Шёпот под мраморной лестницей.

Месяц прошёл как будто в тумане — дни сменялись ночами, привычный ритм жизни оставался, но в доме царило едва уловимое напряжение. Всё шло своим чередом: ранние завтраки, тихие разговоры за обеденным столом, долгие вечера при камине. Но София чувствовала, как что-то меняется в воздухе — как будто невидимая нить растягивалась между ней и родителями, порой натягиваясь до предела. Они говорили друг с другом сдержанно, иногда мелькала тень тревоги в их глазах. И хоть никто не произносил вслух слов, которые тревожили Софию, ей казалось, что она сама стала причиной всей этой перемены. Девочка старательно старалась не беспокоить родителей, быть тихой и послушной, прятать в себе своё волнение, но чувство вины грызло её изнутри. Она понимала — эта новая, странная глава в её жизни — волшебство, школа, всё это — изменит всё. *** Тёплым утром, когда первые лучи солнца лишь пробивались сквозь лёгкий туман, в ворота поместья постучали. София стояла у крыльца в лёгком белом пальто и с чемоданом, который казался непривычно тяжёлым. — Доброе утро, — тихо сказала она, когда на пороге появился высокий лесник с густой бородой и добрыми глазами. — Утречко, София! Ты готова? Сегодня — первый день твоего волшебного путешествия, — улыбнулся Хагрид и, взяв чемодан, повёл её прочь от дома. По пути он внимательно слушал, как девушка рассказывала о себе. — Танцую классический балет, — говорила она с горящими глазами. — С четырех лет!Мне нравится музыка — особенно фортепиано и арфа. Мама всегда говорит, что я должна быть грациозной. А ещё… мне нравится мода и всё, что с ней связано. Да и вообще, я многое люблю. Хагрид смеялся, качая головой: — Это неплохо. — А у вас есть семья? — спросила София, чувствуя себя уютно рядом с этим простым, но добрым волшебником. — Я твой друг, не говори мне «вы». —  девочка кивнула. — Да, Хогвартс моя семья. — ответил он задумчиво.  Он внезапно произнёс, как бы между прочим: — Летом у меня столько дел. Хотя, если честно особо-то я жду этого года. Ощущение будто с Гарри Поттером всё изменится.  Софи насторожилась: — А кто это — Гарри Поттер? Хагрид замер на шаг. — Я сказал это вслух?.. — Он быстро замотал головой. — Забудь, что я ляпнул. Неважно. Всё по порядку узнаешь, не стоит спешить. — Но кто такой Гарри Поттер? — удивилась она. В этот момент они уже входили в лавку волшебных палочек, и стоило им переступить порог, как из тени появился старик с острым взглядом, мистер Олливандер, будто всё это время ждал. — Ах… Гарри Поттер? — протянул он с таинственной полуулыбкой. — Мальчик, о котором говорят и шепчутся вот уже десять лет. Мальчик, который выжил… Ему ведь скоро одиннадцать, Альбус ведь заберёт его, Хагрид? Он рассказывал Софии о герое, о том, как Гарри пережил то, что никому не удавалось, и как теперь весь волшебный мир ждёт его возвращения. София слушала с открытым сердцем. Её охватило новое чувство — желание тоже стать частью этого мира, оставить свой след, чтобы однажды и о ней говорили с уважением и восхищением.  Олливандер принялся подбирать палочку. Несколько вариантов не подошли: одна дернулась, другая искрилась, а третья слегка потрескалась. Но когда он подал палочку из орешника с сердцевиной из пера феникса, в комнате словно заиграл свет. — Вот она, — прошептал Олливандер, — Чувствительная палочка из орешника очень часто отражает эмоциональное состояние своего хозяина, и лучше всего работает у того, кто понимает свои собственные чувства и может ими управлять. Остальные же при обращении с палочкой из орешника должны быть очень осторожны, если ее владелец недавно вышел из себя или пережил серьезное разочарование, потому что палочка впитывает подобную энергию, а высвободить ее может непредсказуемо. Однако положительные стороны палочки из орешника с лихвой покрывают незначительные неудобства, и в умелых руках она способна на выдающееся волшебство. Она настолько предана своему хозяину, что часто «слабеет», то есть, выгоняет все свое волшебство и перестает служить, после чего часто требуется извлечь сердцевину и поместить ее в новый корпус, если палочка еще нужна, под конец его жизни. У палочек из орешника также есть уникальная способность обнаруживать под землей воду: оказавшись около скрытых источников и колодцев, она начнет испускать серебристые клубы дыма в форме слез.  София взяла её в руку и ощутила тепло и лёгкую вибрацию, как будто палочка жила вместе с ней. Когда они вышли на улицу, Хагрид посмотрел на неё с новой теплотой: — Ты будешь талантливой волшебницей, София. Чувствую это. В тебе есть свет, который нельзя скрыть.  — Мне очень важны твои слова, Хагрид. София впервые за долгое время почувствовала надежду. Её ждало неизвестное, но теперь оно уже не пугало. *** Прошло больше полугода, и жизнь Софии вернулась к привычному ритму — частная школа, ужины с родителями в большой столовой под звуки старинного рояля, танцевальные классы по выходным и светские встречи с подругами. Казалось, разговоры о магии и Хогвартсе были лишь странным сном. Письмо, лежавшее в ящике её письменного стола, пылилось среди каталогов модных коллекций и партитур Шопена. Книги, привезённые с Хагридом из Косого переулка, так и не были прочитаны как следует — у Софии просто не было времени. Пару раз она пыталась начать, но слог казался слишком архаичным, а страницы — бесконечно длинными. Только однажды, в машине по пути на очередной приём, она открыла «Краткую историю магии» и успела прочитать пару страниц — и то, больше из чувства долга. *** Утро 31 августа было необычно холодным для конца лета. Дворецкий, с каменным лицом, подал ей кофе в термосе. Чемодан уже стоял у входа, рядом с сумкой, в которую она положила волшебную палочку и ежедневник, где записала: “Уехать. Найти платформу 9¾. Сообщить маме.” Родители, как и предупреждали, не смогли поехать с ней на вокзал — у Изабеллы была встреча в Лондоне, а мистер Кроусфорд должен был лететь в Цюрих. Они попрощались с ней у парадной лестницы, пожелали удачи, поцеловали в обе щеки и попросили обязательно позвонить, как только окажется в поезде. Машина ехала молча. София смотрела в окно, нервно теребя ворот рубашки. У неё не было ни единого знакомого в новом мире. Ни малейшего понимания, как устроен Хогвартс. Только странные слова Хагрида и тот самый взгляд Олливандера, как будто он видел в ней что-то большее, чем просто девочку в белом пальто. *** Когда они прибыли на вокзал Кингс-Кросс, водитель поспешно выгрузил багаж и почтительно отступил. София огляделась. Платформа девять. Платформа десять. Но никакой 9¾ не существовало. Девочка никогда не ездила на поезде, поэтому тревожность немного скомкала желудок. Она сжала ручку чемодана и шагнула вперёд, внезапно услышав: — Простите, сэр, но… как найти платформу девять и три четверти? — это спрашивал худой мальчик в поношенной одежде и круглых очках, обращаясь к кондуктору. Тот посмотрел на него, нахмурился и недовольно буркнул: — Слушай, мальчик, если это шутка, то она глупая. София остановилась. Он тоже ищет… — Подождите! — воскликнула она, догоняя мальчика, но вдруг остановилась поворачиваясь к водителю, который следовал по пятам. — Уильям, можешь идти, я пойду с этим мальчиком в очках. Вон там, видишь?   — Но, мисс, ваш отец велел сопровождать вас до того, как вы сядете и все проконтролировать.   — Я сама им сообщу, сразу, как только сяду, — она развернула водителя корпусом и немного толкнула его к машине. — Давай, ступай!  Водитель послушно поплелся к машине, попутно оглядываясь. Брюнетка развернулась и снова побежала к мальчику в очках. — Приветик! Я — Софи Кроуфорд, — Она протянула ему маленькую ручку, тот пожал её. — Ну, по крайней мере, всегда так думала. Хотя Хагрид говорит, что я Блэк… Но это, наверное, неважно, правда? Пока они шли дальше, она заливалась речью, как только могла. Рассказала о поездке, о родителях, о чемодане, о том, как она волновалась. Мальчик слушал молча, моргая от потока информации. — Подожди… — она прищурилась. — А как тебя зовут? Я тут говорю-говорю, а ты даже не представился! Прости, я так переживаю.  Он замялся. — Гарри. Гарри Поттер. София распахнула глаза. — Гарри Поттер?! — почти выкрикнула она и прикрыла рот двумя ладонями. — Старик в лавке палочек про тебя говорил! Мальчик, который выжил! Это ты?! Гарри покраснел, видимо, уже устав от этой реплики. Он только кивнул и вздохнул. — Прости! Просто… я тогда подумала, что это сказка для детей-волшебников. А теперь вот ты! Настоящий! Они снова обернулись, пытаясь понять, куда идти. И тут заметили семейство — женщина с добрым лицом и кучкой детей с рыжими волосами. Они быстро шли мимо с тележками и что-то говорили о Хогвартсе. — Кажется, это они знают, как попасть на платформу, — прошептала София. Они пошли следом. Женщина остановилась перед колонной между платформами, и один из мальчиков, явно близнец, повернулся к ней. — Идите прямо и не останавливайтесь. Ваш отец когда-то врезался, ой как не сладко ему было!  — Слышал, Фордж? Прямо и без остановок, — засмеялся первый близнец. — Да уж, как Перси. Прямо и чопорно, — хихикнул второй.  — Я — не чопорный! — обиделся мальчик с блестящей префектской буквой «П» на мантии. — Фред! Джордж! Вперёд! — скомандовала миссис Уизли. — Кто есть кто, мама? — хором отозвались близнецы. — Перестаньте, — вздохнула она. — Идите уже. Перси шагнул вперёд и исчез в стене. За ним один близнец, потом второй, и вот уже рыжеволосый мальчик с выразительным носом остался с ними.  — Извините, вы не подскажите, это платформа  9¾? — спросила Софи, подходя ближе к рыжеволосой женщине. К ней прижалась маленькая девочка похожая на своим братьев. — Ох, да! Не переживайте, не переживайте. Проходите прямо за Роном, это тоже его первый год, – она умильнулась, оглядев детей с ног до головы. — Вы такие хорошенькие. Всё, Рон, мы побежали, удачи и не подведи нас! Женщина мягко попрощалась с сыном обнимая и целуя в щеки, а после исчезла вместе с младшей девочкой.  — Ну что, пойдем? — спросил Гарри и трое детей переглянулись. Через минуту все четверо, собрав чемоданы, разогнались и исчезли в стене. Софи успела лишь мельком обернуться, когда с лёгким грохотом чемодан перемахнул через порог вагона — Рон и Гарри одновременно подхватили её вещи. Она хихикнула: — Спасибо! Вы такие джентльмены. Гарри слегка покраснел, а Рон только пожал плечами. — Ничего, мы и не такое таскали. Особенно если у мамы закупки из Хогсмидского магазина… Купе оказалось свободным, и троица устроилась у окна. София села напротив Рона, вместе с Гарри, сложив ладони на коленях — в её жестах ощущалась выученная сдержанность, но глаза, напротив, были полны нетерпеливого интереса. Она разглядывала всё с живостью человека, впервые покинувшего пределы своей обыденной жизни. — Так вот, — начала она, едва поезд тронулся. — Я, кстати, Софи Кроуфорд. Но почему-то Хагрид говорит, что моя фамилия Блэк, хотя я об этом вообще не знаю. В общем, странно. — Блэк? — переспросил рыжий мальчик, но Софи уже заговорила дальше, как будто поток мыслей не поддавался остановке. — Мне говорили, что в Хогвартсе всё совсем иначе. Я волнуюсь. Я ведь совсем ничего не успела прочитать — только немного полистала “Историю магии” на заднем сидении машины. У нас был бал в начале августа, потом уроки фортепиано, балет, встреча с редактором журнала… В общем, не до волшебства. Надеюсь, нас не будут сразу проверять. Кстати, а тебя как зовут?  — Рон Уизли, — он протянул руку и когда София аккуратно пожала её, переключился на Гарри. — А ты? Как зовут тебя?  — Гарри Поттер.  — Да ладно.. — ахнул мальчик. — А у тебя есть..? Ну, шрам.. Тот послушно показал молнию на лбу, которая сразу показалась болезненной брюнетке, от чего она отвернулась, а после встала.  — Я, пожалуй, пойду немного познакомлюсь. Интересно же, кто ещё едет с нами! А ещё я не умею сидеть на месте.  Она двинулась по коридору вагона, заглядывая в купе. В одном сидела парочка старших учеников, в другом — девочка с мышами в клетке, а в третьем… — Ты, должно быть, новенькая, — раздалось из приоткрытого купе. Софи остановилась. На лавке сидел беловолосый мальчик в очень аккуратной мантии, будто выглаженной ещё вчера, и смотрел на неё с прищуром. — Я Драко Малфой, — произнёс он с ленцой. — Можешь запомнить. — Софи, — просто ответила она. — Приятно познакомиться. — Надеюсь, ты не из магглов. Потому что выглядишь как одна из них. — Он оглядел её одежду, по которой было большими буквами написано «брендовые маггловские бутики» — А если и так? — с вызовом спросила она, приподняв подбородок. Он фыркнул и отвернулся. Софи на этом решила закончить экскурсию и вернулась к своему купе. Но к её удивлению, там уже сидела другая девочка — с растрёпанными волосами, томиком в руках и взглядом, устремлённым в проход. — Ты случайно не видела жабу? — спросила она сразу, даже не представившись. — Один мальчик, Невилл, её потерял. Я уже обошла почти все купе. — Нет, — сказала Софи. — Но я помогу тебе, если хочешь? — Спасибо, но я, наверное, уже всё обошла. Меня зовут Гермиона Грейнджер.  — Софи Кроуфорд.  — Кажется, я слышала о тебе. Ваша семья живет в поместье Кингсвуд. Ты читала хоть одну книгу о волшебном мире? Если твои родители маглы — это же важно! Нужно быть готовой, знать законы преобразования, особенности заклинаний, теорию зельеварения… — У меня просто не было времени. У нас строгое расписание. Завтраки, репетиции, уроки, фотосессии — всё как у детей из приличных семей. Но я обязательно всё изучу, — ответила Софи с чуть заметной иронией, но без враждебности. Гермиона как будто хотела добавить ещё что-то, но передумала, пожала плечами и ушла в другое купе. Когда поезд затормозил, вечерний ветер ворвался в вагоны. Гарри и Софи выглянули наружу — за ними действительно пришёл Хагрид. — Привет, Гарри! Софи! — поприветствовал их он, перекрывая общий шум. — За мной, первокурсники! Лодки ждут! Толпа детей, сгрудившихся на перроне, покорно двинулась за ним. Рон, Софи и Гарри уселись в одну лодку. Огни Хогвартса начали медленно проступать из тумана на холме, как будто замок пробуждался к жизни. Софи, впервые увидев школу, резко замолчала. Даже она — привыкшая к готическим интерьерам, к величию старинных залов и золочёной мебели в их поместье — не могла не ахнуть. Замок был живой. Он дышал. Словно хранил в своих стенах древние секреты. — Это невероятно, — выдохнула она. — Да уж… — Рон тоже смотрел вверх, с открытым ртом. Софи обернулась к другим лодкам, где сидели её будущие однокурсники, и приветливо улыбнулась девочке с тёмной кожей и белыми бантиками в волосах. — Привет! — сказала она. — У тебя очень красивое ожерелье. Та улыбнулась в ответ. В этой ночи было что-то волшебное — как будто все сомнения и страхи улетучились вместе с водяными брызгами. На берегу их встретил профессор Макгонагалл. Голос её был строг и чёток, но Софи слушала с интересом. Когда двери Хогвартса распахнулись, и их повели в Большой зал, у Софи перехватило дыхание: под куполом, похожим на звёздное небо, витали свечи, длинные столы заполняли старшие ученики, а на возвышении сидели профессора. — Сейчас начнётся распределение, — услышала она чей-то шёпот. Софи подняла подбородок. Она не знала, к какому факультету её определят, но в этот момент она была уверена в одном: она должна сделать всё, чтобы родители ей гордились.