«девочка» с каре

Сев в машину, на переднем сиденье он обнаружил Мейбел. Она проводила его обеспокоенным взглядом, и внутри что-то сжалось. Мейсон усадил Айдена на заднее сиденье. Ему снова показалось, что он за толстым стеклом – мир вокруг был приглушенным, словно все звуки выкрутили на минимум. Он видел, как двойняшки переговариваются между собой, но не слышал ни слова. Их жесты казались преувеличенными, словно в немом кино. — Да, Айден? Айден, ты здесь? – Мейсон потряс его за плечо, стараясь не напугать. Айден вздрогнул и перевёл на него взгляд, пытаясь сфокусироваться. — А? Что такое? Прости, задумался. — Милый, мы предлагаем тебе остаться у нас, а вечером мы сами тебя в аэропорт отвезём. — повернулась к нему Мейбел. — А то твой брат меня придушит. Да и мне кажется тебе не сильно хочется в таком состоянии с ними видеться. — как-то грустно усмехнулся Мейсон. Айден кивнул, чувствуя себя словно провинившийся ребенок. — Нужно будет потом забрать мои вещи. Мейбел тепло улыбнулась. — Мы уже. Айден удивлённо вскинул брови. — Мейсон, какого хера? — он не мог сдержать легкого раздражения. Ключей у них быть не могло. Они хотели сделать это в тайне от брата. Значит остался только один вариант. — Эй, что за наезды? Ты, кстати, забыл дверь на ключ закрыть. — Мейсон завел машину, стараясь разрядить обстановку. — Ну, так даже проще. А то пришлось бы уроки Итана вспоминать. Мейбел шутливо закатила глаза. — Забыл закрыть… Стоп. Итан учил тебя замки взламывать? — Тебя тоже, если ты забыл, — Мейсон скосил на него взгляд в зеркале заднего вида, и в этом взгляде читалась усталость и какая-то грустная нежность. — Поехали уже. Не люблю такие места. — скривилась Мейбел. Мимо "пролетали" деревья и разные здания. Дом Гарсия вроде как был в другой части города. На удивление Айден быстро вырубился. Айден очнулся на кровати. Комната тонула в полумраке, плотные шторы надёжно отсекали свет. Где он? Сердце кольнуло тревогой. — Спокойно. Это Мейсон притащил. (Вот придурок. Мог бы просто разбудить меня и не доставлять себе проблем.) — Да не, придурок тут ты. (К чёрту иди) Сколько он уже спал? Блэкаут шторы это, конечно, хорошо, но как же сильно терялся Айден, когда просыпался в этой комнате раньше. Хотя и сейчас ситуация не изменилась. Нащупав лампу, а после и ее кнопку, он включил свет. Наконец-то встав, он, шатаясь, осмотрел комнату, на глаза тут же попался дневник. Его дневник... Видимо забыл его у Колинсов, а Мейсон или Мейбел забрали. — Заберёшь? (Зачем? Всё равно уже ничего не изменится.) — Ради воспоминаний (Ты думаешь, я туда по датам свой день расписывал? Там всякая дребедень: текста песен, ноты, какие-то глупые записи и рисульки.) — И ещё попытки написать романтичный стих. ( А вот это тебе знать не обязательно) — О, и мысли. Плохие и хорошие. Помнишь? В самом начале, когда он у тебя появился? (Ну, теперь то я его точно не заберу.) Всё же, выйдя в коридор, а после, спустясь на первый этаж, услышал голоса. Тихие, приглушенные. Из кухни. Он неслышно подошёл к двери и замер, прислушиваясь. "— …ему нужно к специалисту. Это уже ни в какие ворота не лезет. — затараторил Мейсон. — Ты предлагаешь насильно его тащить? Ты же знаешь, что из этого выйдет. Только хуже сделаем. — мягкий, расторопный голос Мейбел. — Тогда что? Будем смотреть, как он сходит с ума? Ты видела его на кладбище? Он чуть концы не отдал там, блять! — Я видела. И мне тоже страшно. Но Айден не позволит никому лезть в свою голову. Особенно сейчас. Нужно время. — Какое время, Мейбел? У него через пару часов самолёт! Ты понимаешь, что он может сделать в таком состоянии? — Расскажем его брату? Он проследит за ним. — Ага, проследил один раз. Так доследился, что увез, нахуй. — Может ему и правда так будет лучше? Нет-нет-нет. Он не хочет опять рвать с ними контакт. Не сейчас, они только встретились. — Издеваешься? — в голосе Мейсона слышалось легкое раздражение. — Нет, просто, я думаю, что ему лучше сюда не прилетать. Легче и лучше будет, чтобы мы прилетали. Город на него плохо влияет. — Мейбел, он взрослый мальчик. Он сам с состоянии принимать такие решения. — Мы оба знаем, что нет. Айден не стал слушать дальше. Он просто поднялся обратно в комнату. Что, блять, происходит? Почему все резко решили, что с ним что-то не так? ОН В НОРМЕ. — Верь в это дальше. И что ты будешь делать? Сбежишь? (Нет, просто сделаю вид, что ничего не было.) — Умно и глупо, если игнорировать проблему она не уйдёт. (И ты тоже.) Посидев и поразглядывав комнату, он опять спустился вниз. — Как давно мы у него были? — расслабленный и слегка поминальный что-ли голос Мейсона. — Два-три месяца назад. Мейсон он не-... — хотела что-то сказать Мейбел. — Нужно будет в этом месяце съездить. — перебил её брат. Айден не хотел опять послушать то, что ему нельзя и вышел на кухню. — О ты проснулся — тон Мейбел сразу стал другим. — Простите за это. — За что? — повернулся к нему Мейсон. — Ну за эту херню на кладбище и за-... — он не успел договорить. — Ой, да брось. Ты сам точно в порядке? — Да. А ты так и не снял плакаты и рисунки с стены. — попытался сменить тему Айден. — Так это святое. - пригрозил ему пальцем Мейсон Вдруг что-то завибрировало. Он потянулся к телефону (такое уже было... Когда? Где? Город М. Точно 20 августа. Его телефон тоже вибрировал. Весь день, что-то случилось. Что? Почему ему с самого утра пытались дозвониться?) Руки затряслись. — Ну все, теперь мне точно пиздец. — увидев кто звонит подытожил Мейсон. — Это просто Сэм. — пожала Мейбел плечами. — Это просто Сэм, а я просто спиздил вещи его брата и самого брата. — Ой да брось — Мейбел взяла телефон и приложила его к уху. Айден не сводил с нее глаз. Он чувствовал как паника подступает к горлу. — Мейбел, слушает... Да у нас... Он в порядке... Привезём... Господи Сэмми успокойся. — на последней фразе брови Мейсона поползли вверх.—Потому что ведёшь себя как курица наседка. — закатила глаза Мейбел. Из телефона послышался шум похожий на очень громкое возмущение. — Пока-пока. — она передала телефон брату. — Который час вообще? — будто не заметил короткий телефонный разговор Айден. Ему нужно успеть на самолёт. — В районе четырёх часов наверное. — Через тридцать минут поедем, не переживай. — Я хочу вам кое-что сказать, — начал Айден, чувствуя, как в горле пересохло. Ему нужно было сказать это сейчас, пока они еще здесь. Ему нужно было извиниться. За десять лет молчания. За неожиданное исчезновение. — Не пугай, — криво усмехнулся Мейсон, но в его глазах читалось напряжение. — Пожалуйста, не перебивай, — попросил Айден, с трудом подбирая слова. — Мне очень жаль, что я уехал тогда, никого не предупредив. Жаль, что… — но он не успел продолжить. — Не неси чушь, — Мейбел его перебила. В её голосе звучала твердость. — Мы все прекрасно знаем, что это было не полностью по твоей воле. — Да какая разница, а? Все равно я поступил неправильно, — возразил Айден, чувствуя, как к глазам подступают слезы. Он не заслуживал их понимания. — Ты поступил "неправильно", скрыв от нас поступки Уэстли. Это единственное неверное твое решение, — внезапно выпалил Мейсон, нарушив хрупкий баланс. Айден замер, словно получив удар под дых. Эти слова, словно ледяной душ, обрушились на него, заставив задохнуться. Он не был готов к этому. — Мейсон, — шикнула на брата Мейбел, бросив на него предостерегающий взгляд. Но было уже поздно. — Айден, я лишнего пизданул, прости. Я правда не имел в виду ничего такого.— буркнул Мейсон, отводя взгляд в сторону. Он явно пожалел о сказанном, но слова уже были выпущены. Айден молчал, уставившись в одну точку на полу. Внутри него бушевал ураган чувств: боль, гнев, обида, стыд. Все смешалось в один ком, который сдавливал грудь, не давая дышать. Он снова оказался в том самом месте — в одиночестве. Мейбел подошла к нему и осторожно положила руку на его плечо. — Не слушай его, Айден. Он просто… Но Айден резко отстранился, скинув ее руку. — Все нормально. Мне пора, — выдавил он из себя, чувствуя, как голос дрожит. Он встал и, не говоря ни слова, направился в комнату. Ему нужно было уйти отсюда. Ему нужно было побыть одному. Забрав вещи из комнаты он открыл окно. Он помнил каждый камень и каждую неровность с этой стороны дома. Слишком уж часто они залезали в комнату через окна, в ночи. Айден вылез из окна и его тут же обдало порывом холодного ветра. Воздух был пропитан запахом приближающейся грозы. Погода словно отражала его внутреннее состояние — мрачное и неспокойное. Осторожно спустившись и пройдя по слепой зоне, он вылез через дырку в заборе. Айден шел по улице, не разбирая дороги, позволяя ногам нести себя куда угодно. — Вот и все. Опять все испортил. Мог бы просто промолчать, как обычно. Но нет, нужно было обязательно выставить себя жертвой. — Заткнись, — прошептал Айден в пустоту, стиснув зубы. Ему не хотелось думать, не хотелось анализировать произошедшее. Ему хотелось просто исчезнуть. Провалиться сквозь землю, раствориться в воздухе. Он добрался до автобусной остановки и бесцельно уставился на расписание. Ему нужно в аэропорт. Внезапно завибрировал телефон в кармане. Айден вытащил его и увидел на экране имя Сэма. Он сбросил вызов, не желая разговаривать. Но телефон зазвонил снова. И снова. И снова. — Ответь ему. Не будь трусом. Или ты и дальше собираешься бегать от своих проблем? — Да завали уже - прошептал Айден, чувствуя, как закипает ярость. Он отключил телефон. Не зная зачем, просто сейчас ни с кем не хотелось говорить. Автобус подъехал, и Айден, не раздумывая, заскочил в него. Он купил билет до аэропорта и уселся у окна, отвернувшись от мира. Автобус тронулся, и Айден, глядя на проплывающие за окном пейзажи, попытался успокоиться. Он старался не думать о том, что оставил позади. О Мейсоне и Мейбел, о их разговоре, о своих страхах. Он хотел просто отключиться и забыть обо всем. Но это было невозможно. Воспоминания преследовали его, словно навязчивые тени. Он видел лица друзей, слышал их голоса, чувствовал их прикосновения. Он помнил их смех, их заботу, их… правду. Он не мог больше бежать. Ему нужно было остановиться и разобраться со своим прошлым. Ему нужно было посмотреть в глаза своим страхам. Ему нужно было… простить себя. Но как? Как он мог простить себя за то, что случилось? Как он мог забыть о боли, о страхе, об отчаянии? Как он мог жить дальше, зная, что все это было с ним? — Ты не один", — прозвучал в голове тихий голос. — "Они всегда будут рядом с тобой. Они любят тебя." (Ты меня до этого пытался зачморить. Почему сейчас успокаиваешь?) Автобус остановился. Айден открыл глаза и увидел, что прибыл в пункт назначения. Он вышел из автобуса и огляделся по сторонам. Он включил телефон, набрал Сэму сообщение «Я в аэропорту. Встретимся возле выхода на посадку.» Повезло, что его билет был у него. Пройдя через кучу разных станций безопасности, он наконец-то сел и осмотрелся. Табло с временем вылетов и прилётов. Люди, бегающие туда сюда. Орущие дети. Фу, он ненавидит шум и детей, которые его издают. Айден покопался в сумке и нашёл наушники, прокручивал их в руках, рассматривая треснувший пластик корпуса. Он не понимал, почему вообще взял их с собой. В последнее время ему было сложно слушать музыку. Слишком много воспоминаний, слишком много чувств. Но сейчас, в этом шумном аэропорту, ему нужно было отгородиться от мира. Он вставил наушники в уши и нажал на кнопку "play" на телефоне. Надеялся, что не "Код 428". (Надейся дальше.) "Твою мать" промелькнуло в голове, но то как сильно пульсировала голова заставила отступить проклятия. Сразу же в ушах раздался хрипловатый голос: "Мою первую любовь звали «Ненависть»…" Айден вздрогнул. Он узнал этот голос. Итан. "Она курила сигареты и всем нравилась…" Он вдруг вспомнил, как Итан курил самокрутки, прячась от матери в заброшенном сарае за домом. И как он учил его делать эти самокрутки. Он будто снова почувствовал запах табака и гари на кончиках пальцев. "Она смеялась, пока за неё дрались…" "На выпускной ярче всех накраситься" Они всей их нелепой компанией хотели выделиться на выпускном. Ооо, какие только идеи им не приходили в голову. "Мою первую любовь звали «Ненависть»" Голос Итана звучал все громче и громче, проникая в самое сердце. "Что презирала все таблетки от депрессии" « Он читал дома книги, просто завались Герой погиб — литературное месиво.» Странно, что Итана. Итана, выросшего в атмосфере насилия и жестокости. Так потрясали сюжеты книг. «Может быть с нею летать — классно Вас остановят менты — бежать Мама не пустит тебя — опасно Ты не ребёнок, но любишь играть» Айден вспомнил, как они убегали от полиции, как прятались от родителей, как строили планы на будущее вместе с двойняшками. Им было весело, им было страшно, им было хорошо. «"Я — сумасшедшая дура?" — спросит Знает прекрасно сама, что да» Знает прекрасно. Он часто задавался этим вопросом. Итан всегда отвечал одно и тоже, а Айден всегда знал, что он так говорил не всерьёз. Дальше шли какие-то хаотичные обрывки фраз, будто разбросанные осколки зеркала: «Грубила всем учителям Разрисовала стены Своим неровным почерком Зато живым» Они с Мейбел (на удивление остальных) спелись. Это очень не нравилось учителям. Мол, он ее портил. А по сути они просто помогли друг другу раскрыться. «Её избили в старой школе На перемене Не бойся, милая мой Мы отомстим» Вдруг его легонько стукнули по плечу. Айден вытащил наушники из ушей. Вокруг по-прежнему шумел аэропорт. Но в его голове было тихо. Очень тихо. Он как будто оглох. — Айден, а где ты был? — Джози села рядом. — У двойняшек, прости что, не предупредил. — глянул он на неё. Джози, как и сестра, была очень похожа и на мать, и на отца одновременно. От брата им достались слегка припухлые губы, плавные черты лица и глаза. А вот цветом и текстурой волос, веснушками и ямочками на щеках — они пошли в Лили. — А они приедут к нам? — подползла ближе Джози. — Не знаю, прилетим потом напишу им. - внутри начал теплится стыд. Он как тлеющий огонёк, чуть что сразу разгорается. Тут раздался голос: "Объявляется посадка на рейс Л993, просим всех пройти к выходу 3". Найдя взглядом остальную часть семейства, он взял свою и Джози сумки и направился к выходу.