автомат с газировкой

      33 градуса по Цельсию стабильно держались последние несколько дней. Кажется, что только недавно началось лето, а оно уже успело надоесть. Понижение температуры ожидалось не скоро, если оно вообще будет.       Фёдор стирает пот со лба рукавом рубашки и вновь берётся за ручку лейки. Сегодня нужно было полить цветы по всему дому, а заодно и клумбы в палисаднике. Тётушка Люся отжала себе цветы в доме и сейчас наслаждается прохладой. А Фёдору приходится загибаться под этой чёртовой жарой.       Сзади послышался гудок автомобиля, но консьерж не обращает на это внимания. Ему сейчас важнее полить лилии, нежели какой-то бесстыдник, нарушающий тишину. — Феденька! — такой знакомый и противный голос доносится сзади. Видимо, переезд нового квартиранта оказался настолько быстрым. Ещё даже восьми утра нет. Как только этот мальчуган смог встать в такую рань? — А я и не думал тебя так рано встретить, — Коля подошёл ближе и положил руку на чужое плечо. — А я думал, ты не просыпаешься так рано, — Фёдор скинул руку с плеча и продолжил заниматься своим делом. Он слишком сонный, чтобы вести себя любезно с утра пораньше. — Какой ты невесёлый. А зачем тянуть с переездом? Тем более в отеле такие неприветливые работники! — чужой голос становился всё тише, видимо, Коля вернулся к машине.       Последняя клумба с цветами была полита, а значит, дела на утро были выполнены. Можно и отдохнуть. — Фе-едь, а ты не можешь помочь мне? — Фёдор обернулся и увидел, как Коля пытался поставить третью коробку на вторую и унести всё за раз. — Я тебе не Федя, — Достоевский всё же подошёл и взял одну из коробок себе.

***

      Если Фёдор лишится работы консьержем, то он ни за что не пойдёт работать грузчиком или курьером. Хоть у него и есть силы, чтобы унести пару коробок на последний этаж, это очень изматывало. Особенно когда под ухо тебе рассказывают об очередной встреченной бродячей собаке и кошке по пути. Достоевский не спорит, что животные милые и всё такое, но можно он поработает в тишине? Ему всё равно за это не платят. — Ой, спасибо, Федь! Без тебя я бы точно не управился, — Коля снова начал лить благодарственные слова в уши консьержа. — Ага. Ну, дальше ты сам, а я пошёл, — Фёдор хотел поскорее оказаться в своей квартире и не выходить до следующей уборки подъезда в обед. Но кто же отпустит его просто так? — Эй! Я тут тебя нахваливаю и благодарю, а ты уходишь! Может, тебя чем-нибудь угостить? — Коля, не дожидаясь ответа, стал рыться в своём рюкзаке.

Только этого не хватало.

— Меня таксист угостил печеньками и сказал, чтобы я помолчал. Они хоть и сухие, но пойдёт, — парнишка протянул угощенье. — Спасибо, но не стоит. — Ну, Федя, — Коля состроил грустную гримасу. У Фёдора начал дёргаться глаз, а в памяти, как назло, всплыл нравоучительный голос тётушки:

«Не забывай вести себя вежливо»

— Хорошо, я приму это, — консьерж неохотно принял угощенье. Мальчишка тут же оживился и искренне улыбнулся. — Вот так бы сразу. Ну, давай дальше я сам, а ты иди отдыхай, — только его одобрения Фёдору не хватало. — Ага, пока. — До встречи! — Коля на прощанье помахал рукой. — Какой же он ребёнок, — прошептал Фёдор, спускаясь по лестнице.

***

      Мокрая тряпка не помогала нынешнему положению Фёдора. Жара плохо на нём сказывалась, и теперь вместо того, чтобы нормально отдохнуть за кружечкой чая и конфетками, он лежит на кровати пластом и пытается не расплавиться, как пломбир.       Через открытое окно доносился галдёж школьников, которые так вовремя решили погулять под окном Достоевского. Закрыть окно — верное решение для того, чтобы задохнуться. Приходиться терпеть и эту проблему тоже. Почётное звание первой проблемы занимает назойливый малолетка с крашеными волосами.       Тряпка как назло быстро нагревается, и поэтому приходиться встать с кровати и доковылять до раковины на кухне. — Почему Бог против меня? — Фёдору хотелось бы взмолиться о пощаде и перейти наконец-то на белую полосу, но знает, что это бесполезно. Если Бог существует, то стал бы давать такие сложные испытания? Может, и стал бы, но Фёдор находится в немилости у Бога. Никакая пощада ему не светит. В этой жизни так уж точно. Тряпка снова становится прохладной, и Достоевский накидывает её прямиком на волосы. В холодильнике нет ни мороженного, ни охладительной газировки.

Точно ужас.

      Неожиданный звонок в дверь отвлекает Фёдора от мучений. — Феденька! Я за час успел всё разобрать, вот к тебе и пришёл, — голос радостный и ни капельки не уставший. Как в Коле умещается столько энергии и сил? Вот бы он умел передавать всё это другим людям. — Молодец, а ко мне зачем пришёл? — Фёдор измучен, и не готов разговаривать с людьми, пока солнце не зайдёт за горизонт. — Как это зачем? — мальчишка, не обращая внимания на Достоевского, бесстыдно заходит в квартиру. — Тебя повидать и увести гулять. Кстати, а зачем тебе эта тряпка на плече? — Николай, куда это Вы направились? — Фёдор начинает злиться. — Я тебя не приглашал, где потерялось твоё уважение к старшим? — Его изначально не было, — Коля пожимает плечами и заходит в спальню. — Куда пошёл?! — консьерж прикрывает входную дверь. Он намерен выпнуть нежелательных гостей из своей квартиры. Даже если те смогут повлиять на авторитет Достоевского. Ему сейчас плевать. — А у тебя довольно скромненько, — парнишка с интересом разглядывает чужую комнату. От него не укроется ни один шкафчик и ни одна полочка, до того как его оттаскивают за ворот рубашки, как котёнка. — Эй! — Я тебя не приглашал. Имей уважение. — Ну, Фёдор, я при всём уважение к Вам, хотел лишь пригласить прогуляться, — Гоголь сейчас выглядел не как провинившийся пёсик, который знает, почему получает нагоняй от хозяина, а как наглый кот, который наслаждается реакцией глупых людишек. — Я отказываюсь от твоего приглашения, — Достоевский отпускает мальчишку и прикладывает уже тёплую тряпку ко лбу. Если ему не дадут поумирать в одиночестве, то он кого-то пришибёт точно. И под раздачу попадёт Гоголь. — Эй, я тебе газировку куплю или чего покрепче, — мальчишка подмигивает и улыбается. — Обойдусь.       Чтобы выгнать Колю из квартиры, пришлось пожертвовать несколькими конфетами и обещанием погулять завтра, если погода наладится. Ах, ну и конечно, несколькими нервными клетками и свободным временем.

***

      Следующий день начинается неплохо: рутинная уборка подъезда и поливка цветов ранним утром. Но встреча со знакомым подняла настроение Фёдора больше, чем любимые пирожки тёти Люси с утра. — Привет, Вань, — Фёдор даже приветливо улыбается. Гончаров был одним из немногих, кто помогал новенькому консьержу осваиваться в начале: рассказывал о заскоках жильцов, иногда помогал поливать цветы на своём этаже и как-то скрашивать будни молодого Достоевского. — Привет, Федь, так рано проснулся? — парень закрывает свою квартиру и подходит к другу. — Приходится, — консьерж неловко отмахивается. Не любит такие разговоры, но приходиться поддерживать авторитет: спокойный, добрый и немного стеснительный молодой консьерж. — А ты как сам? — Как обычно. Слышал, новенький в двадцать первой? Надеюсь, тебе хлопот не доставит, — Иван похлопывает Фёдора по плечу. — Уже успел, но привыкну. Сверху доносятся чужие шаги, Достоевский с Гончаровым замолкли и обернулись в сторону шума. — Меня что ли обсуждаете? Можно тоже послушать? — Коля спускается на третий этаж и подходит к парням. — Ничего подобного, просто про погоду говорили! — Иван неловко опускает голову, и длинные волосы закрывают лицо. Врать он не умеет, и поэтому Фёдор берёт всё в свои руки. — Ты за мной? Прости, но мне нужно ещё два этажа помыть. — Я шёл в магазин за продуктами, — Коля отводит взгляд. Ему не нравится этот Иван. Слишком смазливый и какой-то зашуганный. Таких людей Коля не понимает и относится с презрением: чего они бояться? Осуждения от других людей? Окружающим должно быть наплевать, у них и так полно своих проблем. Да и тем более, он обращался к Феде на «ты». Разве не сам Фёдор говорил, что старших нужно уважать? Этот Гончаров не смахивает даже на двадцатипятилетнего. Студент что ли?       За размышлениями Коля не замечает, как Гончаров уже ушёл. Фёдор на прощанье кидает Ивану короткое «Пока» и принимается за работу. Николай ещё пару минут просто стоял и наблюдал, пока его не прогнали со словами: «Не мешай работать».

Больно нужно было

Николай ведь просто хотел поздороваться, пожелать доброго утра и хорошего дня, а в итоге получает угрюмое лицо Фёдора с утра. Настроение было непоправимо испорчено. Ну, ничего, сходит в магазин, купит чего вкусненько и вытащит наконец-то Федю погулять.       По возвращении Коля застаёт Достоевского, спящего на лавочке возле подъезда. — Цветы что ли поливал? — размышлять вслух полезно, и Гоголь активно этим пользуется. — Федя? Консьерж продолжает спокойно посапывать. Тот уснул, поджав ноги к груди. Сегодня не так жарко, можно даже сказать, что прохладно из-за небольшого ветерка. — Фёдор? Ему до сих пор не отвечают. На помахивание рукой перед глазами не реагирует, на голос тоже. Точно уснул. — Феденька? Какой же он милый, когда спит. Фиолетовые волосы были растрёпаны, видать консьерж усердно трудился. Взгляд невольно упал на приоткрытые губы, но через некоторое время переместился на лавочку.       Коля решается сесть рядом и проследить за тем, чтобы Федя спокойно выспался. Тот усердно работает: встаёт так рано и делает так много для того, чтобы поддерживать чистоту и уют в подъезде. Жильцам стоит больше ценить своего младшего консьержа. Пакет с покупками падает на асфальт, но на это никто не обращает внимание. Гоголь засмотрелся на спящего.       Николай сразу понял, что Феденька - хороший человек. И поэтому он ему приглянулся, не только внешностью, конечно. Конечно же… В первую очередь человека любят за его личность! Ведь так? А обманывать себя Гоголь никак не станет. — Ты же не против? — спрашивать у спящего человека его разрешение - глупость и идиотизм, но кто запретит это Николаю? Отец? Нет уж. Тот в другом городе, что он сделает? Мальчишка со всей осторожностью перекладывает чужую голову к себе на плечо. Небольшой каприз он может себе позволить.

***

      Фёдор неохотно раскрывает глаза и потягивается. Рука по неосторожности ударяет кого-то сбоку. Парень замечает это только после того, как сбоку кто-то айкнул. — Ай! Я тут его охраняю сижу, а он бьёт меня вместо похвалы, — этот кто-то оказывается Гоголем. Он тоже успел заснуть рядом с Достоевским. — Прости, не ожидал тебя тут… увидеть, — мозг всё ещё тормозит. Фёдор пригрелся на солнышке во время работы и решил немного вздремнуть. Хотя бы пару минут, потому что в последнее время ему не спится. Голову занимают надоедливые мысли. — А не знаешь, сколько мы тут спали? Коля озорно улыбается и достаёт телефон. — Около часа. Не хочешь ещё поспать? — мальчишка наблюдает, как консьерж снова зевает. — Нет, а что?

Какой же он милый

— Ты забыл? — Гоголь оживляется и вскакивает с лавки, чуть не спотыкаясь о пакет с покупками. — Я приглашал тебя погулять! — А, это. Ну, я не против, только зайду домой переодеться и занести лейку. — Конечно.

***

      Коля решил пройтись по улицам и заодно осмотреть незнакомые места. В город он переехал меньше недели назад. Довольно спонтанное и необдуманное решение, но оставаться в одном городе с отцом ему не хотелось. Хотелось свободы.       Тихий маленький городок недалеко от центра региона. Жители были не очень-то и приветливые. Гоголь убедился в этом ещё на ресепшене отеля. Хоть цена номера и была выше средней, а персонал относился к нему с пренебрежением. Николай не привык к такому. Обычно он мог вести себя как душа пожелает, деньги могли решить всё, но сейчас эта ситуация немного поменялась, и приходится вести себя более сдержанно. — Ой, Федь, а что это? — мальчишка указал пальцем куда-то вперёд. Фёдор оторвался от созерцания асфальта под ногами и поднял голову. Он не особо старался поддерживать разговор: не только его отношения к Коле сказалось на это. Просто мысленно он до сих пор спал на той лавочке возле дома. И с каждой минутой ему хотелось вернуться туда всё больше. — Это памятник собаке. Там какая-то грустная история, я особо её не помню, — парни остановились возле «бронзовой» статуи овчарки. Фёдор подошёл ближе и погладил собаку по носу. — А зачем ты это сделал? — Коля удивлённо посмотрел на Федю. — На удачу. Мальчишка понимающе кивнул и спустя недолгие раздумья тоже погладил собаку по носу.

Ей-богу, ведёт себя как ребёнок.

— Слушай, Федь, а давай сфотографируемся? — предложение Коли прозвучало неожиданно, и Фёдор попытался как-то отвертеться, но его лишь притянули к себе за талию и навели камеру телефона. Коля сделал пару снимков и сразу же отпрянул от парня, пересматривая получившиеся фотографии. — Эй, ты тут глаза закрыл, — Фёдор лишь закатил глаза и ничего не ответил. Не хватало ещё оправдывать ожидания какого-то малолетки. — Хотя всё равно выглядишь милым. — С чего это вдруг ты назвал меня так? — в голове тут же промелькнули слова Коли, почему его выгнал отец. Фёдору хотелось бы уйти от этого места подальше, или хотя бы становиться глухим рядом с Николаем. — Как так? — Коля ехидно улыбнулся. — Ты знаешь, — Фёдору начинает всё это надоедать. — Ой, я же всего лишь малолетка, который ничего не понимает, может, господин Фёдор мне поможет? — Иди нахуй со своими шуточками. Я пошёл с тобой гулять только из-за газировки и тупого обещания, — консьерж отвернулся от Коли, он не хотел видеть его надменную рожу. Хотелось бы ударить её пару раз, чтобы мозги на место встали. Может, зря он его спас от тех пьянчуг позавчера? — Не боись, обязательно схожу. А я и не отказывался от своих слов. Не стану же я тебя просто так доставать? — Коля подошёл сзади и обнял за талию Фёдора, прижимая к себе, чтобы тот не смог убежать. — Что ты делаешь? — прошипел Достоевский. — Мне кажется, что ты просто нагло пользуешься мной, и поэтому я беру небольшую плату за это, — Фёдору не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть нахальную улыбку Николая. Достоевский попытался ударить локтём назад, но его руку быстро перехватили, а затем и вовсе отпустили. — Держи твою обещанную газировку, — Николай достал из кармана штанов жестяную банку кока-колы и протянул её Фёдору. Тот неуверенно забрал её и осмотрел. Вдруг этот наглец что-то с ней сделал? — Я не люблю сладкое, но спасибо, — пробубнил Достоевский. Ему хотелось уже уйти отсюда. Хоть когда-нибудь? Но, скорее всего, его везде смогут достать. Почему Фёдор так считал? Он точно не знает, но, наверное, это ощущение на подсознательном уровне. Ты неосознанно избегаешь непредсказуемых людей. — Вот, значит, как, — Коля ненадолго задумался. — Тогда пошли, выберешь то, что тебе нравится, — мальчишка взял за запястье старшего и потащил его в сторону ближайшего круглосуточного магазина. Пока они прогуливались, он смог немного запомнить пару ближайших магазинчиков.

***

      Фёдор выбрал первую попавшуюся банку газировки, он даже не смотрел на цену и название. Ему было важно поскорее вернуться домой. Находиться рядом с Гоголем ему было неуютно. — Спрайт? Как скучно, — Николай неожиданно подошёл сзади и положил свою голову на плечо Фёдора. — Может, ещё что-то выберешь? Я заплачу. По телу прошли мурашки. — Я беру только это, — Фёдору не хочется ещё быть в долгах перед этой малолеткой.       Как Коля и обещал, он сам заплатил, и дорогу до дома они провели в полной тишине. Фёдора это насторожило, но всё же ему нужно было подумать над всем этим в тишине и одиночестве. Хоть второе и не вышло, но и на этом спасибо. — Ну, до встречи, — Коля на прощанье помахал рукой и направился на свой этаж. Фёдор ещё пару минут стоял перед дверью своей квартиры. Он не заметил, как сзади к нему кто-то подошёл и положил руку на плечо. Достоевский машинально отпрянул и повернулся. — Федь, ты чего такой… — этим кто-то оказался Гончаров. Он удивлённо смотрел на своего друга, не ожидая его реакции, — нервный что-ли? Фёдор открыл рот, хотел что-то сказать, но не придумал, что. Общение с Гоголем не шло ему на пользу. Ему нельзя терять лицо перед жильцами. И поэтому Достоевский натянуто улыбнулся. — Прости, просто забыл, куда положил свой ключ, вот и задумался, не потерял ли я его? — отмазка не очень удачная, но Фёдор надеется, что Иван поверит ему. — Он у тебя в дверях, — Иван указал на ключ. Фёдор косо посмотрел назад. — Ой, и вправду. Видимо, совсем заработался. Ну, спать, наверное, пойду, — Достоевский быстро махнул рукой на прощанье и забежал в свою квартиру.

День выдался странным