И не будет весны

– Римус, сколько ты уже выпил? – Лили потрясла его за плечо. – Эммм. – Римус окидывает взглядом стол, за которым сидит. – Пару бутылок? – Давай пей медленнее и вообще стоит остановиться. Девушка хмурится, она прекрасно знает, что бывает с этим человеком, когда он напьётся. Он всегда кажется слишком трезвым, только чуть более разговорчивым, но когда переходит определенную грань, то превращается в кого-то другого. И этот другой – способен, кажется, на любые безумства. Никто не знает, как и почему это работает. Все друзья были прекрасно осведомлены об этой особенности и делились на тех кто пытался не допустить этого состояния и как-то уберечь его и окружающих, и тех, кто поддерживал, предлагал странные занятия и сам когда выпивал становился слегка безумным. В существовании Римуса Люпина вообще было очень много непоняток. Он мало спал, мало ел, употреблял много кофеина и, как показала практика пил много алкоголя, отчего вопрос «как он до сих пор жив» – оставался для многих открытым и животрепещущим. Римус никому не собирался ничего рассказывать и на подобные вопросы отвечал сарказмом или только раздражался. – Лилс, все в порядке. Это просто пиво и я ещё даже не пьяный. – Римус закатывает глаза и чуть покачивается на стуле. Он правда выглядит намного лучше чем любой из компании, кто выпил столько же. Он вообще сидит один на кухне с каким-то конспектом. – Я знаю твоё нормально. – Лили упирает руки в бока и склоняется к его тетради, чтобы разобрать, что он читает. – Физика? – Ну, завтра лаба. – Римус стучит себя кончиком карандаша по нижней губе. – И ты решил подготовиться здесь и сейчас? Римус, это вечеринка, тут принято отдыхать. – Лили ставит свою бутылку на стол. – Сколько ты спал сегодня? – Она трогает его лоб, убирая упавшие кудряшки. Римус морщится, тупит взгляд в конспект с ровными линиями формул и поджимает губы. – Часа три. – Римус, дорогой, тебе нужно больше спать. Это вообще не идет тебе на пользу. – Поэтому я и соглашаюсь на все сборы. Пью, а потом сплю. – Да что ты. Мне то не ври. – Лили щёлкает его по носу. – Приходи в комнату, почитать конспект успеешь и завтра. Римус фыркает, потому что он, конечно, успеет и завтра, но ему хочется сейчас. А вот разговаривать с людьми, он совершенно не настроен. Когда Лили уходит он допивает свою бутылку пива, берет новую и снова склоняется над конспектом, проходясь пальцами по пометке черной ручкой на полях. Когда Римус входит в комнату, Лили сразу понимает, что что-то не так. Его волосы слегка влажные и убраны назад, но самое главное это взгляд. Глаза становятся зелеными с желтыми вкраплениями и это самый главный показатель. Девушка прослеживает взглядом, как её друг, пританцовывая, проходит по комнате, подкидывает сигарету, ловит её зубами, шлепает какую-то девочку по заднице и выходит на балкон, на полпути щелкая зажигалкой, и часть сигаретного дыма затягивает внутрь комнаты, прежде чем она закрывается. Лили отвязывается от парня, с которым болтала и бросается в сторону балкона и именно в тот момент, когда открывает дверь – Римус перемахивает через перилла. – РИМУС! Лили хватается за перила и смотрит вниз, боясь обнаружить, там лужу крови и месиво вместо головы. Но Люпин лежит на асфальте, раскинув руки, и медленно вытаскивает изо рта сигарету, выпускает дым. Он выглядит настолько безмятежно расслабленным, словно не он только что выпрыгнул с балкона 4 этажа. На её крик, на балкон выходят ещё несколько человек, переполошенные её страхом. Люпин же невозмутимо поднимается с земли и показывает им всем средний палец. – Я за сигаретами, долбоебы! – Только не это. – Лили трет лицо ладонью. – Темный Люпин в действии? В их компании почти никто больше не удивлялся его выпадам. Лили, кажется, была единственной, кто пытался остановить и предотвратить катастрофу, потому что остальным казалось это довольно забавным. А некоторым было просто интересно поймать момент, когда Люпин не будет с утра бодрым и запомнит ли он хоть раз свои выходки.