Кровавыми следами по сгоревшей земле

Тринадцать лет назад предыдущий Аватар, Корра из племени воды, под конец своей жизни сошла с ума. Причиной стал яд, постепенно отравляющий её тело. В момент схватки с представителями двух главенствующих мафиозных семей, Натаном Веснински и Тетсуи Мориямой, она потеряла единство с самой собой, вошла в состояние Аватара и погибла. Натан выкачал из неё кровь магией воды, а Тетсуи нанёс смертельный удар молнией в сердце. В тот же момент, как тело Аватара Корры коснулось земли, испустив последний вздох, произошло три сильнейших взрыва. Прилёт кометы Созина и открытые порталы поспособствовали выбросу огромной энергии, что нарушила баланс портала в мир духов в Республиканском городе, вызвав его взрыв. Взрывная волна накрыла всю планету, задев и другие два портала, после чего произошло еще два взрыва на разных концах планеты. Все порталы были уничтожены, хотя Республиканский город пострадал меньше всего. Никто не мог точно это объяснить, ведь первый взрыв пришелся именно туда. Кто-то говорил, что духи не хотели осквернять место гибели последнего Аватара, кто-то – что первый взрыв был менее разрушительным, так как третий портал был искусственно созданным. Теорий же было намного больше. Руины города были более пригодны для жизни, чем то, что осталось от Страны Огня, Королевства Земли, храмов воздуха и, тем более, от племён воды. Ходили слухи, что северное племя выжило, прячась и нося траур по погибшим душам. Однако, по официальным данным, маги воды, что были на обоих полюсах, признаны погибшими и возведены в ряды пострадавших от ущерба, нанесённого Аватаром. В Стране Огня и Королевстве Земли потери были колоссальные, однако были и выжившие, устроившие кровавую резню на руинах империй. Маги воздуха, находившиеся в тот момент вблизи Республиканского города, потерпели наименьшие потери, но их изгнали из единственного уцелевшего храма. Духи исчезли. Никто не знал, ушли они полностью, закрыт ли теперь мир духов или погибли ли вообще, однако единственное, что осталось от них – это лианы, разросшиеся по всему миру. Спустя три недели хаоса и кровопролития, у руля оставшихся в живых граждан Республиканского города встал Кенго Морияма, старший брат Тетсуи, что в тот день навсегда остался хромым на одну ногу. Он и Натан Веснински, ставший главой своего клана в роковой день после смерти своего отца при взрыве и получивший ужасные шрамы от собственноручно созданного льда, что прилетел в него, заключили мир между кланами, и клан Веснински стал ветвью основного клана. Тетсуи отошла роль одного из советников городского совета, состоявшего из приближённых Мориямы, и главы элитного отряда, состоящего лишь из магов и прозванных «Воронами», созданного под видом отряда для урегулирования конфликтов и поддержания порядка, а на самом деле – ручной армии. После налаживания действенной системы власти, на что ушло добрых два года, Кенго пошел дальше. Следующим приказом, нарушившим и так шаткий покой жителей, стал приказ о казни сообщников Народного террориста Аватара Корры, включающих в себя всю команду Аватара, лидера магов воздуха Тензина и всей его семьи, и изъятие новорожденного сына его старшей дочери Джиноры, в ряды «Воронов», за неимением родственников. Приговорённых казнили с помощью магии крови. Натан, ставший Мясником клана, выкачал из их тел всю кровь, после чего из этой самой крови воздвиг статую Кенго Мориямы. Никто не знал, как спустя столько лет статуя не растаяла и тем более не начала вонять больше, чем воняла обычная кровь. Десятилетний Натаниэль монотонно повторял заученную историю их мира Лоле, правой руке его отца, пока слуги его семьи мельтешили вокруг него, подготавливая молодого, младшего, господина к вступлению в младший отряд Воронов. Сегодня он впервые встретит своего партнера, сегодня он во всеуслышание обретет брата и поклянется вместе с ним в верности клану. Лола сидела на мягком кресле и кивала в такт монотонному голосу ребенка, улыбаясь маниакальной улыбкой. Натаниэль знал, что хоть одно неправильное слово, одна запинка с его стороны, и ему добавят ещё несколько шрамов к уже имеющимся, поэтому всё в его словах, движениях, даже дыхании сначала полностью обдумывалось. Любовь этой женщины к режущим, металлическим предметам была столь велика, что Натаниэль иногда сомневался в том, что она маг огня. Хотя татуировка прямо по середине её лба, бывшая визитной карточкой всех магов взрыва, четко и быстро напоминала ему об этом. Иногда Натаниэль думал, что ей бы больше подошла земля. Не сама стихия, а её подвид: Лола явно любит металл больше взрыва. Она объяснила это четырёхлетнему Натаниэлю когда-то, что во время использования своей родной магии она всегда чувствует омерзительное пульсирование и мерзкие ощущения. «Будто под моей кожей, прямо ко лбу бегут сотни тараканов», – так она это объяснила. Натаниэль пришёл к выводу, что это и правда мерзко, когда, в желании показать каково это, Лола закрыла его буквально в гробу с сотнями насекомых. После этого случая Натаниэль зарекся больше никогда и ничего не спрашивать, по крайней мере у приближенных людей отца. – Это приемлемо, – кивнула Лола, когда он закончил свой рассказ. – Благодарю за оценку моего рассказа, это высшая степень награды для меня, Леди Малькольм, – опять же заучено-монотонно отозвался Натаниэль. – Младший, брось, сегодня твой последний день в родном имении, можно ведь хоть немного расслабиться и назвать меня мамой? – от её тона, звучащего так, будто она разговаривает со смертником, пошли мурашки по коже. Его мать убили, когда ему было пять. Она пыталась сбежать с Натаниэлем на руках, однако даже не успела покинуть лес, находившийся на участке их имения. Точечным броском клинка её убил Ромеро, брат Лолы. Натаниэль был рад: в худшем случае ему бы пришлось смотреть, как это делает Натан. – Отец позволил мне оставить за собой право скорбеть по родной матери и не звать тебя своим родителем в память о ней, – так же ровно ответил Натаниэль. Это была та территория, где он выигрывал. В доме, где действует правило «запрещено всё, что не разрешено», это было чуть ли не единственным козырем. Разрешение Натана было больше из пофигизма, чем из каких-либо других чувств, но Натан был человеком слова. Раз позволил, то так тому и быть. И хотя Лола уже являлась законной супругой (Натаниэль почти уверен: будь их воля, это было бы в тот же день, когда умерла мать, но увы, по правилам отец два года носил траур, хотя дома ходил в эти два года исключительно в белом, с пятнами крови), Натан оставил за Натаниэлем право решать, как звать Лолу. Лола хмыкнула, явно раздражённая из-за проигрыша в споре, однако сменила тему: – Давай повторим иерархическую систему Воронов, – приказала она, снова принимая расслабленную позу. У Воронов довольно сложная иерархическая система. Она основана на парной системе, что с первых слов могло показаться довольно лёгким в плане понимания, однако чем больше ты пытаешься вникнуть во всё это, тем больше кипят твои мозги. Начиная от кровавых ритуалов, призванных полностью скрепить двух людей узами братства, и заканчивая тем, что после этого от тебя ждут отрешённого отношения ко всем остальным членам твоей прошлой семьи. Это по большей части было направлено на то, чтобы маги, родившиеся в семье, где никто не обладает магией, не ассоциировали себя с этим грязным обществом. Человек, который стал твоим партнёром, считается частью тебя, а это значит, что и огребаете вы вместе. Похвала как таковая отсутствует в гнезде, расположенном на острове магов воздуха, в городе, давно утратившем свой прекрасный вид. Старшее поколение описывало Республиканский город как величественный и прекрасный город, однако сейчас от него остались только руины. Да, мелкие домики не пострадали, были даже два небоскрёба, что остались целы, но если смотреть на общую картину, то город уж точно нельзя назвать прекрасным. – В основном составе Воронов 178 человек и 34 человека состоит в младшем отряде, – отрапортовал Натаниэль, – Их положение в иерархии зависит от их номера: чем дальше от единицы, тем менее важный это член иерархии. – Твой номер? – скучающе уточнила Лола просто для галочки. Даже слепой, глухой и немой человек знал бы, какой у Натаниэля номер, и это заслуга Натана. То, с какой напускной гордостью он объявлял это на светских балах, а после с каким гневом выбивал его на коже Натаниэля... Напоминание об этом могло привести в трепет. - Третий, – ответил Натаниэль и дёрнулся от того, что служанка уколола его иглой в шею, пытаясь подогнать ворот рубашки, – Первый – Рико Морияма, второй сын его величества Кенго, второй – Кевин Дэй, сын ныне покойной Кейли Дэй, воспитанник господина Тетсуи и партнёр Рико. – На опережение ответил Натаниэль на ещё не озвученный вопрос. – Что означает твой номер? – хмыкнула Лола, положив глаз на ту служанку, что уколола Натаниэля. Малькольм ревностно охраняла свою территорию и не любила, когда кто-то недостойный имел шанс увидеть секундную вспышку боли. Это Лола хотела оставить лишь за собой и ещё парочкой приближенных. Служанке до утра не дожить, понял Натаниэль. – Что я в свите приближенных к Рико людей. Все, у кого номерами являются цифры, а не числа, входят в состав свиты и имеют свои привилегии, а также являются единственными, имеющими возможность оставить за собой право остаться в семье, без полного ухода из неё, – месть Лолы оказалась быстрее, чем он думал. Лола подошла и просто перерезала горло служанке, заслужившей до этого себе её внимание. Раздались охи и ахи, у кого-то даже пошли слёзы, слуг то в комнате было много. Натаниэль скучающе посмотрел на мёртвое тело, критически осмотрел себя и свою заляпанную кровью одежду. Устало вздохнув, Натаниэль напряг пальцы, подчиняя себе алую жидкость на своей одежде и приказывая ей двигаться за своей рукой, очищая белоснежные одежды от рубинового оттенка. Магия крови, как бы то ни было, была практична, и Веснински это признавал. Причём что старший, что младший, но применение этой магии у них было разное: старший видел в ней лишь инструмент, помогающий ему внушать страх, а младший научился лечить себя и других от болезней, которые не могли вылечить другие целители, хотя и причинять боль он тоже мог. С таким отцом, как Натан, это было неизбежно. – Всё готово, ждём только вас, – в комнату без стука вошёл Ромеро. Увидев мёртвое тело, он лишь хмыкнул и поторопил их, выходя обратно. – Приберите здесь, – бросила Лола и, взяв под руку Натаниэля, пошла к выходу. Они жили в довольно крупном доме рядом с одним из уцелевших небоскрёбов, так как Морияма хотел держать своего мясника всегда поблизости. Хоть их дом и находился в центре города, их участок был огромен. Трёхэтажный дом, задний двор с садом цветов, бассейном и огромный лес, простирающийся на огромную территорию, и всё это опоясывал высокий бетонный забор с металлическими шипами поверху. Роскошь среди бедности и смертей – так это описывали обычные люди. И были правы на самом деле. Натаниэль сам лично видел, как однажды один человек убил другого за рубашку Натаниэля, которую выкинули, ведь она стала ему мала. Когда он, ещё слишком маленький для понимания всего, происходящего, поделился этим наблюдением с отцом, они стали сжигать вещи, чтобы эти упыри не носили вещи, которых недостойны, так это объяснял сам Натан, а Натаниэль за то, что заметил данную оплошность, был поощрён целым подносом различных сладостей. Стоит ли говорить, что кусок ему в горло почему-то не лез? На выходе из особняка, их уже ждали Ромеро и Джексон рядом с атомобилем. Опять-таки, один из видов неописуемой роскоши. Сев каждый на своё место, они отправились в сторону моста, что соединял Гнездо с остальным городом. Проезжая по городу, Натаниэль не смотрел в окно. Всё, что там есть, Натаниэль видел, и с годами это не менялось. Множество бедняков, вымаливающих деньги у дороги, рывшихся в мусорках, дерущихся за объедки и поношенные вещи. Натаниэль не хотел этого видеть, поэтому плотнее задёрнул шторку у своего окна. – Твоим партнёром, – внезапно начал Джексон, – будет Жан Моро, он вроде на год старше тебя или что-то вроде того, будет четвёртым номером. Он сын той сучки, что была казнена с семьёй, маг воздуха, так что вы считай некие диковинки, – хмыкнул Джексон. Вся суть была в том, что маги воды были редкими и шли либо в моряки, либо в медицину, либо в ученики Натана по магии крови; а маги воздуха ушли скитаться, и в городе их не видели, так что да, маги этих стихий были не то что редкими в составе Гнезда, Натаниэль и Жан будут единственными. Все Вороны были исключительно огненными или земляными магами с имеющимися подвидами. Молния и металл встречались часто, намного реже – лава и взрывы. Кевин и Рико, насколько знал Натаниэль, в свои двенадцать лет подчиняли оба подвида своей стихии, хотя татуировку на лбу Рико не носил, предпочитая использовать руки, а не мысли. Чтобы соответствовать, Натаниэля обучали магии воды и льда столько, сколько он себя помнил, а крови – с восьми. Таким образом Вороны пополнятся третьим магом, использовавшим все подвиды своей стихии. – Спасибо за информацию, – кивнул Натаниэль, не заостряя внимания на том, как Джексон узнал об этом, ведь информация о партнёре должна быть засекречена. Его больше увлекло то, что они заехали на мост, а значит, совсем скоро проедут статую Аватара Аанга. Её отреставрировали недавно, и статуя величественно стояла на острове в заливе, между Гнездом и городом. Даже мост сделали так, чтобы он был окружным, так Кенго хотел показать, что люди помнят поступки Аанга для города. Зрелище было действительно величественное, поэтому Натаниэль ненадолго завис, рассматривая её. Он довольно часто замечал за собой, что его тянет к темам, связанным с Аватаром, хотя не придавал этому особого значения. Мало что ли детей восхищаются Аватарами прошлого? Заехав на остров, их с Лолой, которая сегодня будет его сопровождать, так как отец сидит в совете и будет одним из тех, кто примет его клятву, высадили прямо у ковровой дорожки. При их выходе засверкали вспышки фотокамер, репортёры наперебой выкрикивали вопросы. Натаниэль с гордо поднятой головой прошествовал внутрь храма, игнорируя вопросы. Там их встретили слуги Гнезда, которые отвели его в отдельную комнату, дабы подготовиться к церемонии. Мандраж пробивал всё тело, Натаниэль стоял за кулисами сцены, пока господин Кенго выступал с речью. Он уже успел заметить копну чёрных кудрявых волос на другой стороне кулис. Мальчик его возраста, в поношенных вещах, со шрамом на носу и испуганным взглядом серых глаз, блуждающих по зрительскому залу, не замечая Натаниэля. Разница между ними была заметна с первого взгляда. Если рядом с Натаниэлем стояли слуги дома Веснински и Лола с Ромеро, то рядом с мальчишкой стоял лишь один мужчина, внешне напоминающих тех слуг, которые встречали их при входе. Если на Натаниэле были роскошные шелка и прочие дорогие ткани, то мальчишка был в на вид неудобной и грязной одежде. В общем, весь их вид кричал о том, что они из совершенно разных слоёв общества. Впрочем, у Натаниэля нет с этим проблем, он, в отличие от той же Лолы, никогда не считал кого-то хуже или лучше лишь из-за количества денег в его банковской ячейке. Когда наконец объявили их выход, Натаниэль вышел на сцену, впервые за всё это время поймав на себе взгляд мальчишки. Серые глаза заволокла паника и эмоция, которую Натаниэль мог объяснить лишь как стыд. И если панику он мог понять, ведь и сам волновался, то вот стыд был довольно непонятной в эту секунду эмоцией. К ним подошли двое слуг и остались стоять подле них. – А теперь наши новые Вороны принесут клятвы, – торжественно объявил Тетсуи, и зал заволокло гробовым молчанием. Два их детских голоса слились в один и в мёртвой тишине казались громче грома. – Мы, стоя здесь, перед взглядом людей и духов, принимаем друг друга как братьев. Мы обещаем поддерживать и защищать друг друга, делиться радостями и горестями. Мы клянёмся быть верными друг другу в трудные моменты, вести друг друга по жизни и вдохновлять на достижения. Мы принимаем это братство с открытыми сердцами и обещаем, что ничто не разлучит нас, – Натаниэль смотрел четко в глаза мальчишки и сразу же заметил, как посередине текста его глаза заволокли непролитые слёзы. Он бы хотел как-нибудь подбодрить его, но, к сожалению, не мог. Ни сейчас, когда они должны стоять ровно и не шевелиться. Когда к ним подошли слуги, они синхронно подняли обе руки, и если Натаниэль принял два глубоких пореза, по одному на каждую ладонь, даже не шелохнувшись, то мальчик поморщился. Соединив руки, они продолжили уже по очереди. – Если я упаду, – начал Натаниэль. – Я подниму, – как-то даже рьяно объявил его партнёр, – если на мою спину бросится с ножом. – Я закрою тебя собой, – смиренно ответил Натаниэль, – и да будут свидетелями моей клятвы люди, – закончил Натаниэль. – И да будут свидетелями моей клятвы духи, – вместе с ним закончил мальчишка. Теперь в его глазах было больше надежды, нежели чего-то ещё. Над этим всем Натаниэль подумает позже, сейчас же нужно сосредоточиться на другом. Повернуться к Тетсуи, встать на одно колено, опустить голову, не чихнуть от сажи, которой посыпали их головы, встать, повернуться и объявить о верности клану Морияма. Всё это происходило как будто не с ним. Он будто видел всё это глазами кого-то ещё, кого-то, кем он не является, но сейчас ему совершенно не до этого. Лишь когда в глазах начало темнеть, а сердце забилось с бешеной скоростью, Натаниэль заметил, что не у него одного подкашиваются ноги. Скосив глаза на мальчишку, Натаниэль заметил, как тот стал ещё бледнее, а опустив взгляд ниже, где были сцеплены их руки, он заметил кое-что ещё. Надрез на их ладонях явно не должен быть настолько большим, и уж точно не должен был идти по венам. Кое-как простояв основную часть, Натаниэль повернул голову к отцу в немой просьбе и, получив дозволительный кивок, подошёл к нему. На вопросительный взгляд он, еле шевеля губами, тихо вымолвил: – Порез. Вены. Крови слишком много. – И сразу после этих слов его глаза закатились. Последнее, что он увидел, – это как мальчишка падает вместе с ним.