Резонанс тел

На улице завывал Стоунхенджский ветер, продираясь сквозь щели в стенах лаборатории и заставляя пламя в очаге приплясывать тревожными тенями. Зима в Каменном Мире была беспощадной, и даже гений науки Сэнку, вечно поглощенный своими расчетами и изобретениями, не мог игнорировать пронизывающий холод. Он сидел на своем рабочем месте, укутанный в толстый меховой плащ, его белые волосы были слегка растрепаны, а взгляд, как всегда, был прикован к колбам с кипящими растворами. Ген Асагири, облаченный в похожий, но еще более пушистый и, по его собственным словам, «шикарный» плащ с капюшоном, бродил по комнате, театрально потирая озябшие ладони. - Уффф, Сэнку-чан, это совершенно не-ментально! — протянул он, вздрагивая. — Мои нежные руки просто не выдерживают таких температур. Неужели ты не можешь изобрести… ну, скажем, вечный источник тепла? Или, может быть, портативный обогреватель размером с орех? Для такого гения, как ты, это должно быть плёвое дело, а? Сэнку лишь скосил на него глаз, не отрываясь от своих дел. - Я уже изобрел камин, менталист. И он работает. Если тебе так холодно, пододвинься ближе к огню. Или займись чем-нибудь полезным, чтобы согреться, а не маячь у меня над душой. - Полезное? Ах, Сэнку-чан! Ты так несправедлив! Ген вздохнул. - Я тут изо всех сил пытаюсь поднять твой боевой дух, обеспечивая тебе… ну, скажем так, интеллектуальный и эмоциональный комфорт. Разве это не полезно? Для твоего каменного сердца это, наверное, самая ценная вещь в Стоун Ворлде, ха-ха. Он подошел ближе, его улыбка была такой же хитроумной, как всегда. - Кроме того, я, кажется, нашел способ согреться, который не требует десяти миллиардов единиц топлива. Прежде чем Сэнку успел отреагировать или хотя бы саркастически хмыкнуть, Ген сделал два быстрых шага и, не предупреждая, обхватил его. Мощный толчок, и Сэнку оказался в плотных объятиях, его голова уперлась в плечо Гена, а сам менталист уткнулся лицом в меховой воротник Сэнку, уткнувшись носом в его белые волосы, пахнущие чем-то средним между серой, электричеством и… чем-то совершенно неуловимым, таким сэнкувским. Ген держал его крепко, почти прячась за ним, и казалось, что он не просто обнимает, а ищет убежище. В его обычно беззаботном тоне проскользнула необычная нотка — не то усталости, не то неожиданной искренности. - Ох, Сэнку-чан», — пробормотал Ген, его голос был приглушен мехом. - Невероятно! Ты на самом деле… теплый. И пахнешь… наукой. И какой-то, хм, совершенно очаровательной безнадежностью в плане человеческих контактов». Сэнку, застигнутый врасплох, сначала застыл. Его руки неосознанно поднялись, не зная, что делать — оттолкнуть, обнять в ответ, или продолжить заниматься своими колбами, притворившись, что ничего не произошло. Его мозг, привыкший к логическим вычислениям, вдруг забуксовал. Эмоциональный контакт? Ген? Вот так, без шуток и ужимок? - Болтолог, что за десять миллиардов глупостей ты вытворяешь? — прохрипел Сэнку, пытаясь сохранить хоть какую-то часть своего обычного безразличного имиджа, но его голос выдавал растерянность. Ген, однако, не сдвинулся. Он лишь прижался теснее, его длинные пальцы сжались на спине Сэнку. - Просто… небольшой эксперимент, Сэнку-чан. он хитро усмехнулся - Проверка теории о том, что тепло от двух тел эффективнее одного, особенно когда одно из них — это ты, излучающий энергию от постоянного мозгового штурма. Сэнку глубоко вздохнул, его мозг наконец-то нашел какое-то подобие логического объяснения. Теплопередача. Физика. Ну, хорошо. Это была чисто научная необходимость. Он медленно, нехотя, но совершенно осознанно обхватил Гена руками в ответ, прижимая его к себе. Мех плаща Гена был невероятно мягким и теплым. - Я же говорил, не привыкай, — пробормотал Сэнку, но его хватка стала чуть крепче. Ген поднял голову, его глаза блеснули из-под капюшона. Близко. Слишком близко. Сэнку мог видеть легкую припухлость на веках Гена, крошечные морщинки в уголках глаз, которые обычно были скрыты его маской беззаботности. И эта улыбка… Она была там, но чуть более сдержанная, чуть более настоящая. - А если я уже привык? — промурлыкал Ген, его голос понизился до бархатного шепота, от которого по спине Сэнку пробежали мурашки, не связанные с холодом. Он наклонил голову еще ближе, и их дыхание смешалось. - Что тогда, Сэнку-чан? Сэнку впервые за долгое время совершенно не знал, что ответить. В его голове не было никаких формул, никаких теорий, никаких десяти миллиардов правильных ответов. Был только этот менталист, смотрящий на него с такой интенсивностью, что Сэнку почувствовал, как что-то внутри него, обычно замурованное под слоями льда и логики, дрогнуло. Ген, видя его молчание, усмехнулся. - Полагаю, это можно расценивать как десять миллиардов одобрительных баллов, да? Не дожидаясь ответа, он медленно, почти гипнотически, наклонился. Сэнку мог бы увернуться. Мог бы оттолкнуть его. Но он не сделал ничего. Просто стоял, позволяя этому происходить, его глаза изучали приближающиеся губы Гена. Они были мягкими, как и ожидалось, но их прикосновение было неожиданно требовательным, почти властным. Это был нежный, но глубокий поцелуй. Поначалу Сэнку был совершенно деревянным, но Ген терпеливо углублял поцелуй, прижимаясь всем телом, пока Сэнку не почувствовал, как сопротивление медленно покидает его. Его руки, все еще обнимающие Гена, поднялись и зарылись в мех на его капюшоне, притягивая его еще ближе. Он ответил. Неуклюже, чисто инстинктивно, но ответил. Когда Ген оторвался, чтобы перевести дыхание, он откинул капюшон, открывая свои двуцветные волосы и лицо, залитое румянцем от холода и, возможно, чего-то еще. Его глаза сияли. - Ну, Сэнку-чан, это было довольно… научно, да? — прошептал Ген, его обычная саркастическая ухмылка вернулась, но на этот раз в ней было что-то новое, что-то по-настоящему теплое. Десять миллиардов из десяти за эффективность теплопередачи. Сэнку не смог сдержать свой фирменный хмык. - Десять миллиардов из десяти за попытку отвлечь меня от работы, менталист. И, к твоему сведению, это совершенно нелогично. - Ох, Сэнку-чан, ты так очаровательно отрицаешь очевидное, — Ген потянул его за рукав. - Но, может быть, у нас есть еще один эксперимент, который мы могли бы провести, чтобы проверить, насколько эффективно мы можем противостоять этой чертовски холодной погоде? В… более горизонтальном положении? Сэнку уставился на него. В его глазах читалась смесь недоумения, неловкости и, как ни странно, зарождающейся заинтересованности. Неужели он действительно собирается поддаться на эту менталистскую уловку? - Ты хочешь сказать… в постели? — Сэнку постарался, чтобы его голос звучал как можно более безразлично, но легкий румянец на его щеках выдавал его. Ген широко улыбнулся. - Bingo! Именно так, Сэнку-чан. Личная лаборатория теплопередачи, так сказать. Только для нас двоих. И я обещаю, это будет настолько эффективно, что ты забудешь обо всех своих колбах… хотя бы на несколько часов. Он подмигнул. - И, возможно, мы даже сможем проверить кое-какие… другие теории о человеческой физиологии. Сэнку издал глубокий, долгий вздох. - Десять миллиардов проблем с тобой, менталист. Но, хорошо. Как ученый, я обязан изучить все аспекты явлений. И если это действительно поможет мне лучше сосредоточиться на науке завтра, то… Ген расхохотался, его смех был полон искреннего веселья. Он взял Сэнку за руку, их пальцы переплелись. - Ах, Сэнку-чан, твоя преданность науке просто восхитительна. Пошли, мой маленький ученый. Приготовься к самому… хм… эмпирическому исследованию в своей жизни. ———————— Под потрескивание огня в камине, отбрасывавшего теплые отблески на стены, они забрались под кучу меховых шкур, которые служили Сэнку постелью. Меховые плащи и другая громоздкая одежда были отброшены в сторону, и обнаженная кожа впервые за долгое время соприкоснулась с чужой, а не с холодом или грубой тканью. Ген прижался к Сэнку, обнимая его. - Видишь, Сэнку-чан? Никаких сложных формул. Просто чистая, беспримесная физика. Он провел пальцами по напряженной спине Сэнку. - Хотя ты все еще такой… жесткий. Как будто боишься сломаться от прикосновения. - Я не боюсь, — пробормотал Сэнку, пытаясь расслабиться. Было непривычно, но… не неприятно. Тепло и мягкость Гена были неожиданно комфортными. -Я просто… не привык к таким… неэффективным методам. - Неэффективным? Ген фыркнул. - Мой милый Сэнку-чан, ты даже не представляешь, насколько это может быть эффективно. Я тут уже десять миллиардов лет жду, когда ты осознаешь, что существует не только химия, но и… алхимия между людьми. Он поцеловал Сэнку в шею, затем в линию челюсти, дразняще приближаясь к его губам. Сэнку издал тихий вздох, когда Ген прикусил его нижнюю губу. Менталист умел быть терпеливым, когда этого требовал его коварный план. Он знал, что прямолинейность отпугнет Сэнку, но медленное, дразнящее давление… это было другое дело. Рука Гена скользнула вниз, исследуя тело Сэнку, привыкшее к нагрузкам, но непривычное к ласкам. Он остановился на его бедре, нежно поглаживая кожу. -Ты, кстати, совершенно не такой, как я представлял», — промурлыкал Ген, его глаза прищурились. - Я думал, ты будешь как кусок неотесанного камня. А ты… довольно гладкий. И, кхм, упругий.. - Он усмехнулся. Сэнку ответил лишь тихим рыком, но не отстранился. Его собственные руки, все еще неуклюжие, начали исследовать тело Гена в ответ. Он чувствовал его мышцы, более мягкие, чем его собственные, но все же достаточно сильные. Тонкая кожа, мягкие изгибы. - Ох, Сэнку-чан, ты такой… любознательный, — Ген приподнялся, опираясь на локоть. - Как будто изучаешь новую формулу. Что, хочешь измерить все параметры? Сэнку отвел взгляд, но не смог скрыть легкой улыбки. -Возможно. Ученый должен собирать данные. -Я к твоим услугам, мой дорогой. Десять миллиардов единиц данных, готовых к сбору. Ген наклонился и поцеловал Сэнку еще раз, на этот раз глубже, его язык скользнул внутрь, приглашая. Сэнку, с присущей ему смелостью, ответил. Он не знал, что делает, но инстинкты, которые он обычно подавлял, теперь, казалось, вырвались на свободу. Поцелуи становились все жарче, их дыхание учащалось. Ген с наслаждением ощущал, как Сэнку, обычно такой контролируемый, медленно отпускает себя, поддаваясь ощущениям. Он опустился ниже, целуя его грудь, затем живот. Сэнку вздрогнул, когда губы Гена коснулись его кожи. - Что, Сэнку-чан, это тоже часть «исследования»? — прошептал Ген, его голос был полон игривого злорадства. - Если это позволит мне получить более полные данные, то да, — ответил Сэнку, его голос звучал хрипло Ген усмехнулся и продолжил спускаться. Он провел языком по нижней части живота Сэнку, заставляя его вздрогнуть. Сэнку не знал, что должно произойти, но чувствовал, как его тело напрягается в предвкушении. Ген, мастер ментализма, точно знал, что делает. Он медленно, дразняще брал его в рот, заставляя Сэнку затаить дыхание. Это было… неожиданно. Волнующе. Сэнку, обычно сосредоточенный на разуме, обнаружил, что его тело реагирует с поразительной интенсивностью. Он сжал кулаки, упираясь ими в меховые шкуры. Каждая клеточка его тела, казалось, была сосредоточена на ощущениях, которые Ген вызывал своими движениями. Он чувствовал, как нарастает напряжение, как его тело начинает дрожать. - М-менталист… — выдохнул Сэнку, его голос был едва слышен. Ген оторвался на мгновение, его глаза блеснули в полумраке. - Неужели это неэффективно, Сэнку-чан? Или ты просто не хочешь признавать десять миллиардов баллов удовольствия? Он улыбнулся, показывая кончик языка, прежде чем снова опуститься. Сэнку стиснул зубы. Он не мог врать даже себе. Это было невероятно. Напряжение нарастало до невыносимого пика, пока Сэнку не почувствовал, как все его тело дергается в кульминации. Он издал глубокий, непроизвольный стон, отдаваясь на милость ощущений. Ген поднялся, его губы были влажными и блестящими. Он усмехнулся. - Итак, Сэнку-чан. И что скажет твоя десять миллиардов умная голова об этом… эмпирическом исследовании? Сэнку фыркнул, уткнувшись носом в плечо Гена. - Недостаточно… контролируемых переменных. Требуются повторные испытания для подтверждения гипотезы. Ген усмехнулся и крепко обнял его. -Ах, Сэнку-чан, ты так прекрасен в своем отрицании. Но я готов предоставить себя для любых повторных испытаний. Хоть десять миллиардов раз. Он поцеловал Сэнку в макушку. - Спи, мой ученый. Завтра нам нужно будет… восстанавливать энергию. Сэнку ничего не ответил, но его рука медленно обняла Гена в ответ. Впервые за долгое время он чувствовал себя не просто рациональным мозгом, но и чем-то большим. Что-то, что Ген, этот чертов менталист, сумел вытащить из него. И, к его собственному удивлению, это было… не так уж плохо. Возможно, даже десяти миллиардов баллов стоило.