Sick love

Настоящее время. Дверь на крышу скрипнула, металлические петли жалобно застонали. Порыв ветра ворвался внутрь, трепля школьную форму Хануля, который сидел, закинув руки в карманы. Он почти не отреагировал на появление одного из своих парней — зачем? Он ожидал этого. Он всегда ожидал подчинения. Парень сделал пару шагов вперёд, но замер — Хануль сегодня был не в себе. Тем не менее, он постарался сохранить спокойный тон: — Она отказалась. Хануль моргнул один раз — единственная реакция на слова, которые не улеглись в его голове так, как должны были. Медленно он повернул голову, тёмные глаза впились в лицо парня, взгляд был нечитаемым. На крыше повисла тишина. — Что она сделала? — его голос был спокоен. До жути. Мин Хван, сидевший на столе, усмехнулся. Он провёл рукой по волосам, в голосе — явное развлечение: — Не думал, что она на такое способна. Видимо, у неё появился характер. Парень бросил тревожный взгляд между ними. Поняв, во что вляпался, он резко заговорил, стараясь исправить ошибку: — Я-я должен был схватить её! Заставить прийти! — выпалил он, сжав кулаки. Его голова поникла, будто он подчинялся. — Я должен был объяснить… заставить её понять… Хануль двинулся. Так быстро, что никто не успел среагировать. Никто не успел осознать, что происходит, — как вдруг воздух разрезал глухой удар. Он схватил парня за запястье, выкручивая его под таким углом, что по руке прошёл разряд боли. Ещё до того, как тот успел вскрикнуть, его прижало к земле — глухой звук тела об бетон, колено Хануля на плече, словно он делал это всегда. Резкий вдох боли вырвался у парня, но надавливание усилилось. Он затих. Мин Хван, всё ещё усмехаясь, чуть напрягся, но не вмешался. Остальные отступили на шаг, внезапно осознав, насколько тихо стало на крыше. Хануль наклонился, его хватка стала сильнее. — Схватить её? — спросил он медленно. Парень задрожал. — Никто. Не прикасается. К ней. — его голос был холодным, как ветер, что гулял по крыше. В нём не было ни предупреждения, ни угрозы. Это было заявление. Парень судорожно кивнул. Хануль ещё секунду смотрел в его глаза — и отпустил. Встал, как ни в чём не бывало, стряхнув с формы несуществующую пыль. Парень, сжав губы, поднялся, держась за ноющее плечо. Не сказал ни слова. Не посмел. Мин Хван тихо хмыкнул, бросив на Хануля взгляд с хитрой искрой: — Сама вернётся, — пробормотал Хануль, как будто разговор ему наскучил. Он потянулся, откинулся на спинку стула и перевёл взгляд на небо. И на этом всё. Беседа закончена. Позже. В тишине учебной комнаты слышался шелест ручек по бумаге, вздохи разочарования и шорох переворачиваемых страниц учебников. Лиен сидела за длинным столом, тетрадь раскрыта перед ней, глаза уже в который раз скользили по одной и той же задаче. Сосредоточиться было трудно — в голове всё ещё гудело после утреннего напряжения, после того, как она отказала Ханулю в лицо. Но с течением времени, учеба и тихий голос друзей рядом начали отвлекать. Слева от неё сидела Джи У, бормотала формулы, крутя ручку в пальцах. Хи Вон грызла кончик карандаша, вникая в записи по истории. Напротив, Сэхён помогал Ли Джуну с математикой — хотя Ли Джун выглядел так, будто тонул в каждом примере. Гамин наклонился ближе к Лиен, следя за её записями, затем легонько постучал ручкой по тетради. — Кажется, ошибка, — спокойно заметил он. — Смотри, ты не перенесла единицу. Лиен моргнула, посмотрела — и правда. — Ох, — она вздохнула и стерла ответ. — Я отвлеклась. Гамин слегка улыбнулся, постучал ручкой по столу и откинулся назад. — Ты в этом лучше меня. Не начинай портить статистику. Она покачала головой, но на губах появилась тень улыбки. Было… спокойно. Учиться вместе, помогать, просто чувствовать себя обычной ученицей. Даже Ли Джун, которому обычно было наплевать на учебу, сегодня старался. Время пролетело незаметно. Когда они наконец собрались, небо за окном потемнело, фонари отбрасывали мягкий свет на двор школы. Лиен повесила сумку на плечо и вышла вместе с Джи У и Хи Вон, Сэхён и Ли Джун шли позади, а Гамин — немного впереди. И как только они вышли за ворота… она увидела его. Хануль стоял у стены, облокотившись о кирпич. Руки в карманах, взгляд на телефоне, свет экрана озарял его лицо. Вокруг — его обычная компания. Все смотрели на неё и её друзей — с раздражением, с насмешкой. У Лиен сжался живот. Но она держала осанку. Шла уверенно. Она ожидала, что он что-то скажет. Остановит. Заставит обратить на него внимание. Но он не посмотрел на неё ни разу. Ни разу. Будто её не существовало. Остальные заметили это. Джи У напряглась, губы сжались в тонкую линию. Хи Вон мягко толкнула её плечом — немой вопрос «Ты в порядке?», на который Лиен даже не ответила. Она глубоко вдохнула. И пошла дальше. И говорила. С Гамином, с Сэхёном, со всеми. Спрашивала Джи У про тест, дразнила Ли Джуна за то, как он старался быть примерным. Смеялась. Отвечала. Держалась так, будто взгляды со стороны — просто ветер. Парни рядом с Ханулем заметили это. Их взгляды метались. Мин Хван всё ещё ухмылялся. Кто-то сменил стойку, переглянулся с другим — как будто спрашивая: «Ты это тоже видишь?» Но Хануль так и не поднял глаз. Дома Лиен сделала всё как обычно. Приняла душ. Поела, бессмысленно листая ленту. Училась, хоть и постоянно отвлекалась, возвращаясь мыслями к тому моменту у ворот школы. И, наконец, забралась в постель, усталость тянула к земле. Никакого сообщения. Ни звонка. Ничего от Хануля. Она ещё секунду смотрела на экран телефона, потом погасила его и закрыла глаза.