Плаксивый кролик.

В ночное время аэропорт был не так уж переполнен, но всё же в нем царила небольшая суматоха. На диванчике сидела девушка, нервно теребя телефон в руках. Вдруг телефон завибрировал, и Стоуен, словно параноик, резко открыла его. Руки ее дрожали. Звонок. Эмма, не раздумывая, приняла его. — Эмма, я возле аэропорта, выходи, я встречу тебя, — произнесла Рене в трубку. Эмма отключилась и, встав, взяла спортивную сумку. Последний раз окинув взглядом толпу, она направилась к выходу из здания. Как только она переступила порог, в лицо ей ударил холодный воздух. Поежившись от холода, она немного поерзала. — Эмма! — окликнул ее голос с правой стороны. Девушка подняла голову и, приглядевшись, заметила Рене и еще кого-то, кто стоял возле черной машины. Эмма пару секунд просто стояла, вглядываясь в их лица, но затем все же двинулась с места и на ватных ногах побрела к Рене. — Рене... — произнесла она охрипшим голосом. — Эмма, возьми. — сказала Рене, снимая с себя куртку. Эмма посмотрела на протянутую помощь. — Не надо, я в порядке... — произнесла она. Рядом стоявший парень фыркнул. — Посмотрев только на тебя, становится плохо. — произнес он, окинув ее взглядом. Эмма была одета в черные штаны и легкую майку грязно-красного цвета. Рене не стала спрашивать дважды и легко накинула куртку на плечи Стоунер. — Эмма, это Эндрю, — произнесла Уолкер, представляя своего спутника. Эмма заглянула в карие глаза Эндрю, такие же, как и у нее самой. — Я Эмма... — прохрипела она, отводя взгляд. — Знаю, — лишь ответил он и, выкинув окурок, повернулся к Рене. — Куда едем дальше? — спросил он с загадочной улыбкой. — В Лисью башню. Тренер уже осведомлён, — ответила ему Рене. Эмма чувствовала себя неловко. Не только из-за того, что много молчала, но и из-за некоторых проблем, которые беспокоили ее. — Рене, можно одолжить салфетку? — произнесла она тихо, снимая перчатки и протягивая руки. А затем еще тише: — Извини. Руки были в крови. Чьей — непонятно. Но явно засохшей, но свежей на вид, недавно. Рене подошла к Эмме, заслоняя ее, и начала копаться в карманах своей куртки. Эндрю успел заметить, хотя никто и не пытался скрыть или спрятать. На его лице появилась совсем другая улыбка.странная. — Чья? — спросил он. Рене молчала, а Эмма отводила глаза. Эндрю смотрел выжидающе, его взгляд давил только на Эмму. Рене лишь ощущала напряженную атмосферу. — Не моя, — тихо ответила Эмма. — И чья же? — наступал блондин. — Эндрю, потом, — вмешалась Рене, явно встревоженная. Ее руки нашли влажные салфетки и начали аккуратно промывать руки Эммы. А та, в свою очередь, что-то шептала девушке на ухо. Миньярд не слышал. И не хотел. Все равно отшили. Все равно узнает. Завтра не завтра, но он добьется ответа.