Моя любовь — дьявол

Когда Рюджин вернулась домой, она вновь не застала мать, только своего отчима, к которому так и не привыкла. Прошла мимо кухни, но мужской голос остановил её: — Поесть не хочешь? — Нет.  — Садись. – спокойно сказал Тэян, наблюдая за её спиной, — Садись, иначе останешься вообще без ужина. Рюджин стиснула зубы, а затем обернулась к нему: — Лучше бы работу нашли, а не сидели вечно дома на маминой шее! Не смейте мне указывать, что делать в моём же доме. Вы мне никто. Штамп в паспорте с моей мамой не даёт вам права раздавать приказы! — Я в роли твоего отца. – сдержанно ответил он, приподнимаясь с места, — Ты и правда очень непослушная. Полагаю, это потому что выросла без отца. Но теперь есть я. И я не позволю тебе обращаться так легкомысленно со старшими. Поняла? — Пейте дальше своё вино. – усмехнулась она саркастично, поворачиваясь к своей комнате. Но он вдруг оказался позади, грубо схватил её за шкирку, открыл дверь и буквально швырнул девушку на пол. Захлопнул дверь, отряхнул руки и хмыкнул, вытирая губы, на которых всё ещё оставалось послевкусие спиртного. — Если тебя не воспитать словами, – процедил он, — придётся делать это действиями. Я покажу, кто в этом доме главный. И что мужчину нужно уважать. Кем бы он тебе ни приходился. Малолетняя дрянь. — Изобьёте? – огрызнулась Рюджин, подползая к кровати и прижимаясь к ней спиной, — Давайте. Покажите, какой вы аморальный урод. Полиции это явно понравится. Он закрыл глаза, как будто в усталости, и хмыкнул: — Я не буду тебя бить. – прошептал, — Ты ведь после этого всё равно ничего не поймёшь, так? — Именно. — Поэтому… – он медленно подошёл, наклоняясь к ней, — Сыграем по новым правилам. У нас есть полчаса до прихода Пуонг. Как думаешь, успеем? — О чём вы?.. – голос Рюджин дрогнул, она стала отступать назад, но упёрлась в край кровати. Дальше некуда. Тэян усмехнулся, выпрямился. В окно сочилось багровое вечернее солнце. На улице гудели машины, но здесь, в комнате, становилось тихо, как в вакууме. Он посмотрел на Рюджин — прямо в её испуганные, остекленевшие глаза, и медленно потянулся к ремню. — Что вы делаете?.. – голос у неё задрожал. — Учу тебя манерам. – без эмоций отозвался он, вытянув ремень из стёжек и швырнув в сторону. Одним движением он поднял её с пола и бросил на кровать. Навис. Рюджин закричала, забилась, пиналась изо всех сил. Он схватил её за лицо и резко зажал рот. Его рука, тяжёлая и грязная, воняла алкоголем. На губах мерзкая, самодовольная ухмылка. Он был груб. Жесток. Его движения — рвущие, лишённые сдержанности. Он будто наслаждался этим. Рюджин закрыла глаза. Воздух стал вязким, крик застрял в горле. Внутри что-то трещало, будто ломалась не кость, а душа. Она думала о Йеджи. Только о ней. Только она могла прийти. Только она могла спасти. Молилась. Не богу, а ей. Как будто чувствовала: если она не появится, всё кончено. — Рюджин. – послышался голос. Совсем рядом, — Так и будешь лежать и позволять этому извращенцу пользоваться тобой? Ждать, когда тебя спасут? Ещё минута, и будет поздно. Рюджин раскрыла глаза. Йеджи. Она стояла позади, в полумраке комнаты, как тень, как кошмар, как спасение. Холодная, спокойная, с едва заметной улыбкой. Только Тэян никак не отреагировал. Он не слышал. Он её не видел. Йеджи подошла ближе. Ни слова. Просто бросила нож на кровать — прямо рядом с рукой Рюджин. Клинок блеснул в тусклом свете, и мгновение застыло, будто время перестало идти. Девушка, не долго думая, ухватила его свободной рукой, пока второй пыталась оттолкнуть мужчину, и резким замахом, вперемешку с криком, вонзила нож в левую сторону шеи Тэяна. Тот скривился, расслабляя свою хватку. Прохрипел и поднял взгляд на девушку, пока с губ поструилась кровь. — Ты… – начал, но не успел договорить. Его тело обмякло и навалилось сверху. Рюджин, в шоковом состоянии, вывернулась из-под него, отползла на край кровати и села, обхватив себя руками. Сутулилась, раскачиваясь, поглаживая себя по плечам, словно пыталась унять дрожь и убедиться, что всё это не сон. — Зачем… – с трудом, сквозь хрипоту, прошептала она. — Что? – хмыкнула Йеджи, спокойно стоя у закрытой двери, — Ты сама это сделала. Тебя никто не заставлял, малышка. От прозвища, которое девушка не использовала уже давно, Рюджин вздрогнула, будто вновь встречаясь с дьяволом. С тем, у кого на уме нет ничего, кроме зла.  Она подняла на неё взгляд, и увидела лишь удовлетворённую, чуть ли не восхищённую ухмылку. Быстро потянулась за телефоном, набирая скорую. В комнату ворвалась Пуонг с работы, включила свет, и замерла от увиденной картины. Её муж лежал на кровати в крови, а дочь сидела рядом, дрожащими руками держа телефон. Кофта чуть порвана, одежда помята, волосы взъерошены. — Ты что наделала?! – закричала она, бросаясь к мужчине, — Милый! – стала трясти его за плечо. Перевернула. Попыталась прикрыть рану ладонью, но кровь продолжала хлестать. — Он пытался… — Что?! Ты ещё и его хочешь обвинить?! – перебила Пуонг, — Скорую вызывай! Рюджин замолчала, поджав губы. — Скажи, что уже вызвала. А ещё лучше вызови полицию, и расскажи, что он пытался сделать. – прошептала Йеджи, спокойно стоя в тени. — Ты ещё здесь?! – вздрогнула Рюджин. — С кем ты разговариваешь, Рюджин?! Скорую вызывай! — Я… – она вгляделась в Йеджи, понимая, что видит и слышит её только она, что ещё сильнее путало разум, — Вызвала уже… – глухо выдохнула она. Через пару минут в квартире уже находилась скорая. Они молча забрали Тэяна, даже не пытаясь выяснить, что произошло. Вслед за ними пришла полиция, не спеша, без суеты, как будто знали заранее, что никто не окажет сопротивления. Рюджин сидела на диване, прижимая руки к груди. Она хотела рассказать всё. Хотела сказать, как он к ней прикасался. Как полез. Как она… схватила нож. — Вы уверены в своих показаниях? – вздохнул участковый, — Если это просто клевета, то вы будете наказаны. Подумайте хорошенько, нужно ли вам это. Думаю, ваш отец не станет писать заявление. Поэтому после его поправки просто помиритесь и живите дружной семьёй. — Он мне не отец! – попыталась возразить Рюджин, но мать резко схватила её за плечо, больно дёрнув. — Мы разберёмся, сэр. Спасибо вам. – Пуонг выдавила натянутую улыбку, провожая полицейского. Офицер бросил на неё мимолётный взгляд и прошёл мимо, почти не замечая. В глазах у него было что-то неестественное. Слишком пустое. Как будто всё происходящее — формальность. Как будто он просто знал, что говорить, знал, как закончится дело. Рюджин нахмурилась, вытирая слёзы рукавом. — Видишь, в вашем мире нет справедливости. – вновь заговорила Йеджи, сидя на подоконнике, — Люди хуже животных. Согласна? – она посмотрела на Рюджин, но тут же рассмеялась, — Ах, точно, совсем забыла… ты же не можешь мне ответить. Иначе тебя посчитают за сумасшедшую. Рюджин сжала кулаки, не сводя злобного взгляда с рыжеволосой. Она хотела ответить, хотела закатить скандал, но понимала, что это бесполезно. Просто смотрела, пытаясь понять, почему Йеджи ведёт себя так. Полиция вышла, оставив ощущение липкой тишины. Мать закрыла за ними дверь, тихо выругалась и направилась на кухню. И только теперь до Рюджин стало доходить: их не интересовало, что произошло. Они не задавали настоящих вопросов. Они ничего не записали. Просто пришли… и ушли. Будто всё уже решено заранее. — Что, совсем не догадываешься? – Йеджи легко считывала мысли, — Ты думала, у тебя будет шанс? Что они помогут тебе? Чёрт, какая же ты наивная. – спрыгнула на пол и подошла ближе, — Всё же обошлось. Тебя никто не тронул. – она мягко коснулась щеки Рюджин, вытирая слёзы, — Ты такая плакса, Рюджин. Тебе кто-нибудь об этом говорил? – она рассмеялась, прикрывая рот, — О, точно. Говорили. Как много всего на тебя навалилось, бедняжка. И отчим оказался извращенцем, и подружка из прошлой школы объявилась, ещё и… парню изменила. – она прикусила губу, — Думаешь, это всё случайность? Может, судьба? — Рюджин, нас ждёт серьёзный разговор! – крикнула из кухни Пуонг, выпроводив посторонних из квартиры, — А сейчас я поеду в больницу! Девушка вздрогнула, но не стала отвечать матери. Смотрела лишь на Йеджи, что стояла прямо перед ней, продолжая вытирать её слёзы. Послышался хлопок входной двери. — Что за чушь ты несёшь? – наконец ответила Рюджин, отталкивая от себя девушку, — Что ты вообще делаешь?! — Голос прорезался? – посмеялась старшая, спокойно усаживаясь на кровать, — Раз так, то ответь на мой вопрос. Рюджин приподняла бровь. — Судьба? Если это происходит, то да. – нервно кивнула она, — Судьба, случайность — нет разницы, что это. — Есть. – хмыкнула Йеджи, — Потому что это я. Потому что всё это — моих рук дело. Что, не поняла ещё? – она резко встала с места и приблизилась к Рюджин на опасное расстояние, — Ты никогда не будешь счастлива. И забудь о всей чуши, что связана со мной! Не смей переходить границы и воображать в своей дурной голове то, чего на самом деле нет! – голос дрогнул. — Воображать что? – устало развела руками Рюджин, находясь на грани срыва, — Может, то, что мы переспали? То, что ты сама сделала со мной своими руками?! Я не понимаю тебя! — В том-то и дело, что меня не нужно понимать. Я повторяю в последний раз: никогда больше не переходи грань. Не смей пачкать меня своими идиотскими мыслями! У меня уже голова болит из-за тебя! — У таких существ, как ты, может болеть голова? – не подумав, огрызнулась Рюджин, — Ты чудовище. Самое настоящее! — Вот как. – на секунду во взгляде рыжеволосой промелькнули испуг и страх. Она сделала шаг назад и посмотрела в стену, — Хорошо. Я и есть оно. Это не удивительно. *** Рюджин не пошла на работу. Хотела уволиться, но не хватало смелости зайти в кофейню. Не хватало сил посмотреть Йеджи в глаза. После школы за ней вновь поплёлся Ван, что-то болтая, не переставая светиться, как маленький щенок. — Ты можешь хоть на минуту замолчать? – не выдержала Рюджин, останавливаясь, — Хватит. — Прости… – он дёрнулся, — У тебя что-то случилось? Я могу помочь? — Ничего у меня не случилось. – сухо бросила она, снова ускоряя шаг, — Просто будь тише. Улыбка на лице парня стёрлась. Он кивнул и пошёл следом, теребя лямку рюкзака на плече. Иногда хотел что-то сказать, но сразу же закрывал рот, боясь расстроить свою девушку. В это время Йеджи сидела на своём рабочем месте, перебирая без интереса кучу бумажек. Даже не смотрела на них. К ней подошёл Чимин, держа в руках ещё одну такую же пачку. — Смысл? – фыркнула она, — Ты же знаешь, я всё равно их не проверяю. Отдай Нику. — Йеджи… – парень присел напротив, — Всё нормально? — У меня может быть что-то плохо? – она подняла на него холодный взгляд, — Ты сейчас что собираешься сделать? Катись уже и занимайся своими обязанностями. — Но… — От тебя ноль толку. Катись уже. Чимин понуро встал с места и прошёл мимо Черён, которая тоже пришла поговорить. Она сглотнула, думая, стоит ли сейчас, но всё же решилась и подошла: — Эй, я выполнила то, что ты просила. — И? – та перевела на неё взгляд, — Я и так знаю. — Ну… а зачем тебе это? Насколько я знаю, Соён издевалась над Рюджин. Я просто подставила её, вот и всё. Вышло не очень. Ты вроде наоборот защищала её, что теперь? — Тебя волнует? Просто делай то, что я говорю. – цокнула, — Ну почему вы все такие сложные? – словно себе под нос. — Хван, ты ведёшь себя как ребёнок. – села напротив, на место Чимина, — Прекрати. — Что ты сказала? – в глазах Йеджи вспыхнул огонь. — Не пытайся меня напугать этим. – вздохнула Черён, — Я же серьёзно. Зачем ты так мучаешь эту девчонку? Что она тебе такого сделала? — Душу продала. – усмехнулась Йеджи, — Всё? Довольна? Эта дура мне душу продала, чтобы кто-то влюбился в неё. А влюбилась я! Не могу поверить в этот бред! Черён расширила глаза и сглотнула. Она быстро зашла за стойку, наливая крепкий коньяк. Затем жестом показала Чимину, стоявшему в конце помещения, закрыть дверь. Тот без слов выполнил поручение, а потом удалился в комнату для персонала, не мешая двум девушкам. Йеджи сидела молча, прикрыв лицо рукой, облокотившись о стойку. Чери придвинула стакан со спиртным ей, предлагая. Та без слов опустошила его за несколько секунд. Девушка хмыкнула на эту картину и вновь села рядом, изучая выражение лица. — Ты уверена, что… влюбилась? — Всё сходится к этому. – вздохнула рыжеволосая, не глядя, — Я стала слабее. Я уже не чувствую ту мощь, что была во мне раньше. Это чертовски бесит, понимаешь? — Но делать добро — это не слабость. — Слабость, Черён. — Не называй меня так. – закатила глаза девушка, — Вы с Соён одинаковые. Я же просила, а вы всё равно делаете по-своему. — Пора бы уже принять своё полное имя. — Не хочу. – руки сжались, взгляд отвела, — Ты знаешь, что на это есть причины. И вообще, я жива только благодаря тебе. Поэтому давай не будем вспоминать прошлое. Йеджи пожала плечами с видом безразличия. — Думаешь, я и правда исчадие ада? — Не говори так. – поджала губы Черён, — Хотя… в чём-то ты и права. – усмехнулась, — Но разве это не классно? Ты буквально правишь всем. Та усмехнулась, загадочно отведя взгляд. — Ты доверяешь мне? — Конечно! – кивнула Черён. — Зря. – Йеджи перевела на неё быстрый взгляд, в котором вспыхнул знакомый огонь. Затем встала с места, потирая устало шею, — Вы слишком наивные. В этом наша разница. После этих слов она испарилась буквально на глазах у Черён, заставив ту вздрогнуть. *** Телефон дрожал в руках. Рюджин сидела на полу, уткнувшись в колени, и пыталась восстановить в голове последовательность событий. Скорая. Кровь. Полиция. Они же были, правда? Это же было? Она ввела номер в поисковике. Нашла ближайший участок и, пересилив дрожь, набрала. — Участок округа Мапхо, слушаю. — Здравствуйте. Я… хотела бы узнать… Вчера на вызов выезжал офицер. Фамилия… – она зажмурилась, вспоминая, — Сонг. Он приходил к нам после вызова скорой. Можете проверить? — Сонг? – на другом конце провели паузу, потом зазвучали щелчки клавиатуры, — У нас нет сотрудника с такой фамилией. Вы точно правильно набрали? — Как… – она чуть не выронила телефон, — Но он был. Он говорил со мной. Он… сказал, что это клевета, и что отчим не будет писать заявление… — Девушка, я не знаю, кто к вам приходил, но от нас никто не выезжал по такому адресу. И никаких вызовов по домашнему насилию не зарегистрировано. — Но… – голос оборвался. В трубке раздалось сухое: — До свидания. Щелчок. Гудки. Рюджин выронила телефон. На секунду показалось, что воздух в комнате стал гуще, тяжелее. Что стены сдвигаются ближе. Что кто-то наблюдает. Из кухни донёсся знакомый смех: — И что ты хотела этим доказать? – Йеджи стояла у холодильника, держа в руках кружку с водой, — Я же сказала: это я. И ты всё ещё сомневаешься? — С тобой что-то не так. – Рюджин остановилась перед Йеджи, — Ты странная. Всё это странно. И нож… Йеджи усмехнулась, склонив голову. — Ты ведь сама хотела. Помнишь? Рюджин вздрогнула. Дрожь, будто от холода, пробежала по лопаткам. — Что? — Нож. – Йеджи сделала шаг ближе, — Ты подумала, что неплохо было бы иметь что-то… для самозащиты. И он оказался у тебя в руках. Разве не удобно? Рюджин отступила, как будто та могла ударить её прямо сейчас.  — Я его не брала. Он просто… появился. Это… Я не просила. Та подошла вплотную. В её взгляде не было тепла. — Ты не просила. Но ведь захотела. – она наклонилась к её лицу, так близко, что Рюджин ощущала её дыхание, — Всё, что с тобой происходит, происходит потому что ты этого хочешь. — Нет… – прошептала Рюджин. — Потому что ты позволила. Потому что ты пришла ко мне. Потому что ты выбрала. Потому что ты продала свою душу. Рюджин замерла. Её губы задрожали. — Зачем ты это говоришь?.. Йеджи выпрямилась, отступая. — Чтобы ты знала. Не было никакой ошибки. Ты знала, на что идёшь. Она обернулась, собираясь уйти, но вдруг замерла. На мгновение, короткое и едва заметное, в её глазах блеснула слабость. Усталость. Что-то, что не вязалось с её жестокой уверенностью. — Ты подумала, что это любовь… – её голос стал тише, — Но выбрала не того человека.