Башня примирения

Гермиона вернулась в комнату к пяти часам вечера. Она вошла легко, даже чуть быстрее обычного, и закрыла за собой дверь с тихим щелчком — на лице всё ещё держалась мягкая, тёплая улыбка. Два часа в библиотеке пролетели так незаметно, что это даже казалось странным. Она до сих пор мысленно возвращалась к полкам, к запаху старых книг, к спокойному голосу Люциуса, который без лишней суеты объяснял, где что находится, и даже к тем моментам, когда они спорили о редких изданиях — легко, почти по-дружески. Гермиона тихо выдохнула, проходя вглубь комнаты. — Я туда ещё точно вернусь, — пробормотала она себе под нос с едва заметной улыбкой. Она не спешила садиться, просто на секунду задержалась посреди комнаты, словно давая себе время “переключиться” обратно в реальность. Но даже здесь, в тишине, настроение оставалось удивительно лёгким — как будто за эти два часа что-то внутри стало чуть проще, чем было утром. Гермиона ещё немного походила по комнате, всё ещё находясь под впечатлением от библиотеки. Взгляд невольно зацепился за небольшой стеллаж у стены — тот самый, который она рассматривала ещё до прогулки с Люциусом. На этот раз любопытство взяло верх. Она подошла ближе, пробежалась глазами по корешкам и спустя несколько секунд аккуратно вытащила одну из книг. — Посмотрим, что здесь интересного. — тихо пробормотала она. С книгой в руках Гермиона направилась к креслу возле окна и удобно устроилась в нём, поджав под себя ноги. Солнечный свет всё ещё проникал в комнату, ложась на страницы мягкими золотистыми полосами. Она открыла книгу на первой странице и начала читать. Сначала просто из любопытства. Потом — уже с искренним интересом. Строчки быстро захватили её внимание, и окружающий мир постепенно отступил на второй план. В комнате было тихо, спокойно и удивительно уютно. В какой-то момент Гермиона поймала себя на мысли, что именно так и представляла идеальный вечер: удобное кресло, хорошая книга и никуда не нужно спешить. Гермиона перевернула ещё несколько страниц и удобнее устроилась в кресле. Книга оказалась интересной. Настолько, что она почти сразу перестала замечать время. Но спустя минут десять взгляд вдруг остановился на одной строчке. Она задумчиво посмотрела поверх страницы. Затем закрыла книгу, заложив место пальцем. — Нет, так дело не пойдёт, — тихо сказала она самой себе. На губах появилась лёгкая улыбка. В конце концов, она приехала в Малфой-мэнор всего несколько часов назад. Сидеть в комнате и читать книгу можно было и дома, и в Хогвартсе. А сейчас вокруг неё находился один из самых известных волшебных домов Британии, полный людей, историй и мест, которые ей ещё только предстояло увидеть. Гермиона посмотрела на книгу в своих руках. — Ты никуда не денешься. Она аккуратно вернула том на полку и поднялась с кресла. Через минуту дверь комнаты тихо закрылась за её спиной. Гермиона медленно пошла по коридору, не имея какой-то конкретной цели. Просто гуляя. Изучая. Рассматривая. В дневное время мэнор выглядел совсем иначе, чем несколько часов назад. Теперь через высокие окна лился мягкий свет, освещая старинные портреты, резные перила и бесконечные коридоры. Иногда она останавливалась у картин. Иногда заглядывала в открытые двери комнат. Иногда просто шла дальше. И чем больше она бродила по дому, тем сильнее понимала, что Малфой-мэнор совсем не похож на то место, которое она представляла себе в школьные годы. Здесь было много роскоши, да. Но ещё больше — жизни. Именно поэтому, завернув за очередной угол, Гермиона даже не заметила, как оказалась в совершенно незнакомой части дома. Уйдя в размышления, она можно сказать потерялась. Гермиона уже собиралась повернуть обратно, когда впереди послышались лёгкие шаги. Она подняла голову. Навстречу ей по коридору шла Нарцисса Малфой. В руках у неё была небольшая корзина с только что срезанными розами. Несколько белых лепестков выглядывали через край, наполняя воздух едва уловимым ароматом. Увидев Гермиону, Нарцисса мягко улыбнулась. — Мисс Грейнджер. — Миссис Малфой, — улыбнулась в ответ Гермиона. — Не сидится в комнате? В её голосе не было ни капли осуждения, лишь лёгкое понимание. Гермиона тихо рассмеялась. — Боюсь, что нет. Я честно попыталась почитать, но потом поняла, что исследовать Малфой-мэнор гораздо интереснее. — Очень разумное решение, — одобрительно заметила Нарцисса. Она остановилась рядом. — И как вам наш дом после первых нескольких часов? Гермиона задумалась на мгновение. — Совсем не такой, каким я его представляла. Нарцисса негромко усмехнулась. — Это мне уже начинает нравиться. Обычно гости говорят именно так. Она бросила взгляд на корзину с цветами. — Хотя должна признать, сегодня вы уже увидели далеко не всё. Гермиона заинтересованно подняла брови. — Правда? — Разумеется. Этот дом слишком большой, чтобы изучить его за один день. Нарцисса ненадолго задумалась, а затем добавила: — К тому же я как раз собиралась в зимний сад. Не хотите составить мне компанию? Тем более я вам обещала экскурсию. На её губах появилась тёплая улыбка. — Если, конечно, у вас нет других планов. Мне кажется, розы уже успели произвести на вас впечатление. А это далеко не единственное, что здесь цветёт. Они неспешно пошли по коридору, направляясь к зимнему саду. Нарцисса несла корзину с розами так бережно, словно это были не цветы, а что-то гораздо более ценное. — Знаете, многие думают, что всё это появляется само собой благодаря магии, — сказала она с лёгкой улыбкой. — Но, к сожалению, даже магия не способна заменить хороший уход. Гермиона улыбнулась. — Ох, я догадываюсь. — Некоторые сорта мне пришлось искать годами, — продолжила Нарцисса. — Одни давно исчезли из продажи, другие выращивают всего несколько семей по всему миру и крайне неохотно делятся черенками. В её голосе появилась неподдельная увлечённость. — Помню, за одним сортом белых роз я буквально охотилась почти три года. — Три года? — удивилась Гермиона. — Почти четыре, если быть совсем честной, — поправила её Нарцисса. — И это ещё не самый тяжёлый случай. Они свернули на очередную лестницу. — А некоторые растения и вовсе являются результатом моих собственных экспериментов. Гермиона заинтересованно посмотрела на неё. — Вы сами выводите новые сорта? В глазах Нарциссы промелькнула искра гордости. — Иногда. Конечно, не всегда успешно. Но половину того, что растёт в саду, я так или иначе выводила сама. Она негромко рассмеялась. — Правда, без помощи домовиков я бы давно сошла с ума. — Они помогают ухаживать за растениями? — Очень помогают. Особенно когда речь идёт о больших теплицах. Но основную работу я всё равно предпочитаю делать сама. Гермиона удивлённо приподняла брови. — Правда? — Конечно. Нарцисса посмотрела на неё так, словно ответ был совершенно очевиден. — Есть что-то очень приятное в том, чтобы работать с землёй своими руками. Видеть, как из маленького ростка постепенно появляется что-то красивое. На её губах появилась мягкая улыбка. — К тому же это успокаивает. Иногда после особенно тяжёлого дня мне достаточно провести час среди растений, и мир снова начинает казаться немного проще. Гермиона невольно подумала, что сейчас Нарцисса выглядит совсем не как представительница одной из самых известных чистокровных семей Британии. Скорее как человек, который искренне любит своё дело. И от этого она нравилась Гермионе всё больше. Наконец они подошли к высоким стеклянным дверям. Нарцисса коснулась ручки, и двери плавно распахнулись. Гермиона невольно замерла. Зимний сад оказался гораздо больше, чем она ожидала. Под высоким стеклянным куполом раскинулись десятки клумб, дорожек и небольших уголков с самыми разными растениями. Тёплый воздух был наполнен ароматами цветов и свежей зелени. — Добро пожаловать в моё любимое место в доме, — с улыбкой произнесла Нарцисса. Они медленно пошли по дорожке. — Вот здесь, например, растут остеоспермумы. Она указала на аккуратные кустики с яркими цветами, напоминающими ромашки. — Многие считают их слишком простыми, но мне всегда нравилось, насколько они жизнерадостные. Гермиона присела чуть ближе, рассматривая лепестки. — Они очень красивые. — Согласна. Пройдя немного дальше, Нарцисса остановилась возле высокой клумбы. — А это альстромерии. Их ещё называют перуанскими лилиями. Цветы выглядели необычайно изящными. — Они довольно капризны, но результат того стоит. Гермиона осторожно коснулась одного из листьев. — Никогда не видела столько цветов в одном месте. Нарцисса улыбнулась, явно довольная произведённым впечатлением. Они двинулись дальше. Внезапно взгляд Гермионы зацепился за огромное растение, возвышающееся над остальными. — Не может быть... Нарцисса тихо рассмеялась. — Да, это аморфофаллус титанический. — Вы серьёзно? — Абсолютно. — Но его же невероятно трудно выращивать. — Именно поэтому он здесь и стоит, — с лёгкой гордостью ответила Нарцисса. Гермиона покачала головой, всё ещё не веря своим глазам. Чуть дальше с одной из арок свисали длинные бирюзовые кисти цветов, похожие на драгоценные камни. — А это стронгилодон крупнокистевой, — пояснила Нарцисса. Гермиона подняла голову вверх. — Он выглядит почти нереально. — Я подумала то же самое, когда впервые увидела его много лет назад. Они ещё некоторое время гуляли между клумбами, пока Нарцисса не остановилась возле группы небольших необычных цветов. — А эти мне особенно дороги. Гермиона присмотрелась. — Жабья лилия? — Верно. На лице Нарциссы появилась тёплая улыбка. — Большинство гостей проходят мимо них и даже не замечают. Но если остановиться и присмотреться, они оказываются удивительно красивыми. Гермиона наклонилась ближе, рассматривая необычный узор на лепестках. — Знаете, мне кажется, это описание подходит не только цветам. Нарцисса посмотрела на неё и тихо рассмеялась. — Возможно, мисс Грейнджер. Возможно. И ещё долго они медленно бродили по зимнему саду, обсуждая растения, редкие сорта и истории, которые скрывались за каждым цветком. На этот раз Гермиона уже не чувствовала себя гостьей. Скорее человеком, которого искренне рады здесь видеть. Нарцисса ещё некоторое время показывала Гермионе разные уголки зимнего сада, пока наконец не свернула на небольшую боковую дорожку. — А вот это, — произнесла она чуть тише обычного, — одна из моих главных гордостей. Гермиона подошла ближе. На первый взгляд растение выглядело довольно скромно. Длинные зелёные побеги тянулись вдоль специальной опоры, а среди них виднелся крупный беловатый бутон, который ещё не раскрылся. — Что это? — с любопытством спросила она. На лице Нарциссы появилась улыбка человека, который долго ждал этого вопроса. — Кадупул. Гермиона удивлённо моргнула. — Тот самый Кадупул? — Именно. Она осторожно коснулась одного из листьев. — Если мои расчёты верны, то уже завтра ночью он должен раскрыться. Гермиона перевела взгляд на бутон. — Я читала о нём. Но никогда не видела вживую. — Немногие могут этим похвастаться, — с заметной гордостью ответила Нарцисса. Они остановились рядом с растением. — В магловском мире этот цветок считается одним из самых редких на планете. Он цветёт всего одну ночь. Обычно раскрывается поздним вечером и увядает ещё до рассвета. — Всего несколько часов? — удивилась Гермиона. — Да. Именно поэтому его почти невозможно увидеть в полном цвету. Нужно либо невероятное везение, либо очень много терпения. Нарцисса улыбнулась. — В моём случае — второе. Она посмотрела на бутон почти с нежностью. — Этот экземпляр появился здесь больше четырёх лет назад. Первые два года я вообще не была уверена, что он приживётся. — Четыре года? — Некоторые редкие растения учат терпению лучше любого преподавателя. Гермиона тихо рассмеялась. — И вы думаете, что он раскроется завтра? — Почти уверена. В голосе Нарциссы прозвучала та особая уверенность, которая появляется только после многих лет опыта. — Видите крайние лепестки? Они уже начали расходиться. Ещё день, максимум полтора. Гермиона внимательно присмотрелась и действительно заметила едва уловимые изменения. — И что происходит после цветения? — Практически ничего, — ответила Нарцисса. — К утру цветок увянет. Словно его никогда и не было. Она ненадолго замолчала. — Наверное, именно поэтому люди так любят Кадупул. Его красота существует совсем недолго. Её нельзя сохранить, нельзя сорвать и поставить в вазу. Остаётся только увидеть и запомнить. Гермиона вновь посмотрела на ещё закрытый бутон. И почему-то ей показалось, что Нарцисса говорит сейчас не только о цветке. — Если вы не против, — продолжила хозяйка мэнора, — завтра ночью я обязательно пришлю за вами, когда он начнёт раскрываться. На её губах появилась тёплая улыбка. — Было бы настоящим преступлением позволить такой любительнице растений пропустить это зрелище. Гермиона улыбнулась в ответ. — Тогда я точно не собираюсь его пропускать. Нарцисса ещё раз взглянула на бутон Кадупула, словно проверяя, всё ли в порядке, после чего неспешно двинулась дальше по дорожке. Гермиона последовала за ней. Несколько минут они шли молча, любуясь цветами. — Забавно, — вдруг сказала Нарцисса с лёгкой улыбкой. — Сейчас Драко выглядит так, будто всегда был спокойным и рассудительным человеком. Гермиона тихо усмехнулась. — Не уверена, что все с этим согласятся. — И будут правы, — рассмеялась Нарцисса. Гермиона удивлённо посмотрела на неё. — В детстве он был настоящей катастрофой. — Драко? — Именно. В глазах Нарциссы появился тёплый блеск воспоминаний. — Когда ему было лет семь, он умудрился выпустить из оранжереи несколько десятков магических бабочек. Мы искали их по всему дому почти неделю. Гермиона не сдержала смех. — Не верю. — А зря. Некоторые из них потом ещё месяц жили в библиотеке и категорически отказывались улетать. Она покачала головой. — А однажды он решил помочь мне с пересадкой растений. — И что произошло? — Половину растений пришлось спасать. Гермиона уже откровенно улыбалась. — Мне кажется, он бы очень хотел, чтобы я не услышала эту историю. — Именно поэтому я её и рассказываю. Они обе рассмеялись. — Хотя потом всё изменилось, — продолжила Нарцисса чуть мягче. — Лет в двенадцать или тринадцать он неожиданно полюбил проводить время здесь. — В зимнем саду? — Да. Иногда я находила его в каком-нибудь дальнем уголке с книгой в руках. Нарцисса улыбнулась. — Он, конечно, делал вид, что просто случайно оказался рядом. Но я-то прекрасно понимала, что он специально приходит сюда читать. Гермиона почему-то легко представила себе эту картину. Юный Драко, спрятавшийся среди растений с книгой на коленях. Картина получалась удивительно милой. — Он до сих пор иногда приходит сюда, — добавила Нарцисса. — Особенно когда хочет побыть один. Они как раз вышли из более густой части сада к небольшой беседке, почти утопающей в цветах. Солнечный свет мягко ложился на белые колонны, а рядом тихо журчал маленький фонтан. Нарцисса остановилась. — Боюсь, если я продолжу рассказывать про растения, то мы пробудем здесь до самого ужина. На её губах появилась улыбка. — Не хотите выпить чаю? Гермиона оглядела уютную беседку и улыбнулась в ответ. — С удовольствием. — Замечательно. Нарцисса взмахнула палочкой. Через несколько секунд на небольшом столике появились чайник, чашки и тарелка с печеньем. — Вот теперь прогулка по саду считается официально завершённой. — объявила она, занимая место за столиком. Нарцисса неспешно разлила чай по чашкам. Несколько секунд они просто наслаждались тишиной сада. Где-то неподалёку шелестели листья, журчал фонтан, а солнечные лучи пробивались сквозь стеклянный купол зимнего сада. — Знаете, мисс Грейнджер, — неожиданно произнесла Нарцисса, — я очень рада, что вы приехали. Гермиона подняла взгляд от чашки. — Правда? — Конечно. Нарцисса улыбнулась так, словно удивление Гермионы показалось ей совершенно искренним и немного забавным. — Боюсь, вы до сих пор считаете это обычным проявлением вежливости. — Немного, — честно призналась Гермиона. Это вызвало у Нарциссы тихий смех. — Что ж, тогда мне придётся вас разубедить. Она поставила чашку на блюдце. — После войны наш дом стал гораздо спокойнее. На её лице появилась задумчивая улыбка. — Не в плохом смысле. Просто жизнь изменилась. Драко повзрослел, у него появились собственные дела и друзья. Люциус начал уделять гораздо больше времени семье и тому, что действительно приносит ему удовольствие. А я окончательно увлеклась садом. Гермиона слушала внимательно. — Мы стали проводить больше времени вместе, но дом всё равно ощущался иначе, чем раньше. Нарцисса обвела взглядом сад. — Иногда большие дома становятся слишком тихими. Она посмотрела на Гермиону. — Поэтому мне приятно видеть здесь гостей. Особенно тех, с кем действительно интересно разговаривать. Гермиона слегка смутилась. — Спасибо. — Это правда. Нарцисса улыбнулась. — Обычно люди, попадая сюда, видят фамилию Малфой раньше, чем людей. А вы... стараетесь понять. Гермиона задумчиво опустила взгляд в чашку. — Наверное, я и сама за последние годы стала смотреть на многие вещи иначе. — Это заметно. Несколько секунд они молчали. Потом Нарцисса вдруг усмехнулась. — Кроме того, должна признаться, я давно не видела, чтобы кто-то настолько искренне радовался библиотек е. Люциус мне уже поведовал, о ваших эмоциях. Гермиона рассмеялась. — Неужели это настолько бросалось в глаза? — О, мисс Грейнджер, вы бы видели своё лицо, когда открылись двери. Теперь уже обе рассмеялись. — Люциус потом будет вспоминать это ещё неделю. — Очень на это надеюсь. — театрально вздохнула Гермиона. — А я надеюсь, что вы ещё не раз туда заглянете. Нарцисса отпила немного чая и добавила уже мягче. — Мне кажется, этот дом давно не видел столько искреннего любопытства. И, честно говоря, мне это нравится. Нарцисса допила чай и на мгновение задумчиво посмотрела в сад, словно подбирая следующую мысль. — Знаете, — сказала она мягко, — я правда рада, что вы общаетесь с моим сыном. Гермиона чуть удивлённо подняла взгляд. На губах Нарциссы появилась спокойная, почти тёплая улыбка. — Он часто выглядит более… закрытым, чем есть на самом деле. Но это не потому, что он отталкивает людей. Скорее наоборот — он просто очень избирателен в том, кого впускает ближе. Гермиона молча слушала. — И если он с вами разговаривал так свободно, значит, ему это действительно было комфортно. В её голосе не было ни намёка на давление — только тихая уверенность матери, которая хорошо знает своего сына. Гермиона слегка опустила взгляд на чашку. — Он… довольно нормально со мной общается.— призналась она. — Вот видите, — с лёгкой улыбкой сказала Нарцисса. — Это уже хороший знак. Несколько секунд они просто сидели в тишине, пока где-то в глубине сада не послышался лёгкий хлопок. Появился домовик. Он торопливо поклонился так низко, что чуть не уронил поднос, на котором стоял ещё один чайник и странная гора сладостей, явно превышающая разумные пределы для двух человек. — Госпожа Нарцисса… домовики подумали… что мисс Грейнджер может пожелать… ещё десерт… Нарцисса приподняла бровь. — Домовики “подумали”? Домовик нервно кивнул. — Да, госпожа… Гермиона не сдержала тихого смеха. — Кажется, у вас очень заботливые домовики. — Иногда даже слишком, — вздохнула Нарцисса, но в её голосе слышалась явная нежность. Она взмахнула рукой, отпуская домовика. — Оставь. И передай, что их “предположения” иногда лучше согласовывать со мной. Домовик счастливо исчез с ещё одним хлопком. Нарцисса взяла печенье и посмотрела на Гермиону. — Боюсь, если так пойдёт дальше, ужин нам уже не понадобится. Гермиона усмехнулась. — Я не уверена, что это вообще проблема. Нарцисса чуть усмехнулась, наблюдая, как Гермиона пытается справиться с внезапным наплывом домашних сладостей на столе. — Если честно, — начала она. — Драко всегда был… немного более живым, чем старается показать. Гермиона заинтересованно подняла взгляд. — Живым? — Да.— спокойно кивнула Нарцисса. — Он любит делать вид, что его ничего не трогает, что всё его не касается. Но стоит оказаться дома… и это совсем другой человек. Она чуть наклонила голову, словно вспоминая. — Например, он до сих пор иногда спорит с домовиками из-за расстановки книг в библиотеке. Гермиона не сдержала улыбку. — Серьёзно? — Абсолютно. Причём всегда проигрывает, но делает вид, что это была “стратегическая уступка”. Теперь уже Нарцисса тихо рассмеялась. — А ещё он однажды пытался “улучшить систему освещения” в оранжерее. После этого три дня делал вид, что это было запланировано мной. Гермиона уже откровенно улыбалась, представляя эту картину. — Звучит так, будто он всё время что-то придумывает. — Он просто думает слишком много.— мягко сказала Нарцисса. — И не всегда говорит об этом вслух. Она сделала паузу, отпила чай и чуть внимательнее посмотрела на Гермиону. — Но знаете, есть в нём кое-что интересное. Гермиона чуть приподняла брови. — Что именно? Нарцисса улыбнулась едва заметно, почти загадочно. — Он редко проявляет настоящий интерес к новым людям. Пауза. — Особенно к тем, с кем ему не обязательно общаться. Гермиона на секунду замерла, не совсем понимая, к чему это ведёт. — Но с вами он… задержался дольше обычного.— добавила Нарцисса спокойно, как будто это была просто наблюдательная деталь, а не намёк. Гермиона чуть отвела взгляд, делая вид, что рассматривает чашку. — Возможно, ему просто было удобно говорить о книгах. — произнесла она нейтрально. — Возможно.— мягко согласилась Нарцисса, но в её голосе звучала лёгкая улыбка. Чай постепенно закончился, а разговоры стали спокойнее и неторопливее. Нарцисса поставила пустую чашку на блюдце и с лёгкой улыбкой посмотрела на Гермиону. — Кажется, если мы останемся здесь ещё на час, то домовики принесут нам полноценный ужин прямо в беседку. Гермиона рассмеялась. — Учитывая их энтузиазм, я в это верю. — Тогда предлагаю немного пройтись. Нарцисса поднялась из-за стола. — Есть ещё одно место, которое я хотела бы вам показать. Они покинули зимний сад и через несколько минут оказались на одной из дорожек, ведущих в дальнюю часть поместья. Сад постепенно остался позади, уступая место просторным зелёным лугам. Вскоре впереди показались белые ограждения и большие конюшни. Гермиона удивлённо остановилась. — У вас есть лошади? — Конечно.— улыбнулась Нарцисса. — Когда-то они были одной из главных гордостей семьи. Они вошли на территорию конюшен.Внутри было чисто, светло и удивительно спокойно. Нарцисса подвела Гермиону к одному из просторных денников. — А это моя любимица. Гермиона невольно замерла. Перед ними стояла невероятно красивая белоснежная лошадь. Её шерсть буквально сияла в лучах вечернего солнца, а длинная серебристая грива мягкими волнами спадала на шею. Лошадь спокойно повернула голову к хозяйке и тихо фыркнула. Нарцисса ласково погладила её по морде. — Её зовут Луна. — Она потрясающая. — искренне выдохнула Гермиона. В глазах Нарциссы появилась тёплая гордость. — Я знаю. Луна словно поняла комплимент и слегка качнула головой. Они прошли дальше. — А это жеребец Люциуса. В соседнем деннике стоял красивый тёмно-серый жеребец с почти серебристой гривой. Он выглядел спокойным, уверенным и величественным. — Очень на него похож. — невольно заметила Гермиона. Нарцисса тихо рассмеялась. — Именно это я сказала, когда Люциус его выбрал. Затем они остановились возле ещё одного денника. — А это лошадь Драко. На этот раз перед ними стоял высокий вороной конь. — Он выбрал его сам? — Разумеется. И потратил несколько недель, убеждая нас, что это был исключительно рациональный выбор. — А на самом деле? — На самом деле он просто влюбился в этого упрямца с первого взгляда. Нарцисса посмотрела вдоль ряда денников. — Знаете, раньше здесь было гораздо больше лошадей. — Сколько? — Около тридцати. Гермиона удивлённо моргнула. — Тридцать? — Иногда даже больше. В голосе Нарциссы прозвучала лёгкая ностальгия. — Но со временем мы поняли, что это слишком много. За всеми нужен уход, внимание, время. Ведь конь - это животное, которому нужно внимание хозяина. Она провела рукой по ограждению. — Поэтому несколько лет назад мы начали постепенно передавать их другим семьям и хорошим заводчикам. — И сколько осталось сейчас? — Шесть. Нарцисса улыбнулась. — Только те, к которым мы особенно привязались. Она посмотрела на Луну, мирно стоящую в своём деннике. — Иногда меньше — значит лучше. В конюшне было тихо. Слышалось только спокойное дыхание животных и редкое перестукивание копыт. Гермиона как раз осторожно гладила Луну по шее, когда со стороны входа послышались шаги. — Так вот где вы обе прячетесь. Она обернулась. В дверях конюшни стоял Драко.На его лице играла лёгкая улыбка, а взгляд поочерёдно скользнул сначала к матери, потом к Гермионе. — Я уже успел обыскать половину поместья. — Неужели? — невинно поинтересовалась Нарцисса. — Представь себе. Драко подошёл ближе и остановился возле денника своего жеребца. — Сначала я заглянул в библиотеку. Потом в зимний сад. Потом решил, что вы, вероятно, обсуждаете очередной редкий цветок где-нибудь в дальнем углу поместья. — Неплохая догадка. — заметила Нарцисса. — Я знаю. Он ласково потрепал своего коня по шее. — Но как я вас по итогу нашёл, я даже говорить не хочу, вы потом от смеху не дойдете. Пусть это вам расскажет отец. — И что же заставило тебя искать нас по всему мэнору? — Вообще-то, весьма важная причина. Драко перевёл взгляд на них обеих. — Пока вы гуляли, наступило время ужина. — Неужели уже? — удивилась Гермиона. Она и правда потеряла счёт времени. — Именно. — Можно было просто отправить домовика, — заметила Нарцисса. — Можно. — Драко пожал плечами. — Но мне захотелось пригласить вас лично. На мгновение его взгляд задержался на Гермионе. — К тому же я подозревал, что если отправить домовика, вы всё равно ещё полчаса будете обсуждать цветы. — Какая вопиющая клевета.— возмутилась Нарцисса. — Конечно-конечно. — Мы бы обсуждали их минимум час. Гермиона не выдержала и рассмеялась. Драко покачал головой, будто давно привык к подобным заявлениям. — В любом случае, отец уже ждёт. Так что, если мы не хотим выслушивать его лекцию о пунктуальности, лучше поторопиться. — Это говорит человек, который сегодня сам опоздал к директору Макгонагалл.— немедленно напомнила Нарцисса. На этот раз рассмеялась уже Гермиона.А Драко лишь обречённо прикрыл глаза. — Мама. — Что? — Ты никогда не упускаешь возможности напомнить мне об этом? — Никогда. Несколько секунд все трое стояли в уютной тишине конюшни, а затем направились к выходу. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая территорию поместья в золотистые оттенки, и почему-то Гермионе показалось, что этот день пролетел удивительно быстро. Вечерний воздух был тёплым, вокруг царило приятное спокойствие. Драко рассказывал что-то про своего жеребца, Гермиона слушала, а Нарцисса молча шла рядом. И вдруг... Нарцисса тихо хмыкнула. Потом ещё раз. А через секунду неожиданно рассмеялась. Причём настолько искренне, что даже остановилась посреди дорожки. Гермиона удивлённо посмотрела на неё. Драко тоже подозрительно прищурился. — Мама...? Нарцисса попыталась взять себя в руки. — Простите... простите... Она ещё раз тихо хихикнула и покачала головой. — Мерлин всемогущий... — Мама, что случилось? — с подозрением спросил Драко. Нарцисса подняла руку и указала куда-то вперёд. — Вы только посмотрите на этого чудака. Гермиона и Драко одновременно повернули головы в сторону мэнора.Несколько секунд никто ничего не говорил.А потом Гермиона увидела. На одном из балконов второго этажа стоял Люциус Малфой.С самым серьёзным выражением лица.И смотрел на них в бинокль. — Он... Гермиона заморгала. — Он наблюдает за нами через бинокль? — Да.— в попытках успокоиться подтвердила Нарцисса. — Мерлин. — пробормотал Драко, закрывая глаза. Словно почувствовав, что его заметили, Люциус опустил бинокль. Посмотрел на них. Помахал рукой. И снова поднял бинокль к глазам. Нарцисса окончательно рассмеялась. — Я не могу. — Я могу объяснить. — мрачно произнёс Драко. — Очень сомневаюсь. — ответила его мать. Гермиона уже едва сдерживала смех. — Мэрлин, откуда он это взял. Как я понимаю, именно так вы нас и нашли? Нарцисса снова взглянула на балкон.В этот момент Люциус снова опустил бинокль и, видимо поняв, что стал объектом обсуждения, невозмутимо кивнул им с таким достоинством, словно стоял не с биноклем на балконе, а выступал перед Министерством магии. Гермиона не выдержала и рассмеялась. — Я начинаю понимать, от кого у вас любовь к драматичным появлениям. — Прошу заметить, — с ухо сказал Драко, — это именно он стоит на балконе с биноклем. — Справедливое замечание. — согласилась Гермиона. — Что-то мне подсказывает, что минут пятнадцать назад и ты стоял рядом. — Ну мама. И почему-то от вида совершенно невозмутимого Люциуса Малфоя, который продолжал шпионить за собственной семьёй с высоты второго этажа, смеяться хотелось ещё сильнее.