Часть 15. Обстоятельства и тень сомнений
29 сентября 2025 г., 20:00
Маккуин в ужасе уставился на экран, благо техников, обычно следящих за процессом тренировки, рядом не было. Джексон Шторм собственной персоной поджидал его на виртуальной трассе Хэмптона. Чудовищное совпадение, но если подумать, оно о многом говорило.
Например о том, что настроение у них было одинаково паршивым, несмотря на браваду Джексона. Молния уже привык к его выходкам, хотя в последнее время выходками отличался только сам Маккуин. Он залез в окно охраняемой больницы, в то время как Джексон просто пытался его побесить. Слишком сильная любовь действовать на нервы другим уже стала чертой характера Шторма, оставалось только смириться.
Но вот на треке Молния точно должен был его уделать в конце сезона, если Эволюцию Рейсинг допустят, а ее не могли не допустить, как уверял дядюшка, хотя пока его работа не давала результат. Они все были на нервах, все раздражены, но полный штиль в отсутствие Шторма добавлял Молнии стресса, хотя должен был успокаивать. Несколько месяцев назад он всей душой ненавидел Джексона, а теперь желал поскорее увидеть.
Молния споткнулся у входной двери съемной квартиры, вертя в голове мысли о предстоящем возвращении в спорт и борьбе со Штормом, прошипел вымученное «да что ж такое» и вставил ключ в замок. На лестничной площадке оживился курьер в желтой куртке, который до этого сидел на лестнице.
– Эй, вы Мак?
Молния развернулся на пятках, вытащив ключ. Тот со звоном вернулся к другим таким же на кольце брелка с номером девяносто пять. Он не заказывал доставку, но было у него подозрение...
– Маккуин, да.
Курьер с выражением искреннего счастья вручил ему коробку с пиццей. Улыбка была так широка, что Молния не стал спрашивать, насколько долго он здесь сидит.
Джексон мог бы и предупредить, но они оба были по разные стороны баррикад скрытого судебного разбирательства, из-за которого их сообщения и звонки друг другу открыто подвергались мониторингу.
Вряд ли, конечно, копы следили и за мессенджерами (Молния догадывался, что не следили вообще ни за чем), но обоих запугали собственные команды, поэтому ни Шторм, ни Маккуин не писали друг другу.
Молния толкнул дверь в квартиру, разглядывая коробку от пиццы. Она уже успела остыть, а нижняя часть картона пропиталась маслом, но изображение пипперони на крышке рядом с логотипом ресторана напоминало, что из завтрака у него был только кофе.
Молния сбросил спортивную сумку на пол, поспешно разулся и на ходу открыл коробку, включая на кухне свет.
«Привет, Мак. Не хочешь куда-нибудь сходить?
Твой Дж»
Молния усмехнулся. Писал точно не Шторм, тот бы оставил записку в духе «ты знаешь место встречи» без подписей. Доставщик решил добавить романтики, надо было оставить ему на чай. Маккуин порылся в карманах куртки и вернулся на этаж. Паренька уже не было, гонщик сбежал по лестнице вниз.
Курьер стоял у в входа в дом, тыкая в телефон. Видимо, искал новый заказ.
– Эй, парень! – тот обеспокоенно обернулся на знакомый голос, но тут же просиял, стоило увидеть двести долларов в протянутой руке Маккуина. – Купи себе что-нибудь перекусить.
***
Джексон долго думал, как подписать коробку, чтобы Маккуин не счел его сумасшедшим. Хотя то, что он собирался сделать никак не могло повысить уровень его адекватности в глазах легенды. – С любовью, враг? – Спросил Джексон сам у себя, сидя над листком бумаги с ручкой. Курьер сам за него все подпишет, но Джексону жизненно необходимо было проверить, насколько красиво смотрится это сочетание букв. Он точно чокнутый. – И тогда наш бедняжка-Мак решит, что за ним выехали копы, – всплеснул руками Джексон, отодвигаясь на стуле. Ножки издали противный скрип, когда отъехали от стола. Мысленно он давно сократил Маккуин до Мак, потому что даже в воображении ему было лень произносить фамилию полностью. Джексон протаранил пальцами по столешнице какую-то мелодию из старой песни, потирая затылок. Вот и как угодить Молнии? Джексон тяжело вздохнул, на выдохе его страдальческий взгляд обратился к потолку: – И не напугать, блядь, эту неженку... Он встал, в который раз за последний час почесал шею, потом скрестил руки на груди, поежился, вспомнил новое ругательство и прошел к подставке для канцелярии, которую то и дело переставлял в новое место, потому что, да, ему было скучно. Шторм вытащил маркер, бросив туда ручку, с громким щелчком открыл колпачок, чуть не сломав его, и написал максимально красивым почерком, на который был способен, первое, что подвернулось. «Привет, Мак. Прогуляемся?» Он перечеркнул последнее слово. – Ну и пошлятина. С другой стороны, это могло бы сойти за любовное послание, если бы копы нашли коробку. Тогда бы фамилия Шторма прозвучала не сразу. Хотя они наверняка все равно придут к его имени в списке подозреваемых, потому что Маккуин сам протрепался полиции об их передружбе с поцелуями. Вот и как с таким человеком иметь дела? Он же все вечно разбалтывает! А Джексон потом изгаляется, как бы их обоих не загребли в участок. С еще одной стороны, с хера ли Джек должен об этом думать, если является пострадавшим? Может, у него стокгольмский синдром, копы-то откуда знают. Было бы крайне нетактично что-то предъявлять страдающему Шторму. – Похуй, что-нибудь напишут, – сдался Джексон, сминая листок, попутно набирая номер. Не впервые курьерам передавать послания. Джексон договорился с пиццерий о двойной доставке себе и Маккуину ровно в тот момент, когда в дверь настойчиво постучали. Не позвонили, раздался именно тихий «тук-тук-тук», как будто кто-то очень хотел с ним поговорить, но при этом надеялся, что его нет дома. Какая мнительная личность. Уж точно не курьер – реактивные ранцы для доставщиков пока не придумали, а его заказ был собран только что. Шторм без задней мысли направился к двери и распахнул, даже не став спрашивать, собственно, а кто. – Мелис, — представилась худая девушка с явно крашенным белоснежным блондом. – Ни о чем не говорит, – нахмурился Джексон, подпирая плечом дверной проем и лихорадочно перебирая всех своих бывших. Разве он мог с ней встречаться? Или это обиженная фанатка... Скорее поклонница Маккуина или Свервеза, а может еще кого, но точно не его. Слишком приличный вид у нее был – армия последовательниц Джексона Шторма отличалась наглостью и скверным характером. – Яблоко от яблони... – тихо пробормотал Джексон, пропуская её в квартиру. Девчонка замешкалась. – Ты не злишься? Ты. Они точно знакомы. Джексон подавил тысячный вздох за это утро. – На-а... что? Он прищурился. – Прости, я думала, ты знаешь меня. – Мелис явно смутилась. Она нервно теребила край сумки. – Я девушка Флипа Дарва. Она протянула руку, Шторм как последний мудак проигнорировал этот жест. – Добить меня пришла? – мрачно осведомился Джексон. Он, конечно, владел даром лицемерия, но любезность в отношении девушки человека, который намеренно чуть не убил его на треке, оказалась выше его моральных сил. – Я слышала о том, что произошло, – Мелис начала издалека. Джексон терпеливо ждал, борясь с желанием вытащить ее под локоть из своей квартиры и закрыть дверь. – Точнее, Байер сказал, – осторожно продолжила девушка, явно чувствуя его состояние. – Потребовал объяснений от Флипа на фоне таких... совпадений. – Чтобы подобрать последнее ей потребовалось больше времени, чем простой вдох. Джексон молча окинул взглядом коридор. Он замерз, стоя у самого выхода, но все равно не хотел пускать частичку Дарва в дом. Следующие слова Мелис заставили его забыть про холод. – Он повздорил с тобой, потому что кто-то сказал ему, что я изменила ему с тобой, а это неправда! – выпалила она на одном дыхании и тут же спрятала краснеющие щеки в ладонях. Глаза Джексона стали вдвое больше. – Что? – Я знаю, как это звучит, но мы подумали, может это тот же человек, который тебя отравил... Шторм пялился на нее на десять секунд дольше, чем предусматривали рамки приличия, но ему было плевать. Мелис стойко выдержала его осоловелый взгляд. – В общем, если ты кого-то подозреваешь, мы готовы пойти с тобой к следствию. Или не подозреваешь, мы все равно пойдем. – Ладно. – Согласия Джексон. – Я надеюсь это не... Маккуин? Мелис и бровью не повела в ответ на его беспокойство о противнике. Она, наоборот, понимающе вздохнула. Шторм вздохнул вместе с ней: – Что за день... – Я пройду? – Мелис кивнула в сторону кухни. Джексон скептически поджал губы. – Это все очень интересно, но друзьями мы все равно уже не станем. Чай можно выпить внизу, в кофейне. Окончание фразы звучало как «без меня», но Джексона в последние полгода начали беспокоить чувства других, поэтому он промолчал. Мелис все равно поняла намек. – Я все понимаю, – мягко сказала она. – Просто подумала, вдруг ты сможешь простить его. – Его эмоции могут стоить мне чемпионства. – Джексон указал на травмированную ногу. Он все еще не приступил к полноценным тренировкам. – И Дарв мог бы сам передо мной извиниться или хотя бы выяснить, что произошло. Не посылать тебя. – Он стоит внизу, – ответила Мелис, с виноватым видом преступая с ноги на ногу. Хотя виновата была точно не она. – Не хочу его видеть сегодня. – Как скажешь. Она развернулась, чтобы уйти. Джексон неожиданно даже для себя остановил ее. – У меня нет обиды на тебя, Мелис. Она развернулась, ее губы дрогнули в мягкой улыбке. – Удачи в чемпионате. Ты достоин выиграть. Странный разговор с Мелис имел неожиданные последствия – Шторм чувствовал, что у него появился новый друг. Еще забавнее ситуация стала, когда спустя пол часа до него дошли слухи в лице Рея, явившегося на порог. – Девчонка Дарва бросила его только что. – Реверхем не то, чтобы не испытывал жалости к ним, скорее был просто счастлив, что снова оказался первоисточником сплетни. – Не отнимай мою работу, Реверс, – закатил глаза Джексон, попивая через трубочку смузи, который принес с собой гоночный инженер. Они сидели на кухне под монотонный говор телевизора, где показывали очередной репортаж про гоночный уикенд, в котором Джексон не принимал участия. – Как вышло, что именно ты стал свидетелем этой маленькой драмы под моими окнами? – Ты сам ответил на свой вопрос, – довольно хохотнул Рэй. – Я как раз зашел в кафе внизу, чтобы купить эту жуть, – он ткнул трубочкой в одинаковые коктейли в их руках, – и заметил, как воркуют наши бедные голубки. Было весьма громко, если бы ты открыл окно, то услышал. В любом случае, информация интересная, – посерьезнел Рэй. – Я все гадал, почему Дарв злится на тебя, хотя сам не претендует на победу. Джексон открыл крышку стакана и помешал смузи трубочкой, закинув ноги на соседний стул. – И что будем делать? – Искать, кто обманул его. Байер уже опрашивает сотрудников, но мы же знаем, что никакой идиот не стал бы сохранять в личном телефоне фейковую почту, с которой Дарву пришло письмо. Может, конечно, и стал бы, но если это тот же, кто тебя отравил, то он наверняка позаботился, чтобы не попасться. – А Молния... Реверхем хмыкнул, точно зная, что подразумевает Шторм. – Если выяснится, что это не он, то-о... придется вам обоим выйти на трек в ближайшие несколько недель. Джексон недоверчиво оглядел его. – Слишком оптимистично для человека, который обещал во что бы то ни стало доказать его вину. – Слушай, босс, в свете новых обстоятельств, я делаю ему скидку на то, что он без тебя страдает. – Реверхем неопределенно пожал плечами и поморщился, глотнув смузи. – Жуть, как ты можешь это пить? Шторм уставился на него с искренним возмущением. – Лживая сука, ты сделал эту скидку задолго до этого, иначе бы не улыбался. – Шторм сцепил зубы на трубочке, чтобы не перегрызть кое-кому горло. Допил смузи и обиженным голосом задал вопрос. – А мне мог сказать? – Я до последнего надеялся, что ты оставишь попытки затащить его в постель. – Это он пытается затащить меня в постель. Рэй закатил глаза. – Да какая уж разница. – Я вообще не собирался с ним спать, я не встречаюсь с парнями, – оскорбился Джексон. Он с унылым видом выкинул стакан от коктейля в мусорное ведро и облокотился на столешницу, скрестив руки на груди. Предплечья покрылись мурашками. – Откуда на улице такой холод? – простонал Шторм, когда его снова пробрала дрожь. – Ты бы кофту нашел. – Без тебя разберусь, инженер хренов. – Хватит дуться, я, между прочим, за тебя заступался. – А потом решил пожалеть моего "любовника", – Джексон изобразил кавычки в воздухе. – С которым я, по твоему мнению, сплю? Рэй устало провел рукой по лицу. – Ты у него так драматизировать научился? Джексон решил не врать хотя бы себе, поэтому молча поставил чайник. У кого же еще? – Прощаешь меня? – спросил Рэй. – Я не обижался. – Джек, я серьезно. – Реверхем поставил стакан на стол и подошел к Шторму, облокотившись рядом. – Что мне еще было делать? – Ты за слова в его адрес извиняешься, или в мой? – Тебя задело то, что я думаю, ты спишь с ним? – Рэй искренне удивился такому повороту, хотя Джексон думал, все очевидно. – Правда, прости, дружище. На твоем месте я бы точно затащил его в кровать. – Только на словах, – Джексон смотрел в экран телевизора, даже не пытаясь вникнуть в суть репортажа. – А на деле? У меня до него были только девушки. Я не уверен, стоит ли что-то менять. Рэй помолчал, раздумывая. – Ты думаешь, это неправильно. Отношения с ним. – Скорее, это единственное, что кажется мне наиболее верным. – Тогда доверься себе. Иначе будешь жалеть всю оставшуюся жизнь. Шторм ненавидел сомневающуюся часть себя, но заткнуть её не получалось. Он мечтал увидеть Маккуина, но с каждым часом, приближающим к встрече, уверенность падала. – Я не знаю, Рэй, нужны ли мне вообще отношения с ним. Реверхем положил руку Джексону на плечо. – Представь, что последние четыре месяца тебе приснились. Тебе станет от этого легче? Если он так и останется недосягаемым кумиром. В горле засаднило. – Если через десять лет я пожалею о том, что решил узнать его? – Не всем суждено разделить вечность, – парировал Рэй, пожимая плечами. – Это же не конец. Джексон поддался внезапному порыву взять телефон и найти номер Молнии. Он не будет ждать до полуночи и позвонит сейчас. Рэй остановил его. – Пока невиновность Маккуина не доказана, лучше не звони. – Я назначил встречу. Реверхем вскинул брови. – Тогда иди, думать о бытие будешь потом, – усмехнулся гоночный инженер. – Где тот уверенный Джек, который разносил турниры по кибер-гонкам? – Остался там, – мрачно напомнил Джексон. Он хотел налить кипяток в кружку, но обжег ладонь паром. – Блядь. Это ничуть не сбило Реверхема с мысли, он как заботливый родитель убрал руку Джексона и сам заварил пакетик с чаем. – Чемпион Молния Маккуин тоже остался в прошлом. – Как бы между делом вкинул он. Шторм опешил. – Он не выиграет Кубок Наскар, ты не возглавишь турнирный зачет в той игре. Джексон запротестовал. – Не согласен? Так попробуй изменить. Даже если не получится, ты, по крайней мере, пытался. – Так себе из тебя мотивационный коуч, – хмыкнул Шторм, поняв, к чему Рэй клонит. – О, это что, намек на улыбку? – Реверхем просиял. – Немедленно доставай свою лучшую куртку и пиздуй на встречу с Маккуином.
