"Шов на сердце"

Чон Чонгук. 30 лет. Он не просто глава мафии — он её абсолют. Человек, который держит всё под контролем, кроме собственной души. В комнату он входит так, что воздух становится плотнее: высокий, широкоплечий, с хищной грацией того, кто никогда не проигрывает. Чёрные густые волосы чаще всего собраны — ни единого намёка на слабость или расслабленность. Одежда — строгая броня: костюмы, пальто, часы, которые выглядят как оружие.На его теле — карта боли. Татуировки, и главная среди них — дракон. Он тянется от плеч до поясницы, обвивая позвоночник. Это не просто рисунок. Для Чонгука это щит, который прикрывает спину там, где когда-то брат вырвали из рук, а родители упали замертво. Той ночью двадцать лет назад умер мальчик, который мечтал быть выбранным просто так, без условий. Родился Король без сердца. Лицо Чонгука — резная маска: чёткая линия челюсти, губы, сжатые в нитку. Глаза — тёмные, тяжёлые. В них решаются заглянуть лишь единицы, но если рискнуть, можно увидеть голод, вечный страх и бездонное одиночество.Власть и деньги для него — не цель, а инструмент следствия. Он построил империю, чтобы найти виновных и забрать у них всё. Он разучился смеяться, забыл вкус доброты. Даже когда Чонгук улыбается, в этой улыбке нет ни капли тепла — только вежливая угроза. Он привык брать, а не просить. Он не доверяет никому, даже себе. Он учит всех вокруг, что любовь — это слабость, но сам всю жизнь ищет того, кто не испугается заглянуть в его пустоту. Он не выбирал этот путь. Просто не мог быть никем другим. И теперь он просто живёт — без сна, без веры, между выстрелами и отчётами, приближаясь к своей цели. Мин Юнги. 31 год. Тень за спиной Короля. Лучший друг, который позволяет себе роскошь быть честным.Среднего роста, с бледной аристократичной кожей и выточенными чертами лица. Тонкие губы почти всегда сжаты — он не разменивается на пустые слова. В его тёмных, усталых глазах поселились все войны, которые он пережил. Иногда этот взгляд становится острым, как лезвие: Юнги видит людей насквозь, задолго до того, как они сами поймут, кто они.Тёмные прямые волосы всегда слегка растрёпаны. В этой небрежности чувствуется что-то упрямо живое, что он так и не смог в себе убить. Одевается в чёрное — не следуя моде, а потому что так проще. Проще прятать раны, проще быть незаметным, когда надо. Никаких украшений, только часы и зажигалка. В опасности Юнги не стреляет первым — он думает. В компании молчит. С Чонгуком — честен до жестокости, потому что только так можно удержать друга на краю.Свою боль он не выставляет напоказ, но она проступает в мелочах: в том, как он засыпает сидя, не снимая обуви; в том, как ненавидит собственные дни рождения. Когда-то он любил. Сильно, тихо и, кажется, навсегда. Но тот человек оказался «слишком», и с тех пор Юнги поставил на себе крест. Он стал сердцем без звука. Чимин. 24 года. Врач-интерн.Тот самый случай, когда внешность обманчива.Мягкие светлые волосы, выразительные глаза, полные жизни и боли одновременно, тонкие черты лица — со стороны он кажется воплощением нежности. Но Чимин — это ураган в белом халате. Он вспыльчив, принципиален и обладает острым языком. Он не выносит лжи, не боится авторитетов и никогда не склоняет головы. В нём живёт какая-то упрямая чистота, которая не боится запаха крови и взгляда в глаза самому дьяволу.Он носит простые джинсы и футболки, но входит в любую палату, как буря. Он не спасатель, но он всегда оказывается рядом, когда по-настоящему больно.Когда Чонгук ворвался в его жизнь, Чимин не испугался. Он взорвался, сказал всё, что думает, глядя прямо в эти ледяные глаза. И этим зацепил мафиози сильнее любого выстрела. Чимин видит в нём не бездушного убийцу, а человека, который отчаянно хочет, чтобы его перестали бояться. И эта жалость, это понимание бесят Чимина больше всего, потому что они трогают его за живое. Чон Хосок. 25 лет. Фотограф. Солнце, которое умеет не только греть, но и испепелять.Старший брат Чимина. Высокий, стройный, он словно соткан из движения. Его походка — лёгкая, танцующая, выдающая в нём человека искусства. Тёмные, выгоревшие на солнце волосы вечно падают на глаза, и он машинально заправляет их за ухо, когда ищет нужный кадр.Улыбка Хосока — его главное оружие. Она сияющая, искренняя, обезоруживающая. Но если присмотреться, в уголках глаз можно заметить тень — ту самую усталость и затаённую боль, которая не уходит даже в смехе. Его карие глаза полны света, но стоит кому-то тронуть его брата или близких, они твердеют, становясь похожими на гранОн одевается свободно, по-артистически небрежно, ведь работа требует гибкости. На руке, под ремешком камеры, спрятана татуировка-надпись. Её значение известно только ему и Чимину. Хосок искренен до безумия, импульсивен и горяч. Он никогда не простит предательства, но готов простить боль — даже если эта боль оставит шрамы на его солнечной коже.