Секрет моего начальника

Все выходные после визита вампира Лёня провёл в мучительных раздумьях. Предложение Антона казалось двойственной ловушкой: защита от сородичей и гастрономические туры по ресторанам в обмен на кровь. Заманчивее всего звучала перспектива спокойной жизни без ежедневного страха. Однако поведение блондина последние недели сводило с ума — тот намеренно выводил его из себя, будто испытывая на прочность. Иногда Лёне даже казалось, что он заслужил возможную расплату. «Сам виноват — не надо было орать на всю улицу, в такси, в ресторане...» Сомнения грызли сильнее. Антон говорил о защите так буднично, словно речь шла о заказе пиццы. Что это конкретно значит? Дипломатические переговоры? Сокрытие следов? Или... устранение угроз, как он сам однажды обмолвился? А как же девочка, которую вампир называет дочерью? Если Антон готов убивать ради своих целей, почему тогда не пожертвует ими двумя ради собсвенной безопасности? Хотя их отношения казались искренними — в редкие моменты, когда Лёня становился свидетелем их общения, Антон преображался. Его обычная хищная ухмылка сменялась тёплой улыбкой, а голос Анжелики всегда звучал радостно и живо. Мысли кружились воронкой, нарастая гулом в висках. Призрачный шанс на продление жизни маячил перед глазами, но слишком многое оставалось туманным. «Неужели за мной — заурядным офисным планктоном — кто-то может придти?» Возмущала и манера Антона бросать предложение как случайную реплику, не удосужившись объяснить детали. Хотя, возможно, вампиру и не нужен был ответ — он словно играл в кошки-мышки, наблюдая за метаниями жертвы. Отдельная путаница царила в чувствах. Отвращения к вампиру Лёня не испытывал — лишь смущение при воспоминаниях об их странной близости и странное раздражение. Антон мастерски балансировал на грани: двусмысленные шутки, провокационные намёки, но без прямого давления. Это сбивало с толку. Шатен всегда представлял рядомс собой девушку в будущем, но теперь... «Действительно ли меня привлекают мужчины? Или это последствия яда?» Ответа не было, но отсутствие отвращения к своим мыслям странно обнадёживало. В полупустой столовой Лёня нервно переминался с ноги на ногу, разглядывая скудный ассортимент. Виноват был сам — вкуснейшее карри, приготовленное вампиром, он слопал за выходные, не оставив ни крохи на обед. — Ты тоже здесь? Не ожидал встретить тебя в такое время в столовой! — Девушка из соседнего отдела повернулась к нему с неестественно-лучезарной улыбкой. Пустой взгляд выдавал марионетку. Лёня тут же принялся взглядом искать вампира. — Если ищешь меня, то я у входа. Руковод по общественности уговорил перекусить вместе, — механически произнесла она, указывая на Антона. Блондин прислонился к стене, притворяясь занятым разговором по телефону. Театральность жеста заставила Лёню усмехнуться. — Кстати, ты решил насчёт моего предложения? — голос девушки прозвучал синхронно с движением губ вампира. — Ещё нет, — шатен бросил взгляд на Антона, ожидая реакции. — Ох, — синхронно вздохнули оба, создавая сюрреалистичный дуэт. — И сколько времени тебе нужно? — Не знаю. Ты всё подаёшь вперемешку — мне нужно разложить по полочкам. — Ладно, — девушка пожала плечами, повторяя жест вампира. — Но помни — время не резиновое. Загляни ко мне, когда освободишься. — Антон «завершил звонок» театральным жестом и направился к столу руководства, где уже сидела Катя из бухгалтерии. Та, чью кровь он пил на прошлой неделе, бесстыдно разложив её на своём столе в кабинете. Она кокетливо наклонилась к нему, положив руки на стол. «Раздражает», — мелькнуло в голове Лёни прежде, чем он успел осознать эмоцию. ** — Наконец-то закончил! — Лёня потянулся, удовлетворённо хрустнув суставами. Его тень на стене качнулась, повторяя движение. Вика, уткнувшись лбом в стопку документов, мрачно буркнула: — Тебе повезло. А мне ещё сверку мучать... Ненавижу эту беготню между строк. Она жестом отбросила прядь волос, словно пытаясь смахнуть и саму рутину. — Да брось, это же проще пареной репы, — Лёня откинулся на спинку кресла, заложив руки за голову. — Знаю! Но когда цифры пляшут перед глазами... — Девушка внезапно осеклась, оглядев пустующее место соседа. — Кстати, где Дима? — Не в курсе. Вроде куда-то срочно пошёл... — Шатен встал, поправляя мятую рубашку. — Ладно, мне к Антону Владимировичу надо зайти. Вика оживилась, подперев щёку ладонью: — О, как всё прошло , когда вы уехали? Ты ж его обзывал всяко... Как, кстати, отреагировал? Не устроил разнос потом? Лёня резко отвел взгляд, пальцы непроизвольно сжали край стола. — Да нет... Такси вызвал, до квартиры довёл. Всё цивильно. — И слава богу! А то твой перл про "кровопийцу" — хихикнула она, не замечая, как собеседник напрягся. — Ага, очень смешно, — пробормотал он, чувствуя, как жар поднимается к ушам. — Пойду, а то опоздаю. У кабинета начальника шатен замер, услышав глухой удар. Через дверь прорвался голос Антона, металлический и резкий — необычный для его обычно бархатного тембра: — Назови хоть одну причину, по которой я должен перед тобой отчитываться! Прежде чем Лёня успел постучать, последовало сухое: "Войдите". Внутри Дима, упёршись ладонями в стол, нависал над вампиром. Его взгляд, полный немой ярости, сменился каменной маской при виде вошедшего. — Ты всё ещё здесь? — Антон провёл ручкой по бумагам, будто вычёркивая само присутствие подчинённого. — У тебя ещё много работы. Сопротивляясь свинцовой тяжести в ногах, Дима выпрямился. Его плечо нарочито толкнуло Лёню при выходе, оставив в воздухе шлейф невысказанных угроз. — Как вовремя ты пожаловал... — Блондин разжал кулак. Обломки ручки со звоном упали в урну. Новая канцелярская принадлежность появилась в его пальцах, словно по мановению волшебной палочки. — Что случилось? — Шатен невольно шагнул назад, наблюдая, как ручка в руках вампира описывает яростные круги. — Мелочь. Некто решил, что может сувать свой нос в чужие дела. — Антон снял очки, резко проведя пальцами по переносице. Вдруг его взгляд упал на пакет у ножки стола. — Ах да... Твои вещи. Лёня машинально принял пакет. Внутри проглядывала знакомая кофта — та самая, в которой он когда-то постоянно ходил в школу. — Всё в порядке? Можно идти? — Он метнул взгляд на дверь, где секунду назад висел гнев Диминого ухода. — Решение принял? — Антон не поднял головы, заполняя документы с безупречным каллиграфическим почерком. — Я же говорил — мне нужно... — Надо решать.— Ручка замерла. — Ты вообще слышишь себя?! — Лёня швырнул пакет на стул, голос сорвался на крик. — Я не могу просто вот так взять и дать тебе ответ. Ты вообще это просто вкинул и ушел через пять минут. Если для тебя это всё так просто, то для меня нет. Я не понимаю, что ты подразумеваешь под защитой, не знаю как часто вообще всё будет происходить и вообще ничего не знаю ни о тебе, ни о твоих потребностях, ни о чём не знаю, так вообще не делается... Кабинет погрузился в тишину. Антон медленно отложил ручку, сложив руки домиком. — Ты... хочешь обсудить условия? — В его интонации зазвучало неподдельное удивление, будто кто-то попросил расшифровать законы гравитации. — Да, чёрт возьми! Как нормальные люди — без игр, подколов и этой твоей... вампирской театральщины! Уголок губ блондина дрогнул. Он достал ежедневник с серебряной застёжкой, бросив беглый взгляд на расписание. — Хорошо. Сегодня после работы. Подумай, куда хочешь пойти. Хотя нет, я сам подберу.— Палец указал на дверь, где исчез Дима. — А пока можешь быть свободен. — Антон снова уткнулся в бумаги продолжая в них что-то записывать. Выйдя из кабинета, Лёня задержался у двери, вновь заглянув в пакет. На дне, под знакомой школьной кофтой, белела упаковка с рубашкой премиального кроя. К ней была приколота записка с изящными завитками: "Если неудобна или мала — скажи. Подберу другую". Шатен провёл пальцем по бархатистой бумаге, отмечая контраст между каллиграфией Антона и собственным почерком — тем корявым ребяческим почерком, что преподаватели в университете называли "врачебным". "Дворянское воспитание, должно быть... Или триста лет тренировки", — мелькнула ироничная мысль. В аудитории царила гнетущая атмосфера. Дима яростно долбил по клавиатуре, будто выбивая код своей злости. Его взгляд, острый как бритва, впился в пакет, едва Лёня переступил порог. — Что в пакете? — спросил он сквозь зубы. Пальцы зависли над клавишами, словно готовые вцепиться в горло. — Одежду... Антон Владимирович вернул то, что брал. — Лёня непроизвольно прижал свёрток к груди. В памяти всплыли картины прошлой недели из-за чего испортилась одежда вампира. — Ты... одалживал начальнику свою одежду? — Вика приподнялась в кресле, заинтригованно прищурившись. Её голос звенел как колокольчик, нарушая напряжённую тишину. — Это какую же форс-мажорную ситуацию надо устроить, чтобы... — Меня укачало! — выпалил шатен, чувствуя, как горит шея под воротником. — В такси. Он... помог привести себя в порядок. Дима медленно повернулся, в его взгляде читалось холодное любопытство хищника, учуявшего слабину. — И много ты ему всего "одолжил"? — Тягучий вопрос повис в воздухе, обрастая неприличными подтекстами. — Только то, что испачкал! — Лёня резко рванул к своему столу, спотыкаясь о ножку кресла. Послышалось сдавленное хихиканье Вики и едкий шёпот: "Ну ты даёшь, кровопийцу своего в штаны наряжал..." Пакет с подозрительным шуршанием опустился в ящик. Шатен уткнулся в экран, мысленно отмечая странную деталь — рубашка в упаковке была его размера. "Неужели специально подобрал? Посмотрел размер у старой..." Даже эта мысль заставила его ёрзнуть в кресле, будто воротник внезапно стал тесным. Оставшийся день тянулся мучительно. Мысли о предстоящем разговоре с вампиром накатывали волнами: «Как он отреагирует на отказ? А если соглашусь — что тогда?» Голова гудела от тревоги, а тяжёлый взгляд Димы, будто буравчик впивавшийся в спину, лишь усиливал напряжение. — Лёнь, — щелчок пальцев у самого уха заставил вздрогнуть. Вика, облокотившись о его стол, махнула в сторону двери, где Дима замер словно тень. — Рабочий день кончился. Идём? Шатен машинально взглянул на часы: — Вы идите. Мне ещё пару страниц допечатать. Девушка замялась, сжав в руках сумку. Казалось, она хотела что-то добавить, но, бросив взгляд на Димину холодную маску, лишь вздохнула: — Не задерживайся. Лёня соврал. В который раз. С тех пор как в его жизни появился Антон, ложь словно въелась в кожу. Он притворился, что роется в бумагах, пока за спиной раздался лёгкий стук каблуков. В кабинет вошёл вампир. Безмолвный, как всегда. Его пальцы постучали по дверному косяку: — Собирайся. Они молча спустились к машине. Лёня нервно перебирал пряжку ремня, краем глаза отмечая, как Антон поправляет зеркало заднего вида с хирургической точностью. «Если ресторан — часть сделки, не потребует ли он платы сразу?» Мысль вырвалась сама, прежде чем он успел её обуздать: — Я ведь не должен платить тебе кровью за этот ужин? Вампир даже не повернул головы, сверяясь с навигатором. — Нет. — Губы дрогнули в полуулыбке. — Сегодняшний разговор на нейтральной территории. Чтобы ты взвесил всё без давления. А что? — голос вампира вдруг стал игривым, — Боишься, что я перекушу тобой за десерт? Пока не голоден. Последнее замечание висело в воздухе абсурдной нотой, но Лёня почти предвидел его — Антон обожал такие колкости. Шатен громко цокнул языком, уткнувшись лбом в холодное стекло. За окном мелькали незнакомые переулки, словно город нарочно запутывал следы — Мы точно не едем к тебе в логово? — не выдержал он, следя, как тени фонарей скользят по профилю вампира. — Или в какой-нибудь подвал с каменными гробами? Антон лишь провёл пальцем по рулю, машина свернула на мост, и вода под ними вспыхнула отражением старых фонарей. — Там есть трюфельное ризотто, — наконец произнёс он, будто это объясняло всё. Лёня сглотнул, внезапно осознав, как гулко стучит его сердце. То ли от страха, то ли от предвкушения. Когда машина наконец остановилась, Лёня выдохнул с облегчением. Вместо пустыря за окном мерцала оживленная улица — фонари бросали золотые блики на тротуар, а прохожие смешивали голоса в вечерний гул. Антон, обойдя капот, открыл дверь со старомодной галантностью, жестом приглашая шатена войти первым. Администратор у стойки встрепенулся, будто почувствовал их приближение на уровне инстинктов. — Добрый вечер! У вас забронирован столик? — На имя Демидова Антона, — вампир шагнул вперёд. Мужчина пробежался пальцем по списку в журнале, кивнул и, взяв два кожаных меню, повёл их вглубь зала. Они миновали полукруглые диваны с влюблёнными парами, столики с деловыми людьми, сливающими секреты в бокалы вина. У дальней стены администратор остановился у неприметной двери, открыв её лёгким толчком плеча. Комната оказалась крошечной — словно капсула, отрезанная от внешнего мира. На столе с тяжёлой льняной скатертью сверкали хрустальные бокалы, а единственная лампа бросала тени на стену. Лёня опустился на стул, чувствуя, как обивка кресла мягко обволакивает спину. Всё здесь — от тишины до приглушённого звона посуды за стеной — казалось сюрреалистичным продолжением вампирской игры. — Ознакомьтесь с меню, — администратор коснулся едва заметной кнопки в центре стола. — Когда решите что выбрать или затруднитесь с выбором, просто нажмите вызов: к вам подойдёт один из наших официантов. — Он исчез так же бесшумно, как появился, щёлкнув замком. Лёня провёл ладонью по холодной поверхности стола, пытаясь вернуть себе ощущение реальности: — Зачем отдельная комната? Антон развернул меню, и свет лампы выхватил его профиль: — Знаешь, что происходит с теми, кто случайно слышит наши секреты? — в ответ Лёня мотнул головой, — Я уже говорил, вампиры не любят свидетелей. К тому же, думаешь, соседям за равиоли это будет интересно? Ответ звучал логично, но шатен ёрзнул на стуле. Он всё ещё не привык, что вампирские тайны стали частью его будней — будто кто-то вывернул обычную жизнь наизнанку, обнажив швы из мифов и крови. Антон аккуратно подтолкнул меню к Лёне, его пальцы замерли на кожанной обложке. — Пока можешь расслабиться и выбрать что-нибудь. — Его голос звучал спокойно, но в уголке губ дрожал едва заметный намёк на усмешку. — Как надумаешь задавать вопросы — начинай. Лёня неохотно взял меню, листая страницы с излишне вычурными описаниями блюд. — А ты сам не мог бы начать объяснять? — спросил он, нарочито громко шурша бумагой. — Или любишь держать паузу, как злодей в плохом сериале? Вампир откинулся на спинку стула, сложив руки на груди. — Я не телепат, чтобы угадывать твои страхи. — Он провёл пальцем по краю бокала в водой. — Но обещаю: на любой вопрос о договоре отвечу честно. Шатен глубоко вздохнул, остановив взгляд на непонятном названии: — Ладно… Первый вопрос: как часто будут эти… кормёжки? — Раз в неделю, — Антон приподнял бровь, его губы искривились в полуулыбке. — Думаю, мне этого будет достаточно, при условии, что я не стану пренебрегать животной кровью. — Он щёлкнул ногтем по хрустальному бокалу, и звон прокатился по тишине. — Утоляет жажду, но не даёт наслаждения. — Животной? — Лёня поднял глаза, нахмурившись. — Да. Ту самую, что пью из пакетов с трубочкой в офисе. — Блондин неожиданно рассмеялся, звук получился резким, как скрип веток по стеклу. — Подожди, неужели думал, что там человеческая? Её не так уж и просто достать знаешь ли, а если и появляется, то она расходится как горячие пирожки. — Ты поэтому с таким рвением хватаешься за любою возможность полакомиться мной? — Безусловно, голос Антона звучал ровно, как лекторский. — Человеческая кровь лучше напитывает, этого не заменишь животной. Это всё равно что сравнивать домашний обед с фастфудом. — Он слегка наклонился вперёд, пальцы переплетаясь на столе. — Молодые сородичи называют это варварством, но большинство из них просто следуют моде. Они не пробовали настоящего и осуждают то, чего не понимают. Лёня подавил дрожь в руках, тыча пальцем в случайное блюдо. Аппетита не было, но выбирать было необходимо — хотя бы для видимости контроля. — И как ты планируешь меня защищать? — спросил он, стараясь не смотреть на вампира. — Сниму восприимчивость к гипнозу. Даже если кто-то попытается тебя завлечь — твой разум останется ясен. — А если нападут физически? Вы же сильнее людей… — Физическая сила — последний аргумент в нашем мире. Слишком шумно, слишком… видимо. — Антон достал телефон, положив его на стол между ними, как оберег. — Но если что-то пойдёт не так, отправь геометку. Приеду быстрее, чем успеешь испугаться. Лёня уставился на телефон, лежащий между ними, как на улику. — Знаешь, твои слова звучат как дешёвый детектив. — Он отодвинул бокал, чтобы случайно не опрокинуть его. — Почему кто-то из твоего… «круга» вообще заинтересуется офисным планктоном? Антон аккуратно поправил манжету, заставляя запонку сверкнуть холодным светом. — Если тебя слышали только люди — спи спокойно. Но если это были мои сородичи… — Его палец провёл по краю тарелки, оставляя едва заметный след. — Они редко упускают повод для драмы. — Тогда зачем мне вообще соглашаться? — Лёня резко откинулся на спинку стула. — Ты даже не можешь сказать, есть ли угроза. Просто суёшь мне «бонусы» как конфетки. Антон откинулся на спинку стула. — Решение остаётся за тобой, — он медленно перевёл взгляд на окно, где танцевали отражения фонарей. — Надеюсь, ты не чувствуешь, будто я… подталкиваю тебя? Лёня нажал на кнопку вызова, не сводя глаз с меню, будто в нём была скрыта подсказка. — Нет. — Голос звучал ровно, но пальцы сжали страницу так, что бумага смялась. — Но ответ нужен до того, как мы закончим ужин? — Разумеется. — Улыбка Антона скользнула, как тень по воде. — Иначе зачем мы здесь? Дверь приоткрылась, впуская официанта с безупречной осанкой. Мужчины прервали разговор, пока юноша, щёлкая ручкой по блокноту, не обратился к ним вежливым вопросом. Лёня назвал первое попавшееся на глаза блюдо. Когда очередь дошла до Антона, добавил, не скрывая иронии: — Ему то же самое. Уголок губ вампира дрогнул — шатен подметил его странную привычку копировать заказы. Пока сервировали стол, тишину нарушал лишь звон посуды. Лёня ловил себя на мысли, что Антон вот-вот сорвётся в поток убеждений — обещания, угрозы, лесть. Но блондин лишь вертел в пальцах нож для стейка, наблюдая, как салфетка на коленях Лёни мнётся в такт его сомнениям. — Пожалуй, я откажусь, — Лёня произнёс ровно, его взгляд скользнул по скатерти, будто изучая узор. — Твои аргументы… совсем не убедили меня. — Он слегка пожал плечами, стараясь сохранить нейтральный тон. — Я не хочу чувствовать будто меня покупают. Антон отложил нож, выровняв его параллельно тарелке. — Хорошо. — Его пальцы внезапно замёрли. — Но... — Лёгкий кашель, словно попытка сбить невидимую преграду. — Мы можем просто общаться? Всё-таки работаем вместе.. Лёня отложил вилку, его взгляд скользнул по изысканной сервировке, но мысли витали далеко от ужина. — Почему просто не стерешь всё? — спросил он, намеренно легкомысленно. — Ты же сам говорил, что ваша братия не жалует болтунов, даже среди вампиров. Разве не проще тебе самому, что я просто не буду знать. Антон нахмурился, он выглядел растерянным, словно впервые задумался над этим вопросом. Он облокотился на руку, сократив расстояние между ними: — Потому что я хочу быть с тобой честен, — сказал он четко, удерживая зрительный контакт. — Память — это единственное, что тебя защищает. Неведенье не спасет тебя от таких как я. — Он слегка наклонил голову, ловя реакцию Лени, — Как ты можешь быть уверен, что твой выбор твой? — То есть, ты сохраняешь мою память ради… своей совести? — спросил Леня, скептически приподняв подбородок. — Возможно... Лёня вздрогнул — в висках зазвенело, будто кто-то ударил по стеклянному колоколу. Голос Антона прорвался прямо в сознание, обходя уши: Встань Прозвучало изнутри, словно эхо в пустом тоннеле. Тело дёрнулось вперёд, но Лёня успел схватиться руками за подлокотники. Под очками глаза на мгновение сверкнули голубыми огоньками и тут же потухли. — Что это было?! — он дышал часто, как после спринта, впиваясь взглядом в вампира. — Демонстрация, — произнёс он, словно комментировал погоду. — Ты случайно узнал о нас. Не я выбрал тебя — так сложились звёзды. Судьба, удача… — Антон махнул рукой, сметая невидимую пыльцу сомнений. — Неважно. Из внутреннего кармана пиджака вампир достал монету. Подбросил. Лёня машинально проследил за блеском металла, но Антон резко сжал кулак, словно ловя пулю. — Ты можешь снова довериться судьбе. Как ты думаешь что там? — блондин смотрел как мужчина сверлил взглядом его кулак. Так и не получив ответ на свой вопрос, продолжил, — Орёл: останешься при памяти. Решка: забудешь обо всём. — вампир разжал руку, монета была смята как бумажный стикер в ладони. — Но я бы хотел предоставить этот выбор тебе. Лёня рассматривал искажённый металл, ощущая знакомое тянущее чувство в лопатках. Именно так болели плечи до всего проиходящего, тогда он списывал всё на переутомление. Теперь же тело будто вспоминало забытое — каждый нерв звенел тревогой. Но что двигало блондином? Желание искупить собственную вину или странная форма милосердия, недоступная ему самому? — А у тебя... был выбор? — Слова вырвались прежде, чем мозг успел их отфильтровать. — Скажем так... — Антон положил деформированную монету на стол между ними, — тогда было другое время и другая ситуация. В любом случае, я не собираюсь лишать тебя памяти против твоей воли. Это решение ты должен принять сам. У меня достаточно времени чтобы ждать твой ответ. Тишина после этих слов обрела плотность .В комнате стало тихо настолько, что слышался скрип стульев при каждом движении. Лёня чувствовал, как время разделилось на "до" и "после". — А если я никогда не решу? — Значит, так тому и быть. Лёня взглянул на тарелку с остывшим стейком. Нож скрипел по корочке, кроша зажаренный сыр. Антон методично резал свою порцию на одинаковые кубики, но не подносил вилку ко рту — просто складывал мясо в аккуратный ряд у края тарелки. За дверью приватной зоны не было слышно даже шагов — звукоизоляция превратила мир в вакуум.