После тьмы приходит рассвет

***

      — Тэхён, как ты себя чувствуешь? — взволнованно спросил Юнги, в голосе которого звучала неподдельная тревога.       Омега, едва заметно улыбаясь, нежно придерживал округлившийся живот. Сейчас, на седьмом месяце беременности, Тэхён ощущал каждое движение их малыша особенно остро.       — Всё хорошо, Юнги. Просто наш маленький непоседа сегодня особенно активен.       Альфа облегченно выдохнул. После восьми месяцев брака, каждый день казался ему бесценным подарком, особенно сейчас, когда до встречи с их ребенком оставалось совсем немного. Он помнил, как сильно волновался в первые месяцы после свадьбы, но сейчас волнение сменилось трепетной радостью и нежностью.       В памяти всплыл тот самый день, когда Тэхён сообщил ему о чуде. Юнги вернулся с работы уставший, мечтая лишь о горячем ужине и объятиях любимого. Тэхёна дома не оказалось и записки тоже не было. Альфа почувствовал, как внутри нарастает тревога. Он уже собирался звонить, когда услышал тихую музыку, доносившуюся из их спальни.       Дверь была приоткрыта и Юнги заглянул внутрь. Комната была украшена светящимися гирляндами, а на кровати, усыпанной лепестками белых роз, сидел Тэхён. В руках он держал небольшую плюшевую игрушку — белого медвежонка.       — Привет, любимый, — тихо произнёс Тэхён, его глаза сияли каким-то особенным, внутренним светом. Он протянул Юнги медвежонка. — Кажется, у нас скоро появится новый член семьи.       На лапке медвежонка была аккуратно прикреплена фотография с УЗИ. Юнги замер, глядя на крошечное изображение на снимке. Это был их ребёнок. Застывшее в чёрно-белых оттенках чудо, которое совсем скоро появится на свет. Он не мог поверить своим глазам.       Слова застряли в горле, дыхание перехватило от нахлынувших чувств. Он опустился на колени перед Тэхёном, обнял его, прижался лицом к его животу.       — Ты… ты не шутишь? — прошептал он, боясь разрушить эту хрупкую реальность. Тэхён нежно провел рукой по его волосам.       — Нет, Юнги. Мы ждем ребенка.       В тот вечер они долго сидели вместе, обнимаясь и разговаривая шёпотом, делясь друг с другом своими мечтами и надеждами. Юнги поклялся себе, что сделает все, чтобы Тэхён и их ребенок были счастливы. И сейчас, глядя на округлый живот Тэхёна, он знал, что эта клятва будет самой важной в его жизни. Этот маленький непоседа скоро появится на свет, Юнги был готов отдать всё, лишь бы защитить его и подарить ему самое лучшее будущее. Тэхён, словно котёнок, потёрся щекой о плечо Юнги, сложив губы бантиком и смотря на него своими огромными, лучистыми глазами. — Юнги-я, — протянул он сладко, — можно тебя кое о чём попросить?       Юнги прекрасно знал этот взгляд. Стоило Тэхёну так мило состроить мордочку, сопротивляться становилось невозможно. Он приподнял бровь, ожидая, что сейчас последует.       — Мне ужасно хочется… маринованных улиток, фаршированных мороженым со вкусом бекона и посыпанных морской солью с Мальдив. — выпалил Тэхён, закусив губу.       Юнги моргнул. Улитки, мороженое со вкусом бекона и соль… с Мальдив?! Это было объявлено на полях гастрономического сумасшествия и Юнги уже чувствовал, как в его голове зреет план побега.       — Тэхён, милый… Ты абсолютно уверен? Это… звучит как сценарий к кулинарному кошмару, — осторожно протянул Юнги, надеясь, что Тэхён одумается.       Тэхён надулся.       — Что значит «кошмар»? Это же изысканно! Малыш сказал, что это его любимое сочетание! — он демонстративно погладил живот. — Ты же не хочешь, чтобы он думал, что его отец не готов для него на всё?       Юнги вздохнул. Спорить с беременным Тэхёном было всё равно, что пытаться убедить солнце не восходить.       — Ладно… хорошо… Я попробую, — выдавил из себя Юнги, чувствуя, как его надежды на спокойный вечер испаряются. — Но если я проведу остаток ночи в поисках экзотических ингредиентов, ты будешь должен мне массаж ног на всю оставшуюся жизнь.       — Договорились! — лучезарно улыбнулся Тэхён, одарив Юнги быстрым поцелуем. — Ты самый лучший альфа во Вселенной!       Юнги закатил глаза, но улыбнулся.       — Я ушёл на поиски сокровищ. — подмигнул он Тэхёну, надеясь, что это путешествие не превратится в его личный ад.       Перспектива поисков ингредиентов заставила Юнги всерьез задуматься о возможности бросить всё и уехать в Тибет. Но нет, он пообещал. Он начал с поисков маринованных улиток. Оказалось, что это не такая уж и проблема, как он ожидал. Мороженое со вкусом бекона… вот тут начались серьезные затруднения. Ни один уважающий себя магазин мороженого даже не слышал о таком извращении.       После долгих поисков в интернете он нашел маленькую крафтовую лавку, где делали мороженое на заказ. Мальдивская соль — ну что же, тут ему помог друг, работающий в ресторане высокой кухни. Вернувшись домой, после нескольких часов поисков, он застал Тэхёна сладко спящим на диване. Все компоненты для этого «кошмара» были найдены, но идея будить Тэ для дегустации отошла на второй план.       Вечером, после ужина (каши, приготовленной Юнги), они устроились на диване, укрывшись пледом. Тэхён удобно пристроился у него в ногах и они принялись придумывать имя для их ребёнка. Юнги был готов спорить до хрипоты, ведь это так важно!       — Может, Юнхо? — предложил Тэхён, задумчиво глядя в потолок.       — Слишком официально звучит, — ответил Юнги. — А что насчет Минсо?       — Минсо… Звучит неплохо, но не хватает огонька, — пробормотал Тэхён.       Они перебирали сотни имен, смеясь, споря и припоминая забавные случаи, связанные с тем или иным вариантом. Но, к их большому сожалению, они так и не смогли прийти к единому решению. Решили перенести выбор имени на потом, чтобы малыш сам выбрал себе имя.       — Может, когда мы увидим его, мы поймём, какое имя ему действительно подходит. — сказал Тэхён, потягиваясь.       Юнги нежно поцеловал его в макушку.       — Ты прав, это отличная идея. Пусть наше чудо сам примет решение.       Тэхён прижался к Юнги.       — Обязательно придумаем. — сказал Тэхён засыпая, прижавшись к плечу альфы.       И как только в комнату пробралась тишина, можно было услышать, как бьются два любящих сердца. За окном медленно садилось солнце, окрашивая небо в нежные цвета заката. В эту минуту Юнги осознал, какое это счастье — ждать ребёнка от любимого человека.

***

      Пролетевшие два месяца промчались как один миг. Дом наполнился детскими вещами, запахами присыпки и разговорами о предстоящих родах. И вот, день «Х» настал.       Утро началось как обычно — с чашки травяного чая для Тэхёна и рабочего кофе для Юнги. Омега сидел за кухонным столом, умиротворенно глядя в окно.       — Юнги, кажется, началось. — спокойно проговорил Тэхён, не отрывая взгляда от рассвета.       Если бы кто-то видел сейчас Мин Юнги, успешного бизнесмена, альфу с железной хваткой, он бы не поверил своим глазам. Потому что тот самый Мин Юнги, услышав слова Тэхёна, превратился в паникующего подростка. Он уронил телефон, подскочил со стула и начал метаться по дому, пытаясь вспомнить, что нужно брать в роддом.       — Тэхён, дыши! Сумка! Где сумка?! — кричал он, открывая все шкафы подряд. — Вода! Тебе нужна вода! Обезболивающее!       Тэ, несмотря на нарастающие схватки, старался успокоить своего мужа.       — Юнги, всё в порядке. Сумка собрана уже месяц как, она возле двери. Просто подыши со мной и всё будет хорошо.       Кое-как взяв себя в руки, Юнги помог Тэхёну дойти до машины. Всю дорогу до роддома, он то и дело спрашивал, как тот себя чувствует и внимательно следил за его дыханием.       — Помнишь, мы так долго выбирали имя? — вдруг спросил Тэхён, улыбаясь сквозь боль.       — Помню, как же забыть, — ответил Юнги, сжимая его руку. — Хочешь сначала увидеть его? Чтобы имя само пришло?       Тэхён кивнул.       — Да, мне бы этого хотелось.       Юнги улыбнулся, зная насколько Тэхёну важно было выбрать идеальное имя для их сына. Мин провел долгие часы в приёмной, терзаясь неизвестностью. Он беспрестанно ходил взад и вперед, названивал Намджуну и Хосоку, не в силах усидеть на месте. И вот, наконец, дверь открылась и за ней показалась уставшая, но счастливая медсестра.       — Поздравляем, у вас родился прекрасный мальчик. Папа и малыш чувствуют себя хорошо. Можете пройти в палату.       В палате было тихо и спокойно. Тэхён лежал на кровати, утомленный, но сияющий. В его руках, свернувшись калачиком, спал их сын. Юнги медленно подошёл к ним, не веря своему счастью.       — Это… он? — прошептал он, глядя на крошечное личико малыша.       Тэхён кивнул, улыбаясь одними глазами.       — Он такой маленький… такой совершенный. — проговорил Юнги, нежно касаясь щечки ребёнка.       Внутри него клокотало чувство невероятной благодарности к Тэхёну. Он опустился на колени рядом с кроватью, взял его руку в свою и поцеловал ее.       — Спасибо тебе, Тэхён… Спасибо тебе за всё. — прошептал он со слезами на глазах.       Тэхён слабо улыбнулся.       — Это наше общее счастье, Юнги.       Альфа аккуратно взял малыша на руки, прижимая его к себе. Крошечное тельце было таким хрупким и беззащитным. Он почувствовал, как сердце переполняется любовью и нежностью.       — Он такой красивый… — прошептал Юнги, глядя на ребенка. Вдруг, его взгляд стал более сосредоточенным.       — Юнги, посмотри на него, — прошептал Тэхён, глядя на их сына полным любви взглядом. — Он словно маленькое солнышко, правда?       Юнги внимательно посмотрел на их сына. Его лицо было таким светлым, будто дарило тепло.       — Да, ты прав, — прошептал Юнги. — Тогда назовем его… Тэян. Мин Тэян.       Тэхён улыбнулся, а в его улыбке отражалась вся его нежность и любовь.       — Мин Тэян… Мне нравится. Звучит идеально.       Он посмотрел снова на Юнги и они оба поняли, что имя выбрано навсегда. Мин Тэян, их маленький альфочка, их любовь, их будущее. В этот момент в их жизни начался новый, самый прекрасный этап. Этап родительства, наполненный любовью, заботой и безграничным счастьем.

***

      Мин Юнги выдохнул, отрываясь от экрана ноутбука. Три года. Три года безоблачного счастья. Три года, как Тэян ворвался в их жизнь, осветив ее, подобно своему имени, словно солнце. Сейчас он спешил домой, к своему солнышку и любимому Тэхёну. Сегодня выдался сложный день и единственное, о чем он мечтал — это крепкие объятия мужа и звонкий смех сына.       В этот момент зазвонил телефон. Неизвестный номер. Юнги нахмурился, но ответил.       — Мин Юнги слушает.       — Господин Мин, это из клиники «Надежда». Вы просили передавать всю информацию о пациенте Чон Чонгуке.       Внутри что-то кольнуло. Чон Чонгук. Это имя вызывало неприятные воспоминания, напоминание о человеке, который когда-то принес Тэхёну столько боли. Они давно пытались вычеркнуть его из своей жизни.       — Слушаю вас. — сухо ответил Юнги.       — Чон Чонгука выписали. У него наступила устойчивая ремиссия. Перед выпиской он оставил конверт. Адресован Ким Тэхёну.       Юнги напрягся. Конверт? Для Тэхёна?       — Я за ним заеду.       Развернув машину, Юнги поехал к клинике. «Надежда»… ироничное название для места, где обитали сломленные души. Это место он старался избегать.       Он припарковался возле неприметного здания клиники. На стойке регистрации ему отдали тонкий белый конверт. Подпись, выведенная дрожащей рукой, гласила: «Ким Тэхёну». Юнги сжал конверт в руке. Он отдаст его Тэхёну. Пусть сам решает, что с ним делать.       В голове всплыли воспоминания…

Флэшбек.

      За несколько дней до их свадьбы…       Юнги сидел в своём кабинете, просматривая последние приготовления к торжеству. Долгожданная свадьба с его любимым омегой должна была пройти идеально. Но спокойствие прервал телефонный звонок от одного из его охранников.       — Господин Мин, Чон Чонгук пытается встретиться с Ким Тэхёном. Мы его задержали неподалеку от цветочного магазина, где ваш будущий муж выбирал букеты.       Юнги нахмурился. Чон Чонгук, человек, который в прошлом доставил столько неприятностей Тэхёну. Охрана вокруг Тэхёна была мерой предосторожности.       — Просто не подпускайте его к Тэхёну.       — Что с ним делать, господин Мин?       — Отвезите его к доктору Ли.       Юнги сбросил вызов. Позже, доктор Ли сообщил ему, что у Чонгука серьезные проблемы с психикой, а так же зависимостями. Ему требуется длительное лечение, так что Чон останется у них до выздоровления.       Юнги усмехнулся. Хотел убить этого ублюдка, в итоге — лечит. Но, подумав о любимом омеге, понял, что так будет правильнее. Тэхёну не нужна кровь на руках. Ему нужен мир и спокойствие.

Конец флэшбека.

      Юнги очнулся от воспоминаний, крепче сжав руль. Он выехал на трассу, ведущую к дому.       Въехав во двор, он услышал звонкий крик:       — Папа приехал! Папа приехал!       Из дома выбежал маленький Тэян, бросаясь прямо в его объятия. Юнги подхватил сына на руки, крепко прижимая к себе. За спиной Тэяна стоял Тэхён, лучезарно улыбаясь. Его глаза сияли любовью и теплом.       — Как ты, милый? — спросил Юнги, целуя мужа в щеку.       — Всё хорошо, — ответил Тэхён, — Тэян сегодня особенно скучал. Ну что, идем ужинать?       Юнги кивнул, чувствуя, как постепенно отступает тревога. Вечером, когда они уложат Тэяна спать, Юнги отдаст Тэхёну конверт. Он скажет, что его передали для Тэхёна с каким-то неважным делом, не упоминая имени Чонгука. Он доверял омеге и верил, что тот примет правильное решение. Сейчас же он хотел насладиться минутой счастья и жить настоящим, в окружении своих любимых мужчин.       Вечером, когда Тэян мирно посапывал в своей кроватке, Юнги и Тэхён расположились в спальне. Они тихо беседовали о мелочах, о прошедшем дне, о забавных выходках Тэяна. Юнги наблюдал за мужем, за тем, как свет лампы ласкает его прекрасное лицо, как в глазах отражается тепло и любовь. Собравшись с духом, Юнги достал из кармана конверт.       — Это передали для тебя. — сказал он, протягивая его Тэхёну.       Тэхён удивленно приподнял брови, принимая конверт. Он машинально перевернул его, рассматривая. И тут его лицо изменилось. Он тихо прошептал одно слово.       — Чонгук…       Юнги даже вздрогнул от неожиданности. Как Тэ узнал?       Тэхён поднял на Юнги немного встревоженный взгляд. В его глазах читались растерянность и… страх? Юнги лишь кивнул, стараясь успокоить:       — Я рядом.       Дрожащими пальцами Тэхён открыл конверт и достал сложенный листок бумаги. Развернув его, он начал читать. Слёзы, казалось, сами собой потекли из его глаз, немым потоком скользили по щекам. Юнги молча наблюдал, понимая, что письмо затронуло самые потаенные уголки души Тэхёна.       Текст письма, словно капли крови из раненого сердца, был пропитан болью и раскаянием: «Тэхён… Привет. (Дальше несколько строчек были яростно зачеркнуты, так сильно, что бумага местами прорвалась. Казалось, Чонгуку с огромным трудом давалось каждое слово) …Я уехал из Сеула… А потом и вовсе из страны. Не знаю, зачем пишу это, честно. Может быть, чтобы хоть немного облегчить свою душу, которая истерзана виной перед тобой. Поздно, наверное, осознал, что потерял самое дорогое в своей жизни — тебя. Тебя, Тэхён. Каждую ночь я вспоминал твою улыбку, твой смех, свет в твоих глазах… всё, что я своими руками разрушил.       Я хотел увидеться с тобой, хоть одним глазком взглянуть, но я боялся. Боялся, что не смогу уйти, боялся помешать твоему счастью, которое ты заслуживаешь больше всего на свете.       Мне нет прощения, Тэхён, знаю. Но я всё же прошу прощения за всё. За то, что я так поступил. За то, что разрушил тебя, твои чувства, нашу любовь. За то, что я не смог сделать тебя счастливым, за все те бессонные ночи, что ты провёл из-за меня. За то, что не сдержал обещание всегда любить и оберегать тебя, а делал только наоборот. За всё плохое, что я тебе причинил…       Я люблю тебя, Тэ. И всегда буду любить. Но я знаю, что ты будешь счастлив с Юнги. Он сможет дать тебе то, что я не смог. Поэтому я ухожу. Чтобы не мешать. Чтобы ты смог жить дальше и забыть меня навсегда.       Я надеюсь, Тэ, что ты сейчас счастлив. Ты этого заслуживаешь. И хоть я знаю, что не достоин прощения, я всё же надеюсь… очень надеюсь, что когда-нибудь ты меня простишь.

С любовью, твой Гуки».

      Тэхён плакал, даже не осознавая этого. Слёзы текли ручьём, смазывая чернила на бумаге. Слова проникали в самое сердце, бередили старые раны, напоминали о том, что он когда-то пытался забыть. Письмо было как осколок прошлого, вторгшийся в его настоящую, счастливую жизнь.       Когда Тэхён закончил читать, он поднял глаза на Юнги. Глаза были красные, опухшие от слёз, но в них не было больше боли. Только светлая грусть.       — Я уже простил его, Юнги, — тихо произнёс Тэхён. — Я не мог долго держать в себе всё плохое. Я отпустил его. Я простил.       Юнги облегченно выдохнул, чувствуя, как камень падает с его сердца. Он подошёл к Тэхёну и крепко обнял его, прижимая к себе.       — Ты сделал всё правильно, милый.— прошептал Юнги.       Он вынул из ящика зажигалку. Поднеся огонь к углу конверта, Юнги вместе с Тэхёном смотрел, как пламя пожирает бумагу. Вместе с пеплом уходили и воспоминания и боль прошлого.       Тэхён мысленно пожелал Чонгуку счастья. Пусть у него всё будет хорошо, где бы он ни был.       Он уснул в объятиях Юнги, чувствуя себя спокойно и умиротворенно. Теперь у них всё будет хорошо. Больше никаких приветствий из прошлого. Только их счастливое настоящее. Только они, Тэян и безграничная любовь, которая связывала их навеки.