Джон вообще-то начал это первым. Они периодически дрочили друг другу еще со времен, когда их группа называлась «Кворримен», и инициатором этих «сеансов расслабления» всегда был Джон. Ну ладно, не всегда, но поначалу так точно, сам Пол на такое никогда бы не решился. А однажды Джон почти поцеловал его в губы. Это было после одного из выступлений в «Касбе», они тогда сильно напились, Джон обнял его за плечи и зачем-то чмокнул куда-то в уголок рта. Сердце Пола едва не выскочило из груди, однако затем они сделали вид, что ничего не было, а позже Пол решил, что Джон просто спьяну и сослепу перепутал его с девушкой. С кем не бывает, не правда ли? Не то чтобы Пол когда-нибудь путал девушек с парнями, но речь шла о Джоне, а с тем могло приключиться что угодно.       Кстати, об этом.       – Хочешь, тоже поспорим? – предложил Джон.       – На что? – Пол обернулся к нему, удивленно приподнимая брови.       – Ну, что ты сможешь побить мой рекорд, – Джон не смотрел на него, равнодушно рассматривая свои ногти, словно тема разговора не особо его волновала.       – Какой рекорд? – У Пола появилось нехорошее предчувствие.       – Ну, то, о чем я только что рассказывал, ты уже забыл? Кончить больше девяти раз подряд.       – Ты шутишь, что ли? – Пол нервно рассмеялся. – Я даже не уверен, что такое возможно.       – Ну я же смог, – Джон пожал плечами. – Если выиграешь, отдам тебе свою новую куртку.       – Правда? – Пол на миг забыл об условиях спора, представив, как круто смотрелась бы на нем новая замшевая куртка Джона, которую тому на Рождество подарила его тетя Матер из Эдинбурга. Тети Пола Джин и Милли тоже сделали ему отличные подарки, однако его родственники из рабочего класса не могли позволить себе покупать настолько дорогие вещи, как это делали родственники Джона. Обычно Пол не ощущал между ними классового неравенства – в конце концов, Мими почти не давала Джону денег, и он вечно стрелял сигареты и пиво – однако такие моменты заставляли его вспомнить, что они принадлежат к разным социальным слоям. Самым дорогим подарком, который когда-либо сделали Полу, была только его гитара «Зенит».       – Ага. То есть ты согласен? – Джон заметно приободрился.       – Эм, подожди… – Пол тряхнул головой, прогоняя из нее соблазнительные образы того, как будет щеголять в школе и клубе в новой модной куртке. – А если я проиграю? Чего ты хочешь взамен?       – Твою гитару, – тихонько пискнул Джон и виновато покосился на него.       – Мою гитару? – Пол приподнял брови. – Но… если я лишусь ее… мне будет не на чем играть в группе.       – Тогда тебе лучше выиграть и получить мою куртку, – хитро ухмыльнулся Джон.       Пол знал, что в этом всем определенно есть какой-то подвох, иначе и быть не могло. Но какой? Неужели… Джон таким образом хотел выгнать его из группы? Ну да, группе совсем не нужен был третий гитарист, еще и на акустике, когда у остальных уже были крутые электрогитары. Однако он думал, что дело не только в гитаре, что дело в нем самом... Что он нужен Джону… то есть нужен как друг и соавтор песен. Хотя, возможно, Джон уже решил, что будет писать песни со Стю? Возможно, они уже писали вместе?..       Мечтательное выражение сползло с его лица, и он отвернулся, прикусив губу и стараясь не расплакаться от обиды и разочарования.       – Я не хочу, – глухо произнес он.       – Ты чего? – в голосе Джона слышалось удивление. – Я ведь не предлагаю тебе… ну там, выйти на улицу голым или спрыгнуть с крыши. Как по мне, ты только выиграешь от этого спора, разве нет?       Пол неожиданно разозлился. Джон хотел посмеяться над ним? Что ж, отлично, он вполне способен подыграть.       – И как ты себе это представляешь? – язвительно спросил он, снова поворачиваясь к нему. – Я должен буду пригласить тебя к нам с Дот на свидание, чтобы ты сидел в углу и считал, сколько раз я… – он все-таки запнулся, не вовремя смутившись.       – Да нет же, – отмахнулся Джон. – Это слишком сложно, да и зачем? Ты можешь сделать это прямо сейчас.       Повисла неловкая пауза, пока до Пола постепенно доходило, чего же именно от него хочет Джон.       – Что?.. – на всякий случай переспросил он.       Джон закатил глаза.       – Макка, не тупи. Для того, чтобы кончить, совсем не нужна девчонка. Я же только что рассказал тебе, что тоже сделал это самостоятельно.       – То есть ты хочешь, чтобы я… – Пол снова запнулся, чувствуя, как у него покраснели даже уши. Зато член снова заинтересованно приподнялся, явно не протестуя против подобного предложения. Дурацкие гормоны.       – Да, именно этого я и хочу, – уверенно произнес Джон, но тут же стушевался и добавил: – Ну, если ты все-таки решишься спорить.       На языке у Пола вертелся один-единственный и вполне закономерный вопрос: «Зачем тебе это?». Зачем Джону смотреть, как он дрочит и кончает девять раз подряд, или сколько он там должен был это сделать? Какой в этом смысл для самого Джона? Пол же весь испачкается, если сделает это, и Джону наверняка станет противно… Член напрягся еще сильнее, настойчиво оттягивая ткань трусов и пижамных брюк. Похоже, телу Пола было плевать на стыд, оно жаждало лишь удовлетворения своих потребностей.       Пол шумно сглотнул, так и не спросив у Джона о причине. Зато ему в голову пришла отличная мысль, как закончить этот разговор.       – Я не смогу отдрочить себе девять раз подряд, – тихо сказал он. Говорить об этом тоже было стыдно, но все же не так, как если бы ему действительно пришлось это делать. – Я же потом неделю не смогу ни трахаться, ни даже прикоснуться к себе. Ну… из-за того, что я обрезанный.       – Ты имеешь в виду, что натрешь там, или что? – уточнил Джон.       – Ну да, – Пол не знал, куда себя деть от смущения, однако решил окончательно закрыть эту тему. – Тем более что я не уверен, что смогу так сильно возбудиться – если ты не заметил, в этой комнате нет ни одной цыпочки с большими буферами, вроде той, на которую дрочил ты, когда устанавливал свой рекорд.       Джон, казалось, всерьез задумался над его словами. Пол слегка расслабился, убежденный, что смог удачно справиться с этой проблемой, умудрившись и не опозориться, и не поссориться с Джоном, и… не вылететь из группы, если Джон действительно придумал все это, чтобы избавиться от него. От этих мыслей становилось тошно, зато они хорошо помогали усмирить возбуждение.       – Ладно, а если я тебе помогу? – вдруг спросил Джон.       – Что? – переспросил Пол, не ожидая, что тот решит продолжить разговор.       – Ну… если я… – Джон запнулся, снова уставившись на свои ногти. – Ну ты знаешь… мы уже так делали.       Член Пола, едва успев успокоиться, снова встал по стойке смирно, а сердце заколотилось где-то в ушах.       «Нет, нет и нет, – твердо сказал он себе. – Даже думать не смей соглашаться на эту дурацкую затею, и плевать, если это будет означать, что Джон сделает все сам…»       – Ладно, – произнесли его губы, абсолютно не подчиняясь приказам сознания.       – Что, правда? – Джон перевел на него изумленный взгляд. Его глаза горели нездоровым блеском, однако Полу уже было все равно – волшебные слова были произнесены.       Он кивнул, тоже глядя куда-то мимо Джона, пытаясь унять учащенное сердцебиение и не кончить в трусы до того, как Джон прикоснется к нему.       – Только нужно будет смазать, – едва ворочая языком, произнес он. – У меня есть крем…       – Я думаю, мы обойдемся слюной, – таким же ломким голосом ответил Джон. – У меня много очень хорошей и вязкой слюны, ты ведь знаешь об этом?       Пол не выдержал и нервно рассмеялся. Джон всегда мог рассмешить его, даже в такой жутко неловкой и странной ситуации.       – М-м… тогда хотя бы выключи свет? – попросил он, все еще не глядя на Джона.       – Ага, а ты пока снимай штаны, – бодро приказал Джон, хотя Пол все же услышал, как его голос дрогнул на последних словах.       «Что мы, черт возьми, творим?» – пронеслась в его голове последняя здравая мысль, однако в этот момент Джон выключил свет, и Пол тут же откинул одеяло в сторону, вслед за этим берясь за пояс пижамных штанов и стаскивая их с бедер вместе с трусами.       С улицы проникал неяркий свет фонарей, затуманенный привычной январской моросью. Пол попытался унять охватившую тело мелкую дрожь, но у него ничего не получилось, особенно когда Джон улегся с ним рядом и положил горячую ладонь на его обнаженное бедро. Пол едва не подпрыгнул на месте, резко дергаясь.       – Спокойно, я просто пытаюсь нащупать… – пробормотал Джон, и они оба расхохотались.       – Он не такой уж маленький, – выдавил Пол сквозь смех, хотя его щеки по-прежнему пылали.       – В самый раз, – отозвался Джон, сдвигая руку выше.       Смех тут же застрял у Пола в горле, когда чужая ладонь накрыла его твердый и подрагивающий от напряжения и перевозбуждения член.       – Черт, он уже такой мокрый, – удивленно прошептал Джон, осторожно касаясь пальцами головки и медленно проводя ими ниже.       – М-м… – тихо застонал Пол, с силой прикусывая губу. Стоило Джону прикоснуться к нему, как все мало-мальски логичные мысли вышибло из головы. Казалось, весь его мозг теперь сместился ниже пояса.       Джон убрал руку, и Пол услышал, как он сплевывает на ладонь. Затем его рука снова обхватила член, медленно поглаживая его плавными движениями вверх и вниз.       – Не больно? – еле слышно спросил он.       – Нет, – выдохнул Пол, прилагая все свои силы для того, чтобы не стонать во весь голос, и чтобы не опозориться, кончив от первых же прикосновений. Хотя, кажется, чем больше он кончит, тем лучше?..       – Расслабься, – прошептал Джон ему на ухо, и Пол вздрогнул, осознав, насколько он близко. – Ты такой напряженный. – Его горячее дыхание опалило щеку, и сердцебиение Пола участилось.       – Я… – начал он, и в этот момент большой палец Джона обвел головку, потирая чувствительное местечко под ней.       – А-ах!.. – вскрикнул Пол, обильно выплескиваясь себе на живот. Этот оргазм стал неожиданностью даже для него самого, не говоря уже о Джоне.       – Первый пошел! – даже как-то радостно провозгласил тот. – Поли, а я и не знал, что ты такой скорострел!       – Заткнись, – простонал Пол, проклиная себя за то, что в очередной раз пошел у него на поводу. От стыда и унижения пылало уже буквально все лицо, он, наверное, еще никогда так не позорился. Черт возьми, даже в свой первый раз с девушкой он продержался гораздо дольше.       – Зато у нас теперь появилась смазка, – удовлетворенно произнес Джон, скользя ладонью по животу Пола и собирая с него сперму. От этих небрежных прикосновений член Пола снова заинтересованно поднялся. – Только вот большая часть впиталась в твою пижаму…       – Блядь, – от души выругался Пол. – Я же весь испачкаюсь. – Он принялся расстегивать пижамную куртку непослушными пальцами.       – Да ладно, постираешь потом, – невозмутимо отозвался Джон. – Хотя да, лучше все-таки расстегнуть.       Пол расстегнул пуговицы и раздвинул края куртки, обнажая грудь и живот. Джон рядом с ним почему-то рвано вздохнул, а затем его рука снова накрыла член.       – М-м, вижу, кто-то не против продолжить?       Пол промолчал, зато непроизвольно дернул бедрами, когда Джон вновь принялся ласкать его, теперь размазывая по члену сперму вместе со своей слюной. Каждое движение его руки сопровождалось громкими хлюпающими звуками, которые и смущали, и возбуждали одновременно. Время от времени он слегка замедлялся, чтобы погладить головку, пройтись пальцем по тому самому чувствительному месту под ней или потереть уздечку. Пол тихо захныкал, начиная толкаться в его руку – он не хотел этого делать, однако не мог устоять. Удовольствие струилось по его позвоночнику легкими острыми покалываниями, постепенно накапливаясь внизу живота.       – Приятно? – снова прошептал Джон ему на ухо. Его лицо находилось совсем рядом с лицом Пола, и тот некстати подумал, что если повернется, сможет коснуться его губ своими. Нет, об этом точно не стоило думать. Это ведь был всего лишь дурацкий спор, правда?       Джон принялся надрачивать ему немного быстрее, и мысли смешались в голове. Оргазм накатывал жаркими волнами, и Пол не стал им сопротивляться. Он не знал, должен ли предупреждать об этом Джона, и решил промолчать. В тот момент, когда пальцы Джона в очередной раз коснулись уздечки и мокрой щелки на вершине головки, слегка прижимая ее, Пол кончил снова, пачкая его руку и низ своего живота.       – А ты достойный соперник, – хмыкнул Джон, и даже сквозь пелену отступающего наслаждения Пол заметил, как низко и хрипло звучит его голос.       Джон пошевелился, слегка меняя позу, и Пол почувствовал, как что-то твердое и горячее тычется ему в бедро. Его тут же опалило новой волной жара – получается, Джон тоже хотел его? То есть не «тоже», и не «хотел» – он всего лишь возбудился от сексуального взаимодействия, вот и все. Кто угодно возбудился бы, прикасаясь к чужим половым органам, для этого не обязательно быть педиком или испытывать какую-то симпатию – по крайней мере, так думал Пол. Это просто… просто естественная реакция организма, вот и все. Как и то, что у него снова встало, едва он почувствовал прикосновения чужого члена.       – Хочешь передохнуть? – спросил Джон. Его дыхание было тяжелым и быстрым, словно он только что навернул несколько кругов на стадионе.       – Нет, – одними губами произнес Пол, однако Джон каким-то образом услышал его.       – Ты не устаешь меня поражать, – прошептал он, и у Пола защекотало в животе от этих слов.       Ладонь Джона, перепачканная новой порцией спермы, вновь коснулась члена, однако на этот раз он не слишком спешил начинать, просто медленно поглаживая его сверху вниз.       – О чем ты думаешь? – вдруг спросил он, будто они гуляли по набережной, а не лежали в кровати, занимаясь хрен-знает-чем.       – М-м… в каком смысле?.. – Пол попытался сосредоточиться, однако это было довольно сложно, когда пальцы Джона касались его в самом чувствительном месте.       – Ну, ты представляешь кого-нибудь? – голос Джона снова задрожал, и Пол не знал, почему. – Брижит там… или Дот?       – Нет, – просто ответил он. – Я не представляю никого из них.       Джон шумно сглотнул прямо над его ухом и снова опалил его лицо своим горячим дыханием, в котором явственно ощущались запахи табака и пива, смешиваясь с запахом самого Джона – терпким и острым, таким знакомым и привычным, но в то же время безумно будоражащим и сексуальным.       – Почему? – тихо спросил он.       Пол измученно закатил глаза. Любил же Джон не вовремя потрепаться! Вот что ему ответить? А главное – зачем он вообще спросил об этом? Мысли путались, затуманенные наслаждением, Пол мог думать только о том, что хочет, чтобы Джон касался его еще, что хочет кончить снова. Ему совсем не хотелось отвечать на какие-то провокационные вопросы.       – Не знаю, – выдохнул он.       Джон, похоже, остался удовлетворен его ответом, потому что заткнулся и наконец-то занялся делом, обхватывая член Пола крепче и двигая рукой сильнее. Сквозь пелену вожделения и удовольствия Пол смутно ощущал, что его рука уже слегка натерла чувствительную кожу, однако решил пока не заморачиваться с этим. Он лучше бы умер, чем попросил Джона прекратить, и дело было совсем не в споре. Ему хотелось, чтобы Джон прикасался к нему, хотелось больше всего на свете.       Движения Джона стали более быстрыми и рваными, его горячее дыхание щекотало Полу шею, дразня его еще сильнее, и сам он был безумно горячий, прижимаясь своим жарким телом к боку Пола. Пол только сейчас осознал, что на Джоне нет пижамы – тот не брал ее с собой, а пижамы Пола ему были малы, поэтому он обычно спал в одних трусах. Пол чувствовал, как его бедро прижимается к его собственной ноге – так хотелось вытянуть ее и переплести их ноги, хотелось избавиться от одежды и прижаться своим телом к телу Джона, чтобы чувствовать его каждым дюймом кожи. Джон, казалось, ощутил его желание, потому что придвинулся еще ближе, насколько это было возможно – он уже наполовину буквально лежал на Поле сверху, и тот чувствовал, как его твердый член трется о бедро. В какой-то момент его горячие влажные губы уткнулись Полу в шею, оставляя на коже пылающий смазанный след, и Пол не выдержал, подаваясь бедрами вперед, рваными толчками вбиваясь в его руку, а затем снова спуская на себя теплые вязкие струйки.       – О господи… – выдохнул он, содрогаясь в последний раз, чувствуя, как постепенно отступает наслаждение.       – Поли, я больше не могу… – хрипло простонал Джон. – Я знаю, что мы так не договаривались, но мне тоже нужно… – Он отпустил член Пола и, не вытирая руки, полез к себе в трусы. – Блядский боже, я сейчас просто свихнусь…       Он слегка отстранился от Пола, неуклюже возясь с собственным бельем, и Пол инстинктивно подался за ним следом, накрывая его липкую руку своей.       – Хочешь мне помочь? – срывающимся голосом спросил Джон.       – Да, – шепнул Пол, обхватывая его член левой рукой и сразу же начиная двигать ею вверх и вниз.       – Можем сделать это одновременно, хочешь?.. – Теперь Джон хрипло дышал прямо ему в рот. Расстояние между их губами составляло всего лишь каких-то полдюйма, и Пол едва не заскулил от этой сладостной пытки, от головокружительного соблазна все-таки соединить их. Однако он не мог, это было бы неправильно – одно дело дрочить друг другу, повинуясь правилам какого-то выдуманного ими же самими спора, другое дело – целоваться, как педики. Целовать можно было только девушек, поцелуй был выражением симпатии и нежных чувств, которых между парнями быть не могло.       – Давай, – прошептал Пол, быстрее двигая рукой на его члене. Тот пульсировал и истекал предэякулятом, такой напряженный, большой и мокрый. У Джона был больше, чем у него, однако Полу было плевать на это. Он плавился от наслаждения лишь только оттого, что Джон позволял ему прикасаться к себе.       Джон тоже обхватил его член. Сперма на его ладони уже высохла, и трение становилось более ощутимым, однако Пол снова наплевал на это. Ему было плевать, разотри его Джон до крови, лишь бы тот только не останавливался.       Они снова прижались друг к другу, мокрые головки их членов соприкоснулись, заставляя их обоих вздрогнуть.       – Я мог бы потереться об тебя, но это будет не совсем честно… – прошептал Джон ему в рот.       – М-м, ага… – ответил Пол, почти не соображая, о чем он говорит. Пьянящее ощущение близости накрыло его с головой, сейчас он был бы согласен на что угодно, отголоски вбиваемого обществом и воспитанием стыда медленно таяли под напором всепоглощающего желания и страсти. Если бы Пол мог сейчас мыслить трезво, он, наверное, ужаснулся бы тому, как это действует на него.       Он еще пару раз дернул рукой на члене Джона и почувствовал, как на ладонь выплеснулось горячее семя.       – О да, о боже, Пол… – тихо простонал Джон, отворачиваясь и утыкаясь лицом в подушку, чтобы заглушить остальные слова и стоны, срывающиеся с губ.       Пол разочарованно застонал, прикусывая губу. Он надеялся, что если быстро поцелует Джона в момент оргазма, тот может и не заметить, или, по крайней мере, не запомнить этого, однако Джон не дал ему такой возможности. Его рука на члене Пола замерла на какое-то мгновение, а затем принялась двигаться снова.       – Давай, – прошептал он, снова поворачиваясь к Полу. – Сделай это еще раз. Для меня.       – Ах… – тихо выдохнул Пол, закатывая глаза. Трение стало сильнее, он уже ощущал легкую боль, однако продолжал прижиматься к ладони Джона, толкаясь в нее.       – Давай, Поли… – шептал Джон ему в губы. – Кончи для меня…       – Черт… – выдохнул Пол, зажмуриваясь, и вздрогнул, когда очередной оргазм накрыл его с головой. В этот раз ощущения почему-то были сильнее и дольше, он смутно слышал, что стонет как-то чересчур громко, однако не мог заставить себя перестать. Его левая рука – все еще перепачканная в сперме Джона – рванулась к лицу, инстинктивно пытаясь закрыть рот, но Джон опередил его, накрывая его губы своими.       Пол рвано выдохнул от удивления и широко распахнул глаза, хотя все равно ничего не увидел в темноте. Джон жадно целовал его, продолжая ласкать его многострадальный член, проводил языком по его губам, настойчиво тыкаясь между ними. Пол, все еще ошарашенный и не до конца пришедший в себя после оргазма, разомкнул губы, позволяя Джону проникнуть языком в рот. Джон отпустил его член и обнял его за талию, буквально втискивая в себя, смыкая их губы еще плотнее и крепче. Пол закрыл глаза и, наплевав на все предрассудки, ответил на поцелуй, лаская язык Джона своим.       Джон глухо застонал и почему-то вздрогнул, словно не ожидал взаимности. Их языки переплелись, мокро и грязно вылизывая друг друга. Этот поцелуй вряд ли можно было бы назвать красивым, Пол никогда не целовал так никого из девушек – разве что был совсем пьяным – и точно никогда не стал бы целовать так Дот: ей, скорее всего, стало бы противно. В нем не было ни капли нежности или романтики, они с Джоном буквально поедали друг друга, то и дело сталкиваясь зубами и прикусывая губы. Пол неосознанно обхватил Джона за шею, прижимаясь к нему еще крепче, их все еще не опавшие члены соприкоснулись и дразняще терлись один об другой. Пол забросил Джону ногу на бедро, вжимаясь в него теснее, и Джон обхватил ее ладонью, с силой впиваясь пальцами в кожу.       В какой-то момент им все-таки пришлось разлепиться, чтобы отдышаться – они отпрянули друг от друга, жадно хватая воздух опухшими губами и таращась один на другого в полутьме. Пол видел, как блестят глаза и губы Джона, и как тот то и дело проводит по ним языком, будто слизывая что-то.       – Сколько уже? – хрипло спросил Джон.       – Что?.. – рассеянно переспросил Пол.       – Сколько раз ты кончил?       – Я… я не помню… – Мозг Пола практически превратился в кашу от многочисленных оргазмов и безумных поцелуев. Он совсем забыл, что это был всего лишь спор, и напоминание об этом спустило его с небес на землю. Он смущенно убрал ногу с бедра Джона и слегка отодвинулся от него, едва сдерживаясь, чтобы вообще не укрыться одеялом.       – Кажется, четыре, – Джон, похоже, не заметил его смущения. – Продолжаем?       – М-м, я думаю, что нам нужно остановиться, – неуверенно произнес Пол, нервно прикусывая припухшую от поцелуев нижнюю губу.       – Почему? – в голосе Джона, казалось, промелькнуло настоящее отчаяние.       «Потому что мы заходим слишком далеко, – мог бы ответить ему Пол. – Потому что я не знаю, зачем ты делаешь то, что делаешь, и если это просто так – из-за спора или гормонов – то я больше не хочу принимать в этом участия, потому что не уверен, что смогу это пережить».       – Потому что я больше не смогу кончить, – вместо этого сказал он вслух. – Я же говорил… мне нельзя дрочить слишком много.       – Хочешь сказать, что тебе уже больно? – с сожалением переспросил Джон.       – Да, – ответил Пол, и это было правдой, хотя на самом деле он испытывал боль совсем не от натертого члена.       Джон снова замолчал, словно о чем-то размышляя. Пол подумывал о том, чтобы смыться в ванную и привести себя в порядок – а также дать волю подступающим к горлу слезам – когда тот снова заговорил:       – А если… ну, не дрочить, тогда сможешь?       – Эм… это как? – тупо переспросил Пол, не понимая, куда он клонит. Все его мысли сейчас сводились к тому, чтобы не думать, что он еще и проиграл гитару.       Джон тихо поцокал языком.       – Закрой глаза, – приказал он. – И не открывай ни в коем случае. И ничего не говори тоже.       – Мне уже страшно, – нервно прыснул Пол.       – Сделай, как я сказал, ну же, – настаивал Джон.       – Ладно, – Пол послушно закрыл глаза и вытянулся в струну, чувствуя себя слегка глупо.       Он ощутил, как Джон сполз немного ниже и положил одну руку ему на бедро, а другой обхватил его член у основания, прикасаясь к нему ласково и нежно. Он уже хотел спросить, что тот собирается делать, когда вдруг почувствовал, как головка погрузилась в горячий мокрый рот.       – Блядь, ох черт! – вырвалось у него, прежде чем он успел прикрыть себе рот рукой. Его бедра инстинктивно дернулись вверх, толкаясь в рот Джона, и Джон придержал их.       – Не дергайся так, ладно? – хрипло проворчал он, выпуская член изо рта с громким чмоканьем. – И постарайся не орать.       Пол послушно затряс головой, продолжая зажимать себе рот. Его дыхание стало рваным и частым, сердцебиение буквально зашкаливало, а в голове была полная каша. Он никогда в жизни не смог бы себе представить, что Джон решится на нечто подобное. То есть он, конечно же, представлял себе это, даже буквально сегодня, но никогда бы не подумал, что это может произойти в реальности. Хотелось ущипнуть себя, чтобы проверить, что он не спит.       Губы Джона вновь скользнули по члену, вбирая его в рот и принимаясь посасывать с громким развратным причмокиванием. От этого всегда такие звуки? Пол не мог вспомнить, и вообще думать становилось все сложнее, однако одна предательская мысль промелькнула в голове, заставив его вздрогнуть и вновь покраснеть от смущения. Он совсем забыл о том, что был грязным – он же кончил, мать его, четыре раза, и Джон несколько раз размазал его сперму по члену. Как тот мог после этого взять его в рот? Разве ему не было противно? Если бы Пол знал, что Джон соберется делать это, он все-таки сходил бы в ванную. Однако Джон вел себя так, словно все было в порядке – ну, по крайней мере, так казалось со стороны. Он сосал и облизывал член, щекоча головку языком, и Полу совсем не хотелось, чтобы он останавливался.       Рот Джона был гладким и очень мокрым, поэтому Пол совсем не ощущал трения. Его движения были ритмичными, но не грубыми, язык плавно скользил вокруг головки, дразня чувствительное местечко под ней. Когда он в очередной раз прошелся там, Пол не выдержал и заскулил в свою ладонь.       – Больно? – тихо спросил Джон, снова отрываясь от него.       Пол отрицательно замотал головой, все еще не решаясь заговорить, тем более что Джон запретил ему это.       – Тебе нравится? – как-то неуверенно спросил Джон, поглаживая основание члена большим пальцем.       «О да, конечно же, мне нравится! Я три долбаных года мечтал об этом!» – мог бы ответить Пол, но, конечно же, не стал, вместо этого что-то утвердительно промычав в свою ладонь.       Джон снова вернулся к прерванному занятию, на этот раз вбирая его глубже и крепче сжимая губы. Пол тихо ахнул, раздвигая ноги – его пижамные брюки и трусы, которые он слегка спустил, когда они только начали, съехали обратно, упираясь в руку Джона, которой тот все еще придерживал член. Заметив это, Джон вновь оторвался от него, чтобы стащить штаны и трусы Полу до лодыжек. Теперь Пол мог согнуть и раздвинуть ноги настолько широко, насколько ему хотелось, что он тут же и сделал. Джон как-то удовлетворенно хмыкнул и опять вобрал его в рот, насасывая с удвоенным энтузиазмом. Его губы упоенно скользили вниз и вверх, горячий рот вбирал член все глубже и глубже. У Пола перед глазами поплыли цветные пятна, низ живота налился жаром и тяжестью, знаменуя приближение оргазма, и в этот момент он растерялся. Он должен был предупредить Джона, что собирается кончить – ведь не мог же он сделать это ему в рот, не так ли? Это было бы уже слишком, хотя все сегодняшней ночью было чересчур слишком для Пола – сама эта безумная затея с кучей оргазмов, неожиданные поцелуи и теперь это. Наверное, ему чертовски повезет, если к утру он останется в своем уме.       Все-таки решившись, он слегка отодвинул руку ото рта:       – Джонни… стой, пожалуйста… я сейчас… сейчас кончу… – Голос предательски дрожал и срывался, Пол продолжал кусать губу, чтобы не стонать, потому что Джон даже и не думал останавливаться, только крепче сжав его губами.       – А-ах, черт… – простонал Пол, закатывая глаза, и снова зажал себе рот, когда его бедра содрогнулись, а член запульсировал, выплескивая очередную порцию спермы – на этот раз прямо в рот Джону. Он глухо захныкал в свою ладонь, продолжая дрожать и слегка извиваться, сходя с ума от ощущения, что Джон позволил ему это. Тот продолжал сосать его, теперь слегка поглаживая по бедрам.       Когда Пол слегка успокоился и обмяк, Джон медленно провел губами по члену и выпустил его, шумно сглатывая.       – Пятый, – прошептал он. – Мы дошли до экватора.       Пол неопределенно хмыкнул – складывалось впечатление, что Джону его победа в споре нужна чуть ли не больше, чем ему самому. Он ведь так старался, чтобы Пол выиграл. Это казалось странным, и Пол решил, что не будет сейчас думать об этом, чтобы не тешить себя напрасными иллюзиями.       Они какое-то время помолчали, переваривая случившееся. Затем Джон завозился, похоже, меняя позу, и тихо спросил:       – Хочешь еще?       – Да, – еле слышно выдохнул Пол и не соврал – его член вновь затвердел от одного осознания, что Джон сделает это снова.       Джон наклонился над ним, опаляя член своим горячим дыханием, а затем легонько подул на него. Пол дернулся и тихо захныкал, слегка выгибаясь ему навстречу. Наверное, потом ему будет жутко стыдно за свое поведение, однако сейчас это все казалось таким… правильным, что ли? Он так хотел, чтобы Джон приласкал его снова.       Как в тот раз, когда он ласкал его рукой, Джон решил слегка подразнить его, осторожно коснувшись члена языком и медленно проводя им по стволу от основания к головке. Пол задрожал, когда язык влажно облизал уздечку и пощекотал мокрую щелку на вершине головки.       – М-м… – тихо застонал он, вновь прикрывая рот рукой.       – Господи, какой же ты… – пробормотал Джон и снова накрыл член губами, не давая себе договорить. Пол с радостью подался ему навстречу, принимаясь легонько двигать бедрами. На удивление, Джон замер, позволяя ему это, разрешая трахать себя в рот.       Пол ускорил движения, все-таки стараясь не входить слишком глубоко. Господи, это было так охуенно, вталкиваться в мягкую влажную полость, ощущать, как язык Джона скользит по головке, вылизывая ее. Джон крепче сжал губы, сильнее стискивая их вокруг члена, и Пол хрипло застонал в свою ладонь. Как же он хотел бы отпустить себя и кричать во весь голос, показывая Джону, как ему на самом деле хорошо! Однако он совсем не был уверен, что тому понравилось бы это. Он все еще не знал, какую цель преследует Джон, творя с ним все эти вещи, поэтому не мог так рисковать. К тому же, если бы он начал кричать, то обязательно разбудил бы папу и Майка, спящих в соседних комнатах.       Поэтому он лишь тихонько хныкал в свою ладонь, ритмично двигая бедрами, трахая Джона в рот. Джон охотно помогал ему, посасывая головку и играя с ней языком. Это было так божественно, никто раньше никогда не позволял ему такого – ни фанатки, которые отсасывали ему после выступлений, ни тем более Дот. Она вообще долго не могла себя заставить начать делать это и каждый раз сосала с таким видом, словно делает Полу большое одолжение. Джон отсасывал совсем не так – казалось, ему даже нравилось? Пол не знал, могло ли такое нравиться другому парню, так как сам никогда не пробовал. Но если бы Джон попросил его… возможно, он бы и решился.       В этот раз оргазм подступал медленно и плавно, постепенно затягивая Пола в свои сладкие сети. Движения его бедер стали аритмичными и рваными, и Джон с готовностью перехватил инициативу, теперь уже самостоятельно насаживаясь на его член своим ртом. Его ладони обхватили Пола за бедра, сжимая их, влажные чмокающие и хлюпающие звуки становились все громче. Пол дернулся еще пару раз, ощущая, как наслаждение накрывает его с головой, и снова излился Джону в рот, на этот раз не предупреждая. Джон продолжал жадно сосать его, пока Пол окончательно не расслабился, переводя дыхание.       Джон отстранился и сглотнул, вытирая губы тыльной стороной ладони. Его дыхание было хриплым и частым, Пол ощущал, как дрожат его пальцы, прикасающиеся к бедрам. Он вновь склонился над Полом, но не для того, чтобы снова взять в рот его член – вместо этого он принялся покрывать его тело горячими мокрыми поцелуями, начиная от живота и медленно поднимаясь выше.       Пол вздрогнул, напрягая мышцы на животе, когда губы Джона прошлись по нему, а язык дрязняще скользнул в пупок. Все его тело стало гиперчувствительным от многократных оргазмов, и каждый поцелуй отдавался острым покалыванием на коже. Язык Джона скользнул выше, доходя до его груди и мягко обводя левый сосок. Пол дернулся и пискнул, когда его буквально тряхнуло от острых ощущений. Джон что-то пробормотал себе под нос и накрыл его сосок губами, всасывая его в рот так же, как до этого всасывал член.       – Ах!.. – вырвалось у Пола – он и сам не заметил, как перестал зажимать себе рот.       Джон продолжал играть с его соском губами и языком, заставляя Пола содрогаться от каждого прикосновения.       – Джонни, стой… не надо… – попросил он, не выдерживая такого издевательства над своим раздразненным до предела телом.       – Не запрещай мне… – глухо прошептал Джон, продолжая касаться его кожи губами. – Не запрещай мне этого, пожалуйста…       – М-м… ах… – выдохнул Пол, дрожа в его объятиях.       Джон прижимался к нему всем телом, Пол чувствовал, какой он горячий, и как крепко у него снова стоит. Он слегка приподнял бедра, потираясь о член Джона своим, и Джон хрипло застонал, продолжая вылизывать и сосать его соски.       – Джонни, пожалуйста… – попросил Пол, сам не зная, чего хочет, и Джон поднял голову, встречаясь с ним взглядом в полутьме.       Пол тут же почувствовал, как к щекам приливает кровь, хотя они толком и не могли рассмотреть друг друга. Джон потянулся к его губам, и Пол не стал сопротивляться, раскрывая их ему навстречу. В этот раз поцелуй получился медленным и тягучим, как патока, Джон тщательно исследовал его рот языком, словно хотел таким образом запечатлеть его в своей памяти. Он оперся руками по обе стороны от головы Пола и принялся двигать бедрами, заставляя их члены тереться друг о друга. Пол инстинктивно обвил его ногами, прижимаясь плотнее, и снова тихо ахнул, когда две напряженные влажные головки прижались одна к другой.       – Хорошо? – хрипло спросил Джон, разрывая поцелуй. В тусклом свете, падающем из окна, его глаза казались совсем пьяными.       – Да, – ответил Пол, облизывая губы. Во рту почему-то стало слегка терпко, и он запоздало сообразил, что умудрился попробовать собственную сперму через поцелуй Джона. В любой другой ситуации ему наверняка стало бы противно, однако сейчас это завело его еще сильнее, заставляя активнее двигать бедрами, подаваясь Джону навстречу.       – Я… – Джон запнулся, прикрывая глаза. – Я очень хочу кое-что тебе сказать… но не могу.       – Почему? – выдохнул Пол, слегка приобнимая его, почти невесомо касаясь пальцами его влажной от пота спины.       – Ты будешь смеяться, – тихо ответил Джон. – Или, что еще хуже – просто мне не поверишь.       Пол уже хотел возразить, когда Джон снова накрыл его губы своими, одновременно вжимаясь в него бедрами, заставляя их члены сильнее тереться друг от друга.       Пол мог бы поклясться, что больше не сможет кончить – по крайней мере, от простого трения – однако, кажется, недооценил себя. Ощущение горячего тела Джона, навалившегося на него, его губ, накрывающих рот, его члена, трущегося об его собственный член и – в конце концов – его спермы, изливающейся на живот, когда Джон спустил первым – сделали свое дело, и Пол кончил вслед за ним, подрагивая и извиваясь в его объятиях, глухо стоная ему в рот.       – Семь, – окончательно севшим голосом произнес Джон, наконец разлепляя их губы. – Осталось совсем немного.       – Я… наверное, больше не смогу, – пьяно произнес Пол, издавая слегка истеричный смешок. Тело ощущалось буквально ватным – он, наверное, никогда еще так не уставал, тем более от секса. – Я уже и так побил свой собственный рекорд. Сомневаюсь, что у меня встанет даже завтра. Я проиграл, Джонни.       – Нет, – упрямо возразил тот, а затем почему-то вдруг слегка смущенно прикусил губу. – Я… я знаю, как сделать, чтобы ты смог кончить еще. Но… нам понадобится твой крем.       Пол заинтересованно приподнял бровь. Даже несмотря на усталость и расслабленность, ему все равно было интересно, что еще придумает Джон.       – Он где-то в столе, – Пол попытался сесть, отстраняя от себя Джона, но тут же опять обессиленно рухнул на подушку. – Черт… голова кружится, словно я пьяный.       – Скажи мне, где, – попросил Джон, слезая с него и поворачиваясь к столу.       – М-м, в верхнем ящике, кажется.       Джон рванул на себя ящик, вываливая все его содержимое на пол, а затем принялся рыться в нем, пока наконец не издал победный возглас.       – Кажется, есть, – он показал тюбик Полу. – Это он?       – Вроде бы, – ответил тот, щурясь в полутьме. – Надеюсь, это не клей.       – Было бы жестоко, – хмыкнул Джон, отвинчивая колпачок и принюхиваясь. – Не, вроде крем. Пахнет персиками, – он запнулся и пристально посмотрел на Пола: – Так вот почему от тебя так часто пахнет персиками! А я думал, что ты просто втихаря их где-то жрешь и не делишься.       Пол отвернулся, прикрывая лицо рукой, не зная, смеяться ему или плакать. Это было так стыдно, и в то же время так чертовски глупо.       Джон снова забрался на кровать и расположился между его все еще разведенными ногами. Он вдруг смущенно откашлялся, вертя тюбик в руках.       – Помнишь, я ходил к одной проститутке, которая живет рядом с «Кэверн»? – понизив голос, спросил он.       Пол посмотрел на него и кивнул. В свете фонарей лицо Джона влажно блестело – похоже, от пота.       – В общем, она кое-что показала мне… как можно получить еще больше удовольствия, когда тебе отсасывают, и как заставить член встать, даже если чертовски устал.       – И как? – так же шепотом спросил Пол, теперь заинтригованный еще сильнее.       – Только не подумай ничего странного, ладно? – тут же предупредил Джон. – Мне это делала телка, а тебе я предлагаю только из-за спора.       Пол снова кивнул, глядя на него во все глаза. Джон сжал тюбик и выдавил крем себе на пальцы, тщательно смазывая их. А затем… сунул руку Полу между ягодиц, прижимая скользкие пальцы к его анусу.       Пол рвано выдохнул и дернулся, непроизвольно сводя колени. Джон погладил его там, слегка придавливая чувствительное отверстие.       – Джонни… черт, не надо… – каким-то вмиг ослабевшим голосом попросил Пол.       – Это не больно, – хрипло прошептал Джон. – Если ты… расслабишься. Там внутри… есть такая точка… и если я потрогаю ее, тебе будет очень хорошо.       – Эта цыпочка действительно засунула тебе пальцы… ну, туда? – недоверчиво спросил Пол, чувствуя, как судорожно сокращаются мышцы на животе. Джон пока не делал попытки вставить пальцы внутрь, продолжая слегка поглаживать отверстие. К щекам Пола в очередной раз прилила кровь – он не хотел признаваться в этом даже себе, но прикосновения казались довольно приятными, и его член снова принялся твердеть – даже без всех остальных манипуляций, которые описал Джон.       – Ага, – кивнул тот. – Мне тоже сначала было стыдно, но потом… поверь, Пол, оно реально того стоит.       Пол призадумался. С одной стороны, представить, что кто-нибудь – даже не важно, парень или девушка – всовывает тебе что-нибудь в то самое место было жутко смущающе и даже, наверное, немного противно, но с другой… Джон сейчас трогал его там, и Пол не чувствовал ничего, кроме удовольствия и нарастающего возбуждения.       «Господи, я, наверное, все-таки педик», – сокрушенно подумал он. Ведь именно так занимались любовью педики, всовывали друг другу что-то в задницу? С другой стороны, Джон только что признался, что тоже прошел через подобный опыт, и это не превратило его в педика – он ведь до сих пор встречался с Син и тискался с девчонками после концертов.       Пальцы Джона слегка надавили на упругое отверстие, и Пол вздрогнул, сильнее сжимая ноги.       – Не бойся, – уговаривал его Джон. – Тебе понравится, я знаю.       И откуда, интересно, он это знал? Может быть, подозревал, что Пол относится к нему не просто как к другу? Может быть, Пол каким-то образом выдал себя, возможно, даже сегодня? Остатки здравого смысла подсказывали ему, что это именно Джон поцеловал его первым, что именно Джон решился отсосать ему, пока Пол просто лежал бревном и получал удовольствие, но беспокойство не проходило. Что если ему действительно понравится новая ласка, и Джон окончательно поймет, с кем связался?       – Не надо, – снова попросил он. – Я не хочу. Я… я не педик.       Джон как-то тихо и даже, казалось, печально, хмыкнул, все еще продолжая поглаживать его дырочку. К огромному стыду Пола, чувствительное место откликнулось на прикосновения, принимаясь судорожно сокращаться.       – Я знаю, Поли, – глухо произнес Джон, опуская голову. – Все в порядке. Если кто из нас двоих и педик… это я.       Пол нервно прыснул – Джон, наверное, в очередной раз шутил? Ведь не мог же он на самом деле считать себя педиком? Наверное, он сказал это, чтобы уговорить его – Пол знал, что Джон не любит, когда ему отказывают, какую бы безумную вещь он ни предлагал.       Джон еще раз легко провел пальцами по сжимающемуся отверстию и попытался убрать руку, но Пол вдруг сжал ее между своих ног, не отпуская.       – Ладно, – прошептал он, ощущая легкое головокружение. – Давай попробуем.       Глаза Джона широко распахнулись в полутьме, он рвано выдохнул, видимо, от изумления, но не стал ничего говорить – наверное, боялся, чтобы Пол все-таки не передумал, или не хотел еще больше смущать их обоих. Его палец вернулся на прежнее место, вновь осторожно обводя сокращающееся отверстие, а затем аккуратно нажимая на него. Пол вздрогнул, инстинктивно напрягаясь, и Джон ободряюще погладил его свободной рукой по бедру.       – Расслабься, – еле слышно произнес он.       Пол глубоко вздохнул и действительно попытался расслабиться, хотя его всего нехило потряхивало от волнения и вновь вернувшегося возбуждения. Мышцы на его животе с силой напряглись и неприятно дрожали, словно сведенные судорогой, дырочка тоже судорожно сжималась под пальцами Джона, что заставляло Пола буквально умирать со стыда.       «Боже, почему я такой?» – пронеслось у него в голове, и в этот момент Джон надавил на отверстие, медленно погружая кончик пальца внутрь.       Пол издал какой-то странный звук – нечто между хныканьем и стоном, ощущая, как толстый, слегка шершавый палец раздвигает тугие, не привыкшие к подобным манипуляциям мышцы.       Джон тут же замер, глядя на него. Его глаза слегка блестели в полутьме, воцарившуюся тишину нарушалось лишь их обоюдное тяжелое дыхание.       – Больно? – хрипло спросил он.       – Нет, – одними губами произнес Пол, однако Джон, похоже, его все-таки услышал, потому что продолжил проникновение. Пол попытался расслабиться и слегка абстрагироваться от происходящего, что давалось с явным трудом, так как ситуацию сложно было назвать стандартной – не каждый день твой лучший друг засовывает тебе пальцы в задницу. Эта мысль вызвала у него нервный смешок, который он тут же подавил, прикусывая губу. Джон тяжело дышал, склонившись над ним и уставившись между его ног. Пол порадовался, что в комнате достаточно темно, чтобы тот мог что-то там рассмотреть.       Палец продвинулся немного глубже, раздвигая тугие стенки, и Пол затаил дыхание, прислушиваясь к собственным ощущениям. Джон использовал много крема, поэтому трение почти не ощущалось, просто было как-то… странно, что ли, даже если забыть о стыде. Пола непривычно растягивало изнутри, и он подумал, что, наверное, так себя чувствовали девушки, которым он засовывал свой член. Подобные ассоциации заставили его щеки запылать с новой силой, поэтому он усилием воли отбросил и их. Это ведь просто Джон. Его Джон, его лучший друг. Они видели друг друга в разных ситуациях – плачущими, в доску пьяными, блюющими в подворотне, а однажды Джон случайно обмочил себя, направив член слишком низко, когда справлял нужду за углом одного из домов. И ничего из этого не было достаточно постыдным или унизительным, чтобы каким-то образом повлиять на их отношения и разрушить их дружбу. Так же стоило относиться и к этой ситуации – как к простому эксперименту между друзьями, еще одному виду совместной мастурбации. Завтра они даже не вспомнят об этом, а если и вспомнят, то просто посмеются или сделают вид, что ничего не было – по крайней мере, Пол на это очень надеялся.       Эти мысли слегка успокоили его, и его тело расслабилось достаточно, чтобы Джон сумел протолкнуть палец глубже, вводя его практически полностью. Пол задержал дыхание, чувствуя, как Джон осторожно шевелит пальцем, сгибая и разгибая его. Бедра задрожали, слегка поддергиваясь, словно насаживаясь на руку Джона, и Пол снова тихонько захныкал, теперь уже от стыда. Ему что, действительно это нравилось?       – Приятно? – тихо спросил Джон. Его голос был низким и хриплым, дыхание с шумом вырывалось из приоткрытых губ, словно это не Пол, а он сам сейчас лежал с раздвинутыми ногами и пальцем в заднице.       – Я… я не знаю… – сдавленно простонал Пол, умирая от смущения. Теперь ему хотелось, чтобы все это поскорее закончилось.       Джон двинул рукой, просовывая палец немного глубже и ощупывая им Пола внутри, словно пытался что-то найти. Полу опять стало смешно, даже несмотря на стыд, и он уже собирался ляпнуть что-нибудь дурацкое и нелепое, но чрезвычайно остроумное, когда Джон снова согнул палец и коснулся им какого-то места у него внутри.       – А-ах!.. – вырвалось у Пола. Его бедра снова поддернулись в судорожном движении, непроизвольно приподнимаясь, когда острое, ни с чем ни сравнимое удовольствие скрутило низ его живота.       – Все-таки попал, – с неприкрытым торжеством прошептал Джон, надавливая на чувствительную точку немного сильнее и принимаясь растирать ее круговыми движениям.       – Ах, черт, Джон, не… – начал Пол, но его слова потонули в чувственном стоне, вырвавшемся из груди, когда наслаждение накрыло его с головой. Член затвердел полностью и быстро пульсировал, снова начиная истекать предэякулятом. Бедра дергались и двигались вперед и назад, не повинуясь приказам сознания – кажется, Пол окончательно утратил контроль над собственным телом. Не существовало больше ничего, всем его естеством завладело одно животрепещущее чувство – ему было хорошо. О господи боже, ему было так чертовски хорошо, как, наверное, не было еще никогда в жизни.       – М-м… а-ах… – несвязно стонал он, совершенно наплевав на то, что может разбудить папу и Майка, на то, что их могут застукать, увидеть, принять за педиков… Ничего из этого больше не имело значения, только палец Джона у него внутри, который дарил ему такие невероятные ощущения.       – Боже, Поли… – хрипло простонал Джон, и на бедро Пола упали теплые капли – скорее всего, пота с его челки. Он сильнее надавил на чувствительную точку, продолжая массировать ее, и перед глазами Пола засверкали звезды, а член судорожно дернулся, выплескивая несколько капель спермы – все, что осталось в его теле после предыдущих семи оргазмов. Его бедра продолжали двигаться, инстинктивно насаживаясь на палец, дырочка плотно обхватывала его и судорожно сокращалась, слегка засасывая его внутрь. Джон застонал громче, прижимаясь к нему теснее, Пол почувствовал, как его теплые губы коснулись колена.       – Я… блядь… – негромко выругался Джон и тряхнул головой, разбрызгивая по животу и груди Пола капли пота со своих волос. – Блядь, – повторил он уже более привычным тоном.       – Надеюсь, ты не про меня, – едва ворочая языком, пробормотал Пол, и они оба неловко рассмеялись.       Какое-то время они смущенно помалкивали, пока Джон все-таки снова не подал голос:       – Тебе… кхм, понравилось?       – Эм… да, это… это было именно так, как ты говорил, – немного нервно произнес Пол. – М-м, может, мне стоит попробовать это с Дот?       Джон напрягся всем телом, Пол почувствовал, как одеревенела его рука, все еще находящаяся у него между ног.       – Не думаю, что малышка Дот готова к подобным экспериментам, – саркастично процедил он. – Еще подумает, что ты какой-то извращенец.       Пол понял, что ляпнул что-то не то, хотя это было неудивительно, учитывая, что его мозг практически находился в отключке.       – Да, наверное, ты прав, – смущенно пробормотал он, не зная, что еще сказать.       Они снова помолчали, слушая, как за окном тихо накрапывает мелкий противный дождик.       – Но нам еще есть куда стремиться, – наконец с большим воодушевлением произнес Джон. – Готов еще к одному раунду?       – Эм… я не знаю, не уверен… – начал Пол, когда Джон снова придавил ту самую точку у него внутри. – Черт… – вырвалось у Пола, когда в паху снова сладко заныло от предвкушения. – Как это работает, черт возьми?..       – Главное, что работает, – уверенно произнес Джон. – Блядь, ты даже не представляешь, какой ты, когда… – пробормотал он, но тут же оборвал себя, не договорив. Пол поймал себя на мысли, что хотел бы послушать окончание фразы и даже открыл рот, чтобы попросить Джона продолжить, когда очередная волна наслаждения вновь повергла его сознание в блаженное небытие. На этот раз Джон действовал гораздо увереннее, похоже, уже не боясь причинить ему боль. Его рука двигалась вперед и назад, палец надавливал, потирал и поглаживал, а когда он принялся легко барабанить по чувствительному месту, у Пола вообще ум за разум зашел.       – Джонни, нет… не так… – «быстро», хотел сказать он, но рвущиеся из горла громкие стоны не дали ему закончить.       Джон удовлетворенно хмыкнул, склоняясь над его бедрами. В тот же миг Пол ощутил, как горячий рот вновь накрывает его член, погружая его в мягкую влажную глубину.       – Твою ж мать… – выдохнул он, тут же прикрывая себе рот, чтобы заглушить новую серию стонов. Губы Джона плавно скользили по члену, язык обводил головку, щекоча чувствительное местечко под ней, пока палец продолжал развлекаться с простатой Пола, массируя ее всеми возможными способами.       У Пола потемнело перед глазами, сознание практически полностью отключилось. Его бедра снова начали судорожно вздрагивать, подаваясь вперед и назад, так что теперь он вновь трахал Джона в рот, на что тот не выказывал ни малейшего признака отвращения, а даже наоборот, что-то удовлетворенно мычал под нос. К своему большому удивлению, Пол понял, что готов кончить в очередной раз – похоже, он действительно открыл в себе новые горизонты чувственности. Он уже был совсем на грани, когда палец Джона, дарящий ему такое неземное блаженство, вдруг плавно выскользнул из него.       – М-м… – разочарованно застонал Пол, неожиданно ощутив себя каким-то слишком пустым и покинутым. Дырочка судорожно сокращалась, словно тоже в разочаровании от неожиданной пустоты. Не выпуская его члена изо рта, Джон принялся возиться между его ног. Снова запахло персиками, и Пол запоздало догадался, что он опять взял крем. Едва он успел сообразить, что к чему, как Джон вновь проник в него – уже двумя пальцами.       Пол сдавленно вскрикнул и непроизвольно напрягся – теперь проникновение ощущалось гораздо сильнее. Пальцы медленно растягивали его внутри, и в какой-то момент он даже решил, что не выдержит, и у него там что-то порвется, когда Джон как-то ловко повернул руку и вновь коснулся его простаты, в этот раз надавливая на нее сильнее. Его губы скользнули почти до самого основания члена, длинный нос уперся во влажные от пота и спермы лобковые волосы Пола. Головка скользнула в самое горло, и Джон сглотнул, сдавливая ее им. Пол снова захныкал, извиваясь на влажных от пота простынях, и принялся судорожно дергаться, кончая практически насухую. Несмотря на то, что в его теле почти не осталось семени, это совершенно не повлияло на уровень ощущений – казалось, они стали только сильнее, а сам оргазм был дольше.       «Я кончаю, как женщина», – пронеслось у него в голове, хотя в данный момент ему было совершенно плевать на это.       Когда его тело снова расслабилось, Джон выпустил его член с громким – и весьма непристойным – хлюпающим звуком. Если бы Пол мог хотя бы немного соображать, он точно заподозрил бы, что тот сделал это специально. Пальцы Джона все еще были внутри его тела, теперь осторожно поглаживая дрожащие стеночки заднего прохода. Это было даже приятно, хотя сейчас Пол предпочел бы, чтобы Джон не прикасался к простате – после очередного оргазма все его тело стало чрезмерно чувствительным.       Неожиданно до него кое-что дошло, и он широко распахнул слипающиеся от усталости глаза.       – Это ведь девятый, да? То есть… это все? Я выиграл?       Джон медленно выпрямился, нависая над ним. В полутьме Пол почти не мог видеть его лица, однако ему показалось, что по губам Джона расплылась такая знакомая ехидная улыбка.       – Нет, Поли, – елейным голосом произнес он. – Суть нашего спора заключалась в том, что… ты побьешь мой рекорд.       – Разве?.. – растерянно спросил Пол. Он, хоть убей, ни черта не помнил, на что и как они спорили. Кажется, на куртку? Или на чью-то гитару? Мысли лениво плыли в его голове, как большие облака по небу в жаркий майский день.       – Именно так, – торжественно провозгласил Джон. – Тебе осталось сделать всего еще одно ма-а-алюсенькое усилие, и победа у тебя в кармане.       – Джонни, я больше не смогу, – признался Пол, говоря чистую правду. – Я даже не знаю, как я встану завтра утром. Черт, у нас же еще выступление в «Касбе»…       – Ничего, вот кончишь еще раз и будешь как огурчик, – продолжал увещевать его Джон. Его пальцы снова скользнули по простате, и Пол вздрогнул.       – М-м, не надо… оно как-то теперь слишком… – он не мог подобрать нужных слов.       – Слишком чувствительно? – с каким-то нездоровым интересом спросил Джон.       – Ага, – Пол смущенно отвернулся. К нему постепенно возвращалась ясность сознания, и он изо всех сил старался не думать о том, как сейчас выглядит. Нужно определенно найти в себе силы добраться до ванной, хотя бы ползком. Пол ощущал, как кожа на животе, груди и в паху стянулась от высохших пота, слюны и спермы. Он чувствовал себя таким чертовски грязным, однако чуть ли не впервые в жизни это не казалось ему таким уж отвратительным, просто очень смущало.       – Я знаю, как заставить тебя кончить еще раз, – страстно зашептал Джон, наклоняясь к его лицу.       – И как? – без особого энтузиазма спросил Пол, лениво размышляя, что если сумеет кончить еще раз, точно отправится в мир иной.       – Эм, это совсем не сложно, просто ты должен… должен позволить мне еще кое-что… – сбивчиво забормотал Джон, наклоняясь к нему еще ближе. Теперь Пол ощущал его теплое дыхание на своем лице, и запахи одеколона и пота, которые тоже совсем не казались неприятными. Его пальцы осторожно выскользнули из тела Пола, и он слегка вздрогнул, вновь ощутив себя пустым.       – Закрой глаза, – попросил Джон.       Пол послушно прикрыл веки и слегка приоткрыл губы, сам не зная, зачем. На самом деле ему очень хотелось, чтобы Джон снова поцеловал его, но он, конечно же, никогда и ни за что не попросил бы его об этом. Ведь так делают только педи…       Он не успел закончить свою мысль, когда рот Джона властно накрыл его губы, сминая и буквально всасывая их. Пол хрипло застонал, подаваясь ему навстречу, непроизвольно обхватывая его за шею и прижимая к себе. Их влажные и липкие тела соприкоснулись, тут же присасываясь одно к другому, словно две половинки одного целого. Одна рука Джона зарылась в волосы Пола, ласково перебирая их, тогда как вторая спустилась куда-то вниз. Захваченный неожиданным страстным поцелуем, Пол не сразу почувствовал, как между ног ему тычется что-то горячее и твердое, пока головка чужого члена не надавила на его дырочку, медленно проникая внутрь.       Пол тут же широко распахнул глаза, застывая на месте. Джон продолжал терзать его рот, вылизывая и посасывая его губы, однако все тело Пола словно окаменело – он, кажется, даже дышать перестал. В то же время растянутое отверстие вполне спокойно принимало в себя чужой член, даже слегка всасывая его внутрь, будто происходящее было совершенно естественным.       Сознание Пола затопило целым потоком противоречивых мыслей, начиная от «а разве так можно?» до «Джон, что ты, черт возьми, творишь?» и «чего я еще ожидал после всего?». Ощущение нереальности происходящего усилилось во сто крат, и Пол действительно усомнился, не спит ли он? Потому что… потому что даже в самых своих смелых фантазиях такого он не представлял.       – Джон… – слабо пискнул он, когда Джон наконец оторвался от его губ, чтобы отдышаться. Однако его бедра продолжали двигаться, и Пол почувствовал, как член входит глубже, нагло растягивая не привыкшие к подобному вторжению мышцы. Вот теперь ему стало немного больно – острое жжение распространилось от задницы до поясницы, и Пол тихо зашипел.       – Ты такой узкий… – пробормотал Джон куда-то ему в шею, опаляя кожу горячим влажным дыханием.       – Джон, пожалуйста… – «не делай этого со мной», хотелось сказать Полу, но он не смог выдавить из себя этих слов. Ему было жутко стыдно, а еще больно – не физически, а так, словно его… предали? Целый калейдоскоп мыслей и ощущений охватил его и так перенапряженное сознание, заставляя еще больше запутаться. Зачем Джон это делал? Хотел унизить? Подчинить? Получить власть и контроль? Считал его педиком или кем-то вроде девчонки?       «Это неправильно, неправильно, неправильно», – неоновой вывеской сверкало в голове у Пола. Он попытался отстраниться, выбраться из объятий Джона, но, похоже, тот даже не заметил его слабых попыток – в отличие от него, Джон не кончал девять раз подряд и не находился на грани истощения.       Джон вдруг приподнялся, заглянув ему в лицо. В это время из-за туч как раз вышла луна, и Пол сумел разглядеть его выражение. На лице Джона не было ни ехидства, ни издевки, ни даже превосходства. Напротив, в его глазах и слегка подрагивающих губах читались лишь привязанность, желание и… надежда?       – Я люблю тебя, – сказал он.       Пол тихо ахнул и приоткрыл рот – не собираясь говорить, а скорее, от изумления – и Джон снова накрыл его губы своими, жадно вталкивая язык вглубь его рта. В этот момент его член тоже вошел глубже, головка задела гиперчувствительную простату, и Пол застонал ему в рот, невольно приподнимая бедра и обхватывая Джона ногами. Джон тоже издал глухой стон, сильнее впиваясь в его губы, и принялся совершать медленные плавные толчки. У Пола что-то затрепетало в животе и закружилась голова – ощущения были странными и непривычными, даже не такими, как от пальцев. Казалось, Джон каким-то образом влез в него целиком, и они действительно стали одним целым. Член Джона был твердым и горячим, он с силой распирал Пола внутри, и, на удивление, Пол не испытывал отвращения, он даже больше не чувствовал стыда, а только какое-то странное всепоглощающее единение.       Джон медленно растрахивал его, не пытаясь ускорить движения, позволяя ему привыкнуть к себе – к своей форме, размеру, текстуре и температуре. И Пол привыкал – его тело словно машинально подстраивалось под Джона, будто было создано для того, что тот с ним делал. Это тоже было странно и необычно, и Пол предпочитал не задумываться, что это на самом деле значит. Ему больше не было больно – и на том спасибо. Постепенно внизу живота принялось зарождаться уже практически насильно простимулированное чувство удовольствия – оказывается, он действительно себя недооценивал. Его молодое сладострастное тело все время желало большего, постоянно стремилось к удовлетворению одной из базовых потребностей. Бедра инстинктивно принялись подаваться навстречу Джону, непроизвольно ускоряя темп, Пол осознавал, что уже сам насаживается на него, но ничего не мог с собой поделать – его сознание и тело теперь словно существовали отдельно друг от друга.       Джон разорвал поцелуй, тяжело дыша, и слегка отстранился, опираясь на вытянутые руки. Его затуманенный взгляд скользил по телу Пола от лица и ниже, туда, где их тела сейчас соединялись воедино. Затем он снова прильнул к нему, принимаясь ласкать губами и языком его шею, постепенно спускаясь вниз, к ключицам и к груди – мягко обвел языком один из сосков, прежде чем всосать его в горячий рот. Пол вскрикнул, выгибаясь сильнее – казалось, все его тело теперь стало одной трепещущей от наслаждения эрогенной зоной. Это было слишком – слишком сильно, слишком много – и он не был уверен, что сможет все это вынести.       – Джон, пожалуйста, не надо, я… я больше не могу, пожалуйста… – постанывал он, однако Джон не внимал его слабым невнятным мольбам. Обхватив Пола за запястья и прижав его руки к матрасу, он буквально насиловал губами и языком его ноющие набухшие соски, облизывая, посасывая и даже иногда слегка прикусывая их. Его движения тоже ускорились – теперь он вбивался в Пола более короткими, мощными толчками, входя в него на всю длину. Головка его члена то и дело задевала перестимулированную простату, заставляя Пола дрожать и извиваться. Он до крови прикусил губу, чтобы не кричать, однако из его рта все же доносились измученные хныкающие звуки.       Время будто бы остановилось, Пол не знал, сколько уже они занимаются этим – возможно, несколько минут, а возможно, не первый час. В какой-то момент Джон все-таки оторвался от его груди, но лишь для того, чтобы забросить его ноги себе на плечи и войти в него так глубоко, что Пол едва не потерял сознание. Он закричал – не смог сдержаться – но ладонь Джона тут же накрыла его рот, не давая поднять на уши всю улицу. Теперь член Джона входил в него быстро и жестко, и опять же к своему огромному удивлению Пол осознал, что ему это… нравится. О боже, он действительно получал непередаваемый кайф от того, как Джон имел его, пользовался им, сношал его, словно какую-то шлюху. Из его глаз непроизвольно брызнули слезы – то ли от перенапряжения, то ли от стыда – но все, о чем он мог сейчас думать – это как же ему чертовски охуенно.       – М-м, да, еще… – простонал он в ладонь Джона, которая, к счастью, заглушила его голос.       Однако Джону не нужны были его просьбы, он и сам уже, похоже, не мог остановиться, вбиваясь в его тело все яростнее, все неудержимее, словно хотел погрузиться в него целиком, или, как минимум, заставить Пола запомнить этот момент на всю оставшуюся жизнь. По этому поводу он мог не беспокоиться – Пол не забыл бы о таком и через сто лет. Член Джона сильно и крепко распирал его внутри, заставляя Пола становиться слабым и податливым, как глина.       Продолжая зажимать ему рот одной рукой, Джон склонился над ним, прижимаясь губами к его колену. Его вторая рука огладила тело Пола снизу доверху – осторожно покачала опухший член, стирая большим пальцем капельки смазки с головки, пробежалась по животу, слегка щекоча пупок, добралась до груди, задевая и теребя соски.       – Я хочу тебя… – прошептал Джон, в упор глядя Полу в лицо. В полутьме его глаза отсвечивали, как у кошки. – Господи, ты даже не представляешь, как я тебя хочу… Я хочу… хочу кончить в тебя… – Его бедра дернулись, член, казалось, вошел еще глубже. У Джона был больше, чем у самого Пола, однако тот никогда не думал, что ощутит его размер всем своим естеством.       Пол захныкал ему в ладонь, закатывая глаза. Оргазм накатывал плавными темными волнами, и от слов Джона что-то томно затрепетало у него внутри, ускоряя этот прилив. Ему тоже захотелось сказать Джону что-то такое – сказать, что он его хочет и даже больше, что даже мог бы позволить ему сделать это – о господи! – кончить внутрь, но вряд ли он смог бы произнести все это, даже если бы Джон не зажимал ему рот. Слова никогда не были его сильной стороной.       Движения Джона стали быстрыми и рваными, однако все еще оставались достаточно меткими, чтобы с каждым толчком проходиться по простате Пола, даря ему практически принудительное наслаждение.       – Но еще больше… я хочу… – прерывисто продолжил Джон, не замедляя движений. – Я хочу… чтобы ты кончил еще раз. Давай, Поли… кончи для меня… Пожалуйста, сделай это… – Его пальцы сжали сосок Пола, с силой щипая его, и то ли от этого, то ли от его слов, то ли от мучительно точной и крышесносящей стимуляции внутри Пол дернулся всем телом, закатывая глаза и отлетая в страну удовольствий, в то время как его член дернулся из последних сил, извергая пару тонких струек. Его дырочка принялась сокращаться, массируя член, и Джон глухо застонал, совершая еще несколько глубоких толчков, прежде чем все-таки выйти и кончить на Пола, обильно заляпывая спермой его грудь и живот.       Ладонь Джона соскользнула с его лица, а затем он сам навалился сверху, крепко сжимая Пола в объятиях, обдавая его жаром и запахами пота, одеколона, пива и спермы. Они лежали так какое-то время, не двигаясь – воцарившуюся тишину нарушали лишь шум дождя за окном и их сбивчивое дыхание.       Наконец Джон, крепко сжав Пола в своих объятиях еще раз, словно на прощание, медленно отстранился, заваливаясь набок. Их тела разъединились с громким чавкающим звуком, уже успевшие практически склеиться из-за спермы, которой был перепачкан Пол.       Пол глубоко вздохнул и тоже лег на бок, спиной к Джону, пытаясь выровнять дыхание. Он изо всех сил заставлял себя не думать – не то чтобы это было так уж сложно, учитывая, насколько он устал – но упрямые мысли, те, которых особенно хотелось бы избежать сейчас, снова и снова возникали у него в голове.       «Джон меня трахнул, он трахнул меня», – вертелось в сознании заевшей пластинкой, и Пол понятия не имел, что в действительности чувствует по этому поводу. На самом деле чувств было как-то слишком много, чтобы он мог выделить сразу хотя бы одно.       Как обычно, главным способом отвлечения от ненужных переживаний для него было движение – поэтому он заставил себя приподняться и сесть на кровати, свешивая ноги вниз. Внутри него как-то неприятно хлюпнуло, тело, уже привыкшее к ощущению наполненности, казалось каким-то практически неполноценным, словно его разделили пополам. Пол попытался отогнать эти ощущения, забив себе голову насущными проблемами – в первую очередь он стащил с себя практически мокрую от пота пижамную куртку и вытер ею грудь и живот. Не то чтобы это сделало его хотя бы немного чище, скорее, он еще больше размазал жидкости по коже, однако такое простое действие придало ему немного уверенности. Следующим делом он потянулся и нащупал в ногах кровати какую-то тряпку – к счастью, это оказалось именно то, что он искал – его собственные штаны. Быстро – настолько, насколько это было возможно в его полубессознательном состоянии – Пол напялил их на голый зад и встал, опираясь на стол. Нащупав там пачку сигарет, он сунул одну в рот и подошел к окну, приоткрывая его. Спички обнаружились на подоконнике, так же как и пепельница, и Пол блаженно затянулся, выпуская дым в дождливую январскую ночь.       Джон за все это время не произнес ни слова, продолжая так же лежать на кровати – Пол даже решил, что он уснул, пока тот вдруг не пошевелился, тоже завозившись, наверное, со своим бельем. Пол не смотрел на него, уперев взгляд в стену дома напротив.       Он услышал, как Джон встал с постели – к его величайшей зависти, гораздо быстрее, чем он сам – а затем подошел к нему.       – Черт, так хочется курить, – пробормотал он, протягивая руку к сигарете Пола.       Пол, так же не глядя на него, вложил в его ладонь почти пустую пачку и буквально почувствовал, как Джон напрягся от этого действия. Обычно они делили сигарету на двоих – и из экономии, и просто так, как символ единения, дружбы или еще какой-то фигни, о которой Пол не задумывался.       Повисшее между ними напряжение стало настолько плотным, что его можно было бы разрезать ножом, если бы кому-то пришло такое в голову. Сквозь приоткрытую щель из окна просачивался холодный влажный воздух, кожа Пола покрылась мурашками, но он упрямо не двигался с места, продолжая курить и смотреть на соседний дом.       – Эм, поздравляю, Поли, ты выиграл! – с нарочитым воодушевлением произнес Джон. Его голос звучал настолько фальшиво, что Пол едва не поморщился. – Теперь у тебя будет новая куртка.       – Оставь себе, – еле слышно процедил Пол, едва размыкая губы. Джон всегда начинал паясничать, чтобы скрыть неловкость и смущение, и сейчас это почему-то особенно раздражало. В данный момент больше всего на свете Полу хотелось остаться одному – не для того, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию, а чтобы просто лечь спать и надеяться, что когда он проснется, все это окажется лишь безумным сном.       – М-м, тогда как насчет моих новых часов? Нет? – Джон неестественно рассмеялся. – Моей гитары? Моей руки и сердца? – последние слова он буквально прошептал Полу на ухо, подойдя совсем уж близко, и Пол с трепетом осознал, что Джон все еще практически голый – жар от его кожи опалил холодное плечо.       – Очень смешно, – фыркнул он, наконец переводя на Джона раздраженный взгляд. – Что еще предложишь?       – Не знаю, а чего ты хочешь? – Джон слегка отстранился, глядя на него как-то растерянно – а возможно, так просто казалось, потому что он был без очков.       Пол глубоко вздохнул, собираясь с мыслями – и с силами, раз уж на то пошло.       – Я хочу знать – зачем ты это сделал?       – Сделал что? – На лице Джона отразилась еще большая растерянность, теперь уже пополам с паникой. О, это было так в его стиле – сначала сотворить какую-то херню, а затем отказаться от ответственности за содеянное.       Пол почувствовал, что начинает заводиться.       – Затеял весь этот спор. Хотел, чтобы я проиграл и ушел из группы? А когда понял, что я почему-то не проигрываю, решил сделать так, чтобы я захотел уйти сам? Чтобы вы со Стюартом наконец-то смогли вместе писать песни?       – Чего? – Джон широко распахнул глаза. Теперь на его лице отразилось полнейшее недоумение. – Ты о чем вообще? И причем здесь Стю?       – При всем! – с какой-то даже детской обидой выкрикнул Пол, чувствуя, как на глаза наворачиваются злые слезы. Он и сам прекрасно понимал, что большая часть его обвинений не имеет абсолютно никаких оснований, учитывая, что Джон приложил все возможные усилия, чтобы он все-таки выиграл в этом дурацком споре. Наверное, он даже перестарался. Определенно перестарался, и Пол теперь не знал, как уместить все это в свою привычную картину мира. Поэтому гораздо проще было зацепиться за что-то простое и реальное – например, за свои обиды и ревность. Ведь это так правдоподобно – предположить, что Джон сделал все это, лишь бы выжить его из группы. Гораздо правдоподобнее, чем поверить, будто Джон действительно его…       – Ты хоть слышал, что я тебе сказал? – вдруг мягко спросил Джон, понижая голос. Пол был уверен, что он тоже разозлится и наорет на него в ответ, поэтому неожиданно нежный тон Джона застал его врасплох. К щекам тут же прилила кровь, когда он вспомнил, что именно сказал Джон, прежде чем сделать с ним то, что он сделал. Голова закружилась – это все было как-то слишком. Слишком быстро, что ли? Пол пока не был в состоянии все это переварить, поэтому выбрал единственно доступные способы – отрицание и защиту.       – Мы с тобой оба знаем, что ты и не такое наговоришь, лишь бы добиться желаемого, – холодно произнес он.       – И чего же я хотел добиться? – Терпение Джона, и так никогда не отличавшегося сдержанностью, похоже, уже было на исходе. – Выгнать тебя из группы? Если бы я хотел это сделать, я бы просто разбил твою чертову гитару!       Его голос эхом пронесся по крошечной комнате, зазвенев где-то в стеклянном проеме окна. На мгновение повисла удушающая тишина, пока Пол, уже немного пришедший в себя, не сделал ответный ход.       – Не знаю, чего именно ты хотел, но ты все-таки этого добился. Я уйду сам. Счастливо оставаться вместе со Стю.       – Почему ты все время его вспоминаешь? – спросил Джон, проигнорировав первую часть его фразы. – Ревнуешь, что ли?       – Ничего подобного! – очень неправдоподобно фыркнул Пол, снова отворачиваясь.       – Тогда почему? – продолжал напирать Джон, снова подходя ближе. От его близости, от тепла его тела у Пола кружилась голова и совсем не оставалось сил дальше выяснять отношения. Хотелось чего-то совершенно другого – чтобы Джон обнял его, снова поцеловал, чтобы опять сказал те самые слова…       Пол тряхнул головой, прогоняя преступные мысли. Мало ли чего он хотел – он был уверен, что Джон хотел совсем не этого.       – Это уже не имеет значения, – тихо произнес он, глядя куда-то в подбородок Джона, чтобы не встречаться с ним взглядом. – Я же сказал, что ухожу.       – Ты серьезно? – голос Джона зазвенел от напряжения. – Вот так просто похеришь нашу… свою мечту из-за какой-то глупости?       – То есть для тебя это всего лишь глупость? – Пол все-таки посмотрел ему в лицо, но теперь уже Джон отвернулся и отступил в сторону.       – Какая разница? Ты ведь хочешь, чтобы я так считал. – Он принялся нервно ходить по комнате. – Давай просто забудем об этом и все.       – Ты сможешь забыть? – голос Пола слегка дрогнул. Он и сам не знал, хотел ли бы, чтобы они забыли об этом.       – Не знаю, – Джон нервно взлохматил волосы и принялся собирать свои разбросанные по полу вещи. – Мне, наверное, лучше уйти.       – Да, я тоже так думаю, – пробормотал Пол, хотя все его естество бунтовало против такого решения. Ему не хотелось, чтобы Джон уходил так. На самом деле он и сам не знал, чего именно хотел в этот момент, но точно не этого.       Джон принялся быстро натягивать свою одежду – едва не порвал футболку, с силой натянув ее на плечи, затем завозился с джинсами. Громко щелкнув пряжкой ремня, он взялся за ботинки, но остановился, снова пристально глядя на Пола.       – И чтобы я больше не слышал этой херни по поводу ухода, понял? Завтра чтобы был на репетиции.       – А если я не приду? – Пол вызывающе выгнул бровь. Обычно он не вел себя так, но сейчас чувствовал буквально жизненную необходимость постоянно провоцировать Джона.       – Тогда… – Джон обвел взглядом комнату, словно пытаясь найти здесь что-нибудь, чем можно было бы пригрозить Полу. – Черт, Маккартни, не выводи меня! Ну что ты хочешь, чтобы я сделал? Извинился? Ладно, блядь, прости, что я тебя трахнул! Так пойдет?!       Пол снова вспыхнул до корней волос – он почему-то не ожидал, что Джон так прямо заявит об этом. Обычно тот обходил неудобные темы стороной, предпочитая сделать вид, что ничего не произошло, если действительно знал, что где-то накосячил. Означало ли это, что в данном случае Джон на самом деле не чувствовал себя виноватым, а лишь говорил то, что, по его мнению, от него хотел услышать Пол?       Джон заговорил снова, на этот раз гораздо спокойнее и даже как-то обреченно:       – И прости меня за то, что я… – его голос дрогнул и сорвался. Джон отвернулся и в сердцах швырнул ботинком в стену. На миг Полу показалось, что в его глазах блеснули слезы, но, наверное, это всего лишь отразился свет от уличных фонарей.       Пол открыл рот, собираясь что-то сказать – возможно, тоже извиниться, хотя он даже не знал, за что, но его неожиданно опередили. Дверь в комнату резко распахнулась, впуская внутрь заспанного и растрепанного Майка в клетчатой пижаме.       – Вы совсем долбанулись так орать посреди ночи? – громко зашипел он. – Если сами спать не хотите, так дайте другим. Папе на работу в шесть вставать, и мне тоже… – он вдруг запнулся, пристально оглядев обоих. – Почему ты… – он ткнул пальцем в Пола, – голый, а он… – он перевел взгляд на Джона, – одетый? Что у вас тут вообще происходит?       – Я не голый, – тут же выпалил Пол, быстро скрещивая руки, чтобы прикрыть обнаженную грудь. Он запоздало понадеялся, что Джон умудрился не оставить на его теле никаких заметных следов вроде засосов.       – И чем это здесь несет? – снова спросил Майк, принюхиваясь. – Леннон что, опять свои носки в угол поставил?       Пол не знал, что именно унюхал Майк, однако подозревал, что в комнате все-таки остался специфический запах – в первую очередь, спермы и пота. Запах секса.       – Ага, хочешь понюхать? – азартно спросил Джон и, подхватив что-то с пола, швырнул в него. – Лови!        Майк отшатнулся от летящего в него предмета, который, кажется, действительно оказался носком Джона. Глядя на его скривившееся от потрясения и отвращения лицо, Пол не выдержал и громко расхохотался. Джон тут же присоединился к нему.       – Тише вы, придурки! – шикнул на них Майк, стратегически спрятавшись за дверью и теперь выглядывая из-за нее. – Совсем больные! Что вы тут делали?       – Ставили носки Джона в угол, – выдавил Пол, продолжая смеяться.       Майк покрутил пальцем у виска и ретировался за дверь, прикрыв ее за собой. Пол продолжал смеяться, правда, уже гораздо тише. Джон тоже посмеивался, глядя на него.       – Блядь, – наконец выругался он. – А дверь-то все это время была открыта.       Это заявление почему-то вызывало у Пола новый приступ неконтролируемого хохота.       – Ага… – выдохнул он сквозь смех. – Мог зайти кто угодно.       – Черт, твой братец прав, мы реально ебанутые, – хмыкнул Джон, подходя к Полу ближе. – Или только я.       – Нет, думаю, мы оба, – с серьезным видом кивнул Пол, глядя в его сверкающие глаза.       Джон подошел к нему еще ближе и уткнулся лбом в его лоб.       – Серьезно, Поли, прости меня, – жарко зашептал он. Его теплое дыхание пощекотало губы Пола, и он непроизвольно облизнулся. – Давай забудем об этом, клянусь, я больше никогда об этом не вспомню, только… не уходи, ладно? – В глазах Джона светилась такая неприкрытая мольба, что у Пола замерло сердце. «Не бросай меня», – вот что пытался сказать Джон, и ему совсем не нужно было говорить это вслух, чтобы Пол его понял. В конце концов, взаимопонимание всегда было основой их отношений, кем бы они теперь друг другу ни приходились.       – Хорошо, – одними губами произнес Пол.       – Правда? – в голосе Джона слышалась неприкрытая радость.       – Да. Забудем об этом и все.       – Конечно, как скажешь. И никогда, ни при каких обстоятельствах, больше не сделаем этого снова, да? – Рука Джона осторожно обхватила талию Пола, пальцы медленно скользнули по обнаженной спине. Пол рвано выдохнул прямо ему в губы, ощущая новый прилив головокружения.       – Ни за что, – прошептал он. Его дыхание участилось, и он снова облизнулся. Пальцы Джона скользнули чуть выше, поглаживая его уже покрывшуюся мурашками кожу. Пол положил руку ему на плечо, нервно теребя воротник его футболки.       – О господи, я больше не могу… – прошептал Джон, прикрывая глаза. Пол чувствовал, как с силой колотится его сердце – или это было его собственное? Твердый член Джона упруго упирался ему в бедро, сводя на нет все сказанные слова.       Пол приоткрыл рот, уже собираясь сказать, что, наверное, пошутил, когда Джон тихо застонал, накрывая его губы своими. Пол так же застонал в ответ, обвивая его руками за шею и прижимаясь к нему всем телом. Джон ловко подхватил его под бедра и усадил прямо на стол, смахивая лежащий там хлам. Они целовались как ненормальные, сталкиваясь зубами и прикусывая опухшие губы, словно делали это в первый и последний раз.       Наконец Джон отстранился, тяжело дыша, утыкаясь носом Полу в шею. Пол осторожно провел языком по саднящим губам, понимая, что завтра у Дот могут появиться вопросы. Ну и плевать, сейчас это не имело значения. Губы Джона мягко скользнули по его коже, и Пол задрожал от предвкушения. Похоже, он действительно недооценивал себя раньше.       – Знаешь, – прошептал Джон ему в шею, словно прочел его мысли, – мне кажется, ты вполне в состоянии кончить еще раз, как думаешь?       – М-м, думаю, стоит попробовать, – томно пробормотал Пол, прикрывая глаза.       – Определенно стоит, – хмыкнул Джон, стягивая футболку через голову.       Пол тихо рассмеялся, лениво размышляя о том, что это будет чертовски долгая ночь, хотя на самом деле ему хотелось, чтобы она никогда не заканчивалась. Даже если ему придется кончить еще десять раз.       Он снова привлек Джона к себе, накрывая его губы своими, в этот раз целуя его первым, как мечтал когда-то. Джон охотно ответил на поцелуй, прижимая его крепче, и Пол наконец-то позволил себе окончательно утратить контроль.