Кровавыми следами по сгоревшей земле

Первое, что услышал Натаниэль, когда постепенно пришел в себя, был разгневанный крик его отца. Редко Натан позволял себе срываться на крик, предпочитая ему спокойный, угрожающий голос. В этот раз? однако, крик, как показалось Натаниэлю, стоял на всё здание. – Что значит, вы не знаете, где эти мрази?! – Возмущением была пропитана каждая буква, а гнев не предвещал ничего хорошего тем, кто сейчас стоял поблизости, – Повстанцы проникли на инициацию, покусились на жизнь моего сына, а вы их упустили! Воспоминания стали постепенно возвращаться к младшему Веснински. В голове всплывали обрывки произошедшего. От понимания произошедшего Натаниэль распахнул глаза, подскочив на кровати, на которой лежал, однако чья-то рука твердо потянула его обратно. – Лучше лежи, ты потерял много крови, – раздался рядом незнакомый голос. Переведя взгляд на говорившего, Натаниэль увидел мальчика с карими глазами и черными волосами. – Ну и напугали вы всех, когда свалились в обморок, – со смешком выдал он. – Рико, им перерезали вены, конечно, они потеряли сознание! – раздался с другой стороны возмущенный голос. Переведя взгляд туда, Натаниэль заметил еще одного человека, что сидел на стуле рядом с другой кроватью, на которой лежал его напарник. – Привет, – дружелюбно улыбнулся второй парень, заметив на себе внимание Натаниэля. – Я Кевин, а это Рико. Нам очень жаль, что в столь важный день с вами такое случилось, – искреннее сожаление в голосе Кевина было настолько удивительным для Натаниэля, что тот лишь кивнул. – Если бы я там был, то не позволил бы тем, кто это сделал, сбежать. Я говорил дяде, что должен присутствовать там, в конце концов, они оба часть моей свиты, – горделиво заявил Рико. – Не переживай, когда их найдут, я лично их накажу. Я даже позволю тебе присоединиться, если захочешь, – заверил он, обращаясь к Натаниэлю. – Спасибо, наверное… – отозвался Натаниэль, неуверенно кивнув. Он уже видел «наказания» отца. И судя по тому, что Рико из семьи Морияма, Нат не уверен, что они будут чем-то отличаться. – А как тебя зовут? – перевел тему Кевин, обращаясь к Веснински. – Мы же и так это знаем, – перебил его Рико, вопросительно приподняв бровь. – Зачем спрашивать то, что ты и так знаешь? – Это называется вежливость, бестолочь, – парировал Кевин. Он, перегнувшись через постель Натаниэля, зарядил Рико подзатыльник. – Мы же лично не знакомы. А вообще, я так подумал, что Натаниэль это уж слишком официально. Может, есть какое-нибудь сокращение? – уточнил Кевин, опять обращаясь к Натаниэлю. От их активности у Натаниэля разболелась голова. Он даже начал завидовать Жану, что еще не очнулся, ведь он не слышит всей этой болтовни. Натаниэль привык к другому поведению сверстников, хотя не то, чтобы он часто общался с ними. Обычно в круг его общения входили Лола с Ромеро, что общались лишь о том, как они пытали очередного человека. – Можно просто Нат, – ответил он Кевину. Получив довольный кивок, он перевёл взгляд на свои руки. Вдоль предплечий шли ужасные швы, настолько мерзкие на вид, что даже шрамы на теле Натаниэля выглядели на их фоне очень даже ничего. Поморщившись от увиденного, Нат сосредоточился на крови, что текла в его теле, направляя побольше в руки и залечивая их. Следы всё равно останутся, но они хотя бы будут не такими мерзкими. Краем глаза он заметил, как оба мага придвинулись ближе, наблюдая за ним. Когда Натаниэль закончил, Рико с любопытством тыкнул пальцем в новый шрам, однако быстро получил по руке от Кевин. – Не трогай, вдруг ему больно! – шикнул он, на что Рико показал ему язык. – Мне не больно, – покачал головой Нат, протянув руку Рико, чтобы тот смог рассмотреть поближе. Получив дозволение, Рико начал с интересом рассматривать шрам, проходясь рукой по всему периметру, не упуская ни единого миллиметра кожи. – Круто! – воскликнул Рико. – А меня так научишь? В его голосе было столько предвкушения, что Нат даже и сам расстроился, что придется отказать. – Это магия воды. Боюсь, что не получится, – немного пугливо ответил Нат. Он не знал, как Рико отреагирует на отказ, а сопротивляться Натаниэль не сможет, он еще слишком слаб. – А, точно, а я и забыл, – ничуть не расстроившись, сказал Рико. Он было собрался сказать что-то еще, однако его прервала раскрывшаяся дверь. В комнату вошли отец и Кенго. Натан продолжал что-то говорить Лоле, пока Кенго подошел к Натаниэлю, не обращая внимания на Рико с Кевином, что встали со стульев и склонились в приветственном поклоне. – Натаниэль, ты уже очнулся. Это хорошо, – кивнул Кенго, переводя взгляд на Жана. – Как только проснется твой партнер, вас переведут в вашу комнату. От себя и от лица всего совета я приношу извинения за то, что произошло. Обещаю, мы разберемся с этим в ближайшее время. – Благодарю вас, господин Кенго, – Натаниэль хотел встать, дабы как подобает поклониться, однако Кенго уже развернулся, уходя. Отец с Лолой ушли вместе с ним, не удостоив Ната даже взглядом. Впрочем, неудивительно, к холодности он привык. – Нам тоже уже пора, – заметил Кевин, глянув на часы, что висели в палате. – Мы еще зайдем, поправляйся скорее! – С этими словами они с Рико покинули палату, оставив Натаниэля одного. Белые стены палаты давили, словно сжимая его в невидимых тисках. Тишина наполняла комнату, но она не могла заглушить бурю, разрывающую сознание Ната. Мысли сжирали его, как голодные хищники, и он не мог найти спасения. Кто пытался убить их? Отец говорил о каких-то повстанцах, но Натаниэль никогда не слышал их имен, и от этого становилось только страшнее. Зачем им пытаться убить его? Это они — та угроза, о которой в ту роковую ночь шептала мать? Она пыталась спасти его, но от чего? Он не понимал, ведь они не сделали ничего ужасного! С каждым мгновением паника росла, словно тень, накрывающая его. В свои десять лет он так редко покидал стены родного имения, что не мог никому навредить! Но сейчас, в этом удушающем помещении, его охватывало чувство безысходности. Сердце колотилось в груди, как птица в клетке, а тишина вокруг становилась всё более угнетающей. Он чувствовал, как страх проникает в самые потаенные уголки его существа, и не знал, как с этим справиться. Непонимание, сплетённое со страхом смерти, окутало Натаниэля настолько, что, когда его тронули за плечо, он дернулся настолько, что свалился с кровати. Спина протестующе хрустнула. Подняв испуганный взгляд в сторону, где, как он ожидал, была угроза, он встретил не менее испуганные серые глаза. Жан – понял Натаниэль. – П-прости! – Воскликнул Жан, тут же отдергивая руку, что до этого висела в воздухе. – О духи, мне так жаль! Я не хотел тебя напугать, просто… Просто ты не отзывался, когда я тебя звал, и я… я решил… я подумал… Что он там решил, Нат так и не узнал, ведь Моро замолчал, не решаясь больше сказать и слова. – Эй, расслабься, – сказал Натаниэль, пытаясь придать голосу успокаивающие нотки. Получилось не очень, хотя это и неудивительно, ему мало где можно было получить пример, как нужно подбадривать людей. – Всё в порядке, ты ни в чем не виноват. Натаниэль встал с пола, отряхиваясь, а после протянул руку Жану. – Я Натаниэль, можно просто Нат. – С улыбкой представился Натаниэль. – А я – Жан, – тихо ответил названный, неуверенно ответно протягивая руку. Заметив, что рука Жана также, как и у него ранее, кровоточит, Натаниэль вначале пожал ее, а после аккуратно предложил: – Я могу вылечить это. Если ты хочешь, – не настойчиво предложил Веснински, кивнув на руки Жана. Получив неуверенный кивок, он осторожно позвал кровь мага воздуха, и, когда та отозвалась на его зов, он провернул ту же манипуляцию, что делал ранее с самим собой. – Вау... – тихо прошептал Жан, рассматривая свои руки. – Это ведь магия воды, да? Ты маг воды? – Ты разве не знал? – вскинув брови в изумлении спросил Натаниэль, однако потом вспомнил – Жан не из знатной семьи, как он или Рико. Моро просто не мог узнать, кто станет его напарником, ведь у него просто не было человека, кто мог сказать это, он был сиротой. – Да, – не дав Жану даже шанса ответить, перебил его Натаниэль. – Да, я маг воды. А еще знаю все подвиды своей стихии. Я из семьи Веснински, моя мать Мери Веснински, маг воды из северного племени, а отец… – Натаниэль чувствовал жестокую несправедливость в том, что ему о Жане было известно многое, в то время как Жану о нем – совершенно ничего. Поэтому он попытался наверстать упущенное, рассказать о себе столько, сколько сможет, однако слова Жана заставили молчать. – А твой отец Натан. Тот, кто убил всю мою семью, – тихо продолжил вместо него брюнет. – Прости, – Натаниэль не знал, за что извиняется. Это не он убил семью Моро, он в тот день еще даже не родился. Однако он чувствовал огромный стыд. Он знал про это, однако не додумался преподнести это как-то иначе, а не кидать этим фактом в неподготовленного мага, даже не предупредив. – Тебе не за что извиняться, – покачал головой в отрицании Жан, после чего слабо улыбнулся. – Я спросил лишь о том, какой стихией ты управляешь, а ты выдал мне свою подноготную и собирался рассказать больше. Язык у тебя точно без костей, – эта была настолько очевидная попытка перевести тему, что не понять это мог разве что каньонный таракан, что обитает в карьерах земляного царства. И все же Нат подхватил тему, не хотя больше ступать по тонкому льду. – На самом деле не то чтобы. У меня было мало собеседников, с кем можно спокойно разговаривать, а не просто отвечать, когда тебя спрашивают, – поделился еще одним фактом своей биографии Натаниэль. – Вот и у меня также, – вздохнул Жан. Они еще долго сидели, делясь простыми и незамысловатыми фактами из своей недолгой жизни, пока к ним не зашли слуги гнезда и не отвели в их комнату, когда удостоверились, что с ними все в порядке. Когда Жан встал, Натаниэль заметил, что он порядком выше него. При первой встрече это не бросилось ему в глаза, однако теперь он мог спокойно его рассмотреть и понял, что Жан на добрую голову выше его самого. Когда они зашли в комнату, то все вещи Натаниэля уже были разложены на его части, что делало сторону Жана уж слишком пустой. На столе Натаниэля были разные книги: от магических учебников до литературной классики, а у Жана – лишь три скудных свитка. Шкаф Натаниэля еле закрывался от вещей, а шкаф Жана был пуст, все уместилось в маленький комод. Кровать Натаниэля была устлана роскошными шелками и пледом из шкуры медведо-собаки, а постель Жана – лишь твердой тканью, что издали напоминала мешки для овощей, которыми пользовались фермеры. Можно было еще долго перебирать различия, однако Нат не хотел. Он взял из своего комода чистый комплект постельного белья и передал его в руки непонимающего Жана. Потом подошел к своему шкафу, но остановился. – У нас рост разный, но если найдешь вещи, которые тебе подойдут по размеру, то смело бери, – просто изрек Нат, после чего взял пижаму и отправился в ванну, присоединенную к комнате. Тихое «Зачем?» он проигнорировал. Когда Натаниэль вышел из ванны, он с радостью обнаружил, что Жан все же поменял постель и даже раздобыл в вещах Натаниэля подходящие вещи, пусть штаны и были по щиколотку.

***

Утром их разбудили не слуги, как думал Натаниэль, а Рико с Кевином, которые запрыгнули на их с Жаном кровати с радостными криками и начали щекотать. И если Кевин остановился, стоило Жану попросить, то Рико был не так любезен. Нат извивался и кричал, пока юный маг огня щекотал его через одежду. Остановился он лишь когда его рука забралась под спальную рубашку Натаниэля и там замерла. – Это… Это что? – испуганно спросил Рико, исследуя шрамы под рубашкой. Натаниэль застыл, словно его тело подчинил отец. Он знал, насколько его тело уродливо, и не хотел, чтобы об этом знали, однако на второй день пребывания в Гнезде он уже провалился. Он даже не шелохнулся, когда Рико стал резкими движениями расстёгивать пижаму. Удивленные вздохи раздались одновременно с трех сторон. – Тебя что, пытали? – раздался голос Рико, словно гром среди ясного неба. – Его отец – мясник, гений. Думаешь, что он лишь на людях такой психопат? Понятное дело, что он и дома такой же, – эти слова были такими тихими, что Натаниэль понял, что они не должны были дойти до его ушей. Кевин, хоть и был ровесником Рико, однако даже за столь короткое общение, было уже понятно, он явно был более зрелым. На несколько минут в комнате повисло молчание. Натаниэль все ждал, что ему начнут говорить о том, что он должен это прятать, что он уродлив, что недостоин быть в свите, однако произошло совершенно другое. – Эти шрамы похожи на созвездие Большой Медведицы, – сказал Рико, ткнув пальцем в район левых ребер. – А эти – на Кассиопею, – ткнув в живот, поддержал Жан. Когда к ним подключился и Кевин, Натаниэль впал в ступор. Ему всегда говорили, что это ужасно и омерзительно. А теперь те, с кем он познакомился буквально вчера, без каких-либо отрицательных эмоций сидят и спорят между собой, на какое созвездие похоже сплетение его шрамов. – Да ты настоящее звездное небо! – воскликнул Рико, переводя тему после того, как проиграл в споре с объединившимися Жаном и Кевином. – Разве это не уродливо? – неуверенно уточнил Натаниэль, вставая с кровати и застегивая рубашку. – Мне говорили, что их нужно прятать. – Тот, кто сказал тебе это, просто идиот, – тоном, не терпящим возражений, ответил Кевин. – Давайте не будем об этом, – заметив, что Натаниэль хочет возразить, прервал его зеленоглазый. – Скоро придут слуги, чтобы помочь вам собраться на тренировку. А нам уже пора, мы тоже должны быть в своей комнате, когда они придут, – с этими словами они с Рико вышли из комнаты, оставив их с Жаном вдвоем. И в правду, спустя несколько минут в комнату со стуком вошли двое слуг. Они принесли завтрак, причесали их, помогли одеться и сопроводили на тренировочную площадку, где их уже ждали Рико с Кевином. Им провели экскурсию, показали, где занимаются маги, где проводят спарринги, они даже смогли посмотреть на один. – Сегодня у вас лишь ознакомительный день, – объяснил Кевин, когда учителя младшей группы позвали его с Рико. Они весь день провели, смотря, как тренируются другие, с перерывом лишь на обед. Вечером же к их квартету подошел господин Тетсуи. Он говорил о чем-то с Рико, но Натаниэля зацепило не это. Его зацепило то, что при общении с дядей Рико вел себя так, что Натаниэль мог бы сравнить его с Джексоном. Он не знал, как описать эти параллели, но было в Рико что-то столь же безумное, что было у помощника его отца: тот же сумасшедший блеск в глазах, та же маниакальная улыбка, те же подергивания конечностей. Потом дядя с племянником ушли. Когда Натаниэль встретил его вечером в коридоре жилого крыла, Рико был в крови. – Я отомстил за тебя. Как и обещал. – единственное, что он ответил. Тем же вечером, перед сном, в их дверь постучали. Когда Натаниэль открыл дверь, там никого не было, но на пороге лежали четыре отрезанные руки и два языка. А сверху лежала записка: «Они больше вас не тронут и никогда больше не скажут ни слова. Мою свиту могу трогать только я». Тогда Натаниэль еще не знал, но это было началом его кошмара.