Ты моя мечта

Конечно же, по странному поведению врачей Дима понял, что Хольт дал им денег, за что Август скоро получил от парня. — Я же хотел помочь, — отговаривался магнат, смотря в непоколебимое лицо парня. — Зачем? Итак все нормально было. — А я хочу, чтобы для тебя было не «нормально», а «отлично». Если я не могу перевести тебя в более хорошую больницу или даже забрать к своим врачам, то заплатить было единственным вариантом, — на что он получает лишь суровый взгляд. Мужчина вздыхает. — Ну не злись, пожалуйста, — Хольт ластится к лейтенанту. Тот недовольно что-то говорит, но все же обнимает любимого. — Обещай, что больше так не будешь делать. — Обещаю, — Дима прижимает его к себе крепче. В один вечер Август решил проведать Дубина чуть пораньше. Когда он был на этаже и уже подходил к палате, из 113 вышли девушка и женщина средних лет. Это были сестра и мать Димы с сложным для Хольта именем. Проблемка. Мужчина, не растерявшись, идёт также уверенно и будто целенаправленно мимо, замечая взгляд Веры на себе. Он проходит до конца коридора и встаёт у последней палаты, будто собираясь войти. В этот момент женщины как раз завернули за угол и больше не видели его. — Мам, помнишь, я говорила, что Дима на спец задании? Вот этого человека он охранял, — отойдя на порядочное расстояние, говорит Дубина. Мать удивляется. — А это ли не тот продавец оружия из Европы? — Да, и это тоже он… Странно только, это обычная городская поликлиника. Зачем он суда пришел? — Представь, если к Димке нашему, — обе слегка прыснули и пошли дальше, болтая обо всем постороннем. Они даже себе не могли представить, насколько они были правы. Хольт волнуется. Вера однозначно узнала его. У них будут вопросы к Диме, от которых, скорее всего, он не сможет увернуться. — Привет, sunshine, — Дубин уже может спокойно садиться, поэтому им теперь обниматься удобнее, чем они активно пользуются. — Привет, дорогой. Скучал по тебе… Что случилось? — лицо лейтенанта резко поменяло выражение: от радостного к тревожному. — Я встретил твою маму и сестру. Сделал вид, что не к тебе, но Вера по-любому догадалась, — парень поджимает губы и быстро вздыхает. — Значит, придется рассказать, — Дима переводит довольно радостный и ничем не обременённый взгляд. Кажется, он не особо переживал по этому поводу. — Можно? — вопрос очень удивил мужчину. — Почему ты у меня спрашиваешь? — Ну, может, ты тоже хочешь, чтобы наши отношения остались в тайне, — Август лишь отрицательно покачал головой. — Все Дубины выглядят одинаково? — вдруг шутливо спросил Хольт. Дубин тут же понял, про что он. — Вообще в моей семье всего 10 человек и 8 из них почти все одинаковы. — А как рана? — Намного лучше. Врачи говорят, что я могу скоро выписываться. И вправду, совсем скоро Дима отправился домой. К удивлению пары, ни мать, ни сестра Дубина не спросили насчёт Августа. Но может это и к лучшему, пока что рановато для признания. Лейтенант уже начинал подготавливать себя к этому разговору. Все таки было страшно. Хольту приходилось постоянно его успокаивать. — Вот видишь, они и не спросили. А ты переживал так… — Когда-нибудь надо им все равно рассказать. Мама и Вера поймут, а вот остальная семья., — Хольт прижимал Диму к себе. Он не мог слушать, как его любимый переживает, хотя и сам нервничал. — Все будет хорошо, sunshine. У нас все будет хорошо, — тихо шептал на ухо магнат, слегка покачивая их обоих. И парень верил. Он не мог ему не верить. Мужчина приезжал к нему на квартиру через день. Ещё с месяц лейтенант должен был быть на больничном, поэтому «кис дома», как он это называл. Зато Август мог многое понять из общего интерьера о владельце жилплощади. Вокруг, на полках, в шкафах, на столе, на тумбочках были всякие мелочи. То какая-нибудь статуэтка, то белые и разрисованные синими цветами фигурки, семейные фото, на одном из которых была, похоже, вся семья Димы, и из них не были зеленоглазыми блондинами только трое, все остальные «под коприку», и, конечно же, книги, множество самых разных книг. Все было так уютно, тепло и приятно, что Хольт даже начинал завидовать белой завистью. У него, по сравнению с квартирой Дубина, дома пустынно. И это не про новый особняк, а про дом в Амстердаме. Это, своего рода, тоже показатель. Магнат всю жизнь работал, посещал разные страны только для заключения договоров, никогда не имел друзей. И в душе, как и в его доме, было пусто. А у Димы яркая жизнь, множество знакомств, отношений, большая и дружная семья, тысячи интересных историй. Август начинал чувствовать себя здесь лишним и даже недостойным парня, но как только тот замечал хандру на лице мужчины, отвлекал его от этих мыслей. Он тоже видел пустоту и неуютность в комнатах особняка, понимал, что это отражает душу Августа, поэтому его ещё одной задачей стало создание домашней атмосферы. Она точно должно было повлиять на Хольта. А пока магнат снова остаётся у Димы на ночь. Собаки, естественно беспокоятся за хозяина, а то вдруг этот незнакомый им пока мужик обидит их «папу». Но все в порядке. После ужина мужчина моет посуду, к удивлению Дубина ещё и очень чательно и без брезгливости. Молодые люди заваливаются на диван, который стоит рядом с обеденным столом, так как у Димы кухня-гостиная. Губы уже долго не отрывались друг от друга, руки нежно трогали тело любимого. — Господи, Август, я так тебя люблю, — шепчет, чуть-чуть отодвинувшись, парень. — Я никогда не встречал подобных тебе людей. — В честь чего такие нежности? Сильно посуду не хотел мыть? — Хольт правда не понял к чему эти ласки, а лейтенант в ответ лишь прыснул. — А разве для проявления любви нужен повод? — говорит Дубин и снова целует магната. Тот охотно отвечает. — Я тоже тебя люблю, cute. Август остался наедине в ванной. Дима знал об особенностях гигиены мужчины и выделил ему несколько полотенец. Парень уже ждал его в кровати под теплым и немного тяжёлым одеялом. Собаки сидели у кровати и с нетерпением дожидались, когда оба улягутся, чтобы забраться к ним на ноги. Хольт ложится рядом с лейтенантом, притягивает его к себе в объятия и целует в лоб. Тот в ответ чмокает его в легкую горбинку на носу. — Спокойной ночи, милый. — Спокойной, darling. Оба вскоре засыпают, как и Димины питомцы в ногах. Комната замкнулась в круге тишины и приятной темноты, нарушаемом лишь редкими разговорами соседей и гуденьем машин во дворе.