свет сквозь дождь

— Я захватила шампунь, чай и плед, но забыла зарядку от ноутбука. Всё, мы обречены, — Мила с шумом опустилась на пол между коробками, обняв подушку. Лера, вся в пыли и с растрёпанным хвостом, рассмеялась и плюхнулась рядом. — Ты драматизируешь. У нас есть чай и подушка — мы почти аристократки. Пауза. — Ну, в стиле очень бедных аристократок с матрасом на полу и пыльной люстрой над головой. Они только что перевезли свои вещи в крошечную, но свою квартиру. Однокомнатную, с облупленной стенкой на кухне и видом на крыши. Но здесь были их кружки, их книги, и две пары кроссовок у входа — рядом. Не по гостевому. По-настоящему. — Ты точно не передумала? — спросила Мила, спрятавшись носом в плед. — Я ведь… шумная, нерешительная. Иногда сплю поперёк кровати. Иногда реву без причины. — А я пью кофе литрами, оставляю носки в самых странных местах и разговариваю со своим растением. Ты всё ещё со мной? Мила посмотрела ей в глаза и чуть-чуть кивнула. — Да. — Значит, всё правильно, — Лера накрыла её ладонь своей. — Дом — это не стены. Это когда ты можешь быть собой и знаешь, что тебя не прогонят за это. А я — не прогоню. Первые дни были как сон. Они красили стены — белой краской с разводами, чтобы скрыть пятна и ошибки. Вешали фотографии, заваривали лапшу в одной кастрюле, спорили, где будет стоять диван (и в итоге поставили туда кота соседа, который почему-то решил, что теперь живёт у них). Были и ссоры — из-за еды, будильников, мокрых полотенец на стуле. Были и слёзы — когда Мила в один вечер просто заплакала, потому что устала быть «взрослой». Но в те ночи Лера всегда обнимала её крепко и говорила: — У нас всё получится. Даже если сразу нет — мы научимся. Спустя неделю, проснувшись рано утром, Мила встала и прошлась босиком до кухни. Окно было открыто, на подоконнике — чашка Леры. Воздух пах кофе, теплом и чем-то новым, родным. Она подошла к зеркалу, посмотрела на своё отражение — взлохмаченная, в Лериной футболке, с утренним лицом. И вдруг прошептала: — Это мой дом. Мы — дома. Лера появилась в дверях, заспанная, с книгой в руке. — Ты с кем разговариваешь? — С собой. — О чём? Мила повернулась к ней и улыбнулась. — О том, как это странно и счастливо — просыпаться, зная, что тебя ждут. Что ты — часть чего-то настоящего. Лера подошла, обняла сзади и положила подбородок на плечо. — Запомни это. Это и есть жизнь. Не идеально — но вместе.