Свет во чреве мрака

Существует мир, в котором царит власть, гармония и порядок. Но в то же время, от порядка лишь одно название. Королевство V, разделённое на две части — Высший мир, где правит король, живут беззаботной жизнью дворяне с личными прислугами, и Низший мир, где царит хулиганство, бедность, воровство и бескрайняя смерть. Чума, накатившая на королевство, больше трёх лет забирает души ни в чём невинных жителей. Учёные и алхимики разводят руками, никто не знает, что делать. Лекари днём и ночью проводят время в больницах, ищут травы и создают лекарства, способные исцелить смертную душу. Но всё напрасно. Эта болезнь — проклятие за грехи сего мира. И лишь пара лучей света способна избавить народ от участи…

***

В небольшом старом доме жил мужчина, придворный лекарь. На улице начинало светать, из окошка виднелся тусклый свет. Он сидел за столом, на котором в ряд были поставлены колбы разных размеров. На стенах висели записи, рисунки. Также был портрет короля. В уголке — ваза уже с поникшими цветами. Мужчина судорожно писал пером в книжке, его почерк красив и понятен, листы чисты, без единой капельки. Длинные пальцы постукивали по дереву, поддавая мысли. Встав из-за стола, он направился к умывальнику. Тщательно промыв руки и лицо, лекарь посмотрел в идеально чистое зеркало. Фиолетовые волосы украшала золотая брошь в виде веточки лавра, точно вычерченные скулы и огромные синяки под глазами. Мужчина не спал несколько недель. Вздохнув, он улёгся на застеленную кровать, на которой успела отложиться пыль. Провалившись в неё, будто в мягкое облако, он закрыл глаза, постепенно засыпая, но сон его прервал стук в дверь. За окном уже было светло, свеча давно догорела и потухла. Лекарь неохотно встал, громко зевая. Вот что значит работать не покладая рук. — Доброе утро, доктор Веритас Рацио! — В дверях стоял страж, его лицо было скрыто под доспехами. — Что вы хотели? — спросил он, нахмурившись. — Прошу простить меня за беспокойство, но король ждёт. Сказал, срочное дело для вас. Сонливость как рукой сняло. Король вызывает Рацио к себе? Последний раз такое было, когда болезнь настигла его матушку. Мужчина кивнул и захлопнул дверь, давая понять, что дважды повторять не стоит. Он мигом привёл себя в порядок, схватил записную книжку и спустя короткий промежуток времени вышел наружу. Дом лекаря находился прямо напротив королевской церкви. Серые тона врезались в глаза уже несколько лет. Омертвевшие кустики, придворные без эмоций и сил, грязный, пыльный воздух — полное мучение. Здоровенный замок на холме, который придавал ужас, только нагнетал обстановку. Мужчина шёл быстрым шагом, не обращая внимания на монашек, которые здоровались с ним каждый раз, когда видели. В его голове была уйма мыслей: зачем он понадобился королю? Неужели он заболел? Или его хотят повысить по должности? Но ничего из этого не соответствовало реальности. Войдя в замок, он прошёл по длинному коридору, ведущему в тронный зал. Вычищенный до блеска камень, портреты и бронзовая статуя. Вот где обитает он, глава всея мира. Рацио постучал в парадную дверь, которую открыли моментально. Он вошёл уверенно, но руки его дрожали, а язык и вовсе свело. Внутри зала — огромные, безупречно оформленные витражи. Стражи, стоявшие будто неживые, и трон, на котором сидит король. Взгляд его серьёзен, некогда такой был при смерти королевы-матери. Лекарь подошёл к нему, встал на колено, склонил голову и приложил руку к сердцу. — О, Великий, вы желали увидеть меня? Что же беспокоит вашу милостивую душу? — сказал он робким, звонким голосом. Несмотря на волнение, глаза его были полны верности. — Полно, лекарь. — Махнул ему король, отчего Рацио встал с колена. — Я призвал тебя по очень важному делу. Ты являешься лучшим лекарем в королевстве, оттого-то я тебя и взял придворным. Эти слова вызвали широкую улыбку у Рацио. Тот это заметил, поэтому понизил тон. — Но не спеши самоутверждаться. Я пришёл не хвалить тебя. Знаешь, что в наших больницах творится? А вот надобно бы. Сидишь в четырёх стенах, а порядку никакого! — Он стукнул скипетром по полу, звук эхом раздался по залу, отчего доктор вздрогнул. — Прошу прощения, Милостивый. — Он опустил взгляд, улыбка мигом ушла прочь. — В последнее время я слишком занят изучением болезни, ищу новые разработки лекарств для улучшения состояния подвергнувшихся. И хочу сказать, что мне удалось выявить другие симптомы, характерные для каждого, включая детей… — Довольно! — Король вновь повысил голос, стукнув скипетром сильнее. Доктор сглотнул и напрягся, сейчас не стоит бросать лишних слов. — Ты, конечно, молодец, что выявил, как их там, симптомы, но жизнь моего народа важнее исследований. Из больницы каждый день приходят письма, десятки взрослых и детей умирают от чумы! Это больше не может продолжаться… — Он потёр переносицу, закрывая глаза. — Я хочу, чтобы ты отправился в главную больницу и навёл там полный порядок! Не смотри на меня так, я знаю, что она находится в Низшем мире, я же всё-таки король. В общем, завтра чтоб глаза мои тебя здесь не видели. Пока порядку не наведёшь — не возвращайся! Эти слова попали в самое сердце лекаря. Отправиться в Низший мир?! Он же там пропадёт без вести! Почему главная больница вообще находится в столь опасном и отдалённом месте? — Но Милостивый, это же огромный риск… В Низшем мире болезнь развита намного острее, чем тут! У меня нет средств, чтобы обезопасить себя, — Рацио говорил обеспокоенно. Он нахмурился, пальцы крепко сжали книжку. Ради этого он пришёл сюда? — Я выдам тебе столько золотых, сколько будет нужно. Ты думаешь, я настолько глуп, чтобы отправлять тебя в такую даль без ничего? — Слова доктора явно оскорбили короля, это было отчётливо слышно в его тоне. — Нет, Великий. Приношу глубочайшие извинения, — процедил он сквозь зубы. Глаза сузились, а ненависть разжигалась всё больше и больше. — Вот и хорошо. Отправляйся в хранилище, там тебе выдадут деньги. И помни: не возвращайся, пока не наведёшь порядок и не вылечишь больных. Рацио кивнул, приложив руку к сердцу. Развернувшись, он вышел из тронного зала, делая пару глубоких вдохов и выдохов. Сейчас нужно было успокоить нервы. — Всю жизнь я только и делаю, что бегаю, как собака… — тихо выговорил, сжав кулак. Постояв несколько минут в коридоре, он спустился по винтовой лестнице в хранилище. Там он постучал в маленькую дверцу, которую открыл заведующий. — Ах, дорогой Рацио, чего пожаловал? — сказал высокий голос. Мужчина был старым, лет так восемьдесят. Ему очень везёт, что болезнь не подпирается к нему. — Здравствуй, Шенделл. Милостивый наш велел мне взять столько золотых, сколько мне нужно, — ответил тот, поправляя очки. — Ах, так значит, король тебя позвал? Что случилось, душенька? «Как ни приди, так сразу как с мальчишкой разговаривать…» — подумал про себя лекарь. — Да, позвал. Велел мне в Низший мир отправиться завтра, якобы в главной больнице порядка нет. — Ах, вот в чём дело… Так сколько, говоришь, нужно? — Думаю, двадцати тысяч хватит. Старик улыбнулся и закрыл дверцу. Ровно через три минуты она снова отворилась. — Ах, вот твои двадцать тысяч. Пересчитывать надо? — Благодарю, не стоит. Доктор попрощался с Шенделлом и отправился домой. По пути он думал, что нужно взять с собой. А на чём добираться? Брать придворного кучера ему не хотелось, уж больно он любопытный. Идти пешком слишком долго и небезопасно. И в этот момент Рацио пришла идея. Он направился вниз, туда, где жили дворяне. Шикарные дома, чистые улицы, несмотря на пыльный воздух, и тишина — вот, чего не хватало в Низшем мире. Дойдя до нужного дома, он постучал в дверь. Её открыла служанка. — Здравствуйте, скажите мне на милость, господин Авантюрин сейчас у себя? — Да, господин. Но он занят. Вы что-то хотели? — Скажите ему, что пришёл давний знакомый. — Сию минуту. Прошу, входите. Дверь полностью отворилась. Вестибюль был огромным. Потолок украшала роспись, характерная для такого дворянина, как Авантюрин. Пол блестел, даже ярче, чем в замке. Огромная хрустальная люстра так и бросалась в глаза — она явно была тут лишней. Пройдя в гостиную, Рацио сел в кресло, обвитое бархатом. Оно было настолько мягким, что, казалось, он вот-вот уснёт в нём. Стены обиты золотым шёлком, украшенным изумрудными узорами. На камине стояли дорогие часы, рядом с камином — огромная расписная ваза и стол, на который служанка поставила свежезаваренный кофе. Аромат вдалбливался в ноздри доктора, ему можно было только позавидовать такому редкому напитку. Оглянувшись сонными глазами, он приметил пару портретов хозяина. На них он выглядел совершенно одинаково — эта нахальная улыбка и неестественный наигранный взгляд. От этого вида хотелось закрыть глаза и больше никогда их не открывать. Лекарь так и поступил. Закрыв их, он, сам того не подозревая, заснул. Впервые за несколько недель он мог насладиться сном… Вокруг всё изменилось: теперь он не в роскошной гостиной, а в библиотеке. Мраморные полки стремительно идут вверх в темноту, выше небес, и каждое название книги — его собственный трактат. Он поднимается по ступенькам, символизирующим поток истины. Книги шепчут, перечисляя его титулы и достижения. Вдруг он падает, но не разбивается. Его ноги крепко стоят на полу. Оглядывается — кругом зеркала. Он идёт вверх, но отражения не следуют за ним. Наоборот, они отстают, переглядываются и перешёптываются. Одно из них выходит и кричит: — Ты лечишь всё и вся, но не себя! И слышится в ответ: — Зачем? Ведь я и есть вся суть врача. Во мне болезнь боится зарождаться, я — истина, которой не сломаться! Тень усмехнулась: — Всё врешь. Ты гений несомненный, но начал умирать… Зеркало трескается и осколки летят в Рацио, он падает вниз, но не в яму, а в книгу, которая с хлопком закрывается. Именно в этот момент он просыпается. Его пальцы крепко сжаты на подлокотниках, ноги онемели, а со лба катятся капельки холодного пота. Несколько минут лекарь сидел неподвижно. Всё было как в тумане. Он не спит? Он живой или мёртвый? Но в этом тумане появляется светлый луч. По мраморной лестнице спустился хозяин дома. На его лице красовалась улыбка намного шире, чем на портретах. Жакет чёрного цвета украшает натуральный мех и золотые обвивки по бокам. Из-под него выглядывает белая рубашка, посередине которой — вульгарный вырез в области груди. Манжеты аккуратно выглядывают из-под рукавов жакета, белые брюки идеально подчёркивают фигуру, чёрные лакированные туфли скрипят на сверкающем полу. Помимо этого, свет попадает на кольца, которые выглядят скромно, но очень дорого. Тёмные перчатки идеально сидят на тонких длинных пальцах. У Рацио голова разболелась от этого выпендрёжного вида. Пришлось встать, чтобы поприветствовать его. — Вот кого я точно не ожидал увидеть, так это тебя, Рацио, — проворковал блондин, кладя руки на плечи, чтобы притянуть его и поцеловать в щёку. — Прошу, без лишнего физического контакта, господин Авантюрин, — фыркнул лекарь, отталкивая его. — До сих пор на «вы»? Я думал, мы друзья. — Авантюрин попятился назад, его улыбка поникла. Теперь он выглядел слегка расстроенным. Доктор сузил глаза. Он всё ещё был сонным, поэтому пытался сфокусироваться на диалоге. — Мы это уже обсуждали. И я пришёл не светские беседы вести. — Он стиснул зубы, его голос звучал раздражённо. — Не злись, доктор. Тебе, я погляжу, и без меня худо… — блондин скрестил руки на груди, выпрямляя спину. Он выглядел настолько вызывающе, что Рацио хотелось уйти и провалиться сквозь землю. Особенно после слов, что ему «и без него худо». — …Неважно, — констатировал тот, переводя взгляд на глаза собеседника. — Не могли бы вы одолжить мне своего кучера на день? — А ты всё такой же прямолинейный. Мог бы из вежливости спросить, как у меня дела! — Авантюрин искривился в лице. Ему не нравилось, что гость так сухо отвечает. — Не перебивайте меня! — Лекарь слегка повысил тон, отчего у дворянина дрожь пробежала. — Кхм, наш Милостивый послал меня в Низший мир. Я должен навести в местной больнице кое-какие… справки. Мне не нужно, чтобы ваш кучер ждал меня. Я останусь, приблизительно, на пару дней. Авантюрин приподнял бровь. Только ради этой просьбы он заявился к нему? Вот же хам! — Прошу простить, но ты же придворный лекарь. В чём проблема взять своего кучера? — Понимаете ли, господин, наш любезный Фринт очень любит совать нос не в свои дела. Не хочу, чтобы во время дороги мои мысли сбивал с ходу такой невежда, как он. — Тон лекаря был серьёзным как никогда. Он относится к этой ситуации довольно… неспокойно. Хлопнув ресницами, Авантюрин нахмурился. Его возмущению не было предела. — И ты поедешь в Низший мир один? С дуба, что ли, рухнул?! Да такого как ты там с порога запинают! Это исключено, я еду с тобой! — Он шагнул впёред, тыча пальцем в лекаря. Тот лишь разозлился ещё сильнее. — В нашей флоре давно нет дубов. И с какого чёрта вам решать, ехать со мной или нет? Я не приглашать вас пришёл. — Да плевать мне на приглашение! Прошло три года, я не получал ни одного ответа на свои письма! И после такого длительного времени ты заваливаешься ко мне в имение, прося о кучере?! Возмутительно! Глаза горели ненавистью, грудь судорожно вздымалась, а руки дрожали. Ему было очень обидно, что его друг так поступает. Глаза доктора расширились. Он впервые видел своего знакомого таким… неконтролируемым. Его рука легла на плечо собеседника, но тот не дрогнул. — Признаю свою вину пред вами за то, что не отвечал на письма. Последний год выдался очень тяжёлым, я не спал больше недели. Ваш взгляд давно это подметил. — Рацио говорил спокойно. Сейчас он не хотел как-то злить или расстраивать Авантюрина, ведь так он точно будет обречён. Авантюрин впивался взглядом в лекаря, но теперь он выглядел более спокойным, чем пару секунд назад. Кивнув, он сделал шаг назад, расширяя пространство между ними. — Извини, погорячился. Говоришь, мол, кучер нужен? Хорошо, я скажу ему. — Он спрятал руки за спину, пальцы судорожно переплетались друг с другом. Он нервничал, хотел, чтобы доктор взял его с собой. Он боялся проиграть. — Благодарю вас, господин Авантюрин. И, говоря о вашем настойчивом предложении поехать со мной… — он сделал паузу. — Думаю, работать в четыре руки будет не так уж плохо. Настроение блондина тут же поменялось. В глазах загорелись искры победы, а улыбка вновь засияла на лице. — Очень благодарен, что ты согласился. Каков наш план? — Завтра на рассвете жду вас около часовни. Нужно пройтись по местным лавкам. Прошу не опаздывать, — коротко сказал лекарь, делая пометку у себя в книжке. Авантюрин мельком заглянул туда — ничего не поменялось. — Я понял. Не волнуйся, не опоздаю. — Он улыбнулся Рацио, его идеально ровные и чистые зубы блеснули на солнечном свете. Взгляд лекаря ни разу не шевельнулся с глаз собеседника в сторону во время диалога. Он кивнул, протёр очки и ушёл. Авантюрин какое-то время стоял в гостиной, наблюдая за ним из окна. Он размышлял, почему Рацио так холодно относится к нему. Его глаза метнулись на нетронутый кофе. Обычно он никогда не оставляет чашку полной, но в этот раз даже не прикоснулся к ней. Раньше было совсем по-другому…