Секрет моего начальника

Новость о корпоративе в пятницу — в честь успешной проверки филиалов — застала всех врасплох. Объявили о нём всего за пару дней, Антон Владимирович всё это время не давал Лёне покоя. Особенно бесили его попытки заводить разговоры через коллег, будто те были марионетками. Сейчас блондин, окружённый теми же «куклами», сиял в центре зала, ведя душевные беседы. Как же наш отдел мелок, подумал Лёня, глядя на толпу сотрудников из других филиалов, жаждущих внимания начальника. Антон и правда постарался: волосы зачёсаны назад, костюм безупречен — настоящая звезда вечера. У Лёни окончательно испортилось настроение. Оставалось лишь пить в компании Вики, Димы и пары знакомых, избегая взглядов в сторону босса. — Антон Владимирович сегодня в ударе, — Вика облокотилась на стол, водя пальцем по краю бокала с шампанским. — Угу, — фыркнул Лёня, допивая свой бокал. — Чего ж ты тогда не вьёшься вокруг него, как все? Глядишь, и тебе достанется «барское внимание». Девушка рассмеялась, отводя взгляд: — О нет-нет-нет! Признаюсь, сначала бегала за ним как умалишённая, хоть он и не мой типаж. — Она замолчала, будто подбирая слова, затем добавила тише: — Мне нравятся… миловидные. Как ты. — Рад, что ты не в фаворитах у этого старикана, — Лёня налил себе ещё, едва не пролив алкоголь. — А то противно смотреть, как они все хвостом виляют. Надоело. Он отхлебнул изрядную порцию, сжав бокал так, что костяшки побелели. Вика, следуя примеру, допила шампанское и поправила съехавшие лямки платья. — А планы после вечера есть? — Вика перевела взгляд на Лёню, теребя край скатерти. — Только напиться и в беспамятстве домой свалить. Чтобы завтра хоть вспомнить не смог, — шатен мрачно постучал пальцем по пустым бокалам, выстроившимся в ряд. — Может, прогуляемся? — девушка задержала дыхание, ловя его реакцию. — Если... ты не против. — Пьяным по холоду шататься? На больничный захотела? И тебе не советую. Вика тяжело вздохнула и ушла, за ней поплёлся Дима, качая головой. Оставшись один, Лёня принялся наливать себе с удвоенным рвением. Гора стеклянной посуды росла, а мир вокруг начал плыть волнами. Официанты, морщась, перестали понимать его бессвязные заказы. Надо найти бар поближе... или помощь, — мелькнула мысль, но ноги подкосились при попытке встать. Пол рванулся навстречу, и Лёня рухнул, с грохотом опрокинув стул. — Боже, Лёнь! — Вика кинулась к нему, безуспешно пытаясь приподнять. — Дима, давай вместе! — Такси вызвать? — Дима плюхнулся рядом, оглядывая «подвиги» шатена. — Праздник жизни удался, похоже. — Ты адрес его знаешь? — Может, Антон Владимирович... — Дима кивнул в сторону блондина, окружённого свитой. — В резюме же указываем место жительства. Спрошу. — Не надо сюда этого ху... — Лёня икнул, тыча пальцем в воздух, — ...есоса! — Лёня, что ты несешь! — Вика прикрыла ему рот ладонью. — Да ты знаешь, кто он?! — шатен вырвался, голос внезапно прорезав хмельную хрипоту. — Все думают — классный начальник, а он кровопийца ебаный! Душу вытянет, потом к мелочам придирается! Ему в гробу давно место! Тишина. Антон подошёл, оценивая ситуацию взглядом профессионала по разгребанию скандалов. — Перебрал, Лёнечка? — губы вампира дрогнули в кривой улыбке. — Не твоё дело! — шатен плюнул в его сторону. — Иди кукол своих дёргай! — Грубить — единственный талант в подпитии? — Антон прикрыл рот рукой, но смешок выдал его. — Антон Владимирович, он не в себе... — Вика заслонила Лёню, будто от вампира требовалась защита. — Когда подчинённый орет на весь зал — сложно игнорировать, — блондин кивнул на Диму. — Такси заказали? В таком состоянии он даже до машины не доползёт. Отвезу сам — остальным отдых не испорчу. — Помочь вам? — Дима сделал шаг вперёд. — Не надо. Лёгкий он, — Антон махнул рукой. — Не волнуйтесь, вернусь к десерту. Блондин ловко взвалил брыкающегося Лёню на плечо, кивнул Вике и Диме, и направился к гардеробу. На улице, под аккомпанемент невнятного бормотания шатена, он заказал такси и усадил мужчину на скамейку у входа, закурив сигарету. Дым смешивался с морозным воздухом, когда он запрокинул голову, разглядывая просветы между небоскрёбами. — Не думал, что копишь столько злости, — голос вампира звучал притворно-обиженно. — Тебе обидно? — Лёня вскочил, шатаясь. — Это мне должно быть! Кровь сосёшь, душу вытряхиваешь! Строишь из себя чёртову пародию на человека! Антон закатил глаза, швырнув окурок в урну: — Оригинальные оскорбления. Прямо поэт в подпитии. Машина притормозила у тротуара. — Поехали. Ты еле стоишь. — Не поеду! — Лёня рванулся назад, но вампир подхватил его под локоть с силой профессионального вышибалы. В салоне шатен яростно дёргал ремень безопасности, упёршись руками в дверь, когда Антон сел рядом: — Вылезай! Опять кусаться начнёшь! — На полном ходу? — Блондин фыркнул, пристёгиваясь. — У меня, кстати, сегодня планы были с двумя дамами. А я тут с тобой нянчусь. — Вот и свали к ним! — Лёня пнул сиденье водителя. — Водитель, выгони его! Он вампир — сожрёт нас обоих! Таксист фальшиво закашлял, приоткрыв окно: — Парень, ты в стельку... Начальник, вы уж его... — Алкогольный бред, — Антон вцепился Лёне в плечо, прижимая к сиденью. — Успокойся. Отвезу и уеду — всем удобно. Лёня фыркнул, насупившись как обиженный ребёнок, и скрестил руки на груди. Остаток пути прошёл в гнетущей тишине. Таксист украдкой поглядывал на них в зеркало — явно такие сцены в его машине разыгрывались нечасто. Шатен уставился в окно, но мелькающие огни и тени только усиливали тошноту. Голова гудела, а мир плыл перед глазами, будто его трясли в стеклянной банке. Закрыв веки, Лёня увидел калейдоскоп из разноцветных пятен и тут же открыл их снова, чтобы не потерять последние остатки контроля. Антон, напротив, сохранял ледяное спокойствие, лишь изредка бросая взгляд на спутника — словно боялся, что тот опозорит салон рвотой. Когда машина наконец остановилась у дома, Лёня судорожно дёрнул ремень безопасности. Непослушные пальцы скользили по красной кнопке, не попадая в защёлку. — Дай я, — Антон перегнулся через него, щёлкнул замком и вытолкал шатена на улицу. — Помогите! Меня убьют! — взвыл Лёня, едва его ноги коснулись асфальта. — Высосет всю кровь! Он вампир! Антон резко зажал ему рот ладонью, шипя сквозь зубы: — Заткнись, дурак! Или заверну тебя в калач в обратную сторону! Таксист, всё ещё наблюдавший за спектаклем, резко рванул с места, оставив их на пустынной улице. Одной проблемой меньше. — Открывай дверь, — блондин толкнул Лёню к подъезду. Тот икнул и покачал головой. — Если ты сейчас не откроешь эту чертову дверь, то я её сниму с петель и в твоей квартире тоже. — Антон ухватился за ручку, начиная обратный отсчёт.— Пять... четыре... Шатен, задохнувшись от паники, сунул руку в карман. Ключи! Где чёртовы ключи?! — Три... — Нашёл! — Лёня выронил связку, едва не уронив её в лужу. Дверь щёлкнула. Антон, не тратя времени, взвалил мужчину на плечо и вбежал по лестнице на третий этаж. — Э-экспресс-доставка... — хрипло процедил Лёня, тыча ключом в скважину. Антон выхватил связку, распахнул дверь и втолкнул шатена в квартиру. В прихожей он щёлкнул выключателем, сбросил пальто и замер, осматриваясь. Узкий коридор, кухня с потёртым линолеумом, дверь в ванную... Зато гостиная оказалась неожиданно живой: под столом тускло светился системный блок, стены украшали плакаты с персонажами из старых игр и комиксов. Антон узнал эмблему одной из них — сам когда-то проводил за ней ночи. Его взгляд упал на шкаф, где на верхней полке притаился огромный мейн-кун. Кот, взъерошив шерсть, шипел, прижимая уши. — Привет, — Антон помахал рукой, будто говорил с человеком. — Не бойся, я не твой хозяин. Хотя он сегодня и правда невыносим. Блондин замер, прислушиваясь к неестественной тишине в коридоре. Из комнаты вынырнул вампир, бросивший оценивающий взгляд на Лёню — тот сидел в прихожей, прислонившись к стене среди разбросанной обуви. Шатен с расфокусированным взглядом упрямо развязывал шнурок на ботинке, будто эта задача требовала полной концентрации. — Хватит издеваться над обувью, — Антон резко выдохнул. Мысли о сорванном корпоративе и затянувшейся пьяной эпопее коллеги вызывали раздражение. — Давай разувайся. Он присел рядом, помогая шатену снять промокшую обувь. Тот невнятно бурчал, но перестал вырываться. Когда Антон попытался поднять его под руки, Лёня обмяк всем телом. — Что, даже ничего мне не скажешь? — проворчал вампир, волоча коллегу к ванной. — Тошнит... — выдавил шатен, судорожно глотая воздух. — Не люблю блевать... — А кто ж любит-то... — блондин фыркнул, усаживая его в холодную эмалированную ванну. Ловким движением схватил душевую лейку. Лёня мутно осмотрелся: — Хм? Что ты делаешь? — Привожу тебя в чувства, — оскалился Антон, выкручивая кран на максимум. Ледяные струи хлестнули по груди. Шатен вскрикнул, забился в конвульсиях, обдавая комнату брызгами. Вампир рассмеялся, наблюдая за танцующей фигурой — эти страдания хотя бы отчасти компенсировали испорченный вечер. — Сучонок! — Лёня пнул его мокрым носком. Лейка выскользнула из рук Антона, ударившись о дно ванны. Струя, бьющая вертикально вверх, окончательно залила всё вокруг. Блондин ахнул, поскользнулся на кафеле и грохнулся за пределы видимости матерившегося шатена. — Так тебе и надо, ёбань сраная! — Лёня вырубил воду, с отвращением разглядывая прилипшую к телу одежду. — Чёрт клыкастый, рубашку испортил! Ты чем вообще думал, когда ледяной водой облил? Мозги вытекли от старости? Тишина. — И чё молчишь? Стыдно? — Шатен перегнулся через край ванны. — Антон? Тело вампира лежало в неестественной позе. Стеклянный взгляд уставился в потолок. Очки с разбитым левым стеклом валялись в луже. — Прекрати, это не смешно. — становилось жутко от неподвижности вампира, и Лёня, перевалившись через край ванны, подсел к нему. — Эй, прекращай давай... — он легонько хлопнул его по щеке ладонью. Шатен заметил, что светлые волосы Антона на затылке были красными. По мокрому полу начала расползаться вязкая кровь, пачкая костюм, волосы и сам пол. Внутри Лёни всё похолодело — удар пришелся прямо на затылок. Не значит ли это, что он убил вампира? В голове роилось множество мыслей: что делать, как поступить, что теперь с ним будет в ближайшем будущем? Практически все на корпоративе видели, как они уезжали вместе на такси. Будет очень странно, если начальник не появится в офисе в понедельник. Лёня вляпался, очень сильно вляпался, и никак не отвертиться. Тошнота подступала к горлу с новой силой, а тело начало трястись уже не от холодной воды, а от страха. По-истине животного страха, когда совершил непоправимую ошибку. А вампир всё продолжал лежать недвижимым трупом, в действительность не хочется верить. Шатен всё ждал, что вампир улыбнётся, обнажая клыки, и скажет, что всё лишь пошутил. Но каждая минута, проведённая один на один с ним, разрушала эту надежду. — Э-эй, — голос дрогнул, — ты ведь... — он начал трясти вампира за плечо, — ...ты ведь не мог вот так просто умереть, пожалуйста. — Голос эхом отражался от кафельных стенок ванны, и шатен буквально слышал свой же срывающийся на всхлипы голос. — Ты же чёртов вампир, я же сам видел, как ты заживляешь раны... Т-тебе нужна кровь? Я дам тебе её! — Лёня задрал рукав мокрой рубашки и, судорожными движениями положив голову вампира на свои колени, приткнул запястье к чужим губам. — Ты только пей и не умирай, пожалуйста, прошу тебя... По щекам уже давно начали течь горячие слёзы, обжигая их. Никакого ответа от вампира не было. Мужчина взглянул на собственные ладони, испачканные в крови — безысходность ситуации охватывала его с каждым вздохом всё сильней. Всего лишь одно неверное движение сделало из него преступника. Истерика накатывала с новой силой. Внезапно тело вампира дёрнулось. Антон, шипя от боли, перекатился на бок, обе руки впились в затылок. Сердце Лёни совершило сальто в грудной клетке - он уже и не надеялся увидеть эти насмешливые глаза открытыми. — Ахуеть... — блондин скривился, щурясь сквозь пелену в глазах. Поднял окровавленную ладонь перед лицом. — Ты мне череп, блять, расколол? Голова трещит... — Т-ты... живой? — шатен осторожно коснулся его плеча, словно проверяя реальность. — Ну конечно живой! — Антон шумно втянул воздух, сжимая виски. Заметил алые разводы на рубашке. — И костюм испортил. Плакали мои положительная с отрицательной... — Провёл рукой по животу, лицо исказила гримаса. — Теперь ещё и голодный как тролль после спячки. Его взгляд упал на дрожащего Лёню. Блондин приподнялся на локтях, смахнув мокрую прядь со лба: — Ты чего разревёлся, а? — Мне так стало страшно... Я думал... убил... — слова тонули в истеричных всхлипах. Шатен вцепился в его пиджак, ногти впивались в ткань. — Всё тело не слушалось... кровь... а ты лежишь... — Эй, спокойно! — Антон грубовато приподнял его подбородок. Пальцы оставили кровавые отпечатки на щеках, пытаясь стереть слёзы. — Чтобы прикончить вампира, тебе понадобится побольше усилий, чем приложить меня затылком о кафель. Его губы дрогнули в усмешке. Перевалившись на край ванны, притянул Лёню за плечи: — Вот реальная проблема — я голоден как оборотень в пост, а в таком виде... — жестом обозначил окровавленную спину, — ...в ресторан не пройду. Как решать будем, м? Шатен потупился. — Я не знаю... Антон приблизился, нос скользнул по его щеке: —А я знаю. Может, угостишь? — Ты же говорил, что не будешь кусаться... — Лёня отшатнулся, но спина уже упиралась в холодную плитку. — Это было до твоего мастер-класса по нейрохирургии, — блондин выгнул бровь. Губы коснулись шеи. — Не считаешь, что должен компенсировать ущерб? И голове... и желудку... — Л-ладно... Холодные пальцы впились в его затылок. Лёня зажмурился. Острое жжение в яремной вене смешалось с тёплым потоком слёз. Лёня слабо застонал, содрогаясь — то ли от холода пронизанного сыростью ванной, то ли от покалывающей боли в шее. Антон пил жадно, его губы прилипли к коже будто пиявка. Долгие глотки сопровождались горячим дыханием, которое странным образом успокаивало жжение от укусов. — Сколько ты вообще выпил? — вампир наконец оторвался, облизывая алые губы. На подбородке застыла рубиновая капля. — О-очень... — голос шатена предательски дрогнул. — Не сомневаюсь. Ты на вкус как перебродивший ликёр в шоколадной глазури. — Антон хрипло рассмеялся, перебравшись к нему на колени. Его окровавленные пальцы принялись расстёгивать пуговицы рубашки, оставляя ржавые разводы. — Испачкал... — Лёня безуспешно попытался остановить руки вампира, захватив его запястья. — Ты мой костюм — я твою рубашку. Квиты. — Блондин переплел пальцы с его руками, прижав ладони к кафельной стене. Придвинулся так близко, что ресницы касались кожи Лёни. — Куплю десяток новых... если захочешь. — Зубы мягко впились в место соединения шеи и плеча. Шатен резко дёрнулся, задев коленями борт ванны. Тело вампира прижалось к нему всей тяжестью, парализуя движения. По жилам побежало странное тепло, противостоящее промозглому воздуху помещения. Дыхание спёрло — то ли от алкогольного угара, то ли от волн нарастающего возбуждения, заставляющего сердце колотиться в рёбра. Лёня уткнулся лицом в воротник Антона, вдыхая терпкий микс одеколона, крови и чего-то неуловимо древесного. Этот аромат действовал одурманивающе, словно наркотик. — Д-дай... — попытался вырваться, но блондин лишь сильнее перекрутил его руки. Парадоксальное осознание пронзило сознание: беспомощность не пугала, а разжигала странное томление. Тяжесть чужого тела, боль в запястьях, холод кафеля за спиной — всё слилось в навязчивый ритм, пульсирующий внизу живота. Дыхание становилось обжигающе горячим, щёки пылали. Хотелось либо сбросить эту сладкую тяжесть, либо раствориться в ней полностью, как растаявшая карамель. Вампир едва заметно двинул бёдрами, создавая тлеющее трение в районе ширинки. Лёня резко вдохнул, впиваясь зубами в его плечо — мурашки побежали по спине волной, оставляя за собой дрожь. Антон дёрнулся от щекотки, отстранившись. Шатен недовольно замычал, теряя источник спасительного холода. — Щекотно... — выдохнул вампир. — Прости, — автоматически буркнул Лёня, отворачивая пылающее лицо. Лёня избегал встречи взглядом, его глаза скользили по кафельным стенам, цепляясь за трещины и подтёки воды. Смотреть в лицо вампиру было слишком стыдно, но краем зрения он всё равно уловил его нагловатую ехидную улыбку. Затекшие руки наконец отпустили хватку, и холодные пальцы тут же прошлись по его рёбрам — будто в отместку, щекоча кожу, выуживая сдавленные вздохи. Пока Антон держал его, неудобная поза казалась терпимой, но теперь вспотевшие ладони не знали, куда деться. Блондин впился зубами с другой стороны шеи, впрыскивая новую порцию дурманящего яда. Ватные запястья Лёни опустились на его бёдра, сжимая их с неожиданной силой. Под тонкой тканью брюк прощупывались ремни подтяжек, врезавшиеся в бледную кожу. — Что у тебя там? — голос сорвался на хрип из-за учащённого дыхания. Антон оторвался от шеи, зализывая ранки, и придвинулся так близко, что горячее дыхание обожгло ухо: — Уже не терпится залезть ко мне в штаны? — промурлыкал он, ритмично двигая бёдрами. — Можешь посмотреть. Не дожидаясь ответа, вампир откинулся назад, полностью открывая доступ к ремню. Голова его была нарочито склонена набок, клык прикусывал нижнюю губу. Мокрая рубашка, прозрачная от воды и крови, обтягивала часто вздымающуюся грудь. Любопытство сгубило кошку — Лёня, почти не думая, провёл ладонью по перетянутым бёдрам, вцепляясь в пряжку. Антон жадно следил, как дрожащие пальцы шатена расстёгивают ширинку. Когда брюки сползли до колен, обнажились тёмные подтяжки, резко контрастирующие с фарфоровой кожей. Лёня вспомнил фотографии девушек в тугих чулках — так же больно, так же неистово. Он провёл пальцами по мелко дрожащим ногам, громко сглотнув. Мягкость кожи манила оставить синяки, заявить права. Оттянув резинку подтяжек, он отпустил её. Тихий шлепок — и вампир вздрогнул, прикрыв рот запястьем. Звук эхом отразился от стен, заставляя сердце биться чаще. Повторил сильнее — громкий шлепок сорвал с губ Антона стон. Звёздочки заплясали перед глазами, а в душной комнате стало невыносимо жарко. Воздух наполнился электричеством невысказанного желания. — Ты восхитителен... — Антон вновь навалился на шатена всем телом и обвил руками шею. Антон прижался вспотевшим лбом к его коже, ритмично двигая бёдрами. Жёсткое трение через слои ткани доводило до исступления. Внезапно отстранился, провёл ладонью по вздымающейся груди шатена, пальцы скользнули ниже. Холодный нос уткнулся в пульсирующую вену. – Тесновато? – усмехнулся вампир, расстёгивая ширинку с болезненной медлительностью. Не прекращая ритмичных движений бёдрами, Антон вновь впился зубами в шею шатена. Трение стало острее, разжигая кожу до мурашек. Лёня вцепился в его бёдра, пытаясь задать более быстрый темп, но неудобная поза сводила усилия на нет. С рычанием он перевернул блондина на окровавленный кафель, одним рывком сорвав с него брюки. Под тонкими носками обнажились подтяжки, врезавшиеся в кожу словно узлы на верёвке. — Сколько раз тебя кусать, чтобы ты заскулил? — Шатен резко задрал его ногу, вспомнив вчерашнюю игру. Зубы впились в икру ниже ремешка, оставляя кровавую метку. Антон вскрикнул, выгнув спину дугой. Его грудь вздымалась учащённо, а пальцы впились в кафель, оставляя царапины. — Ещё... — выдохнул вампир, запрокидывая голову. Следующий укус пришёлся на внутреннюю часть бедра, где поблескивали небольшие шрамы-точки. Антон выгнулся дугой, капли крови растекались по плитке, пока шатен метил оставить хоть один неуходящий след. Вампир внезапно притянул его за воротник, оплетая ногами талию: — Мы меняемся местами? — вампир прошептал прямо в губы, улыбка растянула его рот. Он откинул голову, обнажая шею в немом приглашении. Лёня не раздумывал ни секунды — впился зубами в бледную кожу. Антон захлебнулся смешком, который перешёл в стон, когда шатен прижался всем телом к его промокшей рубашке. Их бёдра задвигались в унисон, члены тесно прижатые слоями ткани создавали жгучее трение. С каждым толчком Лёня ускорялся, оставляя укусы на шее, плечах, ключицах — хоть один след должен остаться. Мысль упрямо кружилась в голове, пока над ухом смешивались: прерывистое дыхание; сдавленные всхлипы; хриплое "Сильнее...", синхронное сжиманию его челюстей. Запах крови и холодной кожи сводил с ума. Мысли путались — Яд? Алкоголь? Неважно. Единственная цель: дойти до края, пока ноги вампира, сковывающие талию, не позволили отстраниться. Ледяные пальцы царапали спину, оставляя дорожки мурашек. Тело под ним вдруг выгнулось струной, ноги сжались на его пояснице как стальные тиски. Лёня почувствовал влажность между ними — нечестно, он ещё... — но продолжил движение, игнорируя приглушённые стоны. Антон лишь сильнее закатывал глаза, пальцы впились в кафель, будто пытаясь его расколоть. Перед самым финалом Лёня впился зубами в шею до хруста связок. Удивительно, как вампир не потерял сознание — просто лежал, судорожно хватая ртом воздух, пока шатен, обессилено рухнув на него, приходил в себя. Когда перед глазами перестали мелькать светящиеся точки, а головокружение отступило, Лёня окинул взглядом обмякшее тело вампира. Время сплющилось в липкую массу — минута или час? Теперь, когда волна навязчивого возбуждения схлынула, накатил холодный стыд. Разбросанная одежда, пятна крови на кафеле, лужицы воды — убирать это сейчас не было сил. Хотелось лишь смыть с себя следы безумия и рухнуть в забытье. — Наелся? — хрипло выдохнул он, отползая к бортику ванны. Антон приподнялся на локтях. Усталая улыбка, кивок. — Сам как... — голос скрипел, будто пересыпанный пеплом. Прокашлялся, потер горло. — ...себя чувствуешь? Лёня махнул рукой, словно отмахиваясь от вопроса. Яд словно выветрился вместе с алкогольным туманом, оставив лишь тяжесть в конечностях. В первый раз он ещё долго ощущал последствия. — Мойся первый. Я дам во что переодеться. — Шатен поднялся, цепляясь за край ванны. Пол леденил ступни. Злости не было — только усталость, приправленная смущением. Завтра придут другие эмоции, но сейчас... Липкая рубашка присохла к лопаткам. В прихожей его встретил кот, тыкающийся мордой в голенище. Зачем он вообще согласился снова позволить вампиру его укусить? Нужно было просто его выгнать. — Идиот, — буркнул Лёня, наклоняясь погладить питомца. Шкаф скрипнул — выдернул первую попавшуюся толстовку, мятые штаны. За дверью ванной плескалась вода. Рука замерла на ручке. Всплыли обрывки: мокрая ткань рубашки, прилипшая к грудной клетке; волосы, падающие на покрасневшие веки; подтяжки, врезающиеся в бедра как верёвки. — Чёрт... — Резко тряхнул головой, будто отгоняя мошкару. Лёня, пересилив себя, приоткрыл дверь ванной. Комнату заволокло густым паром — казалось, вампир мылся в кипятке. Одежда Антона валялась на полу, пропитанная кровью, словно он и не думал о последствиях. Шатен, аккуратно переступив через кровавую лужу, положил чистые вещи на корзину для белья. — Оставил одежду на корзине! — крикнул он, перекрывая шум воды. — Полотенце на вешалке! — Хорошо, спасибо! — отозвался Антон. — Почти закончил! Лёня рванул из душной комнаты, едва услышав, как перестала течь вода. За спиной заскрипели металлические кольца душевой шторки. — Можешь не уходить... пару секунд, — лениво протянул блондин. Послышалось шуршание ткани и сдавленное: «Всё». Обернувшись, Лёня увидел, как Антон ворочает ногой мокрую одежду, пытаясь сдвинуть её под раковину. Вампир прошел мимо, положив горячую ладонь на плечо шатена, и закрыл дверь. Оставшись один, Лёня опустился на край ванны, уткнувшись лицом в ладони. Как смотреть ему в глаза? Мысли путались: для Антона это была игра с живой «едой», мастерски разыгранная на чувстве вины. В прошлый раз он вызывал жалость, теперь — использовал её. И хуже всего была его самозабвенная отдача: когда Лёня кусал его до крови, блондин не сопротивлялся, а подставлял шею, наслаждаясь каждой секундой. Нервный смешок вырвался из груди. Даже если уволиться, Антон не отстанет — он знал его тайну. Бежать бесполезно. Лёня взглянул на смеситель, до упора выкрученный в сторону красной отметки. Неужели он и правда мылся в кипятке? Повернув вентиль на холодную воду — ту самую, что запустила этот безумный вечер — начал раздеваться. Рубашка, испещрённая бурыми пятнами, полетела под раковину к вещам Антона. Вряд ли отстирается даже после десятка циклов. Взгляд скользнул вниз: расстёгнутая ширинка, бельё, пропитанное засохшей спермой. Не раздевался вообще. Яд... Горьковатый смешок вырвался наружу. Штаны шлёпнулись в корзину для грязного белья. Струи воды щипали микроцарапины на плечах, смывая запёкшуюся кровь. Выбравшись из ванны, с досадой осознал: чистую одежду забыл взять. Намотав полотенце на бёдра, вышел в комнату. Антон сидел на кровати в позе лотоса, неотрывно глядя на кота, забившегося на верхнюю полку. Казалось, мейнкун гипнотизировал его сильнее. Лёня пригнулся за створкой шкафа, торопливо натягивая треники. — Что за порода? — не поворачивая головы, спросил вампир. — Мейнкун. — Огромный... — Антон нахмурился, будто разгадывал ребус. — Мягкий? — Потрогаешь — узнаешь. — Не подпустит. — Блондин подпер щеку ладонью. — Даже близко не подойдёт. — Почему? — Лёня захлопнул шкаф, недоумённо моргая. — Чует, что я... — вампир наконец перевёл взгляд, глаза стали стеклянно-холодными. — Звери всегда знают. Страх рождает агрессию. Лёня внезапно вспомнил, как во время командировки они с Антоном столкнулись с хозяином и собакой. Пёс, выскочив из-за угла, залился яростным лаем, рванувшись в их сторону. Тогда шатен решил, что животное просто испугалось, но теперь понял: пёс чувствовал угрозу. Антон же, притворяясь беззаботным прохожим, извинился перед мужчиной: «Всё в порядке, мы уходим!» — и увёл Лёню за рукав. — Как спать будем? — Блондин откинулся на подушки, разведя руки в стороны. Улыбка скользнула по его губам. Лёня заколебался. Выгнать его? Но сил не было — ни моральных, ни физических. Крохотная однушка не оставляла выбора: второй матрас пылился в родительской квартире с тех пор как он переехал. — Надеюсь, ты привык к тесноте, — пробормотал он, представляя роскошную кровать Антона где-нибудь в замке с колоннами. Вампир кивнул, залез под одеяло и похлопал по свободному месту у стены. Лёня щёлкнул выключателем, перешагнул через блондина и, кутаясь в свой край покрывала, отвернулся лицом к обоям. Антон повернулся к нему, положив остывшие ладони на спину шатена. Лоб упёрся в затылок. — Что ты делаешь? — Лёня полуобернулся, нахмурившись. — Слушаю, как бьётся сердце... Это успокаивает. — Голос звучал приглушённо, будто сквозь сон. — Ладно... — Шатен снова уткнулся в стену. Его пунктик, — мысленно махнул он рукой. Антон всегда так — то руку на грудь положит, то ухо прижмёт, будто ловит эхо жизни. Лёня проснулся один, обнимая кота. В комнате не было и намёка на вампира. Надежда, что Антон ушёл, разбилась о звуки со стороны кухни — кто-то грохотал посудой. Мужчина сел, потирая ноющие плечи. На тумбочке лежали таблетки от головной боли и минералка. Голова, вопреки ожиданиям, не гудела, но горло пересохло, будто он глотал песок. Схватив бутылку, он сделал несколько жадных глотков. Кот, потянувшись во весь рост, спрыгнул и направился к кухне. Антон стоял у плиты в нелепой позе: одна нога на полу, другая — поджата под колено. Деревянной лопаткой он помешивал что-то на сковороде, напевая под нос бессвязную мелодию. Пар поднимался к потолку, когда он поднёс ладони над блюдом, словно пытаясь согреть их. Кот, изогнувшись дугой, проскользнул мимо вампира к миске и принялся хрустеть кормом. Антон, услышав звук, присел, наблюдая за питомцем. Вампир протянул руку к коту, но тот ответил шипением, выставив когтистую лапу. Антон дёрнулся назад, обиженно надув губы. — С животными у тебя не складывается, — Лёня не сдержал усмешку, прикрыв рот кулаком. Антон резко обернулся: — Проснулся? Как самочувствие? — Плечи... болят, — буркнул шатен, избегая взгляда. — Как именно? Мышцы? Укусы? Тянет? — блондин засыпал вопросами, вертя лопатку в руке. — Просто болят! — Лёня махнул рукой. Слишком рано для треша от вампира. — Ладно, умойся. Завтрак через пять минут, — Антон потянулся, выгибаясь как кошка, и снова зашуршал лопаткой в сковороде. — Шевелись! Лёня зашел в ванную, удивлённо оглядываясь. Ни следа крови, ни груды одежды — всё сияло чистотой. — Он и прибраться успел? Интересно, во сколько встал… Шатен стоял перед зеркалом, механически водя щёткой по зубам. Из-под футболки выглядывали фиолетово-жёлтые пятна — немые свидетельства вчерашнего безумия. Притвориться, будто ничего не было, не выйдет. Он оттянул воротник, приблизившись к стеклу. Затянувшиеся ранки-точки уже не кровоточили, но жгли при каждом движении. — Пять укусов… — пробормотал Лёня, касаясь пальцем следов на шее. Интересно, если бы на нём оставались синяки, он сейчас походил бы на леопарда. Горечь в голосе сменилась усмешкой. Мысли текли сами собой: Придётся играть по его правилам. Принять всё происходящее как факт. Если вампир захочет в очередной раз им полакомиться, то сделает это независимо от протестов, остаётся только начинать кусаться в ответ — хоть какая-то иллюзия контроля. На кухне вампир накладывал в тарелку рис, поливая его золотистым карри. Аромат кружил голову. — У тебя будто мышь в холодильнике повесилась, — бросил Антон, ставя тарелку перед Лёней. — Мышь? — шатен недоумённо моргнул, кивнув на кота, доедавшего завтрак. — Пусто говорю. — Блондин сел напротив, скрестив ноги по-буддийски. — Ты вообще готовишь? — Иногда. Когда есть настроение. Лёня ковырял вилкой в рисе. Блюдо выглядело идеально, но сомнения глодали: — Ешь, не отравишься. — будто услышав мысли шатена произнёс блондин. — Ты умеешь готовить? — Конечно.— Антон самодовольно выпрямился. — Дочь-то дома растёт. Не кормить же её фастфудом. — Но как ты понимаешь вкус? — Много лет практики, — Вампир махнул рукой, будто отмахиваясь от сомнений. — в бессмертной жизни есть свои плюсы. Сочетания, пропорции… Вкус уже не важен. Лёня, преодолев сомнения, подцепил вилкой рис с овощами и отправил в рот. Вкус оказался неожиданно насыщенным — пряное карри идеально сочеталось с мягкой текстурой. Он даже прищурился от удовольствия, хотя готов был к худшему. — Вообще, у меня предложение, — Антон не отрывал взгляда от кота, вылизывавшего лапу. — Какое? — пробурчал шатен, разжевывая еду. Блондин повернулся, глаза сверкнули азартом: — Взаимовыгодный обмен. Ты кормишь меня кровью, я — тебя ресторанами. И защищаю от других вампиров. Лёня поперхнулся, едва не выронив вилку. Антон вскочил, налил воды в стакан и протянул его. Шатен осушил залпом, чувствуя, как жидкость гасит жжение в горле. — Защита? От кого? — выдохнул он, всё ещё хрипя. — Ты вчера орал про вампиров на весь район, — вампир прыгнул на столешницу, болтая ногами, как ребёнок. — За тобой могут придти из Дома. А они... не такие терпеливые, как я. — И если я откажусь? — Лёня стиснул стакан, костяшки пальцев побелели. — Я наблюдатель, а не телохранитель, — Антон развел руками, игриво надув губы. — Вмешиваюсь только если... — Ты уже вмешался! — шатен врезал кулаком в стол, заставив задрожать тарелки. — Твой яд превращает всё в цирк! Вампир откинулся назад, будто избегая удара, но усмешка не сходила с его губ: — Не знаю, — он повёл плечами, — я считаю это приятным бонусом. — Приятным, блядь, бонусом? Ты сейчас серьёзно? — голос начал подниматься постепенно срываясь на крик. Антон вскинул брови, его лицо озарилось лукавой улыбкой, будто он только что разгадал забавную загадку. — Именно! — протянул он, расхаживая по кухне. — Из-за того, что я не лезу в твою голову, я не знаю что там происходит. Непредсказуемость... Это так волнительно!— Он провёл рукой по столешнице, оставляя след на запотевшей поверхности. — А ещё твои эмоции — как глоток свежей крови. Чувствую себя... обновлённым. Словно тридцать лет проспал. Лёня сжал вилку так, что костяшки побелели. Губы дрогнули, но слова застряли в горле. — То есть... — выдохнул он, пытаясь совладать с яростью. — У меня вообще есть выбор? Вампир грациозно спрыгнул с кухонного гарнитура, словно акробат со снаряда. — Конечно. — Его голос звучал сладко, как сироп. — Я же не изверг. Кстати, одолжу твой свитер? Верну в офисе. — Делай что хочешь, — буркнул Лёня, глядя в окно, где дождь стучал по подоконнику. Антон кивнул, скрывшись в прихожей. Хлопок двери отозвался эхом в пустой квартире. Лёня замер, прислушиваясь к тишине, нарушаемой лишь тиканьем часов.